Детские воспоминания о Форштадте



На снимке, сделанным Урбановичем в 1964-1965 годах, открывается вид на поздний , бывшую казачью станицу. Изначально «верхней» границей Форштадта была современная улица Чкалова. Позже, станица Оренбургская (это другое название Форштадта) разрослась до Туркестанской улицы.

На снимке, сделанным Урбановичем в 1964-1965 годах, открывается вид на поздний Форштадт, бывшую казачью станицу.

Как-то так получилось, что этот снимок, пролежавший в электронном виде без малого с десяток лет, я разместил на нескольких Интернет-ресурсах, а свою – «Бердскую слободу», оставил не у дел. Вот теперь очередь дошла и до нее.

Этот снимок мне дорог тем, что здесь прошли лучшие годы моего беззаботного детства. А район, как и Берды, также является бывшей казачьей станицей.

Сделав привязку к местности, можно понять, что снимок сделан из центральной части первой пятиэтажки (ул. Туркестанская, 2а), находящейся рядом с гостиницей «».

Сделав привязку к местности, можно понять, что снимок сделан из центральной части первой пятиэтажки (ул. Туркестанская, 2а), находящейся рядом с гостиницей «Оренбург».

На панораме хорошо видны Никольская (Никольский кафедральный собор на ул. Чкалова), 33-я (ранее она была 34-я) , куда я ходил на «подготовку» и здание «Зенитного училища» (мы его тогда называли «Зениткой»), откуда все окрестные мальчишки таскали гильзы.

Справа в нижнем углу снимка, где стоят два человека, находилась первая троллейбусная остановка на Туркестанской улице. Правда, раньше она была не там, где находится сейчас.

Вдоль Туркестанской улицы стоят одноэтажные домики. Особо выделяется двухэтажный дом слева. Это бывший купеческий дом, который глава семейства построил для своего сына. Если не ошибаюсь, то по старой нумерации он имел адрес Туркестанская, 13. У этого дома первый этаж был кирпичный, а второй был бревенчатым, но снаружи он так же, как и первый, был выложен кирпичом. Когда его ломали в середине 70-х годов, то с первого раза сломать не смогли. Пришлось сквозь окна продернуть трос и «растаскивать» дом бульдозером.

Слева от этого дома находился дом самого купца-отца. Его на снимке не видно. Имел ли он также номер 13 или 13а, сказать не могу. Но точно помню, что он был выше дома, построенного для сына.

Проход во двор был между этими двумя домами. Там находилась колонка, куда жители близлежащих домов ходили за водой.

Направление съемки, наложенное на план Форштадта, Оренбург 1915 год

Мальчишкой я жил в Гринбергском переулке, который до 1926 года он назывался Углицким и шел перпендикулярно Туркестанской улице. Переулок начинался, точнее, оканчивался сразу за домом 15. Но на снимке его не видно, т.к. он немного не попал в кадр. Там же находился мой дом, который имел адрес: Гринбергский переулок 53, а через дом уже была Туркестанская улица.

Мой дом находился по адресу Гринбергский переулок 53. Через дом начиналась Туркестанская улица.

Мой дом в Гринбергском переулке.

Самое интересное, что Гринбергский переулок, исчезнувший с карт города еще в 80-е годы прошлого века, есть и сейчас, только он уже не называется переулком, а является придомовой территорией между домами 5 и 7.

Здесь, в середине 70-х оканчивался Гринбергский переулок.

Самое интересное, что этот переулок, исчезнувший с карт города еще в 80-е годы прошлого века, есть и сейчас, только он уже не называется переулком, а является придомовой территорией между домами 5 и 7.

Читайте также:  Кинзя Арсланов

Далее по нечетной стороне Туркестанской улицы следует три пятиэтажки, фасады которых украшены цветной мозаикой.

Три пятиэтажки, фасады которых украшены цветной мозаикой. В дальней пятиэтажке жили французы.

Далее по нечетной стороне Туркестанской улицы стоят три пятиэтажки, фасады которых украшены цветной мозаикой. Все они был построены в начале 70-х годов. В первой пятиэтажке (Туркестанская, 7) в те времена жили французы, которые строили «Газзавод». Именно из-за них эти дома и стали называть «французскими», хотя французы занимали только половину дома, выходящую на Туркестанскую улицу.

"Французские" подъезды дома по Туркестанской улице 7

«Французские» подъезды пятиэтажки дома, находящегося по адресу Туркестанская 7.

Из-за того, что во второй половине дома жили обычные горожане, вход в здание для них и французов был организован по-разному. Наши заходили в дальнюю часть дома через свои подъезды со стороны Гринбергского переулка. Французы же своими подъездами с парадной стороны дома не пользовались и возвращались домой строго со двора (между домами 7 и 9). Там же они по вечерам «гоняли шары» (игра «петанк»). Нам, мальчишкам, было смешно и интересно смотреть, как большие дядьки одни шары бросают в другие.

Я и моя собака около дома, на заднем плане Туркестанская улица. Я и моя собака около дома, на заднем плане Туркестанская улица. Я и моя собака около дома, на заднем плане Туркестанская улица.

Я и моя собака около дома. На заднем плане Туркестанская улица.

Первая треть «торгового центра», находящегося на стыке между домами 7-11, была отдана французам под столовую. Мы через дырочку в занавешенных окнах умудрялись смотреть мультики о «Мать и Маусе», так мы тогда называли диснеевские мультики о Микки Маусе… Ну а дальше в «торговом центре» были кассы Аэрофлота и, кажется, переговорный пункт…

Туркестанская улица была условной границей старого и нового города: В начале улицы, по четной стороне стояли новые кирпичные многоэтажные дома, а с противоположной — старые, уже доживающие свой век лачуги.

У гостиницы «Оренбург» в начале 70-х был разбит небольшой скверик с лавочками. Гостиница Оренбург, 1971 год.

Гостиница Оренбург — одно из высоких зданий города в начале 70-х годов.

У гостиницы «Оренбург» в начале 70-х был разбит небольшой скверик с лавочками. Как то раз под одной из них я нашел трешку. Если кто не знает, так раньше называли три рубля. Это были огромные деньги для ребенка. В то время я мечтал о «лодке с моторчиком», небольшой пластмассовой игрушке с квадратной батарейкой, приводившей в движение винт, из-за чего в воде этот катер мог плавать. Как сейчас помню: игрушка стоила 3 рубля 50 копеек и продавалась в одном из отделов магазина «Колос», который находился в соседней к гостинице пятиэтажке.

Как воспитанный мальчик, я отдал деньги маме. Она добавила к этой сумме недостающие 50 копеек, и я стал обладателем заветной игрушки.

Естественно, пускать кораблик в корыте во дворе нашего дома мне было неинтересно, и я уговорил родителей сходить на — благо через Форштадт туда было недалеко идти. У меня хватило ума взять с собой катушку прочных ниток. Они мне очень пригодились, потому, что буквально через пару минут после того, как я отправил в плавание свой катер, он стал тонуть. Вытащив кораблик я увидел, что вся внутренняя часть игрушки, включая батарейку и моторчик, была залита водой. Ее слабым местом оказалось отверстие, через которое наружу выходила ось моторчика для крепления гребного винта. В итоге от воды батарейка и моторчик быстро пришли в негодность, и у кораблика перестал крутиться винт. Было очень горько и обидно, что игрушка, о которой я столько мечтал, в итоге стала обычной «лодкой», которую можно отправлять в плавание только в старом корыте, предварительно залепив коварное отверстие пластилином…

Читайте также:  Вечерний Оренбург: Загадка "старухи из Берды. Казачка Бунтова обманывала Пушкина?

Иногда на Урал (тоже через Форштадт) мы ходили с группой детского сада. Помню, меня как-то особо впечатлила лужа, оставшаяся после разлива реки, в которой плавало много головастиков. Алевтина Васильевна, наша воспитательница, объяснила, что это будущие маленькие лягушки. Правда, ей особо никто не поверил, т.к. все посчитали их рыбками…

Снесли и мой детский сад, представлявший из себя несколько дореволюционных построек, вроде тоже купеческих, одна из которых была двухэтажной. Сад находился недалеко от церкви в районе Бассейного переулка и Красноармейской улицы. Сейчас на этом месте стоит 34-я школа.

Когда-то на месте современной 34-й школы находился мой старый детский сад.

Постепенно старый Форштадт стали ломать. Дома сносили целыми кварталами. Мои друзья из ближайших частных домов переехали в новые квартиры на окраину города, в основном в Степной. Снесли и мой детский сад, представлявший из себя несколько дореволюционных построек, вроде тоже купеческих, одна из которых была двухэтажной. Сад находился недалеко от церкви в районе Бассейного переулка и Красноармейской улицы. Сейчас на этом месте стоит 34-я школа. А меня тогда перевели в другой сад, в одну из пятиэтажек за 25-ой школой.

Меня тогда перевели в другой сад, в одну из пятиэтажек за 25-ой школой.

В этой пятиэтажке в 70-е годы находился мой новый садик.

Но и этого сада уже нет. О том, что здесь когда-то было детское учреждение, напоминают спиленные трубы, оставшиеся от ограды и забора, расположенные оп периметру двора.

На месте снесенных построек массово стали появляться котлованы. Мы с мальчишками (в основном это уже были ребята из «французских» домов, т.к. мои закадычные друзья уже переехали из района), лазили по котлованам и старым домам, рассказывая друг другу различные «страшилки» о подземных ходах, кладах и мертвецах…

Вообще, старый Форштадт был «зеленым» районом. Практически у каждого дома был свой палисадник. В нем росли как обычные деревья, так и кустарники. Было много сирени. После того, как стали сносить дома, во многих местах оставались «островки» садовой растительности, среди которых выделялись яблони, ранетки и плодовые кустарники. Чтобы не пропадать этому добру, один из жителей «французской» пятиэтажки, отец моего приятеля, собрал стайку ребят, и мы под его руководством шли в брошенные сады выкапывать ставшие бесхозными деревья и кустарники. Естественно, выкапывали не огромные деревья, а те, что нам под силу было выкопать и пересадить. Всю выкопанную растительность мы посадили у «французского» дома. Так, в глубоком детстве я посадил, точнее, пересадил, свое первое дерево.

Читайте также:  Правило правой руки или практическое ориентирование

В глубине между 5 и 7 домами есть котельная. Тогда она мне казалась огромной. Когда ее строили и устанавливали трубу, то по какой-то причине стоящая почти вертикально труба упала в переулок. Грохот был ужасный, а упавшая труба подняла огромный столб пыли...

Труба, вокруг которой мы весело играли.

В глубине между 5 и 7 домами есть котельная. Тогда она мне казалась огромной. У котельной и сейчас стоит труба, не самая большая по сравнению с другими трубами города. Перед тем, как ее установить, она какое-то время пролежала прямо на дороге, вдоль переулка, как бы разделяя старые и новые постройки.

Труба быстро стала центром игр детворы: мы забирались на нее, бегали сквозь нее, разрисовывали ее мелом и играли возле нее в «кулюкушки» (прятки). Когда ее стали устанавливать, то по какой-то причине стоящая почти вертикально труба упала в переулок. Грохот был ужасный, а упавшая конструкция подняла огромный столб пыли… Помню, что она даже деформировалась. Хорошо, что никто не пострадал…

Последний снимок старого Форштадта. Фото Е. Шевченко, 1976 год

Последний снимок старого Форштадта. Фото Е. Шевченко, 1976 год

 

Вид на "нижнюю" часть Форштадта, в центре находится кинотеатр "Урал"

Рядом с церковью был кинотеатр «Урал», куда мы мальчишками бегали на самые крутые фильмы. У нас денег было мало, но все хотели смотреть кино. Обычно мы ходили в кино так: скидывались по копейки-две, благо тогда детские сеансы стоили гривенник (прим. 10 копеек) и покупали один билет. В кино шел, как правило, старший из нас, и после того, как заканчивался журнал, он открывал для нас оговоренный выход. После этого, стайка детишек, заходила в зал и садилась на свободные места. Правда, нас так пару раз «спалили». Но таким образом мы посмотрели все самые популярные фильмы того времени: «Неуловимые мстители», «-Кассиопея», «Отроки во Вселенной» и «Парижские тайны».

Рядом с церковью был кинотеатр «Урал», куда мы мальчишками бегали на самые крутые фильмы.

Кинотеатр «Урал» в котором мы смотрели самые крутые фильмы того времени.

А потом я пошел в школу. Это был 1Б класс 25-ой школы. Помню свою первую учительницу Азу Дмитриевну, свои первые оценки в школе.

Порог этой школы я перешагнул 1 сентября 1975 года.

А потом я пошел в школу. Это был 1Б класс 25-ой школы. Помню свою первую учительницу Азу Дмитриевну, свои первые оценки. Это последнее, что осталось в моей памяти, так как очередь на переселение дошла и до нас. Я переехал в Степной, а наш дом сломали. Прошло много лет, но об этом районе навсегда остались в моей душе.

© 2017, Лукьянов Сергей

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Советуем почитать:
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий