Мороженщиков выселить из парков и садов

Мы при­вык­ли, что орен­бург­ским зной­ным летом мож­но осве­жить­ся как раз­лич­ны­ми про­хла­ди­тель­ны­ми напит­ка­ми, так и моро­же­ным. В нача­ле ХХ века и напит­ки, и моро­же­ное про­да­ва­ли на арен­ду­е­мых в пар­ках и скве­рах местах. В част­но­сти, про­дав­цы моро­же­но­го про­дле­ва­ли срок арен­ды каж­дый год, при этом писа­ли хода­тай­ства в город­скую Думу о неиз­мен­но­сти пла­ты за арен­ду. В мае 1913 года в оче­ред­ной раз рас­смат­ри­вал­ся этот вопрос на засе­да­нии Думы (ОГАОО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 77).

В Алек­сан­дров­ском скве­ре места моро­жен­щи­кам сда­ва­лись в арен­ду с 1907 года. В 1912 году тако­вы­ми были четы­ре чело­ве­ка, кото­рые напи­са­ли про­ше­ние в Думу о том, что­бы аренд­ная пла­та не повы­ша­лась в сле­ду­ю­щем году. Они уже внес­ли эту пла­ту на 1913 год. Моро­же­ное в Орен­бур­ге про­да­ва­лось с апре­ля по октябрь, и толь­ко 29 мая 1913 года встал вопрос о раз­ре­ше­нии про­да­вать моро­же­ное в пар­ках и скве­рах. На этом засе­да­нии был заслу­шан вывод Лес­ной комис­сии, кото­рая под­ни­ма­ла этот вопрос еще 31 октяб­ря 1912 года, гла­сив­ший:

Про­то­кол засе­да­ния Орен­бург­ской город­ской Думы от 31 мая 1913 года. ОГАОО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 77. Л. 353–354

«тор­гов­лю моро­же­ным в город­ских садах закрыть и места для этой цели не сда­вать».

Город­ская Дума при­ня­ла еди­но­глас­ное реше­ние:

«высе­лить моро­жен­щи­ков и чистиль­щи­ков обу­ви из садов за огра­ду, пору­чить Город­ской Упра­ве выве­сить пра­ви­ла о соблю­де­нии поряд­ка и чисто­ты в садах».

Немно­го о моро­же­ном. Пер­вы­ми изго­то­ви­те­ля­ми моро­же­но­го в Рос­сии были ино­стран­цы. Во вто­рой поло­вине XIX века моро­же­ное нача­ло про­да­вать­ся враз­нос, моро­жен­щи­ки выхо­ди­ли на ули­цу и про­да­ва­ли моро­же­ное всем жела­ю­щим. Нуж­но отме­тить, что это моро­же­ное часто было недоб­ро­ка­че­ствен­ным. О таком моро­же­ном пишет П. Ефе­бов­ский в сво­ем очер­ке «Петер­бург­ские раз­нос­чи­ки» (1846 года):

«Взять моло­ка, или мали­но­во­го отва­ру, тол­че­но­го саха­ру и сме­шать это с доста­точ­ным коли­че­ством сне­гу. Из это­го вос­по­след­ству­ет моро­же­ное, сли­воч­ное, или мали­но­вое, какое угод­но, толь­ко не про­стое…».

Пер­во­на­чаль­но моро­же­ное про­да­ва­ли в свою посу­ду. Частень­ко моро­же­ное нама­зы­ва­лось на хлеб и съе­да­лось с пре­ве­ли­ким удо­воль­стви­ем. Вафли и фор­моч­ки появи­лись поз­же, толь­ко в кон­це XIX века, когда моро­же­ное уже пре­вра­ти­лось в мас­со­вое, лег­ко­до­ступ­ное лаком­ство (Све­де­ния из очер­ка А. Некра­со­вой «Рус­ское моро­же­ное»).

Мате­ри­ал под­го­то­ви­ла Надеж­да Кур­ме­е­ва.
Источ­ник: Ухо­дя­щiй Орен­бургъ