История храма в поселке Берды

Первая в Бёрдской слободе деревянная церковь — Никольская — была построена в 1744-1745 годах, но спустя несколько лет, Подробнее

Памятное место

В Бердах рядом с местом, где раньше находились «золотые палаты» Пугачева установлен памятник, имеющий длинное название... Подробнее

Памятник Пушкину

К 200-летнему юбилею поэта усилиями проектировщиков и строителей преобразился не только сквер им. А. С. Пушкина, но и сам памятник. Подробнее

Оренбургская железная дорога

Строительство Оренбургской железной дороги началось в 1874 году. Сама железная дорога была проложена рядом с Бердами. Подробнее

Восемнадцатый маршрут

Сейчас об этом маршруте принято шутить, что он ходит «в леса» и на «край географии». Несмотря на это, маршрут пользуется у оренбуржцев большой популярностью. Подробнее

 

Категории архивов: Пушкин


Французские вожжи для русского бунта

10 февраля — День памяти Александра Сергеевича Пушкина. За 38 дней до кончины наш великий поэт подарил миру свое последнее художественное произведение — «Капитанскую дочку». Как и единственный свой исторический труд: «История Пугачева». Правда, взглянув на титульный лист, Николай I изрек: «У бунтовщика не может быть истории…» И труд назвали «История Пугачевского бунта». Сейчас наши политологи к месту и не к месту приводят слова поэта: «Не приведи Бог видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный…» Между тем Пушкин вкладывал в это слово гораздо больший, едва ли не философский смысл: как перерыв постепенности общественного развития, как нарушение легитимности государственной власти, в том числе и в результате так называемых дворцовых переворотов, на что щедра российская действительность.

Хоть Берды Москвой и не стали…

Уже с утра бердинцы, спешащие по своим делам и заботам, как бы невзначай заворачивали в этот уголок возле сельской школы, чтобы убедиться, все ли подготовлено к предстоящим торжествам. Улицы бывшего поселка хоть и получили статус пригорода, все еще больше похожи на сельские, нежели на городские. Но вот место, которому суждено было стать объектом российской истории, изменилось неузнаваемо. Еще совсем недавно то ли маленькая площадь, то ли одичавший полусквер, пребывающий в достаточно запущенном виде, особую грусть наводил состоянием главной своей достопримечательности — памятника Пушкину. Увы, время и людское небрежение — вещи жестокие, так что установленный ровно пятьдесят лет назад бюст, созданный скульптором Козыревым, представлял жалкое зрелище.

И вот после прямо-таки стахановских усилий проектировщиков и строителей округа преобразилась: пространство, как на чертеже, строго разлиновано на аллейки, тротуары и газоны, прилежащие к школе зеленые насаждения, очищенные от мусора, как будто зазеленели с удвоенной яркостью. А на строгом циллиндрообразном пьедестале из розоватого камня вновь водружен отреставрированный, сияющий бронзовым отсветом скульптурный портрет Александра Сергеевича.

Воскресение Храма

Восстановление храма и его роспись взял на себя уроженец Бердской слободы, известный в Оренбуржье политик и деловой человек Михаил Коннов. Восстановление храма и его роспись взял на себя уроженец Бердской слободы, известный в Оренбуржье политик и деловой человек Михаил Коннов. Он помнит старую церковь. Она стояла на пригорке возле школы, где он учился. Там располагалось зернохранилище. Большое, некогда красивое здание стояло обезглавленное – без куполов. Вид имело заброшенный, но детей тянуло сюда как магнитом.

На переменах ребятишки прибегали к храму – поиграть в «захват высоты». Кто-нибудь из пацанов хватался за красивую бронзовую ручку на церковной двери, а ребятня из параллельного класса пыталась его оторвать от двери. Если парень удержится под натиском противника, значит, его класс победил. Как-то раз зимой Миша решил попробовать на язык сверкающую на солнце бронзу. Да так и пристыл к церковной двери. Такого «захвата высоты» никто не ожидал. Когда ему удалось освободиться из «плена», с языка капала кровь. Он понял: это ему досталось за баловство с церковью.

Таинственный Емельян Пугачев 235 лет назад в Москве казнили персону, похожую на некоего Пугачева

Таинственный Емельян Пугачев 235 лет назад в Москве казнили персону, похожую на некоего ПугачеваЭто только в учебниках, по которым учились поколения нынешних 40–50-летних, все было просто и гладко, как всегда бывает на бумаге, получившей официальное одобрение. Версия была однозначно прогрессивной: казак Емельян Пугачев возглавил восстание народных масс, доведенных до отчаяния обострением классовых противоречий российского беспредельного феодализма. От Пугачева прослеживалась кривая роста революционных настроений.

От Емельяна к Радищеву, от того к декабристам, тем, что разбудили Герцена. Ну а дальше – разночинцы, народники, большевики и торжество всеобщего счастья.

Концепция выглядела завершенной и единственно правильной. Сомнения в целостности такой исторической картины появились уже позже. При том, что разобраться в странном стечении обстоятельств «русского бунта, бессмысленного и беспощадного» стремился еще Пушкин. Однако ни тогда, ни гораздо позже официальных документов, освещающих многие теневые перипетии тех кровавых и трагичных для России событий, найдено не было.

Сестры Воронины

С начала XIX века жила в Самаре семья дворян Ворониных. Она состояла из Захара Васильевича, чиновника, дослужившегося до чина коллежского асессора, награжденного знаком «XX лет беспорочной службы», его жены Федосьи Владимировны, их пятерых детей — Евгении, Надежды, Николая, Веры и Софьи. Воронины имели в Самаре одноэтажный деревянный дом на шесть комнат с мезонином и небольшое имение в Карсунском уезде Симбирской губернии.

В настоящее время на месте, где в начале XIX века стоял дом Ворониных, находится дом купца В.М. Сурошникова (ул. А. Толстого 41).

В настоящее время на месте, где в начале XIX века стоял дом Ворониных, находится дом купца В.М. Сурошникова.

Средства к существованию семьи давала главным образом служба Захара Васильевича, и он служил до 75 лет.

Русское золото

Восторженное отношение Александра Сергеевича Пушкина к русской народной сказке известно любому среднего усердия школьнику. Однако нужно иметь в виду, что Пушкин относился к сказкам и очень серьезно: он собирал их, размышлял над ними, сочинял свои сказки, придавая новую огранку примелькавшемуся сказочному сюжету. Приехав к нам в Оренбург в сентябре 1833 года и встретившись тут с Владимиром Ивановичем Далем, он тут же и заговорил о них: «Сказка сказкой, — передает слова Пушкина Даль, — а язык наш сам по себе, и ему нигде нельзя дать этого русского раздолья, как в сказке. А как это сделать, — надо бы сделать, чтобы выучиться говорить по-русски и не в сказке… А что за роскошь, что за смысл, какой толк в каждой поговорке нашей! Что за золото! А не дается в руки, нет!» Пушкину нужны были живые воспоминания о Пугачеве, но и сказки как-то не выходили из головы и путники рассказывали их друг другу. Даль, публикуя в 1836 году в «Библиотеке для чтения» сказку «О Георгие храбром и о волке», сопровождает ее примечанием: «Сказка эта рассказана мне А.С. Пушкиным, когда он был в Оренбурге и мы вместе поехали в Бердскую станицу…»

В русском бунте обнаружен французский след

Лишь совсем недавно группа отечественных ученых во главе с Петром Черкасовым была допущена к рассекреченным документам архива МИДа Франции в Париже. И выявила много интересного и поучительного…

-А ну-ка, дедушка, расскажи нам, сделай одолжение, про Пугача.
-Для кого Пугач, ваша милость, а для меня царь-батюшка Петр Федорович…
«Русский архив», 1900, т. 1, стр. 152

НЕ БУНТ — ВОЙНА!

До сих пор в учебниках Пугачевский бунт трактуется как «крестьянская революция, имеющая величайший смысл борьбы задавленного крепостничеством крестьянства против помещиков-угнетателей». Однако не только по своим масштабам, но и по использованию средств вооруженной борьбы Пугачевский бунт не идет ни в какое сравнение с восстаниями Ивана Болотникова или даже Степана Разина.

Павел Церемпилов. Потомок казачки Бунтовой

Тринадцатый ребенок в семье, сын оренбургской казачки и выходца из Бурятии, Павел Леонидович Церемпилов, родившийся в Бердах, в своей семейной родословной числит и Ирину Афанасьевну Бунтову, ту самую знаменитую оренбургскую казачку, с которой в Бердах беседовал Пушкин, собиравший свидетельства очевидцев пугачевской вольницы.Тринадцатый ребенок в семье, сын оренбургской казачки и выходца из Бурятии, Павел Леонидович Церемпилов, родившийся в Бердах, в своей семейной родословной числит и Ирину Афанасьевну Бунтову, ту самую знаменитую оренбургскую казачку, с которой в Бердах беседовал Пушкин, собиравший свидетельства очевидцев пугачевской вольницы.

Хотя большая часть судьбы гостя рубрики связана с работой во властных структурах (в советское время его последняя должность – зав. отделом в горкоме партии, в рыночную эпоху он работал начальником городского управления культуры, а сейчас – директором драматического театра), большинству оренбуржцев знаком его голос исполнителя песен и романсов, песни в его исполнении неизменно звучат на мероприятиях по случаю Дня города.  Мы с ним встретились за три дня до его 55-летнего юбилея.