Бойко Никифор Григорьевич

В ходе розыс­ка бер­дя­шей, погиб­ших и про­пав­ших без вести в годы Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны, и рабо­ты с доку­мен­та­ми Обоб­щен­но­го бан­ка дан­ных Мемо­ри­ал ко мне обра­тил­ся Сер­гей Афа­на­сьев с пред­ло­же­ни­ем раз­ме­стить на сай­те «Берд­ская сло­бо­да» ста­тью — в надеж­де най­ти инфор­ма­цию о Бой­ко Ники­фо­ре Гри­го­рье­ви­че, еще одном герое, кото­рый выпол­нил бое­вое зада­ние, но не вер­нул­ся с него…

Ники­фор родил­ся в 1914 году в селе Лопа­тин­ка Ора­тов­ско­го рай­о­на Вин­ниц­кой обла­сти. Его отец рабо­тал в кол­хо­зе бух­гал­те­ром. В семье было трое сыно­вей и дочь. Окон­чив шко­лу, рабо­тал в рай­цен­тре свя­зи­стом на почте. В армию пошел в 1933 году, где так­же слу­жил свя­зи­стом. После служ­бы посту­пил во вто­рое Чка­лов­ское воен­но-авиа­ци­он­ное учи­ли­ще штур­ма­нов (Орен­бург­ское выс­шее воен­ное авиа­ци­он­ное Крас­но­зна­мен­ное учи­ли­ще лет­чи­ков име­ни И.С. Пол­би­на). Окон­чил его в 1939 году, тогда же и женил­ся. Послед­ний раз в село при­ез­жал во вре­мя отпус­ка в нояб­ре-декаб­ре 1940 года с женой Клав­ди­ей Мак­си­мов­ной. Когда и где погиб никто из семьи не знал.

Как уда­лось узнать с сай­та ОБД Мемо­ри­ал, во вре­мя Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны он носил зва­ние лей­те­нан­та и слу­жил, штур­ма­ном зве­на (3 само­ле­та) 836 БАП бом­бар­ди­ро­воч­но­го авиа­пол­ка, кото­рый дей­ство­вал в соста­ве 113 БАД (Ленин­град­ской Крас­но­за­мен­ной бом­бар­ди­ро­воч­ной авиа­ци­он­ной диви­зии), 4 сме­шан­но­го авиа­кор­пу­са. До декаб­ря 1944 года лет­чи­ки диви­зии лета­ли на само­ле­тах Ил‑4, пред­на­зна­чен­ных для ноч­ных бом­бар­ди­ро­вок в глу­бо­кий тыл вра­га.

Для справ­ки: Сайт ОБД Мемо­ри­ал — Обоб­щен­ный банк дан­ных содер­жит инфор­ма­цию о защит­ни­ках Оте­че­ства, погиб­ших и про­пав­ших без вести в пери­од Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны и после­во­ен­ный пери­од.

Глав­ная цель про­ек­та — дать воз­мож­ность мил­ли­о­нам граж­дан уста­но­вить судь­бу или най­ти инфор­ма­цию о сво­их погиб­ших или про­пав­ших без вести род­ных и близ­ких, опре­де­лить место их захо­ро­не­ния.

В фев­ра­ле-мае 1942 года 113 БАД при­ни­ма­ла уча­стие в сра­же­ни­ях на Крым­ском фрон­те в соста­ве 7 удар­ной авиа­ци­он­ной груп­пы став­ки вер­хов­но­го глав­но­ко­ман­до­ва­ния. Осе­нью 1942 года основ­ным рай­о­ном бое­вой рабо­ты диви­зии стал Ста­лин­град. На пред­ло­же­ние заме­сти­те­ля народ­но­го комис­са­ра обо­ро­ны СССР по авиа­ции Нови­ко­ва А.А., 113 БАД успеш­но участ­во­ва­ла в про­ры­ве обо­ро­ни­тель­ных рубе­жей вра­га на Кур­ской дуге в днев­ных усло­ви­ях, в поряд­ке экс­пе­ри­мен­та. В янва­ре 1943 года при­вле­ка­лась к про­ры­ву бло­ка­ды Ленин­гра­да. С 1 июня 1943 года 113 БАД дей­ство­ва­ла днем под при­кры­ти­ем истре­би­те­лей на Брян­ском фрон­те в соста­ве 15 воз­душ­ной армии.

Основ­ные уси­лия диви­зии (сов­мест­но с дру­ги­ми рода­ми авиа­ции и вида­ми воору­жен­ных сил) сосре­до­та­чи­ва­ли на под­держ­ке назем­ных войск, уни­что­же­нии живой силы и бое­вой тех­ни­ки про­тив­ни­ка на глу­би­ну 20–30 км. 113 АД ДД дей­ство­ва­ла пре­иму­ще­ствен­но на уни­что­же­нии воен­но-мор­ских баз, аэро­дро­мов, воен­но-про­мыш­лен­ных и дру­гих объ­ек­тов в глу­бо­ком тылу про­тив­ни­ка. 836 БАП участ­во­вал в нале­тах на горо­да: Минск, Орел, Витебск, Смо­ленск, Оршу, желез­но­до­рож­ные стан­ции Рос­лавль, Вязь­ма. Боль­шин­ство осу­ществ­ля­лись ночью.

В мае 1943 года 836 БАП в соста­ве 4 САК резер­ва став­ки ВГК дей­ство­вал днем под при­кры­ти­ем истре­би­те­лей по опор­ным пунк­там про­тив­ни­ка в пери­од круп­ных насту­па­тель­ных опе­ра­ций на том или ином участ­ке совет­ско-гер­ман­ско­го фрон­та. Нано­си­лись мощ­ные мас­си­ро­ван­ные уда­ры по живой силе и тех­ни­ке немец­ко-фашист­ских войск на пере­до­вой и её под­сту­пах.

Ники­фор погиб 21.05.1943 года при ката­стро­фе само­ле­та “после выпол­не­ния бое­во­го зада­ния”. Радист успел доло­жить о выпол­не­нии зада­ния. Его само­лет упал в с. Ноги­но. Эки­паж погиб уже над совет­ской тер­ри­то­ри­ей, куда немец­кие истре­би­те­ли про­сто бы не доле­те­ли. Само­лет был повре­жден ПВО или истре­би­те­ля­ми и не дотя­нул до базы. В доку­мен­тах напи­са­но, что Ники­фор похо­ро­нен на клад­би­ще с. Ноги­но Рязан­ской обла­сти Рос­сии. Кро­ме него там похо­ро­не­ны 2 сер­жан­та: воз­душ­ный стре­лок-радист Тяг­ний Алек­сандр Алек­сан­дро­вич и воз­душ­ный стре­лок Кисе­лев Иван Его­ро­вич. В лесу, где раз­бил­ся само­лет, дол­жен быть сто­лик памя­ти и остат­ки само­ле­та под зем­лей. Эки­паж бом­бар­ди­ров­щи­ка Ил‑4 – 4 чел. Пило­та в спис­ках погиб­ших нет, зна­чит, он выжил или про­пал без вести. Непо­да­ле­ку от места паде­ния само­ле­та нахо­дит­ся воен­ный аэро­дром “Дяги­ле­во”. Веро­ят­но, что само­лет направ­лял­ся имен­но к нему и по каким-то при­чи­нам не дотя­нул.

Во вре­мя поис­ков были напи­са­ны пись­ма по местам житель­ства стрел­ков, погиб­ших вме­сте с Ники­фо­ром. Уда­лось узнать, что нико­го из род­ных Тяг­ния уже нет в живых. Так­же пись­ма были разо­сла­ны сослу­жив­цам Ники­фо­ра и высла­ны в воен­ный архив. Уда­лось запи­сать вос­по­ми­на­ния о нем род­ствен­ни­ков и собрать почти все фото­гра­фии, в том чис­ле с места захо­ро­не­ния. Еще пред­сто­ит рабо­та по поис­кам в Орен­бур­ге род­ствен­ни­ков жены героя. В целом есть надеж­да на попол­не­ние инфор­ма­ции.

Неиз­вест­но, куда про­пал пилот, коман­дир зве­на — в спис­ке погиб­ших его нет. Из школь­но­го музея села Алеш­ни при­шла копия пись­ма сослу­жив­ца Ники­фо­ра, адре­со­ван­но­го пред­се­да­те­лю кол­хо­за в с. Ноги­но от 19.04.1985 года. В нем автор пред­ло­жил на откры­тие памят­ни­ка вои­нам-лет­чи­кам, погиб­шим под с. Ноги­но в годы Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны при­гла­сить выжив­ших вои­нов-лет­чи­ков. Он дал адре­са дво­их сво­их това­ри­щей, кото­рые мог­ли знать адре­са осталь­ных.

Воз­мож­но в мест­ных газе­тах Рыб­нов­ско­го рай­о­на есть ста­тья об откры­тии памят­ни­ка и какие-то допол­ни­тель­ные све­де­ния.

Обнов­ле­ние. Пере­пе­чат­ка ста­тьи Евге­ния Баран­це­ва "1941–1945: Исто­рия одно­го аэро­дро­ма«, опуб­ли­ко­ван­ной в газе­те »Ком­со­моль­ская прав­да" 9 мая 2016 года.

«Ком­со­мол­ка» разыс­ка­ла в архи­ве важ­ные доку­мен­ты о воен­ных собы­ти­ях на рязан­ской зем­ле.

Об исто­рии воен­но­го аэро­дро­ма, рас­по­ла­гав­ше­го­ся в годы Вели­кой Оте­че­ствен­ной меж­ду рыб­нов­ски­ми села­ми Ноги­но и Жито­во, «Ком­со­мол­ка» нача­ла рас­ска­зы­вать год назад. Най­ден­ные в воен­ном архи­ве Подоль­ска забы­тые стра­ни­цы исто­рии, совер­шен­но по-ино­му заста­ви­ли взгля­нуть нас на вклад рязан­ской зем­ли в Вели­кую Побе­ду. Под­няв­шись в небо, гроз­но урча мото­ра­ми, бом­бар­ди­ров­щи­ки Ил‑4 шли на запад и на юг уни­что­жать несмет­ные пол­чи­ща вра­га. Курск, Смо­ленск, Витебск, Вели­кие Луки, Ста­лин­град – во всех этих горо­дах лет­чи­ки с честью выпол­ня­ли постав­лен­ные зада­чи, поги­ба­ли от пуль чер­ных истре­би­те­лей, зажи­во сго­ра­ли в под­би­тых маши­нах и полу­ча­ли награ­ды.

Из доку­мен­тов пол­ка:

«При­каз от 11 декаб­ря 1942 года №99. Эки­паж в соста­ве лет­чи­ка Васи­лия Тимо­фе­е­ва, штур­ма­на Сер­гея Михай­ло­ва, стрел­ка-ради­ста Федо­ра Хури­на исклю­чить из спис­ков, как про­пав­ших без вести».

И таких при­ка­зов в доку­мен­та­ции 836 бом­бар­ди­ро­воч­но­го авиа­пол­ка, кото­рый с июня 1942 года по 30 мая 1943 года дис­ло­ци­ро­вал­ся в Ноги­но, бес­чис­лен­ное мно­же­ство. Десят­ки вычерк­ну­тых фами­лий… На их место впи­сы­ва­лись име­на ново­бран­цев. Но про­хо­ди­ло все­го несколь­ко меся­цев, и вот уже быв­шие ново­бран­цы «отда­ва­ли свои само­ле­ты» тем, кто шел вслед за ними.

Поче­му в преж­ние годы мы так лег­ко смог­ли забыть эту боль? Серый, безы­мян­ный памят­ник на клад­би­ще в Ноги­но. Дожди смы­ли име­на геро­ев, ветер замел их сле­ды…

В минув­шем фев­ра­ле «Ком­со­мол­ка» рас­ска­зы­ва­ла о том, как наша газе­та сов­мест­но с реги­о­наль­ным пра­ви­тель­ством раз­га­да­ла тай­ну безы­мян­но­го воин­ско­го захо­ро­не­ния в селе Жито­во Рыб­нов­ско­го рай­о­на. Уже после того, как рыб­нов­ский аэро­дром поки­нул 836 бом­бар­ди­ро­воч­ный авиа­полк, взлет­ное поле в кон­це 1943 – нача­ле 1944 годов занял при­быв­ший на пере­фор­ми­ро­ва­ние 35 бом­бар­ди­ро­воч­ный авиа­полк. Во вре­мя тре­ни­ро­воч­ных поле­тов здесь тра­ги­че­ски погиб стар­ший авиа­ци­он­ный меха­ник Лео­нид Чили­ков.

Но вер­нем­ся в рас­по­ло­жен­ное с дру­гой сто­ро­ны взлет­но-поса­доч­ной поло­сы село Ноги­но. Год назад уда­лось уста­но­вить име­на девя­ти из деся­ти похо­ро­нен­ных на мест­ном клад­би­ще лет­чи­ков. Что­бы выяс­нить обсто­я­тель­ства гибе­ли каж­до­го из воз­душ­ных рабо­чих вой­ны, мы сно­ва отпра­ви­лись в архив.

Око за око, само­лет за само­лет

Пер­вый при­каз 836 бом­бар­ди­ро­воч­но­го авиа­пол­ка из Ноги­но дати­ро­ван 6 июня 1942. Вме­сте с совет­ски­ми само­ле­та­ми в этот мало чем при­ме­ча­тель­ный уго­лок рус­ской зем­ли при­шла вой­на. Конеч­но, и преж­де вра­же­ская авиа­ция в смер­тель­ном тан­це кру­жи­ла над стан­ци­я­ми Диво­во и Рыб­ное, над чугун­ным мостом через Вожу, но отго­лос­ки тех взры­вов едва-едва доле­та­ли до слу­ха мест­ных жите­лей. Теперь все ста­ло ина­че…

Из опе­ра­тив­но­го доне­се­ния коман­до­ва­ния 836 бом­бар­ди­ро­воч­но­го авиа­пол­ка:

«19.07.42 после выпол­не­ния зада­ния, при­дя на свой аэро­дром, эки­паж сер­жан­та Коро­ви­ци­на был ата­ко­ван До-217. В резуль­та­те воз­душ­но­го боя ранен стре­лок Бес­пер­стов, само­лет про­тив­ни­ка сбит стрел­ком-ради­стом Зав­го­род­ным. До-217 упал и сго­рел в рай­оне дерев­ни Носо­во. Воз­душ­ную побе­ду эки­па­жа Ил‑4 под­твер­жда­ет, в том чис­ле и эки­паж сби­то­го само­ле­та (по всей види­мо­сти, спас­ший­ся на пара­шю­тах, — Ред.)».

Но уже через несколь­ко дней – 22 июля 1942 года – нем­цы жесто­ко покви­та­лись с совет­ски­ми лет­чи­ка­ми. Во вре­мя тре­ни­ро­воч­но­го поле­та в рай­оне аэро­дро­ма Ноги­но само­лет с белы­ми кре­ста­ми на кры­льях под­ка­ра­у­лил Ил‑4 Миха­и­ла Мароч­ки­на. Поте­ряв­ший управ­ле­ние совет­ский бом­бар­ди­ров­щик рух­нул в поле…

К сча­стью, враг так и не понял, что толь­ко что прак­ти­че­ски обна­ру­жил замас­ки­ро­ван­ный в лесо­по­ло­се совет­ский аэро­дром, посчи­тав под­би­тый «Илью­шин» про­сто заплу­тав­шей бое­вой маши­ной.

Лет­чик Миха­ил Мароч­кин и стре­ло­кра­дист Евге­ний Пен­кин скон­ча­лись на месте ката­стро­фы (их похо­ро­ни­ли с поче­стя­ми на мест­ном клад­би­ще). Штур­ман Вик­тор Тара­ра­ка какое-то вре­мя еще был жив… Его отпра­ви­ли в област­ной центр в надеж­де, что рязан­ские хирур­ги смо­гут сотво­рить чудо, но, увы… В гос­пи­та­ле штур­ман скон­чал­ся. В живых после этой ката­стро­фы остал­ся лишь стре­лок-радист Илья Ива­нов­ский. Мно­гие годы спу­стя он вер­нет­ся на место гибе­ли сво­их бое­вых това­ри­щей, что­бы при­нять уча­стие в откры­тии памят­ни­ка на брат­ском захо­ро­не­нии, и при­ве­зет с собой фото­гра­фии погиб­ших фрон­то­вых дру­зей.

Роко­вая ошиб­ка №1

Почти на год воз­душ­ные рабо­чие вой­ны забы­ли доро­гу на мест­ное клад­би­ще. Эки­па­жи, не вер­нув­ши­е­ся с бое­вых зада­ний, для мест­ных жите­лей – в первую оче­редь, влюб­лен­ных в сол­дат дев­чо­нок и жен­щин – вос­при­ни­ма­лись, как про­сто «пере­дис­ло­ци­ро­вав­ши­е­ся» на дру­гие аэро­дро­мы. «Он спрыг­нул с пара­шю­том и, конеч­но, ско­ро даст знать, что жив и здо­ров — напи­шет об этом в тро­га­тель­ном пись­ме», — наде­я­лась каж­дая из невест. Но шло вре­мя, а пись­ма так и не при­хо­ди­ли…

В мае сорок тре­тье­го на полк обру­ши­лась целая чере­да несча­стий.

3 мая вне­зап­но скон­чал­ся стар­ший авиа­ци­он­ный меха­ник Иван Сафро­нов 1917 года рож­де­ния. Он был дежур­ным по сто­ян­ке, спо­кой­но раз­го­ва­ри­вал с това­ри­ща­ми, когда «сре­ди пол­но­го здо­ро­вья» неожи­дан­но упал навз­ничь. Коман­до­ва­ние авиа­пол­ка отпра­ви­ло тело Ива­на Алек­сан­дро­ви­ча на вскры­тие, подо­зре­вая, что в этой исто­рии может быть кри­ми­наль­ный под­текст. Кри­ми­наль­но­го под­тек­ста не ока­за­лось – отка­за­ло серд­це. Тело крас­но­ар­мей­ца Сафро­но­ва похо­ро­ни­ли на клад­би­ще в Ноги­но. Кста­ти, имен­но Сафро­нов был тем деся­тым (неиз­вест­ным) сол­да­том, чью фами­лию помог­ла нам уста­но­вить рабо­та в Цен­траль­ном архи­ве Мини­стер­ства обо­ро­ны РФ.

Про­шло еще несколь­ко дней, и сно­ва в рас­по­ло­же­ние авиа­пол­ка при­шли дур­ные вести. 13 мая 1943 года в окрест­но­стях аэро­дро­ма во вре­мя тре­ни­ро­воч­но­го поле­та с бом­бо­ме­та­ни­ем и стрель­бой раз­бил­ся Ил‑4, пило­ти­ру­е­мый лет­чи­ком Ива­ном Соко­ло­вым…

Из рапор­та штур­ма­на Нико­лая Нико­ла­е­ва:

«При воз­вра­ще­нии из марш­рут­но­го поле­та зве­но Сер­ги­ен­ко в соста­ве само­ле­тов №№ 11, 19 и 16 про­шло над стар­то­вым полем сво­е­го аэро­дро­ма, что­бы про­из­ве­сти посад­ку. Коман­дир зве­на подал коман­ду о пере­стро­е­нии в пра­вый пеленг. По этой коман­де левый ведо­мый (само­лет №11) начал со сни­же­ни­ем отста­вать и пере­стра­и­вать­ся в пра­вый пеленг. Я доло­жил коман­ди­ру эки­па­жа о пере­стро­е­нии Соко­ло­ва и вел наблю­де­ние за само­ле­том, пока тот не скрыл­ся из зоны види­мо­сти. Это было на высо­те 830 мет­ров. После раз­во­ро­та на зем­ле уви­дел чер­ный дым…»

Рас­сле­дуя при­чи­ны ката­стро­фы, руко­вод­ство авиа­пол­ка при­шло к мне­нию, что сер­жант Иван Соко­лов на недо­ста­точ­ной ско­ро­сти задрал маши­ну, чем усу­гу­бил еще боль­шую поте­рю ско­ро­сти. Бом­бар­ди­ров­щик с левым глу­бо­ким кре­ном пошел на сни­же­ние, а затем почти вер­ти­каль­но рух­нул на зем­лю. Эки­паж (лет­чик Иван Соко­лов, штур­ман Вик­тор Тру­сов, стре­лок-радист Дмит­рий Мишу­ков, авиа­ме­ха­ник Борис Соко­лов) погиб и был похо­ро­нен на клад­би­ще в Ноги­но.

Роко­вая ошиб­ка №2

21 мая непро­сти­тель­ную ошиб­ку так­же в рай­оне аэро­дро­ма дис­ло­ка­ции совер­шил Нико­лай Федо­рен­ко. Эки­паж в соста­ве семи само­ле­тов выпол­нял полет на сле­тан­ность с бом­бо­ме­та­ни­ем. Спу­стя пол­то­ра часа воз­душ­ные маши­ны вер­ну­лись «домой» на высо­те 500 мет­ров. На часах было 16.05. На самой гра­ни­це взлет­но-поса­доч­ной поло­сы Ил‑4 млад­ше­го лей­те­нан­та Федо­рен­ко силь­но трях­ну­ло. Лет­чик не был при­вя­зан, его под­бро­си­ло и при­жа­ло к верх­ней части фона­ря. Федо­рен­ко на мгно­ве­ние упу­стил штур­вал управ­ле­ния, и бом­бар­ди­ров­щик пере­шел в пики­ро­ва­ние.

Лей­те­нант отча­ян­но пытал­ся вер­нуть машине гори­зон­таль­ное поло­же­ние, но тяже­лый воз­душ­ный крей­сер про­дол­жал вхо­дить в глу­бо­кое пике. Когда угол паде­ния пре­вы­сил 60 гра­ду­сов, лет­чик открыл фонарь… Пото­ком воз­ду­ха его выбро­си­ло из каби­ны… На высо­те 200 мет­ров Федо­рен­ко рас­крыл пара­шют и бла­го­по­луч­но при­зем­лил­ся. Само­лет вре­зал­ся в зем­лю, остав­ший­ся в машине эки­паж – штур­ман Ники­фор Бой­ко, воз­душ­ный стре­лок Алек­сандр Тяг­ний, воз­душ­ный стре­лок Иван Кисе­лев – погиб.

Выпуск­ник Бала­шов­ской воен­но­авиа­ци­он­ной шко­лы 1940 года, коман­дир зве­на Нико­лай Федо­рен­ко к момен­ту ката­стро­фы имел налет на бом­бар­ди­ров­щи­ке Ил‑4 123 часа 38 минут. Соглас­но экс­перт­но­му заклю­че­нию при­чи­ной тра­ге­дии ста­ла невни­ма­тель­ность лет­чи­ка в поле­те, рас­те­рян­ность и испуг. Пилот не исполь­зо­вал трим­мер высо­ты руля, при­няв создав­шу­ю­ся ситу­а­цию за отказ рулей управ­ле­ния.

Слу­чай тща­тель­но разо­бра­ли со всем лет­ным соста­вом. На Федо­рен­ко нало­жи­ли дис­ци­пли­нар­ное взыс­ка­ние – 10 суток аре­ста с удер­жа­ни­ем 50 про­цен­тов зар­пла­ты за каж­дый день. Кто-то ска­жет: трус… Но мы не будем делать поспеш­ных выво­дов, на войне вся­кое быва­ет. Нико­лай Федо­рен­ко сра­жал­ся в соста­ве 836 авиа­ци­он­но­го пол­ка еще три­на­дцать меся­цев. 16 июня 1944 года при­ка­зом ВВС Крас­ной Армии за образ­цо­вое выпол­не­ние бое­вых зада­ний был награж­ден орде­ном Крас­ной Звез­ды. А 21 июня того же сорок чет­вер­то­го бом­бар­ди­ров­щик Федо­рен­ко сби­ли на Карель­ском пере­шей­ке. Штур­ман Иван Ерма­ков и воз­душ­ный стре­лок Андрей Меш­ков, ско­рее все­го, полу­чи­ли смер­тель­ные ране­ния при ата­ке на само­лет. Нико­лай и стре­лок-радист Иван Дра­гу­нов поки­ну­ли под­би­тый Ил‑4 на пара­шю­тах. На зем­ле лет­чи­кам при­шлось при­нять нерав­ный бой… Федо­рен­ко погиб, а Дра­гу­нов попал в плен.

Вме­сто после­сло­вия

Мож­но сколь­ко угод­но него­до­вать по пово­ду без­ала­бер­но­сти и без­от­вет­ствен­но­сти неко­то­рых совет­ских пило­тов, но ведь не зря же муд­рые люди гово­рят: «Не допус­ка­ет оши­бок тот, кто ниче­го не дела­ет». Нико­лай Федо­рен­ко иску­пил страш­ную ошиб­ку соб­ствен­ной кро­вью, соб­ствен­ной само­от­вер­жен­ной служ­бой. Без рис­ко­ван­ных тре­ни­ро­вок, без рабо­ты над собой не слу­чи­лось бы воз­душ­ных побед наших лет­чи­ков, не слу­чи­лись бы удач­ные назем­ные опе­ра­ции, под­дер­жи­ва­е­мые бом­бар­ди­ро­воч­ны­ми эскад­ри­лья­ми. 836 бом­бар­ди­ро­воч­ный авиа­полк отбыл из Рязан­ской обла­сти к ново­му месту дис­ло­ка­ции в Бары­ко­во Туль­ской обла­сти 30 мая 1943 года (имен­но этим днем дати­ро­ван послед­ний при­каз из Ноги­но).

Захо­ро­не­ние девя­ти лет­чи­ков и одно­го авиа­ци­он­но­го меха­ни­ка на сель­ском клад­би­ще дол­гие годы оста­ва­лось безы­мян­ным, хотя часть фами­лий мест­ным жите­лям была извест­на. В нача­ле это­го года «Ком­со­мол­ка» обра­ти­лась в пра­ви­тель­ство Рязан­ской обла­сти и адми­ни­стра­цию Рыб­нов­ско­го рай­о­на с пред­ло­же­ни­ем уве­ко­ве­чить име­на крас­но­ар­мей­цев. У нас на руках была заве­рен­ная в воен­ном архи­ве справ­ка о месте захо­ро­не­ния и обсто­я­тель­ствах гибе­ли сол­дат. Ини­ци­а­ти­ва встре­ти­ла пол­ное пони­ма­ние и под­держ­ку. Новый памят­ник с име­на­ми геро­ев будет открыт в год празд­но­ва­ния 71‑й годов­щи­ны Вели­кой Побе­ды.

P.S. 8 мая 2016 года в девять утра под гомон вер­нув­ших­ся после оче­ред­ной зимы на рязан­скую зем­лю птиц гла­ва адми­ни­стра­ции Рыб­нов­ско­го рай­о­на Вла­ди­мир Зюба и гла­ва Але­шин­ско­го сель­ско­го посе­ле­ния Юрий Иса­ев откры­ли спря­тан­ные под белым сава­ном име­на геро­ев. «Опять вес­на на белом све­те»…