От Оренбурга до Ташкента, 1886 год



Неуклюжий, широкоплечий татарин-атлет с нумерной бляхой на груди чуть не выхватывает у вас из рук багажный билет, нагружается вашими чемоданами и влечет вас самих к выходу.От Оренбурга до Ташкента. Путевой очерк Н.Н. Каразина (фрагмент), 1886 год.

Резкий свисток локомотива… Звонок… Суетня в вагонах; торопливый, почему-то всегда тревожный, разбор мешков, пледов, зонтиков и т.п… Станция !… Ну, слава Богу, доехали!..

Неуклюжий, широкоплечий татарин-атлет с нумерной бляхой на груди чуть не выхватывает у вас из рук багажный билет, нагружается вашими чемоданами и влечет вас самих к выходу.

— Куда барин нанимать?… В Еропийскую?…

— Ну, конечно!

Европейская гостиница — лучшая в городе; она действительно очень удовлетворительна, не из худших была бы и в любой столице; там преимущественно собираются путешественники, едущие в степь и по Сибирско-Троицкому тракту; там контора для всевозможных справок; там, одним словом, вы устроитесь окончательно сообразно вашему дальнейшему намерению.

Примечание «Бердской слободы»: Гостиница «Европейская» с рестораном «Декаданс», 1900-е годы. В настоящее время многофункциональное общественное здание с Татарским драматическим театром имени М. Файзи. Автор-архитектор не установлен. Адрес: Оренбург, улица Советская, 52. 

Только от Оренбурга начинается ваше настоящее путешествие. До сих пор вы не путешествовали. Что за путешествие в вагоне, по не зависящему от воли вашей маршруту! Вас просто везут так же точно, как и ваш чемодан в багажном вагоне; так же, как и ваш чемодан, вы снабжены билетом, нумером, и этот билет есть именно главное лицо, а не вы; вы сами без билета — нуль. Вас взялись за известную плату доставить до такого-то пункта в данный срок и доставляют. Вы обезличены, заперты и влекомы со всеми признаками насильственности. От Оренбурга — другое дело!

Резкий свисток локомотива... Звонок... Суетня в вагонах; торопливый, почему-то всегда тревожный, разбор мешков, пледов, зонтиков и т.п... Станция Оренбург!

Отсюда вы едете сами, вы останавливаетесь где и когда вам угодно, вы двигаетесь со скоростью, от вас самих зависящей. «Трогай!.. Ну, пошевеливай!.. Пошел шагом, пройтись хочу!.. Стой!.. Гони вовсю!..» — это уже ваши собственные повелительные наклонения… Уже не мелькают более или менее интересные для вас предметы в узких четырехугольниках вагонных окон, — нет! Все встречное, попутное, все, что развертывается перед вашими глазами в виде разнообразных пейзажей, все это стройною панорамою движется перед вами по вашему желанию, вполне доступно для наблюдений, занимает вас, увлекает даже и делает гораздо менее утомительным ваше путешествие.

Вы уже не дышите более кухонною вонью станций, едким дымом кокса, промозглою, пыльною атмосферою вагонных обивок. Вы полною грудью вдыхаете ароматный степной воздух. Аппетит ваш растет, сон делается прочнее, устойчивее, и, просыпаясь, вы не чувствуете себя разбитым, утомленным вдвое, — а напротив, богатырем глядите вдаль, и не страшит вас эта бесконечная лента дороги, эта бесконечная степная ширь, сливающаяся с голубою дымкою горизонта.

Однако все-таки к подобному путешествию надо основательно приготовиться. И вот эти приготовления надо сделать именно здесь, в Оренбурге.

Прежде всего надо обзавестись тарантасом. Тарантас — это типичный, универсальный экипаж, созданный страною необъятною, дорогами, измеряемыми тысячами верст. Недаром воспел его один из наших маститых писателей сороковых годов; слово «тарантас» связано неразрывно с поэзиею путешествий, со всеми его удобствами и неудобствами.

Тарантас должен быть крепок, удобочиним во всякой беднейшей кузнице и даже среди дороги, легок, устойчив, накатист, много вместим при этом, одним словом — должен отвечать всем условиям дальней дороги. И он в действительности совмещает в себе все эти качества.

Лучшими экипажами этого рода бесспорно считаются казанские — романовские; отделение этого мастера существует и в Оренбурге, с тех пор как город этот стал конечным относительно рельсового пути и начальным относительно колесного.

Но лучше всего найти тарантас подержанный, уже сделавший несколько тысяч верст, так сказать, вполне испытанный; подновят, подчистят и кое-что починят в нем второстепенное в несколько часов, много в сутки, но зато вы уже вполне уверены в прочности главного, т. е. хода, осей и дрог, а это очень важно.

Все едущие из степи (в Россию, как говорят здесь) оставляют свои тарантасы на дворе Европейской гостиницы, поручая продажу их и отдачу в наем, напрокат, содержателю гостиницы. Во всякое время на обширном дворе этого учреждения вы найдете не один десяток разнокалиберных тарантасов, между которыми вы наверняка можете выбрать то именно, что вам нужно. Здесь же опытные дворники уложат в кузов ваши вещи, прикрепят надежно сзади ваши тюки, чемоданы или сундуки, смажут оси, снабдят вас веревками, салом и прочим, и вы можете на них вполне положиться в этом отношении… Вы ведь вернетесь когда-нибудь и остановитесь здесь же, здесь же сдадите снова в их руки уже ненужный вам экипаж, а они дорожат своим реноме и, главное, получкою хорошего материального одобрения, в котором, конечно, вы им не откажете, — вполне довольные оконченным благополучно путешествием.

Прежде, когда Орско-Казалинско-Ташкентский тракт хотя и существовал, но по достоинству считался неблагоустроенным, — поездка от Оренбурга до Ташкента совершалась при хорошем стечении обстоятельств в месяц, а при дурном — гораздо долее; тогда путешественнику надо было заботиться о многом, запасаться всем необходимым для продовольствия и самозащиты, и малейший пробел в этих заботах мог грозить серьезным бедствием; тогда сборы в дорогу в Оренбурге тянулись целыми неделями. Теперь не то! Теперь, как вы увидите далее, озаботившись хорошим экипажем, захватив с собою чаю, сахару, вина, кое-что из закусок, вы можете смело окунуться с головою в объятия степей и знать наперед, что вы, наверное, в какие-нибудь две недели очутитесь в роскошных садах долины Ангрена и Чирчика, у водопроводной арки, случайных триумфальных ворот столицы Туркестанского края.

От Оренбурга до Ташкента. Путевой очерк Н.Н. Каразина, Глава 1,  Санкт-Петербург

Итак, вы тарантас купили, уложились, сели, вернее, комфортабельно легли во всю длину, крикнули ямщику «с Богом!» и тронулись… Поддужный колокольчик забрякал сначала робко, как будто нерешительно, затем развернулся во всю ширь… «защелкал-засвистал»… бубенцы загромыхали… Боковой ветерок относит пыль в сторону… И потянулись мимо вас справа и слева роскошные пажити и пастбища оренбургских степей, предгорий Урала. Справа все время провожает вас серебряная, окаймленная лесками лента этой исторической вольнолюбивой реки; впереди чуть-чуть синеют выси Губерлей, одной из групп главного отрога.

Источник: От Оренбурга до Ташкента. Путевой очерк Н.Н. Каразина, Глава 1,  , 1886 год, с. 3-4.

Об авторе: Николай Николаевич Каразин (1842-1908) — русский художник-баталист и писатель, участник Среднеазиатских походов.

© 2019, «Бердская слобода», Лукьянов Сергей

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *