Куклы-путешественники



Друзья, позвольте представить вам Марию Воробьеву, праправнучку Ивана Ивановича Воробьева. Ее прадед Сергей Воробьев в январе 1919 года ушел вместе с Дутовым и дошел до Китая. В Бердах осталась ее прабабка Степанида и еще малолетний Егор. В середине 30-х годов Егор стал кадровым военным и ушел в армию, здесь же его застала война. В то время в Бердах оставался его маленький сын Владимир, которого он в 1943 году забрал с собой в АЛСИБ (прим. Бердской слободы: Аляска-Сибирь) — авиатрассы по перегонке американских самолётов, которые США поставляли в по договору ленд-лиза… О том, как сложилась жизнь его детей и внуков, читаем в интервью Марии Воробьевой.

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

Часть I

Путешествие в Петербург — это всегда сказка: сказка не только архитектурная и душевная, но и творческая! Северная столица готовится отметить свое 315-летие! Предстоят масштабные празднования, а главные герои — это люди! Человек, который творит кукольные шедевры под брендом Mария Воробьева на протяжении вот уже не одного десятка лет. Человек, который не просто мастер своего дела – она всегда готова прийти на помощь: подсказать, сориентировать, поддержать.

А ее авторские куклы – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Эксклюзивное интервью Марии Воробьевой, чьи куклы «разлетелись» по всему миру.

Автор: Наталья Зобнина, журналист, Член Клуба путешественников телеканала «Моя Планета»

В материале использованы фотографии из личных архивов Марии Воробьевой

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— Мария, здравствуйте!

— Здравствуй, Наташа!

— Будучи совсем маленькой девочкой, игрушки вы делали для себя сами, а помогала вам в этом мама-рукодельница. Расскажите, пожалуйста, о первом самодельном Чебурашке?

Сама я, конечно, мастерила, но и покупных игрушек и кукол у меня было очень много. Дело все в моей мамочке, у которой было военное детство и отсутствие любых игрушек. А когда появилась я, она «оторвалась» за свое военное детство: могла чуть не на последние деньги купить какую-нибудь красивую дорогую куклу для меня, а потом шить ей платья, делать прически со мной вместе. Она до сих пор покупает мне куклы — теперь помогает собирать коллекцию старых кукол для музея, который мечтаю открыть.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Мама всегда шила, вязала, вышивала. Однажды, когда мне было лет пять или шесть, в «Мурзилке» мы нашли выкройку популярного тогда Чебурашки. С него и началась уже моя история кукол. Его мы сделали вместе, а потом я уже сама начала придумывать и делать игрушки.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

А еще со старшим братом — Андреем — мы очень много лепили, рисовали, что-то вечно выдумывали… Он сочинял для меня сказки. Как-то, когда мне было, наверное, года четыре, он мне «по секрету» рассказал, что у нас под полом есть целая страна. Главная в ней Маша-Веснушка. Он рассказывал каждый день про нее разные истории, а я верила, что это — правда. Он говорил, что по ночам, когда я сплю, эта крошечная девочка выбегает из «во-о-о-он той» щелочки и разгуливает по нашей квартире.

Засыпая, я прикрывала глаза не совсем крепко в надежде, что Веснушка подумает, будто я уже сплю, выйдет, и ее увижу. Когда плохо себя вела, брат обещал все рассказать Маше-Веснушке. А когда мы ссорились, и мне хотелось поделиться обидой, я ложилась на пол рядом с «той» щелочкой, откуда якобы она выходит, и подолгу разговаривала с обожаемой Веснушкой. Потом, когда я подросла и поняла, что меня просто дурачат, постигло самое сильное детское разочарование. Примерно такое, как когда дети перестают верить в Деда Мороза…

— Мария, знаю, ваши родители – очень интересные люди. Расскажите, пожалуйста, о своем детстве…

Я родилась в Петропавловске-Камчатском. Папа – Владимир Воробьев, журналист и писатель, был тогда редактором «Камчатской правды».

Мария Воробьева родилась в Петропавловске-Камчатском. Папа – Владимир Воробьев, журналист и писатель, был тогда редактором «Камчатской правды».

Мама – Нелли Ворбьева – работала в Управлении статистики, но это служба, а главной ее страстью было — рисовать, шить, вязать. Она и сегодня — в 76-ть лет — человек увлеченный, творческий. А старшего брата я очень любила и гордилась им. К сожалению, несколько лет назад его не стало. Разница между нами – около шести лет. Он со мной играл, гулял, читал книги, выпрашивал у родителей для меня игрушки (я ни разу не попросила – за меня это делал брат), заступался, если меня кто-то обижал (хотя, и сама не из робких была – и дралась, и в футбол могла погонять).

Мария Воробьева родилась в Петропавловске-Камчатском. Папа – Владимир Воробьев, журналист и писатель, был тогда редактором «Камчатской правды».

Однажды мы с братом решили копить деньги, чтобы что-то купить (что — не помню). Когда скопилась уже приличная по тем временам сумма, брат ничего не купил себе, а купил для меня санки и совершенно фантастическую вещь – школьный класс для кукол, где были совсем, как настоящие — парты, учительский стол со стулом и доска!

— Когда уехали с Камчатки?

С Камчатки мы уехали, наверное, в 1972 году, когда мне было четыре. Папу послали учиться в ВПШ на факультет журналистики в Москву, мы поехали с ним. Закончив обучение, папа был принят в «Правду» собственным корреспондентом по Северному Казахстану, и семья переехала в Целиноград.

Теперь этого города нет, как и нет той страны. Теперь это — Астана, столица Казахстана. А тогда, в семидесятые, в нашем классе был «весь Советский Союз»: русские, украинцы, татары, молдаване, ингуши, узбеки. И жили хорошо, весело, и дружили — независимо от национальности. Целиноград – город моего детства, он часто мне снится.

— Что было дальше?

В 1980 году папу перевели на Северо-Запад, он стал специальным корреспондентом по Пскову и Новгороду. Здесь началась совсем другая жизнь. В этих местах исторические памятники кругом. Причем, имеющие ценность всемирную. Например, древнейшие из сохранившихся в России фрески Мирожского монастыря, Изборск – одна из первых каменных крепостей, древний Печорский монастырь, куда едут паломники с разных городов и стран. Здесь же Пушкиногорье — имение поэта, а в Святогорском монастыре – его могила. В Пскове и окрестностях, равно как и в Новгороде, много музеев, имений значимых для российской истории людей. Папа очень много об этих заповедных местах писал, часто брал с собой в командировки. Он подружился с Семеном Степановичем Гейченко, первым послевоенным директором Пушкинского заповедника, уникальным человеком, который поднял этот самый заповедник из руин, сделал его, как сейчас бы сказали, «топовым» местом. Туда приезжали люди со всего света в прямом смысле. И пусть сейчас перестроили все очень точно, согласно историческим чертежам, музей стал вполне «на европейском уровне», но что-то живое, мне кажется, ушло. Семен Степанович рассказывал, как специально расшатывал перила и ступени только что построенного крыльца в доме поэта, чтобы они поскрипывали, чтобы не выглядели новенькими, чтобы было ощущение, что в этом доме живут… Там же, у Гейченко, посчастливилось познакомиться со многими известными художниками, писателями, артистами, которые часто навещали Семена Степановича. У меня была даже возможность по несколько дней жить у них в доме. 

— Поделитесь некоторыми воспоминаниями того времени?

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

Помню одно такое утро: апрель, рано, но солнце уже пробивается сквозь не плотно занавешенное окно, птицы радостно, по-весеннему галдят. Семен Степанович в соседней комнате ставит пластинку с колокольными звонами, чтобы я просыпалась. Потом утренний чай с неизменными пирогами его жены Любови Джалаловны Гейченко. Потом иду гулять по аллеям и дорожкам Михайловского, пока еще нет туристов, которых тогда называли в Пушкинских горах — паломниками… Такая тишина и благость вокруг и внутри меня… Даже сейчас, через много лет, вспоминая, я улыбаюсь. Там, в Михайловском, есть липа, которую я посадила с известным ленинградским (но китайским) художником Цзян Ши-Лунем, о чем есть запись в каких-то там реестрах. 

— Да вы что!

Ши-Лунь был хорошим приятелем друга Гейченко, Василия Михайловича Звонцова, прекрасного графика и удивительного человека. Когда я, пятнадцатилетняя, поступила в художественное училище им. В.А. Серова в Ленинграде и жила одна, без родителей, Звонцов и Ши-Лунь меня опекали, иной раз подкармливали, снабжали нужными книгами или красками, кистями, я приносила им свои учебные работы для «разбора полетов». Могу бесконечно рассказывать о том времени и этих людях, но это займет целую книгу, пожалуй, а не одно интервью. 

— А когда появился в жизни вашей семьи Петербург?

В 1990 году родители переехали в , папа ушел из «Правды». Организовал свое небольшое издательство, полностью погрузился в писательскую деятельность, а вскоре и у меня появилась собственная комната на улице Жуковского, а потом и квартира. Я стала полноценным питерским жителем. Преподавала, была одним из создателей маленького частного кукольного передвижного театра под названием — «Рождественская звезда», растила сына, делала кукол.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— «С одной стороны, игрушки помогают людям лучше понять ту или иную эпоху. С другой — понять себя, почувствовать свою неразрывную связь с предками», — ваши слова… Поясните, что вы имели в виду?

Игрушки всегда — отражение любой эпохи, тенденций, моды, идеалов красоты и технического оснащения времени, когда их создавали. Рассматривая старинную игрушку, изучая, как с ней играли, лучше понимаешь быт того времени. Например, старинные фарфоровые куклы были достаточно дорогими и хрупкими, их очень берегли. Девочке не каждый день давали возможность с такой куклой играть, а только в праздники или в качестве поощрения. Устраивали кукольные чаепития, рассаживали, наряжали. Неторопливость быта, жизни отражены в этом действе. А народные куклы? Это вообще кладезь национальной культуры, верований, традиций! Изучая их, открываешь для себя целый мир! 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Сегодняшний пластик можно мять, бросать. Никто не боится им играть. А зря! Пластик бывает токсичным, тем более что он не так дорог и труден в производстве, как фарфор. Его много. Поломалась игрушка – на помойку без сожаления, купят новую… Разве это не отображает сегодняшнюю действительность?

— «…От того, что это за игрушка, во многом зависит, каким вырастет человек», — снова вас цитирую… Игрушка напрямую формирует личность?

Игрушки, безусловно, способствуют формированию личности ребенка. Кто во что, с чем и как играет — напрямую связано с тем, какие способности, наклонности сформируются у растущего человека. У некоторых народов был обычай: выкладывать перед ребенком разные предметы, символизирующие разнообразную деятельность. За чем в первую очередь потянулся – тем и станет: воином или хлебопашцем. Очень важны в жизни ребенка ролевые игры, например, «дочки – матери», это — некий тренинг для будущей взрослой жизни. 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Сейчас же все не очень понятно с играми и игрушками: монстры и разные непонятные чудовища заполнили все экраны и прилавки. Это настораживает. Как говорят психологи: что должно быть в головах у мам и пап, которые покупают этих «синемордых» двухголовых клыкастых куколок своим дочкам, или киборгов-убийц своим сыночкам?

Но те куклы, что делаю я и мои коллеги-кукольники – не игрушки. Авторские куклы – это такие же произведения, как живопись или скульптура. В них не играют. Они – предметы для украшения интерьера и\или коллекционирования. Куклы некоторых авторов могут стоить десятки тысяч евро или долларов.

— Есть ли в творчестве Марии Воробьевой принципы, которые она никогда не приемлет?

Наверное, да. Я не хочу делать страшных кукол, это не моя эстетика.

— Существует ли понятие моды в кукольном мире? 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Конечно, мода существует на все. Некие тенденции становятся модными на какое-то время, потом уступают место новым – и так далее. Кукольный мир так же реагирует на изменения вкусов, тенденций, новые технологии. Повторюсь, сейчас в моде «эстетика безобразного», монстрообразного. Я не философ, не политолог, и даже не психолог, я — художник, и мое право поддерживать это направление или нет. Мне это не нравится, но изменить я все равно ничего не могу. Впрочем, показывая детям старые дореволюционные или советские игрушки, книги с иллюстрациями прекрасных художников, таких, например, как Вера Павлова или Антон Ломаев, можно показать альтернативную эстетику, объяснить конкретному ребенку, что бывает и по-другому. Каждый выбирает сам «дьяволу служить или пророку», то есть кто-то в своем творчестве развивает эту тему, кто-то нет, рискуя «не быть в тренде». 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Мне лично это не близко. Думаю, что с куклами надо быть осторожным, ведь на подсознание «ужасная» кукла влияет много больше, чем картина или графика. Ведь кукла – трехмерна, она как бы «живет» в этом мире, рядом, в отличие от картины на стене. Не зря столько сказок об оживших куклах было во все времена, а в средневековье кукольника, «оживляющего» куклу, показывающего представление, могли и на костре сжечь, как мага. Я отношусь к авторской кукле без мистики, но осторожно. Не вшиваю никаких сердечек внутрь, не сочиняю историй, даже не всегда даю имя. Пусть это делают те, у кого будет жить эта кукла, «оживят» ее своей любовью, своими историями.

— А вы следуете модным кукольным течениям? 

Каким-то следую, каким-то нет. Считаю, что важнее придумывать и делать свое. Выражать свои мысли и чувства, а не повторять чужие.

— Когда вы поняли, что куклы — это то, чем вы хотите заниматься всю жизнь?

Наверное, когда сдала экзамены в училище. Я хотела поступить туда на театральное отделение или на скульптуру, но театральное вообще закрыли, а на скульптуру надо было ждать год. Я окончила декоративное, то, что сейчас интерьерное. Одна из педагогов познакомила меня со своей подругой, знаменитым художником-кукольником, которую звали Елена Оскаровна Марттила. Я начала ходить к ней в гости и делать первых своих кукол (ну, если не считать детских). Меня это захватило, и я твердо решила стать художником театра кукол…

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

Часть II

— Вы окончили Ленинградское художественное училище им. В.А.Серова (ныне Рериха) в 1987 году, годом позже поступили в ЛГИТМиК на кукольное отделение. Поставили как художник-постановщик более 15-ти спектаклей! Расскажите о самых важных для вас работах?

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

 

Мне было интересно все. Я ставила как художник «Сон в летнюю ночь», «Двенадцатую ночь», «Кубанских казаков» и другие спектакли.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

В театре не очень долго проработала, в 1987-88 бутафором, а 1999-2001 – главным художником Псковского Академического театра драмы, потом еще в разное время делала спектакли по контракту. Но «эту страницу жизни перевернула», пошла дальше. Ушла из театра, потому что мне быть в тридцать главным художником показалось трудновато, ведь это — не только творческая работа, но и административная должность. Я разве что не ночевала в театре, хотя и такое бывало перед премьерами. Примерно в то же время начала заниматься интерьерами совместно с талантливым дизайнером Татьяной Даниловой. Мне это стало гораздо интереснее и творчески, и финансово. Плюс, у меня всегда были куклы, а в театре на это оставалось меньше времени. Но театр любить продолжаю, конечно. Эта любовь – навсегда! А интерьерной живописью занимаюсь и по сей день.

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

— В Ленинградском театральном институте вы проучились недолго, но зато быстро нашли контакты с главными кукольными галереями Москвы и Санкт-Петербурга. А несколько ваших «марокканских ангелов» приобрёл сам Тонино Гуэрра, итальянский поэт, писатель и сценарист! То есть ваши куклы — путешественницы. В каких уголках мира живут еще?

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Про Тонино мне сказала как раз Карина Шаншиева, хозяйка московской галереи, она много общалась с ним и его женой. Мои «Марокканцы» там выставлялись. А где еще? Думаю, в очень разных городах и странах. Точно знаю, что в Париже и Нью-Йорке есть, много в Германии, есть в Швеции и Эстонии… Я не особенно слежу за их судьбами, отпускаю с легкостью!

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— Восемь лет назад вы переехали из Санкт-Петербурга в Псков. Здесь организовали «Псковский кукольный дом» — объединение художников и мастеров-кукольников. Почему возникла такая необходимость?

Необходимость переезда из Санкт-Петербурга возникла потому, что вышла замуж за псковского музыканта, скрипача Александра Назарова, артиста оркестра Псковской филармонии, к тому же я ждала дочку, довольно позднего ребенка: разница между старшим сыном Арсением и дочерью Ксенией – 19 лет! 

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

Ну, а поскольку я — человек деятельный, чтобы не заскучать, мне захотелось делать выставки в Пскове, собирать коллекцию старых игрушек для Музея кукол. А командой это делать интереснее и легче. Мы вообще довольно дружны, далеко не все провинциальные города могут похвастаться таким коллективом. Не конкурируем, а помогаем друг другу. Мы не только здесь делаем выставки, но и вместе принимаем участие в выставочных проектах: в Москве, Таллинне, Риге.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— Чем сейчас живет «Псковский кукольный дом»? Поделитесь заботами и, возможно, существующими проблемами, которые необходимо решать …

Проблема одна: где взять время, почему в сутках всего 24 часа?

— Вы признались, что вам нравится фильм «Лавка чудес» с Дастином Хоффманом. И мечтаете создать в «Псковском кукольном доме» такое же волшебное пространство. Эта идея осуществилась?

Пока нет, это процесс не самый быстрый, тем более что он напрямую связан с финансовой стороной вопроса.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— Вы ведете мастер-классы, а с этого года планируете открыть в Пскове Школу кукольного дизайна. Интересная идея! В чем будет заключаться особенность данной школы?

Особенность пока не знаю, какая будет. Но задача есть! Я очень хочу, чтобы люди, которые начали заниматься изготовлением кукол, или только планируют, могли получать знания «из первых рук», а не только из Интернета и не учиться в дорогостоящих школах кукольного дизайна — в Москве или Питере. Чтобы могли получить хотя бы первоначальные знания по пластической анатомии, скульптуре, истории костюма и навыки кроя. Все это возможно и в Пскове. 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Есть преподаватели, которые могут профессионально этому обучать. А интересных художников из других городов приглашать на мастер-классы, как это, например, делают наши коллеги из Таллинна, с которыми мы дружим.

— «Не сомневаюсь, что выставки кукол собирают во много раз больше посетителей, чем выставки картин «… Тогда вы объяснили это тем, что, мол, все любят игрушки, независимо от того, сколько кому лет. Сейчас вы думаете так же, или, возможно, выставки кукол люди стали посещать реже?

Вовсе нет, не реже. Пожалуй, наоборот. В Москве, Санкт- Петербурге, в других городах и странах проходят ежегодно десятки (если не сотни) кукольных выставок. И дело даже не в том, что такая сущность, как ребенок, никуда из нас не уходит, а в том, что искусство авторской куклы – относительно молодой вид, развивающийся. Каждый год появляются десятки новых интересных имен. 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Художники-кукольники придумывают все новые и новые формы, технологии, темы. Это синтетический вид искусства, в котором соединяется скульптура и живопись. Необходимы знания по истории костюма, прически и не только…

— Прикладное искусство сегодня популярно? Или это все же хобби для большинства мастериц?

Прикладное искусство – это искусство, а хобби – это хобби. Абсолютно разные вещи. Для того чтобы создать произведение, нужно долго и упорно учиться, самосовершенствоваться, работать (талант подразумевается априори). Мы как-то подсчитали с сыном (который тоже дипломированный художник), что его обучение профессии составило 12 лет и дальше – всю оставшуюся жизнь. А хобби (слово это, кстати, очень не люблю) – это, скорее, развлечение, отдохновение, возможность переключиться на другой вид деятельности в свободное время. Этому можно научиться в Интернете или на мастер-классе за несколько часов. 

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Я не говорю, что из «мастерицы» нельзя превратиться в Мастера, но это как раз и подразумевает труд, обучение и самосовершенствование, и обязательно – авторство, а не скачивание в Интернете чужих выкроек и чужих идей. Вот этому и может способствовать Школа кукольного дизайна – мыслить самостоятельно.

— Интересный вопрос вам задали однажды: «Много ли сегодня в Пскове профессиональных кукольных мастеров?» Вы ответили — около 16-ти. Это хорошо или плохо?

Честно говоря, я так уж точно не считала, ведь это объединение неформальное, мы собираемся на выставочных проектах, иногда встречаемся, чтобы обсудить какие-то новости или кукольные технологии… А хорошо – плохо? Это просто есть, нам интересно вместе. Собираемся обязательно в Международный День кукольника — 21 марта, это еще и мой лично день рождения.

— Вас называют чуть ли не самой популярной кукольницей в Пскове! Как вы относитесь к такому статусу?

Mария Воробьева - это человек, который творит кукольные шедевры под своим брендом на протяжении не одного десятка лет, готовый всегда прийти на помощь.

Я не думаю о статусе – просто живу и делаю то, что мне интересно. Я профессионально занимаюсь авторскими куклами с 1990 года. Согласитесь, не очень многие могут похвастаться таким стажем, ведь первые выставки авторских кукол начались примерно в это время с московской галереи «Роза Азора» и галереи Карины Шаншиевой, с которой я сотрудничала какое-то время. Так что первые кукольные выставки в Пскове были все-таки мои, и пропаганду искусства авторских кукол начала я. Не театральных, а интерьерных, так как в Пскове были и есть прекрасные театральные кукольники, такие как Галина Изотова и Сергей Семенов (он еще и замечательный живописец).

— «Сегодня люди наконец-то начали осознавать, что без прошлого нет настоящего», — эту фразу вы сказали, когда рассуждали о том, как современные дети играли в старинные игрушки на одной из выставок, которую вы же и организовали. Действительно так считаете?

Конечно! К сожалению, в нашей стране иной раз почти невозможно проследить историю какого-либо рода – революции, войны, репрессии… Но знать хотя бы ближайших необходимо! Знать, помнить, рассказывать своим детям, кто были их бабушки – дедушки. Как жили мамы, папы. Это ведь очень важно для вопроса самоидентификации человека.

— Поделитесь самой сокровенной мечтой на данном творческом этапе?

Озвучивать пока не буду, чтобы сбылось все-таки. Скажу только, что это будет выставочно-образовательный проект, который согласились со мной делать еще несколько талантливых людей. Это будут некие истории, рассказанные от лица девочки, эдакой Маши-Веснушки. Только, пожалуй, звать ее будут как мою дочь – Ксюша.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

— Мария, а тот самый Чебурашка из детства сохранился?

Сохранилась голова Чебурашки, очень смешная. Мы сделали мордочку из натурального меха. За годы моль начисто уничтожила мех. Теперь он с лысой мордой. Сохранилось несколько моих игрушек, в том числе медвежонок, которого мне подарил мой дедушка в 1972 году, куклы производства ГДР, они – часть музейной коллекции.

Авторские куклы Марии Воробьевой – настоящие путешественницы. Живут в домах разных коллекционеров, даже у самого Тонино Гуэрра, итальянского поэта, писателя и сценариста!

Клуб путешественников телеканала «Моя Планета» желает Марии больших творческих успехов — чтобы все самые смелые мечты сбылись!

Источники:

Советуем почитать:

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий

Извещать о:
avatar
wpDiscuz