Вокзал Белова — излюбленный уголок кишит гуляющими

О том, как орга­ни­зо­вы­вал­ся отдых орен­бурж­цев в вок­за­ле Бело­ва на рубе­же XIX – XX веков, пове­да­ют архив­ные доку­мен­ты.

Через 30 лет – в соб­ствен­ность горо­да

На осно­ва­нии поста­нов­ле­ния орен­бург­ской город­ской думы от 9 июня 1883 года, по заклю­чён­но­му позд­нее кон­трак­ту,

«орен­бург­ско­му 1‑й гиль­дии куп­цу Алек­сан­дру Афо­на­сье­ви­чу Бело­ву сда­ны в аренд­ное содер­жа­ние две мест­но­сти город­ской зем­ли из коих одна, ого­ро­жен­ная решёт­кой, рас­по­ло­жен­ная на гор­ном пра­вом бере­гу реки Ура­ла (буль­вар) от памят­ни­ка Алек­сан­дру I (теперь на этом месте памят­ник В. Чка­ло­ву – Т.С.) до Вве­ден­ско­го собо­ра, а дру­гая на левом бере­гу реки Ура­ла про­тя­же­ни­ем сто сажен: 50 сажен (сажень: око­ло 2 м. – Т.С.) по одну сто­ро­ну пеше­ход­но­го моста через р. Урал и 50 сажен по дру­гую сто­ро­ну оно­го, от бере­га же в глу­би­ну рощи 50 сажен.

Все­го 5 тысяч квад­рат­ных сажен для устрой­ства вок­за­ла (так назы­ва­ли поме­ще­ния для про­ве­де­ния кон­цер­тов, теат­раль­ных поста­но­вок – Т.С.) и гуля­ний для пуб­ли­ки сро­ком с 19 фев­ра­ля 1883 года по 19 фев­ра­ля 1913 года без пла­те­жа в доход горо­да аренд­ных денег».

Осо­бо было ого­во­ре­но:

«Устро­ен­ный Бело­вым на соб­ствен­ные сред­ства камен­ный двух­этаж­ный тёп­лый вок­зал на буль­ва­ре с при­стро­ен­ной тер­ра­сой по исте­че­нии трид­ца­ти­лет­не­го сро­ка арен­ды, т.е. с 19 фев­ра­ля 1913 года дол­жен посту­пить в соб­ствен­ность горо­да бес­плат­но со все­ми устрой­ства­ми и со все­ми при­спо­соб­ле­ни­я­ми, какие впо­след­ствии будут им Бело­вым с раз­ре­ше­ния город­ской упра­вы про­из­ве­де­ны внут­ри зда­ния.

Соглас­но озна­чен­но­го кон­трак­та Белов в тече­ние аренд­но­го сро­ка обя­зан ремон­ти­ро­вать и содер­жать в чисто­те как зда­ние вок­за­ла, так и зани­ма­е­мую мест­ность и, кро­ме того, еже­год­но по спа­де воды наво­дить из соб­ствен­ных мате­ри­а­лов пеше­ход­ный мост через р. Урал на сва­ях».

«Построй­ка фун­да­мен­таль­на»

В «Пояс­ни­тель­ной запис­ке к про­ек­ту построй­ки вок­за­ла на бере­гу Ура­ла» город­ской архи­тек­тор Дмит­рий Корин писал:

«Про­ект состав­лен по жела­нию арен­да­то­ра; ниж­ний этаж дол­жен быть весь камен­ный, где пред­по­ла­га­ет­ся раз­ме­стить кух­ню, поме­ще­ние при­слу­ги, кла­до­вые, лед­ник; 2‑й этаж будет состо­ять из камен­ной сред­ней части – зала и боко­вых при­стро­ек дере­вян­ных из пла­стин и брё­вен. Вок­зал и гале­реи пред­по­ла­га­ет­ся покрыть желе­зом.

В боко­вых частях раз­ме­стит­ся буфет, бил­ли­ард­ная, ком­на­та для карт и кла­до­вая к буфе­ту. Вок­зал пред­по­ла­га­ет­ся устро­ить тёп­лым, отоп­ле­ние кото­ро­го будет про­из­во­дить­ся посред­ством кало­ри­фе­ра, постав­лен­но­го в под­валь­ном эта­же. Построй­ка зала камен­ным будет гаран­ти­ро­вать проч­ность все­го вок­за­ла…

Вооб­ще, построй­ка вок­за­ла настоль­ко фун­да­мен­таль­на, что цен­ность её будет несрав­нен­но доро­же, чем был пред­став­лен про­ект на дере­вян­ный вок­зал».

Но в мае 1884 года купец Белов обра­тил­ся в город­скую думу, сооб­щая о том, что

«в виду улуч­ше­ния устрой­ства зда­ния, как для удоб­ства поме­ще­ний, так и для проч­но­сти его»

он нахо­дит

«более удоб­ным два боко­вых при­строя верх­не­го эта­жа рас­ши­рить и устро­ить оные вме­сто пред­по­ла­гав­ших­ся дере­вян­ных – камен­ные, так как послед­ние не срав­не­но луч­ше, без­опас­ны от огня…»

Рас­смот­рев заяв­ле­ние извест­но­го в горо­де пред­при­ни­ма­те­ля, орен­бург­ские дум­цы отме­ти­ли, что «кон­тракт с Бело­вым о сда­че ему в арен­ду буль­ва­ра до сих пор не заклю­чён». И всё пото­му, что упра­ва не смог­ла дого­во­рить­ся с куп­цом отно­си­тель­но неко­то­рых поло­же­ний важ­но­го доку­мен­та.

Архи­тек­тор Корин, озна­ко­мив­шись с новым про­ек­том вок­за­ла, сожа­лел об исклю­че­нии из него дере­вян­ных гале­рей «с бесед­ка­ми по кон­цам со сто­ро­ны Ура­ла». Тем не менее, город­ская дума 140 лет назад «закры­тым засе­да­ни­ем» раз­ре­ши­ла «построй­ку камен­ных флан­гов вок­за­ла вме­сто дере­вян­ных».

«Что­бы бывать с семей­ства­ми»

Позд­ней осе­нью 1884 года Алек­сандр Белов изве­стил горо­жан, что

«зим­ний вок­зал на бере­гу р. Урал для народ­ных гуля­ний открыт. Вок­зал обстав­лен все­ми удоб­ства­ми, име­ет буфет с хоро­ши­ми, выпи­сан­ны­ми из-за гра­ни­цы вина­ми и изыс­кан­ную кух­ню под управ­ле­ни­ем опыт­но­го пова­ра.

При вок­за­ле – обшир­ней­ший в горо­де зал, очень удоб­ный для балов, сва­деб­ных вече­ров, кон­цер­тов, пуб­лич­ных лек­ций и тому подоб­ных обще­ствен­ных собра­ний. При вок­за­ле име­ет­ся каток. Еже­днев­но бли­ны».

В декаб­ре 1884 года город­ская дума ука­за­ла упра­ве

«выда­вать куп­цу Бело­ву тор­го­вый патент на буль­вар­ный вок­зал не по трак­тир­но­му поло­же­нию (т.е. 315 руб­лей), а по вок­заль­но­му (т.е. 40 руб­лей)».

Под­дер­жи­вая мест­ные вла­сти, сотруд­ник «Орен­бург­ско­го лист­ка» утвер­ждал:

«Это и закон­но, и спра­вед­ли­во, и прак­тич­но, так как теперь упра­ва име­ет пол­ное осно­ва­ние наста­и­вать, что­бы вок­зал Бело­ва был местом для народ­ных, общих гуля­ний, вполне при­лич­ным, каким он был все­гда, так что­бы мож­но было по-преж­не­му бывать на буль­ва­ре и вок­за­ле с семей­ства­ми».

Увы, эти ожи­да­ния не оправ­да­лись. У арен­да­то­ров неред­ко воз­ни­ка­ли про­бле­мы из-за предъ­яв­ля­е­мых к ним пре­тен­зий от поли­цей­мей­сте­ра – «в виду совер­ша­е­мых в вок­за­ле бес­по­ряд­ков»…

Впер­вые назва­ние «Белов­ка» встре­ти­лось на стра­ни­цах «Орен­бург­ско­го лист­ка» за 1889 год в сти­хо­твор­ном опу­се, посвя­щен­ном набе­реж­ной Ура­ла:

«Изда­ле­ка уже я вижу –
Вок­зал «Белов­ка» здесь сто­ит,
Как баш­ня Эйфе­ля в Пари­же
Он над буль­ва­ром всем царит»…

Алек­сандр Афо­на­сье­вич Белов ушёл в мир иной 130 лет назад – в нача­ле 1894 года. Но орен­бурж­цы про­дол­жа­ли назы­вать его име­нем и вок­зал, и буль­вар (даже после того, как в 1899 году город­ская дума при­ня­ла реше­ние о наиме­но­ва­нии буль­ва­ра Пуш­кин­ским).

«Пока­зы­ва­ет кар­ти­ны сине­ма­то­гра­фа»

«Вок­зал Бело­ва на буль­ва­ре отре­мон­ти­ро­ван зано­во и гале­реи с видом на реку, рощу, на сте­пи с новой желез­ной доро­гой уши­ре­ны», – сооб­щал вес­ной 1904 года сотруд­ник «Орен­бург­ско­го лист­ка», – «Этот излюб­лен­ный горо­жа­на­ми уго­лок кишит гуля­ю­щи­ми».

Вско­ре автор раз­де­ла «Театр и музы­ка» попу­ляр­но­го орен­бург­ско­го изда­ния изве­щал:

«Теат­раль­ные пред­став­ле­ния дают­ся ныне и на буль­ва­ре в вок­за­ле Бело­ва, и в город­ском зим­нем теат­ре, и в Топо­лё­вом саду – в лет­нем теат­ре И.М. Алек­се­е­ва.

В вок­за­ле Бело­ва под­ви­за­ет­ся рус­ско-мало­рус­ское това­ри­ще­ство под управ­ле­ни­ем Д.Л. Мака­рен­ко, начав­шее гастро­ли дра­мой П.Я. Мань­ко «Несчаст­нее кохане» и дивер­тис­мен­том из песен хора муж­ско­го и жен­ско­го, куп­ле­ти­стов под акком­па­не­мент каза­чье­го оркест­ра, управ­ля­е­мо­го гос­по­ди­ном Эстер­рай­хом».

Бли­же к сере­дине лет­не­го сезо­на орен­бург­ский теат­рал кон­ста­ти­ро­вал:

«В вок­за­ле Бело­ва сце­на заня­та труп­пой пля­су­нов и пев­цов Н.С. Весе­лов­ско­го. Теперь поют там и пля­шут на откры­той сцене, а зал занят дру­гим уве­се­ли­те­лем гос­по­ди­ном Бра­у­ном, кото­рый от име­ни дирек­ции извест­но­го Люмье­ра пока­зы­ва­ет био­ско­пи­че­ские кар­ти­ны сине­ма­то­гра­фа.

Кар­тин пока­за­но мно­го, осо­бен­но из теку­щей рус­ско-япон­ской вой­ны на суше и на море. Мно­го кар­тин коми­че­ско­го содер­жа­ния и фан­та­сти­че­ских, напри­мер, путе­ше­ствие аст­ро­но­мов на луну по Ж. Вер­ну. Аппа­рат уве­ли­чи­ва­ет изоб­ра­же­ние боль­ше нату­раль­ных раз­ме­ров, но всё ещё далёк от чисто­ты и всё ещё живые фото­гра­фии дро­жат. Этот Бра­ун пока­зы­ва­ет за сеанс боль­ше 80 кар­тин в трёх отде­ле­ни­ях».

«Достав­ля­ет бес­плат­ное музы­каль­ное удо­воль­ствие»

Срав­ни­вая репер­ту­ар самых доступ­ных мест отды­ха в губерн­ском цен­тре, один из орен­бурж­цев 120 лет назад писал:

«Лет­няя сце­на в Топо­лё­вом саду делит­ся на закры­тую (театр гос­по­жи Тока­ре­вой) и откры­тую. На откры­той сцене всё те же ско­мо­ро­хи: сви­стун, музы­каль­ные кло­у­ны, куп­ле­ти­сты.

Раз­вле­ка­ют садо­вую пуб­ли­ку кас­ка­дес Тор­дай и тан­цу­ю­щая без­об­раз­ный кэк-уок гос­по­жа Нел­ли де-Кор­ви. Из буль­вар­ных ско­мо­ро­хов вок­за­ла Бело­ва одна пля­су­нья в сара­фане, в пла­точ­ке и чуть ли не в лапот­ках, паро­ди­ру­ет и пере­драз­ни­ва­ет эту Нел­ли, вызы­вая в зри­те­лях неудер­жи­мый хохот».

Воз­му­ще­нию жур­на­ли­ста летом 1904 года не было пре­де­ла:

«Если мож­но смот­реть пля­су­нов Бала­шо­ва и Яко­вле­ва, то крив­ля­нья пля­су­ний на обе­их сце­нах пря­мо бес­сты­жи, про­тив­ны и бес­смыс­лен­ны. Эти «эту­а­ли» («аме­ри­кан­ские», «аглиц­кие», «вен­ские», интер­на­ци­о­наль­ные, попро­сту ска­зать – бер­ди­чев­ские) раз­вра­ща­ют, но не раз­ви­ва­ют эсте­ти­че­ские вку­сы.

Вот музы­ки что-то не слы­хать нигде. Каза­чий оркестр под управ­ле­ни­ем Эстер­рей­ха – вот и вся музы­ка у нас. Но и эта музы­ка нахо­дит­ся под коман­дой антре­пре­нё­ра вок­за­ла Бело­ва, а пото­му игра­ет толь­ко до 10 часов вече­ра. Игра­ет она еже­днев­но и после сего часа, но для посе­ти­те­лей «кон­церт­но­го зала» вок­за­ла – подыг­ры­ва­ет раз­ным фиг­ля­рам сце­ны. Все-таки спа­си­бо антре­при­зе вок­за­ла Бело­ва: она достав­ля­ет бес­плат­ное музы­каль­ное удо­воль­ствие.

На буль­ва­ре пуб­ли­ки ста­ло являть­ся боль­ше, чем в Топо­лё­вом сади­ке. Пре­об­ла­да­ет наша интел­ли­ген­ция и офи­це­ры, уез­жа­ю­щие в Ман­чжу­рию».

«Состо­я­лось откры­тие вполне при­лич­но­го ресто­ра­на»

Пред­ста­ви­тель орен­бург­ской прес­сы вес­ной 1914 года инфор­ми­ро­вал:

«На днях осо­бая комис­сия осмат­ри­ва­ла и при­ня­ла зано­во отре­мон­ти­ро­ван­ное зда­ние Белов­ки, после чего состо­я­лось откры­тие вполне при­лич­но­го ресто­ра­на, кото­рый заарен­до­ван у това­ри­ще­ства Е.Е. Гоф­ман сара­тов­ским ресто­ра­то­ром.

Не поклон­ни­кам кафе-шан­та­нов, а семей­ной пуб­ли­ке нахо­дит­ся вновь место, где воз­мож­но летом поды­шать све­жим воз­ду­хом и послу­шать музы­ку».

Стра­ни­цы мест­ных пери­о­ди­че­ских изда­ний 110 лет назад пест­ре­ли объ­яв­ле­ни­я­ми: «Вок­зал Бело­ва. Буль­вар на бере­гу реки Урал. Открыт пер­во­класс­ный ресто­ран (быв­ший Бело­ва). Поме­ще­ния зано­во отре­мон­ти­ро­ва­ны. При ресто­ране име­ют­ся совер­шен­но зано­во отре­мон­ти­ро­ван­ные тер­ра­сы и обнов­лён­ные каби­не­ты, шикар­ные бил­ли­ар­ды пер­во­класс­ных фаб­рик. Зав­тра­ки с 12 часов дня до 2 часов и обе­ды с 2 часов дня до 6 часов вече­ра.

Во вре­мя зав­тра­ков, обе­дов будет играть кон­церт­ный струн­ный оркестр под управ­ле­ни­ем Д.Х. Афа­на­сье­ва при уча­стии скри­па­ча-соли­ста М.Р. Ста­ри­ко­ва.

Буфет снаб­жён все­воз­мож­ны­ми рус­ски­ми и загра­нич­ны­ми вина­ми. Образ­цо­вая кух­ня под наблю­де­ни­ем опыт­но­го волж­ско­го кули­на­ра В.Г. Воро­бьё­ва. Спе­ци­аль­ная ази­ат­ская кух­ня под наблю­де­ни­ем опыт­но­го шаш­лыч­ни­ка Дже­па­ро­ва. Цены за всё самые уме­рен­ные. Ресто­ран открыт еже­днев­но до 3 часов ночи».

Автор: Татья­на Судор­ги­на
Источ­ник: Вечер­ний Орен­бург, № 57 от 31 июля 2024 г.