История храма в поселке Берды

Первая в Бёрдской слободе деревянная церковь — Никольская — была построена в 1744-1745 годах, но спустя несколько лет, Подробнее »

Обычаи: казачья свадьба

Картина праздника в казачьей станице всегда чрезвычайно красочна, с шумным весельем и хмельным застольем, особенно на свадьбах... Подробнее »

Памятник Пушкину

К 200-летнему юбилею поэта усилиями проектировщиков и строителей преобразился не только сквер им. А. С. Пушкина, но и сам памятник. Подробнее »

Оренбургская железная дорога

Строительство Оренбургской железной дороги началось в 1874 году. Сама железная дорога была проложена рядом с Бердами. Подробнее »

Восемнадцатый маршрут

Сейчас об этом маршруте принято шутить, что он ходит «в леса» и на «край географии». Несмотря на это, маршрут пользуется у оренбуржцев большой популярностью. Подробнее »

 

Категории архивов: Пугачев

Рапорт командира 1-го оренбургского корпуса премьер-майора И. Наумова обер-коменданту Оренбурга генерал-майору К. Валленштерну о действиях его корпуса в сражении 13 января

4 февраля 1774 г.

На повеление вашего превосходительства сим покорно доношу:

1. Когда 13-го числа генваря к поражению злодейской толпы, состоящей в Бердской слободе, с порученною мне состоящею со всеми чинами в четырехстах человеках команду по выходе из города в Сакмарские ворота, отделясь от средняго, предводимого его высокородием господином бригадиром Корфом корпуса, приняв влево, и перешед имеющиеся пониже кирпишных сараев малой овраг, следовал по данному мне от его высокопревосходительства господина генерал-порутчика, кавалера и оренбургскаго губернатора Ивана Андреевича Рейнсдорпа предписанию к занятию той высоты, по которой состоящие по ту сторону Сакмары реки в числе злодейской толпы башкирцы и калмыки из оврагу выбираются, держась несколько тех возвышенных мест, что от называемого Маячного бугра простираются вправо к Берденской слободе, не весьма однако ж отдаляясь от средняго корпуса, то к тому, предписанного мне весьма занятию места, прибыл на утренней зоре, так что из злодеев выехавшия человек десять, или несколько больше, усмотри уже почти при самом том месте мое приближение, с торопливостию скрылись в слободу. Я, пользуясь сим случаем, и учреди в надобных местах батареи, ожидал около получаса прихода на свое место средняго корпуса. А между тем злодеи и начали из слободы большим числом сперва конныя, а потом пешия с пушками, в правую от них сторону вниз по Сакмаре и оврагу выбираться, имея покушение перейтить на наш берег ко укружению левого моего фланга и тылу. Я, усмотри оное, и что уже средней корпус свое место занимать начал, приказал зделать по тем выходящим злодеям из пушек несколько выстрелов, что и учинено было с таким действием, что злодеи, нимало не вытерпев нашего огня, скрылись в слободу, а некоторые и в кустарник.

Рапорт оренбургского губернатора И. А. Рейнсдорпа Военной коллегии о поражении оренбургского гарнизона в сражении 13 января и с просьбой ускорить отправление войск па помощь осажденному Оренбургу

25 января 1774 г.

От 4-го сего генваря Государственной Военной коллегии имел честь донести 1, что по неприбытию сюда отправленных на помощь войск, по недостатку здешних команд, а по превосходству изменнической толпы известного злодея, отразить и путь открыть я не в состоянии, что и в пропитании здешнее многочисленное гражданство претерпевает крайнюю нужду: однако и потом не оставлял частными командами неоднократно делать сражении.

А 13-го числа настоящего по неотступной просьбе всего здешняго общества, весьма страждущего в пропитании, а при том, имея известия чрез вышедших из злодейской толпы, что реченной злодей с некоторою частию отлучился к Яицкому городку и бутто б при той толпе артиллерийских припасов немного, принужден со общего совета, собрав до 1700 пехоты и до 400 яицких и оренбургских верных казаков, зделать генеральную выласку с таким по данном от меня позиции предписанием, дабы сей корпус, разделя в три колонны, выступи из городу по полуночи в 5-м часу, занять авантажные места, и, не допущая злодеев из гнезда их выбраться, всеми силами стараться поражать, как Государственная коллегия из приложенной с диспозиции моей копии усмотреть соизволят 2. Которыми колоннами сия злодейская толпа действительно на месте и атакована была и хотя действием нашей артиллерии сначала злодеям причинен знатной урон, но как первая колонна назначенного от меня места занять по разсветанию дня не успела, то чрез сие злодеи имели способ выбраться многочисленною конницею и более нежели с 60 орудиями, окружа со всех сторон все наши колонны, такой учинили наисильнейший огонь и наездами своими нападение, что с нашей стороны, увидя не малый урон и пришед в растройку, принуждены были, уступя те занятые авантажные места, ретироваться к городу, оставя на месте убитых с амунициею до 300 человек, а за убитием лошадей несколько артиллерии. И хотя, защищенном высланного от меня в команде подполковника Могутова из разного рода людей сикурса, фронт, будучи построен, злодея и отразил, но дальнейшего уже поиска над оным, как по глубокости снега люди пришед в истощение сил своих, учинить способу не было. О чем однакож не примину я впредь, при первой способной оказии, с планом сего действия обстоятельно донести.

Запись показаний жителя Сеитовской слободы Абдусаляма Хасанова на допросе в Оренбургской губернской канцелярии о состоянии отрядов Е. И. Пугачева под Оренбургом

10 января 1774 г.

1774 года генваря 10 дня, выехавший из Сеитовской слободы тамошней татарин Абдусалям Хасанов в губернской канцелярии опрашивая и показал:

По притчине приближения сюда известного злодея Пугачева 1 с изменническою его толпою, наряжен он, Абдусалям, с протчими из слободы их татарами в числе двухсот человек в сообщение с прочими, под командою старшины Ахмера Аблязова командированными, и находился здесь по минувшей декабрь месяц. А в том месяце после бывшего их праздника, то есть около 15 числа того декабря 2, отпущен отсель обще с татарином Мухамедьяром Галиевым в слободу их с тем, чтоб разведать, в каком состоянии находятся слободы их жители, и где собирается, и скоро ль сюда будет с господами генерал-майорами Карою и Фрейманом войско 3. Как скоро отсель выехали и в слободу свою и старшине своему Абрафику Абдуллину явились, так вскоре потом из толпы изменнической старшина башкирской Ямансара Япаров 4 прислан с тем, чтоб доискаться, кто к слободе их приехал, ибо де на караулах их двух человек, выехавших из города, следа лежащия к слободе их усмотрены; почему старшиною их они, Абдусалям и Мухамедьяр, и сысканы и учрежденным от него Пугачева в слободе их начальником Мусою Улеевым 5 к самому ему, Пугачеву, отвезены и представлены, которому де объявили, что они, Абдусалям и Мухамедьяр, нарочно выехав для осмотру сена, сюда бежали. И по довольном его в том уверении спрашивал он, Пугачев, во-первых: сколько здесь в городе силы? На что де они ответствовали, что силы есть тысяч до десяти 6; потом спрашивал о провианте: есть ли оного и сколько? На то ответствовали: сколько провианта есть, о том точно не знают, только с самого их на службе бытия оной получали, и не только на самих, но и на лошадей, своих 7. Затем, по уверении их, что будут при нем находиться и не бегут, оставлены на воле. И так, будучи на свободе и обращаясь в помянутой изменнической толпе, могли они слышать и видеть следующее:

Постановление военного совета в Оренбургской губернской канцелярии о генеральной вылазке оренбургского гарнизона на позиции повстанцев у Бердской слободы

План сражения под Оренбургом 13 января 1774 года (ЦГВИА, ф. ВУА, д. 148, л. 1)12 января 1774 г.

1774-гo года генваря 12 дня генерал-порутчик и оренбургской губернатор Рейнсдорп в разсуждении известей, чрез вышедших из злодейской толпы, что государственной злодей Пугачев с некоторою частию из толпы своей отлучился к Яицкому городку, оставя оную хотя и не в малолюдстве, однакож для орудей в малом числе зарядов (как то и при выступлении 9-го сего видимо было, что оная толпа стрельбу окончила прежде, нежели с здешней стороны) 1, то сколько для того, чтоб до возвращения ево, Пугачева, из Яицкого городка, а не меньше, и в разсуждении недостатка здесь в провианте, и что наряженных в сикурс команд в близости еще нет, со общаго с господином генерал-майором и оренбурским обер-комендантом Валленстерином и брегадиром Корфом2 совета, разсудил: собрав все силы, зделать на вставшую от него, злодея, толпу нападение, причем и поступить по нижеследующему:

Казнь Емельяна Пугачева

Воспоминания известного российского мемуариста А.Т. Болотова, присутствовавшего 10 января (23 января по новому стилю) 1775 года на казни Емельяна Пугачева.

Болотная площадь

«Мы нашли уже всю площадь на Болоте и всю дорогу на нее от Каменного Моста, установленною бесчисленным множеством народа. Я неведомо как рад был, что случился со мною такой товарищ, которого все полицейские знали и которому все там коротко было известно. Он, подхватя меня, не бегал, а летал со мною, совался всюду и всюду для приискивания удобнейшего места для смотрения. И мы вскоре за сим увидели молодца, везомого на превысокой колеснице в сопровождении многочисленного конвоя из конных войск. Сидел он с кем-то рядом, а против его сидел поп. Повозка была устроена каким-то особым образом и совсем открытая, дабы весь народ мог сего злодея видеть. Все смотрели на него с пожирающими глазами, и тихий шепот и гул от того раздавался в народе. Но нам некогда было долго смотреть на сие шествие, производимое очень медленно, а мы, посмотрев несколько минут, спешили бежать к самому эшафоту, дабы захватить для себя удобнейшее место для смотрения. Весь оный в некотором и нарочито великом отдалении окружен был сомкнутым тесно фронтом войск, поставленных тут с заряженными ружьями, и внутрь сего обширного круга не пускаемо было никого из подлого народа. Но товарища моего, как знакомого и известного человека, а при нем и меня, пропускали без задержания, к тому ж мы были и дворяне, а дворян и господ пропускали всех без остановки; и как их набралось тут превеликое множество, то, судя по тому, что Пугачев наиболее против их восставал, то и можно было происшествие и зрелище тогдашнее почесть и назвать истинным торжеством дворян над сим общим их врагом и злодеем.

Александр Пушкин: История Пугачева

push

Фрагмент повести А.С. Пушкина, составленной по документам, хранившимся в государственном архиве, в виде исторического отрывка о событиях Крестьянской войны 1773—1775 годов под предводительством Емельяна Пугачева.

ГЛАВА ТРЕТИЯ

Меры правительства. — Состояние Оренбурга. — Объявление Рейнсдорпа о Пугачеве. — Разбойник Хлопуша. — Пугачев под Оренбургом. — Бердская слобода. — Сообщники Пугачева. — Генерал-маиор Кар. — Его неудача. — Гибель полковника Чернышева. — Кар оставляет армию. — Бибиков.

Емельян Иванович Пугачев

Емельян Пугачёв. Портрет, приложенный к изданию «Истории пугачёвского бунта» А. С. Пушкина, 1834Грозные события последней в истории России крестьянской войны, охватившей необозримые просторы страны в царствование Екатерины II, поразили воображение и современников, и потомства. И, естественно, взоры всех привлекал к себе образ ее предводителя Емельяна Ивановича Пугачева.

К Пугачеву нельзя было относиться равнодушно, безразлично. Он был и оставался для одних народным, крестьянским вождем, тем «хорошим царем», о котором помышляли многомиллионные массы русского (да и не только русского) крестьянства, работного люда, казачества. Для других он был «злодеем», «самозванцем», «бунтовщиком», «вором», «кровопийцем», «разбойником», посмевшим поднять руку на их собственность, угрожавшим их правам, благополучию и жизни. Одни складывали о нем сказы, из уст в уста передавали предания, пели песни и «рассказывали истории», «положенные на голос», для них он оставался «Красным Солнышком», «Емельяном-батюшкой», «радельным до мужиков», «богатырем», «атаманом», «добрым молодцем», и даже когда «погиб Емельянушка, то слава о нем не погибла». Другие с амвонов церквей предавали его анафеме, шельмовали и проклинали в манифестах, указах и обращениях, свирепо и беспощадно преследуя и искореняя все, что относилось к Пугачеву, и под страхом «мучительнейшей смерти» запрещали даже упоминать подлинное имя вождя мятежных масс, заменив его стандартной и злобной формулой «известный вор, злодей и самозванец». Даже к изображениям Пугачева не относились безразлично. Одни жгли его «рожу», «харю» на кострах и изображали Пугачева исчадием ада, которому грозит геенна огненная и дьявол, а неизвестный художник — старовер в сентябре 1773 г. в Илецком городке написал его портрет поверх портрета Екатерины II, изобразив Пугачева таким, каким он был. Глаза Пугачева, умные и выразительные, глядят с написанного старообрядцем портрета спокойно и задумчиво. И такое отношение к Пугачеву характерно не только для современников грозного «набеглого царя», но и для грядущих поколений. Оно нашло отражение в устном народном творчестве и исследованиях историков, в художественной литературе и изобразительном искусстве, в театре и музыке. И отношение к Пугачеву историка и писателя, художника и драматурга обусловливалось классовыми симпатиями и антипатиями.