Читаем старые газеты: Взятие снежных городков



Взятие снежных городков — воинская состязательно-игровая традиция и народная потеха. Начиная с самого раннего возраста дети с помощью подобных игр приучались к тому, что нужно уметь постоять за Родину, семью и самих себя.

Взятие городка в Оренбургской станице на масленицу 3 февраля 1896 года

Взятие городка в Оренбургской станице на масленицу 3 февраля 1896 года

Городки эти устанавливаются в станицах обыкновенно среди площадей из снега, в виде больших конусов, сажени 4-5 высотою и 2,5 — 3 в диаметре (прим. 1 сажень = 2,134 метра), напоминающих высокие стога сена, с почти отвесными боками. Городки возводятся заблаговременно, недели за две до масленицы, чтобы масса снега могла улежаться и окрепнуть. Вокруг они обносятся невысокими, 1,5 — 2 аршина (прим. 1 аршин = 0,711 метра) снежными валами.

В день назначенный для взятия городка, еще задолго до начала его штурма, вся площадь покрывается станичниками, их женами и детьми. Словом, тут собирается почти вся станица, что называется, и старый, и малый, — одни, чтобы принять участие в штурме городка или защитить его, а другие — посмотреть на сражающихся. тут сплошь и рядом вы услышите разговоры вроде следующего:

— А что, папака, будет такой Карс-то, который ты в туретчине-то брал? — спрашивает мальчуган своего заслуженного отца, вспомнив рассказ его про взятие турецкой крепости Карса и указывая на городок.

— Будет! Почитай што такой! — отвечает, улыбаясь, отец.

— А Хива?

— Ну, Хива будет поменьше Карса…

— А коли так, то и я и возьму!

— Знамо возьмешь! Вот как подрастешь малость, то и возьмешь! — отвечает отец, с любовью трепля по плечу своего будущего героя.

Перед штурмом на вершине городка укрепляется флаг и возле него кладутся призы. Защитники, вооруженные большими деревянными лопатами, а иногда и ружьями, заряженными холостыми патронами, занимают места за валом, а предназначенные для штурма (желающие льготные и  молодые казаки подготовительного разряда) отводятся от него сажень на 20 — 30 и выравниваются.

Когда все готово, распорядитель (обыкновенно станичный ) подает сигнал «шагом», а затем «карьер». По первому сигналу казаки начинают  движение, а по второму с гиком бросаются в карьер на городок. Но в тот момент, когда они подскакивают к валу, их встречают выстрелами и массой снега, который залепляет глаза и людям и лошадям и проводит в рядах атакующих замешательство: пугливые лошади бросаются в стороны, сбивая и других, а плохие ездоки летят кубарем в снег. Между атакующими и защитниками завязывается борьба. Первые стремятся проникнуть за вал к городку, а последние стараются не пустить их, пугая лошадей и забрасывая их снегом. Иногда перед валом в момент атаки зажигается еще солома.

Но вот атакующие за валом. Здесь они бросают лошадей и одни из них с полу, а другие прямо с лошадей, при помощи обломков пик или заострены колышков, лезут на почти отвесные стены городка, стараясь перегнать один другого.

Чтобы забраться на городок по почти обледенелой отвесной стенке, необходимо иметь в руках два деревянных или железных колышка, которыми пробивается кора снега. С помощью этих колышков, подтягиваясь почти на одних руках, что является хорошей гимнастикой, казак должен забраться на вершину городка.

Снег часто не выдерживает их тяжести. Они падают вниз и снова лезут. Защитники хотя и не задерживают их, но зато буквально засыпают снегом, который страшно мешает атакующим. Он набивается им в бороды, и за воротник, и залепляет глаза, нос и уши. Кто удачнее и скорее поднимается, на того и больше сыпется снега. Вот один бородатый казак кажется преодолел уже все трудности. Он обогнал всех своих товарищей и поднялся уже на наклонную поверхность городка. Папаха съехала у его на затылок, борода представляет сплошной ком снега, глаза горят, он устал, утомился и тяжело дышит, но теперь уже недалеко и легче подниматься. Снег, бросаемый защитниками, уже не так сильно мешает ему, потому что не весь долетает до него. Еще несколько усилий — и он «ерой!» (прим. герой)… Вся станица будет смотреть на него с завистью. Но в этот момент снег не выдерживает его тяжести — колышек вырывается, и казак с проклятием летит вниз, невольно сбивая по пути и свои товарищей…

Наконец, кто-нибудь из удальцов взбирается на вершину городка к флагу и в награду получает приз.

На верхнем рисунке изображено взятие городка в Оренбургской станице на масленицу 3 февраля 1896 года, именно в тот момент, когда один из казаков влез на вершину городка, а другие, не видя его, продолжают лезть.

Другой городок, поменьше, изображенный на рисунке ( прим. слева), брался тогда же школьниками-казачатами, среди которых были и малыши не старше девяти лет. школьники брали свой городок тем же порядком, как и взрослые, с той лишь разницей, что их не забрасывали снегом.

Между прочими малышами, обратил на себя внимание генерала мальчик Казанцев, 9 лет, который казался особенно миниатюрным, но тем не менее, как и другие, сидел на своем «Сивке». Генерал, обращаясь к нему, спросил:

— Ты чей?

— Казанцев, ваше превосходительство, — бойко ответил мальчуган.

— А что, не взял приз?

— Никак нет, ваше превосходительство!

— Почему же?

— У меня лошадь плоха, отстает! — нашелся мальчик.

— На вот тебе. Постарайся завести себе хорошую лошадь, — сказал серьезно генерал, подавая мальчику серебряный рубль.

— Слушаюсь. Покорнейше благодарю, ваше превосходительство! — не менее серьезно крикнул осчастливленный вниманием генерала воин.

Но тут произошло некое непредвиденное обстоятельство. Оказалось, что у воина не было кармана, куда можно было бы положить дареный рубль, а в руках держать его было холодно и неудобно на лошади. Генерал, заметив это, взял у него монету и хотел опустить ее за голенище, но мальчик предупредил его:

— Не кладите туда, ваше превосходительство! Там у меня на подошве-то дыра, сказал он.  — Я лучше в руках увезу его матери, и поехал на своем «сивке» к своей матери.

Призов 3-го февраля было выдано казакам пять и школьникам три, из которых каждый брался отдельно описанным выше способом. В призы выдавались предметы обмундирования, как-то: мундиры, шинели, сапоги, папахи, фуражки и т.п.

После взятия городков была устроена джигитовка, в которой приняли участие льготные и казаки подготовительного разряда. По обыкновению, джигитовали лихо, отчаянно, и в награду за это получили от наказного атамана несколько серебряных рублей. Рубли завертывались в платки и бросались на снег. Едва успели разбросать их, как они очутились в карманах молодцов-джигитов, которые живо подобрали их с земли на карьере.

За удалое взятие городков и лихую джигитовку казаки и казачата удостоились получить благодарность наказного атамана, после чего в стройном порядке с песнями и взятыми с городков флагами отправились по улицам станицы.

Прилагаемые ниже рисунки изображают взятие снежных городков, на Форштадской площади, казаками и казачатами Оренбургской станицы, в субботу 27 февраля 1899 года. Приведем несколько указаний, объясняющих существование этого обычая у оренбургских казаков.

Взятие снежных городков 27 февраля 1899 года в Оренбургской станице (Форштадт) - Казачата-школьники.

Взятие снежных городков 27 февраля 1899 года в Оренбургской станице () — Казачата-школьники.

Когда установился среди упомянутых казаков обычай брать на масленичной неделе снежные городки, сказать трудно, но что он существует с давних времен, о том свидетельствуют рассказы казаков старожилов.

Взятие снежных городков 27 февраля 1899 года в Оренбургской станице (Форштадт) - взрослые казаки.

Взятие снежных городков 27 февраля 1899 года в Оренбургской станице (Форштадт) — взрослые казаки.

В старину городки устраивались чуть ли не на каждой улице. Брались они охотниками казаками и казачатами. Призы ставились обыкновенно на верху городка. Для взрослых казаков обычным призом был штоф водки. Для наблюдения за порядком при взятии городков в некоторых станицах выбирались казаками, так называемый, масленичный атаман. Он надевал мохнатую шляпу с перьями, серебряную старую перевязь с подсумком, добывал у кого-либо из служивших в армии казаков французские эполеты, орлы, звезды, взятые на память о походе во Францию, и надевал все это поверх рыболовной секи (? сети), долженствующей изображать кольчугу, которую иногда носили в старину казаки, при заселении Оренбургской линии. Вообще костюм масленичного атамана должен был чем-нибудь выделяться из общей массы его подчиненных, а потому составлялся своеобразно вкусу и фантазии каждого.

Масленичный атаман отвечал за порядок и наказывал ослушников нагайкой. Под его командой и брался «городок». Таков был обычай в некоторых станицах, расположенных по оренбургской линии.

Обычай брать городки существует не в одном оренбургском войске. Наши соседи — уральцы, судя по описанию бытописателя уральских казаков Г.И. Железнова, также развлекают себя на масленичной неделе и брали «города», а не «городки» — как принято называть у оренбуржцев, ездили по улицам или, по местному выражению, «гуляли вершниками». Только города строились у уральцев не в виде снежного конуса, а сооружались ярусами снежных глыб и обливались водой. Города защищали пешие казаки, а конные нападали на города, соскакивали с лошадей и влезали на города. Установление означенного обычая среди оренбуржцев мы объясняем положением, какое занимали эти казаки в прежнее время на пограничной оренбургской линии. Служа по крепостям и редутам оренбургской линии и защищая их от нападающих на крепости кочевников (причем, наравне с казаками, участвовали иногда и казачки, переодетые в мужской казачий костюм), оренбургские казаки придумали забаву, взятия городков, напоминающую им про действительную оборону прилинейной крепости от нападающих на нее киргиз.

Переходя из поколения в поколение, обычай этот дошел и до настоящего времени.

Источники:

  • Журнал «Разведчик» №292-293, 18 мая 1896 года.
  • Журнал «Разведчик» №229, 1 марта 1895 года.
  • «Оренбургская газета» № 626, 4 апреля 1899 года

Добавить комментарий