Первое апреля: шутить изволите?!

Заду­мы­ва­лись вы, любез­ный мой чита­тель, поче­му имен­но 1 апре­ля мы гото­вим сво­им близ­ким раз­лич­ные розыг­ры­ши? В поис­ках исто­ков этой заме­ча­тель­ной тра­ди­ции уда­лось обна­ру­жить нема­ло любо­пыт­ных сви­де­тельств про­шло­го.

Послать кого-нибудь в апрель

Про­фес­со­ра рим­ской сло­вес­но­сти Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та Ива­на Михай­ло­ви­ча Сне­ги­ре­ва (1792–1869) влек­ли к себе мос­ков­ская ста­ри­на и рус­ские древ­но­сти. Наи­бо­лее зна­чи­тель­ны­ми его тру­да­ми явля­ют­ся иссле­до­ва­ние «Рус­ские в сво­их посло­ви­цах» в четы­рех кни­гах, 18 выпус­ков «Рус­ской ста­ри­ны в памят­ни­ках цер­ков­но­го и граж­дан­ско­го зод­че­ства» и четы­ре выпус­ка — «Рус­ские про­сто­на­род­ные празд­ни­ки и суе­вер­ные обря­ды», уви­дев­шие свет 160 лет назад, в 1837–1839 годах.

Из это­го изда­ния и пред­ла­гаю рас­сказ о пер­во­ап­рель­ском весе­лом дне.

«У нем­цев издрев­ле ведет­ся обы­чай пер­во­го апре­ля посы­лать маль­чи­ка или дру­го­го кого с тем, что­бы попро­сить или посмот­реть что-либо такое, чего нель­зя полу­чить или уви­деть: это назы­ва­ет­ся у них «послать кого-то в апрель», то есть сыг­рать над кем-то шут­ку, про­ве­сти кого-то…

В сред­ние века в Евро­пе допус­ка­лось сце­ни­че­ское пред­став­ле­ние раз­лич­ных про­ис­ше­ствий из Свя­то­го Писа­ния; поче­му и кажет­ся веро­по­доб­ным мне­ние тех, кото­рые почи­та­ют эту шут­ку неле­пым под­ра­жа­ни­ем собы­тию, слу­чив­ше­му­ся при допро­се Иису­са Хри­ста, кото­рый при­во­дим был от Каиа­фы к Пила­ту, а от Пила­та к Иро­ду, что дало повод к извест­ной фран­цуз­ской пого­вор­ке.

Это­го обык­но­ве­ния досе­ле дер­жат­ся почти все наро­ды сла­вян­ско­го пле­ме­ни. Оно извест­но в Поль­ше и Лит­ве под име­нем При­ма­апри­лис, наме­ка­ю­щим нам о рим­ском его про­ис­хож­де­нии; ибо апрель у пер­вых, судя по кли­ма­ту, назы­ва­ет­ся то Бере­зо­зо­лем, то Цве­те­нем. Это дает повод думать, что пове­рье сие пере­шло в Евро­пу от рим­лян с самим назва­ни­ем меся­ца или дру­гим путем вме­сте с наро­да­ми Восто­ка и что оно состав­ля­ло часть язы­че­ско­го празд­не­ства».

О Рос­сии со вре­мен Пет­ра I

Затем уче­ный сооб­ща­ет

«Впро­чем, если б мы име­ли точ­ней­шие све­де­ния о рели­ги­оз­ных обря­дах у сла­вян до вве­де­ния веры хри­сти­ан­ской, конеч­но, при разыс­ка­нии оных нам откры­лось бы обшир­ней­шее поле и воз­мож­ность най­ти исти­ну, к каким вре­ме­нам отно­сит­ся это обык­но­ве­ние. Как нача­ла пер­во­ап­рель­ской шут­ки долж­но более искать в язы­че­ских суе­ве­ри­ях, нами упо­мя­ну­тых, то едва ли мож­но пред­по­ла­гать для него новое осно­ва­ние в хри­сти­ан­ских вос­по­ми­на­ни­ях.

Апрель­ский обман в Рос­сии ста­но­вит­ся исто­ри­че­ски извест­ным со вре­мен Пет­ра I, и, по сему веро­я­тию, вве­ден нем­ца­ми, жив­ши­ми в Рос­сии, меж­ду кото­ры­ми долж­но пред­по­ла­гать и преж­де еще суще­ство­ва­ние это­го народ­но­го обы­чая. В 1700 году содер­жа­тель труп­пы немец­ких коме­ди­ан­тов в Москве объ­явил, что в день само­го пред­став­ле­ния вле­зет в обык­но­вен­ную сто­ло­вую бутыл­ку. На сцене яви­лась бутыл­ка с над­пи­сью: «Пер­вое апре­ля».

Пер­во­ап­рель­ские шут­ки спер­ва рас­про­стра­ни­лись сре­ди зна­ти, а потом уже в ниж­них сло­ях обще­ства; но в кре­стьян­ском быту, вда­ли от сто­лиц, они не извест­ны. Пре­да­ние ста­ро­жи­лов сви­де­тель­ству­ет нам, что немец­кие фиг­ля­ры и гае­ры о Свя­той неде­ле на Куко­вин­ке (так слы­ло место Новин­ско­го гуля­нья) пока­зы­ва­ли наро­ду за день­ги рай­ки и выки­ды­ва­ли пер­во­ап­рель­ские шут­ки, при­гла­шая смот­реть сло­вом «Кукен», от кое­го про­изо­шло и само назва­ние места, о чем напо­ми­на­ет доныне суще­ству­ю­щий там кабак Куко­вин­ка.

Извест­но так­же, что в пер­вое апре­ля поз­во­ля­лись шут­ки при дво­ре импе­ра­триц Анны Ива­нов­ны и Ели­за­ве­ты Пет­ров­ны. Так этот обы­чай, родив­ший­ся на чужой поч­ве, при­вил­ся, подоб­но дру­гим, к оте­че­ствен­ным обы­ча­ям, кои вошли в состав жиз­ни народ­ной.

Обман­чи­вая, непо­сто­ян­ная пого­да в апре­ле у рус­ских в обык­но­вен­ном язы­ке назы­ва­ет­ся апрель­скою… На Севе­ре и пого­да мог­ла давать повод к объ­яс­не­нию и к вве­де­нию чуже­зем­но­го обы­чая обма­ны­вать в пер­вый день апре­ля и весе­лы­ми шут­ка­ми встре­чать воз­вра­ща­ю­щу­ю­ся вес­ну».

Таки­ми веща­ми не шутят

Орен­бурж­цы в кон­це XIX сто­ле­тия были осве­дом­ле­ны о пер­во­ап­рель­ском обы­чае. О том сви­де­тель­ству­ет ситу­а­ция, полу­чив­шая широ­кий отклик в прес­се 1893 года, когда по заяв­ле­нию сотруд­ни­ка газе­ты «Орен­бург­ский край»

«сде­ла­лась жерт­вой пора­зи­тель­ной мисти­фи­ка­ции «Самар­ская газе­та». Какой-то досу­жий орен­бург­ский кор­ре­спон­дент, а может быть, про­сто пове­са сооб­щил ей отсю­да о само­убий­стве чинов­ни­ка здеш­ней кон­троль­ной пала­ты А.М. Ж‑ва, буд­то бы имев­шем место на Пасхе. Опи­сы­ва­ют­ся и подроб­но­сти само­убий­ства: куда попа­ла и где засе­ла пуля, како­го содер­жа­ния остав­ле­на запис­ка («в смер­ти нико­го не винить»), опи­сы­ва­ет­ся его угне­тен­ное состо­я­ние неза­дол­го перед тем и про­чее.

Ока­зы­ва­ет­ся, Ж‑в не толь­ко жив, но и нико­гда не помыш­лял о само­убий­стве, нахо­дит­ся в вожде­лен­ном здра­вии, твер­дом уме и памя­ти. Если это пер­во­ап­рель­ская шут­ка, то нель­зя не назвать ее черес­чур жесто­кой. Таки­ми веща­ми не шутят, да еще при посред­стве печат­но­го сло­ва. Не шутят. Весь­ма будет жаль, если фами­лия это­го субъ­ек­та оста­нет­ся покры­той мра­ком неиз­вест­но­сти».

«Голо­сом из-за гро­ба» назвал свое пись­мо в редак­цию «Самар­ской газе­ты» А.М. Жите­нев, кото­ро­го «похо­ро­нил» нераз­об­ла­чен­ный тво­рец вымыс­ла. Алек­сандр Миро­но­вич «покор­ней­ше» про­сил «напе­ча­тать опро­вер­же­ние и доста­вить в кан­це­ля­рию Орен­бург­ской кон­троль­ной пала­ты под­лин­ную кор­ре­спон­ден­цию о само­убий­стве для отстра­не­ния подо­зре­ния, что я сам мог быть авто­ром ста­тьи». Выпол­няя прось­бу орен­бурж­ца, самар­ские жур­на­ли­сты сожа­ле­ли о слу­чив­шем­ся, жела­ли ему дол­гих лет, обе­ща­ли най­ти винов­ни­ка «недо­стой­ной про­дел­ки».

Для сен­са­ци­он­ных и рас­счи­тан­ных на лег­ко­ве­рие пуб­ли­ки изве­стий

С недав­них пор орен­бург­ские жур­на­ли­сты воз­об­но­ви­ли тра­ди­цию розыг­ры­ша чита­те­лей. А более сот­ни лет назад, скрыв­шись за ини­ци­а­ла­ми «Н.М.Ч.», сотруд­ник «Орен­бург­ских губерн­ских ведо­мо­стей» изве­щал:

«Пер­вое апре­ля иско­ни и повсю­ду слу­жит днем обма­нов. Это един­ствен­ный в году при­ви­ле­ги­ро­ван­ный день, когда обма­нуть дру­го­го, если толь­ко это не выхо­дит из пре­де­лов лег­кой шут­ки, счи­та­ет­ся поз­во­лен­ным стро­гим кодек­сом при­ли­чий. В евро­пей­ских госу­дар­ствах, где печать стре­мит­ся быть в самой близ­кой свя­зи с жиз­нью, не гну­ша­ясь ее игри­вой, весе­лой сто­ро­ны, это­му обы­чаю пла­тят дань даже неко­то­рые газет­ные орга­ны, поль­зу­ясь этим днем для сен­са­ци­он­ных и рас­счи­тан­ных на лег­ко­ве­рие пуб­ли­ки изве­стий».

Далее автор при­во­дит «неко­то­рые инте­рес­ные мисти­фи­ка­ции»:

«Так, одна газе­та сде­ла­ла объ­яв­ле­ние, что «на такой-то пло­ща­ди сего­дня, 1 апре­ля, от 2 до 5 часов дня мож­но видеть инте­рес­ную, пол­ную раз­но­об­ра­зия типов кол­лек­цию ослов и ослиц, пред­став­ля­ю­щую доволь­но ред­кое зре­ли­ще, кото­рым поста­ра­ет­ся вос­поль­зо­вать­ся, веро­ят­но, вся­кий».

Объ­яв­ле­ние сопро­вож­да­лось пол­ным эффек­том: в назна­чен­ные часы пуб­ли­ка валом вали­ла на пло­щадь и, не видя ослов, вско­ре поня­ла всю соль обма­на, нема­ло сме­ясь над собою и сво­им лег­ко­ве­ри­ем.

На подоб­ный же эффект, ска­жем кста­ти, рас­счи­та­ны услуж­ли­во пред­ла­га­е­мые наше­му мужич­ку кар­ти­ны с зна­ме­ни­то­го Николь­ско­го рын­ка с изоб­ра­же­ни­ем двух деру­щих­ся мужич­ков и с лако­нич­но­ю­при этом над­пи­сью: «Два дура­ка дерут­ся, а тре­тий смот­рит». Вся­кий, кто возь­мет такую кар­тин­ку впер­вые и про­чтет над­пись под нею, вско­ре уви­дит в тре­тьем лице себя само­го, за отсут­стви­ем тако­во­го на рисун­ке.

Далее наш неволь­ный инфор­ма­тор напи­сал:

«В про­шлом году в ино­стран­ных газе­тах обман варьи­ро­вал­ся, меж­ду про­чим, на тему о рент­ге­нов­ских лучах. В какой-то газе­те за 1 апре­ля сооб­ща­лось, напри­мер, изве­стие, что в одной гости­ни­це (назва­ние ее наро­чи­то не ука­зы­ва­лось) «про­ез­дом оста­но­вил­ся про­да­вец очков, изго­тов­лен­ных с при­ме­не­ни­ем лучей, даю­щих воз­мож­ность читать через бума­гу. Важ­но для люби­те­лей читать сек­рет­ные пись­ма, не рас­кры­вая их, для уча­щих­ся юно­шей и девиц на экза­ме­нах при выбо­ре биле­та».

Затем реко­мен­до­ва­лось немед­лен­но вос­поль­зо­вать­ся таким важ­ным изоб­ре­те­ни­ем, состав­ля­ю­щим одно из мно­гих при­ло­же­ний вели­чай­ше­го откры­тия Рент­ге­на. Резуль­тат был таков, како­го, кажет­ся, и не ожи­дал «изоб­ре­та­тель» шут­ки…»

Про­дол­жая свое повест­во­ва­ние, орен­бург­ский жур­на­лист в 1897 году резю­ми­ро­вал:

«Вооб­ще род чело­ве­че­ский лег­ко­ве­рен, начи­ная с наших пра­ро­ди­те­лей, под­дав­ших­ся лег­ко на удоч­ку змия — обо­льсти­те­ля. Изве­стен исто­ри­че­ский анек­дот про како­го-то гер­ман­ско­го вла­де­тель­но­го кня­зя, кото­рый побил­ся об заклад, что, если пуб­ли­ку при­гла­сить в цирк на неви­дан­ное и необы­чай­ное зре­ли­ще, как будет лезть чело­век в про­стую полу­штоф­ную бутыл­ку, то цирк будет пере­пол­нен. Был сде­лан опыт, и, несмот­ря на всю неле­пость изве­стия афи­ши, пари выиг­ра­но с боль­шим успе­хом».

Всяк моло­дец врет на свой обра­зец

Автор «Исто­ри­че­ской замет­ки об апрель­ском обмане», опуб­ли­ко­ван­ной в «Орен­бург­ской газе­те» вес­ной 1898 года, утвер­ждал:

«Пер­во­го апре­ля все име­ют обык­но­ве­ние обма­ны­вать друг дру­га. Обма­ны­ва­ют, конеч­но, в шут­ку и при­том, что­бы при­дать обма­ну боль­ше веро­я­тия, ста­ра­ют­ся выби­рать для него пред­ме­ты самые обык­но­вен­ные и под­хо­дя­щие к дей­стви­тель­но­му поло­же­нию того лица, кото­рое хотят обма­нуть. Всем извест­ны, напри­мер, раз­ные курьез­ные слу­чаи, когда чело­век, забыв­шись, что при­гла­ше­ние пере­да­ет­ся ему пер­во­го апре­ля, дела­ет совер­шен­но непро­из­во­ди­тель­ную про­гул­ку к сво­е­му зна­ко­мо­му или же бес­по­лез­но вол­ну­ет­ся чуть не до слез вслед­ствие сооб­щен­но­го ему обман­ным же обра­зом изве­стия о каком-нибудь несча­стии, слу­чив­шем­ся с одним из его близ­ких или род­ных… Сло­вом, обман в пер­вое апре­ля у нас очень рас­про­стра­нен, и пере­чис­лить все виды его нет воз­мож­но­сти, пото­му что, по рус­ской посло­ви­це, «всяк моло­дец, врет на свой обра­зец».

Из мно­же­ства вер­сий отно­си­тель­но того, «к како­му вре­ме­ни сле­ду­ет отне­сти нача­ло это­го обы­чая», выдви­га­ет­ся гипо­те­за, соглас­но кото­рой

«Нача­ло обы­чая отно­сит­ся к язы­че­ской древ­но­сти, к празд­не­ствам древ­них индий­цев. Око­ло весен­не­го рав­но­ден­ствия, кото­рое по лето­ис­чис­ле­нию их рели­ги­оз­ной «Кни­ги Вед» при­хо­ди­лось в апре­ле, празд­но­ва­ли рож­де­ние боги­ни Сивы или Шивы. На празд­ни­ке этом устра­и­ва­лись сце­ни­че­ские пред­став­ле­ния и игры. Во вре­мя игр индий­цы, что­бы уми­ло­сти­вить свое боже­ство, обма­ны­ва­ли друг дру­га. 

Когда восточ­ные наро­ды пере­се­ля­лись из Азии в Евро­пу, они занес­ли с собой и этот обы­чай, может быть, даже люби­мый ими. В Евро­пе обы­чай этот со вре­ме­нем поте­рял свой рели­ги­оз­ный харак­тер и сде­лал­ся чисто быто­вым. 

Без сомне­ния, обы­чай апрель­ско­го обма­на встре­тил впо­след­ствии себе силь­но­го вра­га в лице хри­сти­ан­ства, воз­вы­шен­ная нрав­ствен­ность кото­ро­го не мог­ла при­ми­рить­ся со столь гру­бым язы­че­ским обы­ча­ем».

В голо­ве хаос мыс­лей…

В смут­ные вре­ме­на пер­вой рус­ской рево­лю­ции работ­ни­ки печа­ти шути­ли доволь­но гру­бо. Кор­ре­спон­дент еже­не­дель­ной поли­ти­че­ской, эко­но­ми­че­ской и лите­ра­тур­ной газе­ты «Орен­бург­ский край», под­пи­сав­ший псев­до­ни­мом Жало, 1 апре­ля 1907 года опуб­ли­ко­вал сле­ду­ю­щую «новость».

«Ужас! Ужас леде­нит мою кровь… В голо­ве хаос мыс­лей… Мое бед­ное серд­це бьет­ся в страш­ной тос­ке, слов­но сего­дня в 11 часов утра долж­ны испол­нить при­го­вор воен­но-поле­во­го надо мною, а не над ними…

Ужас! Сего­дня в засе­да­нии ско­ро­стрель­ной юсти­ции извест­ный про­во­ка­тор дво­ря­нин Мура­тов при­го­во­рен к пове­ше­нию за соби­ра­ние по пив­ным и трак­ти­рам и иным бого­угод­ным учре­жде­ни­ям под­пи­сей под адре­сом мужу с чисты­ми, чест­ны­ми рука­ми.

Казнь будет при­ве­де­на в испол­не­ние на бойне в 11 часов, к это­му часу туда при­гла­ша­ют­ся инте­ре­су­ю­щи­е­ся. Часом поз­же будут пове­ше­ны по при­го­во­ру того же суда Ново­жи­лов, Пота­пов, Малы­шев за при­над­леж­ность к пар­тии соци­ал-демо­кра­тов (пер­вый), а послед­ние два — к анар­хи­стам-ком­му­ни­стам…

С утра на льдине на Ура­ле сту­чат топо­ры, спеш­но ста­вят висе­ли­цы… Вто­ро­пях по ошиб­ке вме­сто трех постро­е­но пять… Оче­вид­но, плот­ни­ки про­ню­ха­ли, что сего­дня раз­би­ра­ет­ся воен­но-поле­вым еще два дела. Зная из прак­ти­ки, что воен­но-поле­вой суд — суд ско­рый, пра­вый и мило­сти­вый, — плот­ни­ки запас­ли висе­ли­цы.

Ужас! Я пла­чу горь­ки­ми сле­за­ми! Слав­ный чуд­ный Орен­бург! Сего­дня… сего­дня… сего­дня пер­вое апре­ля!»

Нам, ува­жа­е­мые чита­те­ли, оста­ет­ся толь­ко наде­ять­ся, что впредь все пер­во­ап­рель­ские розыг­ры­ши не будут столь жесто­ки­ми. Шути­те, гос­по­да жур­на­ли­сты, шути­те!

Автор: Татья­на Судор­ги­на

Источ­ни­ки:

• «Вечер­ний Орен­бург», 01 апре­ля 1998, №14
• «Орен­бург­ское вре­мя», 29 мар­та 2006, №13 (0547) с. 10