Всего лишь одна ветвь семейства Пушкиных…



14 июля 2021 года, моему отчиму, Александру Георгиевичу Пушкину, праправнуку великого поэта, исполнилось бы 95 лет. Предлагаю вашему вниманию рассказ «Ветвь» о его семье, написанный моим сводным братом, Александром Александровичем Пушкиным, в настоящее время, проживающим в США.

А.С. Пушкин с детьми, Сашей и Машей, Художник Илья Шенкер

А.С. Пушкин с детьми, Сашей и Машей, Художник Илья Шенкер

Текст дополнен примечаниями из книги «Рассказы о потомках А.С. Пушкина» Виктора Михайловича Русакова, исследователя генеалогического древа Пушкиных, историографа рода. Русаковский текст не только дополняет, но и уточняет некоторые неточности, т.к. он был подготовлен более старшим поколением – братьями Александром Георгиевичем и Михаилом Георгиевичем Пушкиными. Так же в текст добавлены мои личные воспоминания.

У Пушкина Александра Сергеевича – VI.1799-I.1837 – было четверо детей

У Пушкина Александра Сергеевича – VI.1799-I.1837 – было четверо детей:

Мария (в замужестве Гартунг) – V.1832-III.1919;

Александр – VII.1833-VII.1914;

Григорий – V.1835-VIII.1905;

Наталья (в первом браке Дубельт, во втором гр. Меренберг) – V.1836-III.1913.

Все четверо – люди замечательные и судьба каждого из них достойна романа или драмы. Но речь пойдет о старшем сыне, Александре Александровиче Пушкине.

«Как там мой Сашка рыжий? Да в кого-то он рыж?» – ревниво вопрошал Александр Сергеевич у супруги, Натальи Николаевны. Ни в роду Ганнибалов, ни Пушкиных, ни у Гончаровых, ни у Загряжских рыжих не было. Да и истинная мать Натальи Ивановны Загряжской, бабка Натальи Николаевны, Ульрика Поссе, лифляндская красавица-баронесса, судя по воспоминаниям, рыжеволосой не была. Даже Петр Первый, от которого, по версии, пошло дворянское семейство Гончаровых, был темен. (Есть теория, что Петр Первый выдал замуж одну из своих фавориток, фрейлину императрицы, уже беременную, за преуспевающего заводчика Афанасия Абрамовича Гончарова.)

Александр Александрович Пушкин (сын)

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Родился Александр 6 июля 1833 г. Был добрым и нежным сыном. Пятнадцати лет от роду по приказу императора Николая Первого отдан в Пажеский корпус, после которого служил в лейб-гвардии конном полку под командованием генерал-адъютанта Петра Петровича Ланского, своего отчима. В 28 лет в чине полковника вышел в отставку, но через шесть лет возвратился на военную службу и в 1870-м назначен командиром старинного Нарвского гусарского полка. Являл собой «идеал командира-джентльмена». Подтверждается тем, что два офицера полка, Павел Воронцов-Вельяминов и Николай Быков, его адъютант и, кстати, племянник Гоголя, стали ему зятьями, женившись на Наталье и Марии.

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Во время русско-турецкой войны 1877-78 гг. 13-й гусарский полк неоднократно отличился, освободив несколько стратегически важных болгарских городов. За личные боевые заслуги в Балканской кампании император наградил генерал-лейтенанта Александра Пушкина золотой Георгиевской саблей с надписью «За храбрость» и орденом Владимира с мечами и бантом. В 80-м году Пушкина произвели в генерал-майоры, а при прощании его с полком офицеры поднесли генералу настольные часы, на циферблате коих вместо цифр были обозначены названия освобожденных болгарских населенных пунктов.

Почетный попечитель Пушкин Александр Александрович (сын Пушкина А.С.) - курировал учебную работу. Аделаида Федоровна Гунделах, генерал-лейтенант Леонтий Николаевич фон Баумгартен курировал хозяйств.

Почетный попечитель Пушкин Александр Александрович (сын Пушкина А.С.) – курировал учебную работу. Аделаида Федоровна Гунделах, генерал-лейтенант Леонтий Николаевич фон Баумгартен курировал хозяйств.

На гражданской службе Пушкин заведовал учебной частью императорского коммерческого училища в Москве, был членом совета по учебной части Екатерининского и Александровского женских институтов, произведен в тайные советники, однако военной формы не снимал до конца жизни. Пушкинскую библиотеку (свыше 3500 томов) передал старшему сыну.

«Пушкины никогда не жили просто», – имея в виду семейные отношения, сказал как-то один из его правнуков. И, как нам известно, это – совершенная , касаемо и детей А.С. Пушкина, и внуков, и далее.

А.А. Пушкин воспитывался вместе с племянницей отчима, Соней, Софьей Александровной Ланской. Она была круглой сиротой и, по воспоминаниям кузины Ази (Александра Арапова, дочь П.П. Ланского и Натальи Николаевны), имела «тихий, кроткий нрав, те сердечные задатки, из которых вырабатывается редкая жена и примерная мать» и испытывала «ту сильную привязанность к брату (т.е. Александру), которую она тщательно от всех скрывала и ради которой отвергала партии выгоднее и блестящее его».

Софья Ланская

Софья Ланская

В возрасте 24-х лет, к радости Натальи Николаевны, Александр сделал девятнадцатилетней Софье предложение. Однако полковой священник брак сей воспретил по причине, якобы, родственных отношений. Ходатайства к митрополиту не помогли. И лишь с помощью императора, Александра Николаевича, дело уладилось. Союз был не только счастливым, но и плодотворным. Одиннадцать детей: Наталья, Софья, Мария, Александр (о нем и пойдет речь далее), Ольга, Анна, Григорий, Петр, Надежда, Вера и Сергей (застрелился в 24 года из-за несчастной любви, фотопортрет и память о нем благоговейно хранились в семье сына, Александра).

Софья Александровна Пушкина умерла в 37 лет. Через восемь лет после ее смерти Александр Александрович женился на Марии Александровне Павловой, которая была на двадцать лет моложе и родила ему двоих детей: Николая и Елену. По словам Араповой, «Мария Александровна… часто жаловалась на старика-мужа… разогнала его детей от первого брака…»

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Александр Александрович Пушкин (1833-1914), старший сын поэта

Умер старый генерал на 82-м году жизни, 19 июля 1914 года, в день вступления России в войну против Германии, от огорчения, что не может бить немца.

Александр Александрович Пушкин (внук)

Старший сын Александр (родился 3 октября 1863 г.) поначалу повторял судьбу отца: окончил Пажеский корпус, служил в Нижегородском драгунском полку в Пятигорске, в 26 лет вышел в отставку. Но – в чине поручика, и на службу он более не вернулся. Поселился в имении Ивановском Бронницкого уезда, принадлежавшем ему после смерти матери. Вскоре был назначен земским начальником уезда, а затем избран председателем земской управы, в коей должности и оставался до конца жизни. В течение пятнадцати лет состоял уездным предводителем дворянства. Как и деду, ему в 35-летнем возрасте было пожаловано камер-юнкерство. Дожил он и до камергерства, но это за три года до смерти.

А.А. был благоделателем и созидателем. Для крестьян своего уезда он выписал из Франции семена и клубни картофеля, впоследствии известные как “бронницкий картофель”. Также из Франции были выписаны куры-плимутроки, особо яйценосная порода. Для рабочих – выкупил оборудование для артелей на постройку электростанции, водопровода, мельницы. Был попечителем пяти земских училищ. При нем открылись также городское училище, церковно-приходская школа, две гимназии, городская библиотека. Построены лечебницы, фельдшерские пункты, земская больница с самым современным оборудованием, в том числе с рентген-кабинетом. Он основал санаторий для туберкулезных больных по европейскому образцу (этот санаторий для работников гжелевской фарфоровой фабрики существует по сей день). Во время войны 14-го года руководил комитетом по заготовке вооружения и снаряжения. Сохранил и систематизировал библиотеку деда, которую передал в Пушкинский дом в Петербурге. Ныне она находится в РГБ. В городе Бронницы, уже в наше время, ему поставлены два памятника – “от благодарных бронничан”. Один из них сделан по проекту его внука, Михаила Георгиевича Пушкина (после гибели последнего).

Бюст А.А. Пушкина в Бронницах

Бюст А.А. Пушкина в Бронницах

Пушкины никогда не жили просто… Будучи еще поручиком драгунского полка в Пятигорске, А.А. оказался как-то tet—a—tet с дочерью командира своего полка Ольгой Николаевной Решетовой, девицей весьма невзрачной и, по тем временам, перезрелой. Ольга жаловалась Александру, что по таковым ее обстоятельствам охотников выйти замуж за нее никогда не найдется и судьба ей коротать век в старых девах. Александр же уверял девушку в ее прекрасных свойствах и непременно благополучном семейном будущем. В это время вошел отец.

– Папа, папа! Александр Александрович сделал мне предложение, – воскликнула Ольга и бросилась поручику на шею. Человек деликатный, мягкосердечный, уважая честь полка и своего командира, Пушкин не мог отказаться.

Все дети от этого брака не выживали. Супруги разъехались: А.А. остался в Ивановском, жена уехала к отцу. И вот однажды сестра Ольга познакомила его со своей подругой по театральному кружку Анной Савицкой (на 6 лет младше А.А. Таковая разница в возрасте супругов будет часто случаться у потомков). В ней была порода, стать и та властность, которой, возможно, ему не хватало.

Между тем, оказалось, что Анна – замужем и официально именуется Анной Петровной Зейлих. У нее шестеро здоровых красивых детей: пятеро девочек и один мальчик.

А.А. действительно любил детей и посему это обстоятельство его не оттолкнуло, а напротив, явилось притягательным. Вскоре Анна Савицкая с детьми переехали в Ивановское.

Исаак Зейлих, полковник медицинской службы, крещеный еврей, друг и коллега Петра Савицкого, обрусевшего поляка, отца Анны. Брат Петра Савицкого, Константин, был одним из первых русских авиаторов. Разбился под Москвой. Мать Анны, Анна Ивановна Генерозова была из рода Милославских, гонимых в петровские времена; потомки Милославских приняли фамилию Генерозовы. Красавица в юности, с черными волосами и голубыми глазами (см. портрет), она дожила до преклонного возраста, ее любовно называли «Бынечка». Документы о родословной Милославских, которые она передала дочери Анне, пропали в 18-ом году.

Анна Ивановна Генерозова (Милославская). Портрет работы крепостного художника

Анна Ивановна Генерозова (Милославская). Портрет работы крепостного художника

Анна Петровна Савицкая, не меньшей красоты, переняла буйную отчаянность отца, шляхтича, и гордыню русских бояр. Так, была у нее такая причуда: лихая наездница, она любила по ночам в белой амазонке на черном коне скакать по окрестным полям, пугая суеверных крестьян.

К приемным дочерям: Лиде, Лене, Тане, Жене и Марусе – А.А. относился совершенно по-отцовски. Особенно любил он приемного сына Юру. Впоследствии, в возрасте 24-х лет Юрий застрелился на почве несчастной любви. Так же, как за десять лет до того любимый младший брат А.А. – Сергей.

Развод с Ольгой Решетовой затягивался, и в силу канонических препон, и по нежеланию самой жены. Пушкинская родня Анну не приняла, связь осуждала и сетовала на «испорченную жизнь бедного А.А». (Некие отголоски сего ощущаются по сей день.) Анна поссорилась со своей подругой Ольгой Пушкиной. А.А., охладев с пушкинским семейством, продолжал жить в гражданском браке. Родился долгожданный мальчик. Его крестили, назвали Константином (старший в поколении сын, Александр, был уже у Ольги). Через несколько месяцев ребенок умер. Затем – девочка, Софья, «ангельской красоты младенец», дожила до пятимесячного возраста. Портрет ее всегда, до 1969-го года, висел над кроватью Кати, «будущей» сестры, которая появилась на свет 31 октября 1907 г.

Софья Александровна Пушкина, 5 месяцев от роду

Софья Александровна Пушкина, 5 месяцев от роду

Екатерина Александровна Пушкина (правнучка)

Для всех девочек семьи Катя стала, и оставалась всю жизнь родной младшей сестрой. Очень младшей. Так, когда Кате исполнилось 7 лет, Мария уже служила санитаркой на фронте.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

Поскольку брак А.П. Зейлих с И.Е. Зейлихом, как и брак А.А. Пушкина с первой женой О.Н. Решетовой, официально расторгнут не был, Кате тоже дали фамилию Зейлих, о чем в церковной книге села Авдотьина Бронницкого уезда 4 декабря 1907 года сделана соответствующая запись. В той же записи родителями девочки значатся «врач надворный советник Исаак Ефремович Зейлих и законная его жена Анна Петровна», хотя фактически они не жили совместной семейной жизнью уже шесть-семь лет.

У Александра Александровича Пушкина и Анны Петровны Зейлих еще до рождения Кати было двое детей. Дочь Соня умерла в мае 1904 года в возрасте четырех месяцев. Сын, которого супруги собирались назвать Сашей, появился на свет в конце 1905 года и через несколько дней скончался.

Когда Екатерине Зейлих исполнилось шестнадцать лет, народный суд Краснопресненского района города Москвы рассмотрел гражданское дело об отцовстве А.А. Пушкина. В постановлении суда от 21 июля 1923 года, №6631/1139, говорится: «Отцом означенной Екатерины. Зейлих признать гр(ажданина) Александра Александровича Пушкина, а потому она имеет право именоваться Екатерина Александровна Пушкина». На основании этого юридического документа в актовую запись о рождении Е. А. Пушкиной (Зейлих), хранящуюся в Московском областном архиве ЗАГС, внесены необходимые поправки.

Многочисленные документальные материалы: свидетельства о браке, прекращении его, перемене фамилии Е.А. Пушкиной и ее детей; напечатанная в газете «Правда» 9 февраля 1937 года (к 100-летию со дня гибели А. С. Пушкина) фотография потомков поэта, где среди других сняты и Е.А. Пушкина с сыновьями; нотариально заверенные воспоминания В.Д. Терещенко, А.А. Африкановой, М.Д. Казачковой и Т.В. Лазаревой, также подтверждающие, что Екатерина Александровна — дочь А.А. Пушкина от его гражданского брака с А.П. Зейлих; справка Института мировой литературы имени А.М. Горького от 16 ноября 1956 года — о том же, приказ наркома просвещения А.С. Бубнова о назначении в 1937 году «потомкам А.С. Пушкина — Александру и Михаилу Пушкиным… стипендии» и другие документы, находящиеся в моем распоряжении, — неоспоримо доказывают, что Е.А. Пушкина, ее дети и внуки являются законными потомками великого поэта.

О том же свидетельствует и хранящийся в Рукописном отделе ИРЛИ (Пушкинский Дом) АН СССР «Список потомков Александра Сергеевича Пушкина в Союзе ССР», который составлен Т. Г. Цявловской при участии правнучек Пушкина С.П. Вельяминовой и Т.Н. Галиной по состоянию на 10 марта 1957 года. Дополнения (карандашом в тексте и на отдельных машинописных листках) внесены в перечень Т.Н. Галиной 14 февраля 1962 года. В этом списке Е.А. Пушкина значится под номером 5, а ее дети Александр, Михаил и Наталья — соответственно под номерами 23/5, 24/5 и 25/5.

Объективности ради следует сказать, что некоторые потомки Пушкина старших поколений относились к гражданскому супружеству А.А. Пушкина и А.П. Зейлих неодобрительно из-за его «незаконности». Самолюбивый, властный характер Анны Петровны тоже, безусловно, давал свойственникам повод относиться к ней неприязненно. Но никто из братьев и сестер, других родственников А.А. Пушкина при его жизни не ставил под сомнение кровное родство между Александром Александровичем и Катей. Напротив, Г.А. Пушкин на суде подтвердил, что Екатерина Зейлих — родная дочь его старшего брата.

Однако в последние два десятилетия (после смерти Е.А. Пушкиной) отдельные недостаточно осведомленные лица, в том числе кое-кто из потомков Пушкина, игнорируют принадлежность Е.А. Пушкиной и ее потомства к пушкинскому роду. В качестве «бесспорного аргумента» они приводят тот факт, что в беседе с Б.Л. Модзалевским Александр Александрович Пушкин назвал Катю «своей воспитанницей». При этом забывают (или не знают?), что слово «воспитанник(-ца)» имело тогда значение, ныне утраченное. Вот какую справку дал мне по этому поводу известный лингвист А.М. Бабкин (Институт языкознания АН СССР) в сентябре 1973 года: «В XIX веке и в начале XX века в купеческих и дворянских семьях детей от гражданского брака и внебрачных (побочных) называли воспитанниками. Явление это было привычным и широко распространенным… В таком значении слово «воспитанник (-ца)» очень часто выступало и в юридической практике».

Александр Александрович Пушкин, внук поэта

Александр Александрович Пушкин, внук поэта

Довоенные годы были, очевидно, благоприятны для семьи А.А. Летом в Ивановском, зимой в Бронницах на служебной квартире, отдых в Крыму. В 1913-м году, когда А.А. получил звание камергера императорского двора, случилась поездка в Петербург на празднование 300-летия дома Романовых. Во время торжественной процессии царевич Алексей, поравнявшись с Катей, а она сидела на плечах отца, улыбнулся ей и помахал ручкой. Таковы были ее добрые воспоминания о тех годах. А.А.-ча порой упрекали в излишнем баловстве своей дочери. На что он отвечал: «Хочу, чтоб она в детстве была счастливой. Неизвестно, что будет потом». Как знал…

Александр Александрович (внук поэта) с дочерью Катей. 1913 год

Александр Александрович (внук поэта) с дочерью Катей. 1913 год

Когда А.А. смертельно заболел туберкулезом, Анна Петровна носила его на руках, не доверяя сиделкам.

3 марта 1916 года, 52-х лет от роду, Александр Александрович скончался. Дочь его, а потом и старший внук тоже уйдут в марте.

После событий 1917-го года Анна Петровна с Катей остались в Ивановском одни. (Девушки перебрались в Москву. Старшая, и самая красивая, Лида сошлась с Амазаспом Карповичем Адамовым. Эта история будет иметь продолжение.)

В один прекрасный день 1918-го года явились молодые красноармейцы разгонять дворянское гнездо. Обнаружив в имении немолодую помещицу, кормилицу да малую дочку, решили ограничиться экспроприацией. Анна Петровна, подавив гордыню и изображая покорство судьбе, принялась доставать из погребов закуски, самогонку, и устроила гостям знатное застолье. Когда, к ночи упившись, юные воины за этим столом заснули, Анна Петровна собрала все, что можно было увезти ценного из дому, кормилица позвала своего сына-конокрада («молочного» брата Кати), тот привел лошадь с телегой, нагрузил скарб, и Анна Петровна с Катей отправились в Москву. Последнее, что запомнилось ребенку, навсегда покидающему родной дом: красноармеец, «лицом в тарелке, и в щеке застряла вилка, пропоров ее насквозь».

Усадьба была разграблена, на месте вырубленного сада с розами устроен свинарник. А место захоронения Александра Александровича в Бронницах удалось установить только по воспоминаниям письмоводительницы управы Варвары Терещенко, дожившей до преклонных лет.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

«В 1916 году Александр Александрович Пушкин (внук) умер от туберкулеза, пять лет спустя его вдова с четырнадцатилетней дочерью переехала на постоянное жительство в Москву. В Москве Катя продолжила школьное учение, начатое еще в Бронницкой гимназии, и окончила среднюю школу № 32 в Советском районе столицы».

По дороге в Москву Катя заразилась тифом. Она лежала в случайной сельской лечебнице. Ей обрили голову, и она едва не умерла. Вспоминать об этой долгой поездке Е.А. не любила.

Екатерина Александровна Пушкина была человеком Добра, и посему всякое Зло самоотрицалось в ее присутствии. «Дурачок красненькое любит» – это самое грубое ее выражение по отношению к людям, испортившим и отнявшим миллионы жизней. «Пойдем к воробышку» – говорила она, собираясь на ж/д станцию в Абрамцево, где стоял маленький памятник Ленину. У нее не было врагов (прямых, во всяком случае) или ненавистников. А друзей много, и интересных: братья Старостины, академик Микулин, йог Стрелков, Ираклий Андроников, артисты Ножкин, Нифонтова и др., путешественники (один даже кругосветный), дипломаты, музыканты и писатели. Ее многие любили. Самая большая любовь, ее история, наверное, случайно, процитирована пьесой «Варшавская история» Леонида Зорина. Но об этом позже.

А в начале двадцатых вышеупомянутый Амазасп Карпович Адамов, друг Лидии, был председателем домкома. В доме Брюсовского переулка, где весь пятый этаж был издавна собственностью семьи Адамовых. Он выделил Анне Петровне и Кате комнату в полуподвале. В Москве Анна встретилась и, наконец, помирилась с сестрами Пушкиными: Ольгой (Павловой) и Анной.

Вывезенные из дома драгоценности расходились быстро. Так, бриллиантовое ожерелье в начале 20-х было отдано за мешок крупы. Оставшиеся вещи Анна Петровна отдала дочери. Среди них была, в частности, брошка с бриллиантиками, выложенными в виде звездного узора, которую А.А. подарил Анне в самом начале их знакомства. Ее Екатерина Александровна (Е.А.) хранила до последнего, однако во время войны (1941-45 гг.) вынуждена была сдать в ломбард. (Тогда они с сыном Мишей работали на разгрузке картошки на далекой окраине Москвы. Зарплатой была та же картошка. Размер платы – «сколько унесешь». Нести приходилось по несколько часов. А чуть ранее, бриллиантовая звезда была отдана за мешок муки и немного еды. Кстати, певице Руслановой, коллекционировавшей драгоценности. «Бриллиантовая звезда – лучшая вещь в ее коллекции», – писали в газетной статье.) А брошка, казалось, сгинула безвозвратно, но – мистика гос.ломбардов – в 50-х годах Е.А. получила извещение о срочном ее выкупе. Вещь хранится по сей день.

Анна Петровна Савицкая не вписалась в советское общество, озлилась на все окружающее, гоняла дворовых мальчишек, и даже собственные внуки обзывали ее «барыней», почитая это оскорблением. «Да, я – Барыня», – гордо заявляла она.

Умерла в 1944-ом, одна, в своей комнате, ночью. Возможно, вспоминая, как летала когда-то в амазонке, пугая суеверных крестьян.

Амазасп Карпович Адамов родился в горном ауле Армении. Однажды, спускаясь с гор, он увидел сверху, как турки сжигают его селение и убивают жителей. (Это было явлением нередким, и задолго до резни 1915-го года.) Юный Амазасп, не возвращаясь в аул, отправился в Москву, подобно Ломоносову. Там он выучился, породнился с московским семейством армянских интеллигентов Нерсесовых, окончил Сорбоннский университет по адвокатуре и стал отцом сына Георгия. Амазасп Карпыч был высок, строен, добр и даже в сорокоградусные морозы ходил с непокрытой головой и в плаще. Любил возиться с детьми; сводная внучка Наташа, не будучи в состоянии выговорить столь сложного имени, называла его «дедушка Оскарчик». Амазаспа Карповича сбил грузовик. Там же, в подворотне Брюсовского переулка. Со сломанной ногой он добрался домой, но на третий день умер от столбняка.

Сын его, Георгий Амазаспович Адамов и стал первым мужем 17-летней Екатерины. Он был крайне ревнив (запоминал складки на портьерах, оставляя жену на ночь в соседней комнате), скуповат (единственный подарок старшему внуку – серебряная ложечка), скрупулезен (что отчасти выражалось в постоянном мытье рук) и книжник (отца и его библиотека составляла несколько тысяч томов по практически всем наукам, философии, искусству и чуть менее – по литературе). Его называли «черный отец», а потом – «черный дед». Математик по образованию, капитан по званию, он прошел всю Вторую войну в пехоте, а вернувшись в том же капитанском звании, выбросил награды в помойку. «Когда свои наваливают груды трупов своих, обливают бензином и поджигают…» – много о войне он не рассказывал. Занимался теннисом, был официальным арбитром. «Черный папа, дай мяч», – кричала маленькая Наташа с улицы. И он бросал ей из окошка теннисный мячик, ибо имел их много.

Умер от упрямства, злости и камней в почках, не желая выезжать из квартиры на пятом этаже, в которой прожил всю жизнь, в доме, переданном советским композиторам. В огромном здании на углу переулка и Тверской он оставался единственным не-композитором. (Иронично: квартиру армян Адамовых пожелал иметь армянин Хачатурян.) «Только через мой труп», – сказал Георгий Амазаспович. Так и случилось в марте 1963-го.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

«В 1924 году Екатерина Александровна вышла замуж за Георгия Амазасповича Адамова. Начиная с 1932 года (после развода с мужем) она работала – с перерывами – в различных советских учреждениях. Последним местом ее службы было Всероссийское гастрольно-концертное объединение, где в 1959 году занимала должность редактора. Затем ей назначили пенсию по инвалидности, которую через три года по ходатайству Союза писателей СССР заменили персональной пенсией республиканского значения. Скончалась Е.А. Пушкина от тяжелого онкологического заболевания в 1969 году».

Сыновья от Георгия и Екатерины были: Александр – 14 июля 1926, и Михаил – 26 марта 1929.

Сыновья от Георгия и Екатерины были: Александр – 14 июля 1926, и Михаил – 26 марта 1929.

Екатерина Александровна с сыновьями

Сыновья были записаны как Адамовы. Екатерина фамилию не меняла, развелась в 1932-м. Зимой 1937-го, по случаю столетия со дня смерти Александра Сергеевича, в Москве проходили пышные торжества, встречи потомков, мальчики как младшие оказались в центре внимания. А в начале войны 41-го, когда мужчины-Пушкины, в большинстве, ушли на фронт, Литфонд обратился к Е.А. с просьбой/предложением вернуть мальчикам родовое имя, с целью сохранения самоей фамилии среди потомков. Что она и сделала. Но никто из Пушкиных в этой войне не погиб.

Газетная заметка с Натальей Игоревной Пушкиной, 1949 год

Газетная заметка с Натальей Игоревной Пушкиной, 1949 год

В 1949-м (150 лет со дня рождения А.С.П.) тоже было много шума. На сей раз нарасхват газет и радио шла маленькая дочь Е.А. – Наташа. Тогда же потомкам выдали по три тысячи рублей на каждого. Об этом факте Е.А. с изумлением узнала от Галиной Татьяны Николаевны, жившей рядом, на Тверской/Горького, поинтересовавшейся, на что она собирается потратить 12000 руб. (4 персоны). И Е.А., преодолев себя, написала письмо Сталину. И случился забавный телефонный разговор. В шумном коммунальном коридоре, где к тому же оглушительно лаяла большая собака, раздался звонок: «С Вами говорят из секретариата Иосифа Виссарионовича Сталина. С Вами хочет говорить…» Екатерина, сквозь лай, ничего не разобрала. Звонков больше не было, ни имени звонившего, ни телефона она, благодаря собачке, не записала. Вообще, надо отметить, что Сталин мало кого из Пушкиных посадил, хотя, по тем временам, было за что. Позже, в 53-м, во время его похорон, Е.А. чудом осталась жива, вытащенная за руку оставшимся неизвестным ей военным из-под ног толпы.

Екатерина Александровна Пушкина

Екатерина Александровна Пушкина

А в 1964 в Чикаго вышла книжка «Black Man in Red Russia» (A Мemoir by Homer Smith. Introduction by Harrison Salisbury), в которой чернокожий американский журналист Хомер Смит, проведший в Москве десять с лишним лет, рассказывает, в частности, о встрече в 36-ом году с правнучкой «великого русского негритянского поэта А.С. Пушкина». Сильно поразило его то, что потомок всемирного гения живет в полуподвале, а дети-потомки и вовсе ходят в тряпье. Он попросил у Пола Робсона, сын которого тогда учился в Москве, какие-нибудь мальчишечьи вещи. Так что Саша и Миша в детстве носили американские шмотки от сына знаменитого негритянского певца. От Е.А. Хомер Смит много узнал о биографии и семье Пушкина, она показывала и рассказывала ему о пушкинских местах (проживания) и музеях, познакомила его с Григорием Александровичем, внуком А.С.П. Автор посвятил книгу «To Marie Petrovna, my beloved wife & To Catherine Pushkin, one of my best Russian friends».

Екатерина Александровна Пушкина

Екатерина Александровна Пушкина

A propos, в начале 60-х родственник по линии дочери А.С. Пушкина Натальи, принц Давид-Майкл Маунтбаттен, маркиз Милфорд-Хевен, который, между прочим, был шафером Филиппа на его бракосочетании с будущей королевой Елизаветой, прислал Е.А. письмо, в котором выражал желание поддерживать родственные связи, приехать в СССР, познакомиться и пр. Переписка не состоялась.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

«В последние годы жизни Екатерине Александровне удалось завязать переписку с английскими потомками Пушкина. В семье сохранилось адресованное ей и ее дочери Наташе письмо от праправнука поэта Дейвида Майкла Маунтбеттена, 3-го маркиза Милфорд-Хейвена. Оно датировано 5 апреля 1966 года. В этом письме маркиз сообщал своей московской родственнице: «У меня есть таблица семьи моей мамы, начиная от Пушкиных, и было бы очень интересно получить от вас схему родственных отношений с тем, чтобы помочь мне завершить генеалогическую таблицу». Просьбу маркиза Милфорд-Хейвена Е.А. Пушкина выполнила. Вместе со списком потомков Пушкина, проживавших тогда в СССР, она отправила в Лондон и несколько редких фотографий, в том числе неизвестные Дейвиду Маунтбеттену снимки его покойной матери – Нады де Торби, что особенно растрогало его. К сожалению, по неизвестным причинам родственные контакты Екатерины Александровны с английскими потомками не закрепились. Возможно из-за ее болезни».

Нюанс характера. В коммуналке на Брюсовском Е.А. никогда не запирала дверь в свою комнату и определенная соседка у нее постоянно подворовывала: белье, посуда и пр. Однако Е.А. не только не обращалась в милицию, но делала вид, что не замечает собственных вещей в чужой комнате.

О своих добрых поступках не говорила. К примеру, осталось неизвестным, как и где она помогла матери и дочери Гарфельд, онемевшей во время бомбежки Киева. Ольга Гарфельд, ставшая ведущей артисткой московского театра «Мимики и Жеста», выражала внуку Е.А. знаки признательности, но саму историю рассказать не могла.

Е.А. порой представлялась как «Александрова». Просто, чтоб не задавали лишних вопросов.

Всего лишь одна ветвь семейства Пушкиных... 1

По книге Русакова: Потомки А. С. Пушкина и их супруги (слева направо): в первом ряду —Т. Н. Галина, Г. А. Пушкин, М. А. Быкова, Наташа Пушкина (Харитонова), А. А. Пушкина, Е. А. Пушкина (Зейлих); во втором ряду — Боря Геринг, Саша Пушкин (Адамов), Гарик Галин, Миша Пушкин (Адамов); в третьем ряду — А. П. Зейлих, Ю. Н. Пушкина, Сережа Геринг, К. С. Пушкина (Мазина), Г. Г. Пушкин с сыном Сашей. Фотография 1938 г.

Примечание Л.С.: Александр Александрович дает снимку другое описание: Сидят: Татьяна Галина (правнучка); внуки – Григорий, Мария и Анна; Екатерина Пушкина (правнучка). Дочь ее Наташа — на руках Марии, сыновья — у Анны за спиной.

Вторым мужем Е.А. стал Игорь Николаевич Харитонов. Называл он ее, кстати, Катюша – «рыжая» (она в молодости и была рыжеволосой. Да и у сына ее Александра при черной шевелюре росла рыжая щетина, которую он непременно сбривал).

Работал Харитонов администратором в театрах, в цирке, но более известен как директор фильмов «Сказка о потерянном времени», «Алые паруса», «Спящая красавица» и др. Тоже прошел войну и вошел в Берлин «на плечах немцев», но не в пехоте, а в качестве руководителя военного филиала МХАТа. Хранил потом незамысловатые сувениры из бункера Гитлера: пепельницу, мыло… Привез он немало и хозяйственного добра, так что в коммуналке было-таки чего разворовывать.

A propos, отец Игоря появился на свет в привилегированном московском роддоме для иностранцев. Акушерка Харитонова усыновила/ удочерила двоих детей: мальчика из английского посольства, девочку из итальянского. Выросши, девочка нашла своих родителей в Италии, мальчик, из гордости, своих в Англии искать не стал.

Игорь Николаевич был по-английски строен, аккуратен в одежде (выходил к завтраку комильфо), педантичен и единственно кому позволял хозяйничать на своем столе, так это коту Шусмену, подобранному им на улице. Подбирал он и собак. (Кстати, эта черта характера – привычка к подбиранию убогих зверей и птиц – свойственна почти всем упоминаемым здесь лицам.) От Харитонова и Е.А. произошла дочь Наталья (26 октября 1937 г.).

Про «варшавскую историю». Поляк Зигмунд с 16-ти лет ушел в варшавское подполье (повстанческое движение против немцев, полностью разгромленное). Его расстреливали, но пуля неким образом только выбила ребро; он остался жив, и впоследствии всегда носил железную пластинку напротив сердца, ибо даже случайный удар мог оказаться смертельным. Войну Зигмунд закончил офицером в Армии Людовой орденоносцем и крестоносцем (польский бело-красный крест). В 49-м году, будучи национальным героем и офицером-летчиком, был отправлен в подмосковную Монинскую военную академию (для иностранного комсостава). Там устраивал концерт для курсантов Игорь Николаевич Харитонов. Так и попал Зигмунд в гости на Брюсовский. Где и произошла взаимная любовь с первого взгляда. Зигмунд был очень хорош собой, а по возрасту – почти ровесник старшего сына Екатерины. Но и ей было всего 42, и она была красива. В течение пяти лет учебы каждые выходные Зигмунд проводил в Москве, с ней. (Игорь Николаевич разошелся с Е.А.) По окончании академии Зигмунд вынужден был вернуться в Варшаву («Готов быть постовым на перекрестке – лишь бы остаться в Москве, с Катей» – говорил он). Потом, пять лет подряд как своей гражданской жене он посылал ей приглашения на выезд, а Е.А. подавала прошения на отъезд: что было разрешено делать раз в год. После унизительных мытарств по ОВИРам и пяти отказов, Е.А. отписала ему: «все кончено, женись…» и т.п.

Зигмунд дослужился до генерала, стал заместителем главнокомандующего Войска Польского. Женился. Ванда оказалась внешне похожей на Екатерину. Когда он приехал в Москву, Е.А. уже перенесла «радиацию» (лечение), располнела, стала настоящей бабушкой. Тем не менее, все дни этого отпуска Зигмунд проводил у нее. (Позже, был случай. Как-то, по делам службы, летел он из Польши на восток Союза: «Сделай кружок над Москвой», – попросил генерал пилота.)

Году в 66-м Е.А.-таки попала в Польшу и виделась с ним. Но потом, когда лежала в больнице в Москве, видеться отказалась. Такая «варшавская история».

Внука своего Е.А. часто убаюкивала любимой песней: «К нам приехал на квартиру генерал, весь израненный он жалобно стонал…»

Нюанс: со вторыми женами, и Адамова, и Харитонова, Е.А. была в прекрасных отношениях.

В последние годы, подолгу живя в Коктебеле и Абрамцево, она могла вспомнить свои детские Ивановское и . Рыбаки поутру приносили ей барабульки, садовник ухаживал за розами, домоправительница гоняла деревенских шалопаев. Е.А. была «доброй барыней». Дочек садовника экипировывала в школу, не скупилась с рыбаками, была ласкова с обслугой. В Москве устраивала «елки» с подарками для соседских детей. Дедом Морозом работал сын Михаил. Был случай. В начале шестидесятых по Москве ходил серийный убийца под кличкой «Мосгаз». Он вычислял подходящие для грабежа квартиры, в которых днем оставалась одна женщина, желательно немолодая, проникал туда в спецодежде под именем работника «Мосгаза», убивал и грабил. Таким же образом он попал на кухню к Е.А. и начал было формально ковыряться в газовой плите. Но тут из комнаты неожиданно появился ее маленький внук. То ли опасаясь излишнего шума, то ли не желая брать на себя двойного убийства, «Мосгаз», забрав инструменты и ничего не сделав, удалился.

В последние пару лет работала в писательской библиотеке, в Б. Лаврушинском пер, выдавала писателям книжки.

Умерла Екатерина Александровна Пушкина 31 марта 1969 г., после тяжелой, долгой и мучительной болезни, без единой слезы или жалобы. Отпевали в церкви на Брюсовском светлым, по-настоящему весенним, днем. Похоронена на Ваганьково, рядом с матерью и сыном сестры Елены, Юрой (1915-1939). Сын, Михаил Георгиевич, поставил на могиле фигуру ангела. («Это нелегко – делать памятник собственной матери».)

Александр Георгиевич Пушкин (Адамов) (праправнук)

Старший сын, Александр Георгиевич, родился 14 июля, в день взятия Бастилии, но был, как теперь говорят, человек ренессансный. Идеал его – Леонардо да Винчи. А.Г. умел и мог делать всё. Не мог – бездействовать. Начинать пришлось с себя. В детстве его одевали в платьица и называли «Мумой». Что не вполне гармонировало с московскими нравами на втором десятилетии советской власти. Когда сверстники стали его поколачивать, он научился драться, накачал мускулы и мог не бояться публики из соседской постройки барачного типа под названием «Косоуровка». Случай: дрались они с младшим братом на где-то раздобытых боксерских перчатках. Вернувшаяся из школы тетя, учительница Елена Ивановна (Исаковна) Емельянова (Зейлих) принялась их разнимать. Разгорячившиеся подростки загнали ее под стол. Позже она получила орден Ленина за педагогические заслуги.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

…«Саша Пушкин, десятилетний школьник, черный, живой и решительный, как Абрам Ганнибал, прочел уже всего Пушкина, – сообщалось в одной публикации 1937 года. – Но он хочет быть не поэтом, а летчиком. И не просто летчиком, а таким, как Чкалов».

В подборке писем юных потомков поэта, напечатанной накануне 100-летия со дня гибели Пушкина, приведено и письмо Саши Пушкина: «Я научился читать пяти лет. Первое, что я прочитал, был «Золотой петушок» … «Медный всадник» я знаю наизусть. А люблю больше всего «Бориса Годунова»…

В жизни А.Г. дрался много, иногда жестоко и несправедливо, а в Германии победил чемпиона оккупационных войск по «покладанию рук», т.е. армрестлингу. Он прекрасно рисовал, рифмовал и, имея стопроцентный слух, мог играть на пианино, баяне, флейте и пр., но всю жизнь играл на семиструнной гитаре. Переняв от отца математический ум, столь же способен был к точным наукам и впоследствии имел несколько патентов по строительству, в частности, по изобретению свайных установок. Про себя же говорил: «я – механик». У него было много друзей, иные его предавали, но, не видя в ответ злопамятства, они возвращались. Он имел много женщин, часто бессистемно и безвыборочно («Пушкины никогда не жили просто» – его фраза). Как говорит супруга, Мария Михайловна Пушкина (Лешукова): «У Саши на первом месте – работа, на втором – друзья, на третьем – девушки, на четвертом – дети, а потом уже жена». Спал он не более шести часов в сутки. Раны на нем заживали, «как на собаке» – нога с двойным переломом срасталась за две недели. Болеть – некогда.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

…«В 1941 году началась война, и пятнадцатилетний Саша почти сразу пошел работать на авиационный завод, потому что оказался основным кормильцем семьи. Ведь у матери кроме него было двое детей – двенадцати и трех лет, а муж Игорь Николаевич, находился на фронте.

На заводе Александр возглавлял комсомольско-молодежную бригаду, о которой в то время не раз писали газеты»…

На войну его не взяли, вначале по малолетству, а потом не отпускали с авиазавода, где он стал классным наладчиком и контролером по проверке авиамоторов. С завода он порой не приходил по трое суток, а когда возвращался, пешком от Семеновской до Брюсовского, то, бывало, засыпал на лестнице, не дойдя до квартиры. Тогда мать с его братом Мишей и маленькой сестрой Наташей, заранее ждавшие его, тащили спящего кормильца на шестой этаж. У него была единственная рабочая карточка на семью.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

 «В 1946 году двадцатилетний Александр Георгиевич Пушкин определился на работу в Армейский филиал академического Малого театра, где его отчим, артист И.Н. Харитонов, руководил гастрольной труппой, обслуживающей части Советской Армии за рубежом. А.Г. Пушкину поручили заведовать машинным цехом. С этим театра он провел за границей несколько лет».

Вскоре после войны отчим, Игорь Николаевич Харитонов, устроил Александра в театральную труппу, «гастролировавшую» по оккупированным странам Европы. Как ни странно, тогда же с концертным хором выступала в Берлине его будущая жена, Мария (Лешукова). И хотя портреты ее он мог там видеть в витринах фотоателье, встретились они позже, в Свердловске, в ресторане, куда он завалился со своими коллегами, т.е. с бригадой по установке ЛЭП-500. Внешний облик его: небритость, сапоги и телогрейка – неожиданно контрастировал с ухоженностью свердловского бомонда. Возможно, потому и удалось отбить красавицу у местных ухажеров. (А.Г. был к тому времени уже разведен. Первая жена, Александра Колоскова, старше его на шесть лет, не отличалась интеллигентностью и очень не нравилась всему семейству.) А.Г. вообще не любил «красавчиков смитов» (Дж. Лондон).

Своего первого ребенка Мария вынашивала в Муромских лесах, в городе Кулебаки, где А.Г. работал инженером-механиком. И если бы на последнем месяце беременности она не взяла билет на Москву, был бы в роду Пушкиных кулебакчанин, или кулебакец. В начале 60-х А.Г. строил Целиноград (ныне Астана), и по вечерам из окон пятиэтажек разносились слова его песен о тяжелых бытовых условиях жизни строителей нового города, типа: «В «Север» уж не пускают нас, остался один «Ишим»…» (два имевшихся тогда в городе ресторана). А.Г. рвал струны в прямом смысле слова. В Москве, на Бауманке, в определенных домах определенные девушки порой говорили: «Володь, погоди, пускай Сашка споет…» Володя был Высоцкий, Сашка – Пушкин. Сашка и Мишка (брат) были “реальными авторитетами”: Сашка – брал силой, Мишка – благородством. С детства они дрались спина-к спине. Когда А.Г. ввязывался в драку, М.Г. поначалу стоял в стороне, и лишь, если дело становилось плохо – вставал защищать тылы. К деньгам относились легко.

Был случай в Целинограде: А.Г. надо было срочно в Москву на совещание, самолет уже отходил. Приличный гражданин в костюме и при галстуке догнал авиалайнер, ухватил его за крыло и повис. Самолет остановился – А.Г. прилетел вовремя. Там же, в марте 63-го был ему сон: голова отца, Георгия Амазасповича, на фоне ослепительно красного заката. Наутро пришла телеграмма о смерти.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

«Длительно время А.Г. Пушкин был главным инженером специализированного управления № 19 треста «Мосфундаментспецстрой». Последняя его должность – начальник управления (подразделения) механизации этого же треста [прим. Л.С. – ХРУМ и АТ (хозрасчетный участок механизации и автотранспорта]. Высококвалифицированный специалист в области свайных работ, Александр Георгиевич нередко публиковал свои статьи в профессиональных журналах. Некоторые его произведения были приняты к производству».

По Москве, в качестве прораба, гл. инженера либо нач. стройуправления, А.Г. построил несколько знаменитых сооружений – МГУ, «Известия», «Белый дом», и, естественно, много обыкновенных домов в разных районах столицы. Занимался передвижкой зданий. В Казахстане «под большим секретом» строил шахты для ракетных установок. Несколько лет строил Оренбург, как и предок, интересуясь «пугачевщиной». Привез оттуда третью жену, Лиду, с приемным сыном.

Примечание Л.С.: В 1977 году Лукьянова Лида (девичья фамилия Никифорова), работавшая в тот момент на Оренбургском Аппаратном заводе, должна была отправиться в служебную командировку на радиозавод в подмосковные Мытищи. Но эта командировка очень была желанной для ее коллеги, у которой в Мытищах служил в армии жених. Лида уступила командировку подруге.

На обратном пути, в самолете, соседом подруги оказался очень интересный общительный мужчина средних лет. Как обычно бывает в дороге, к концу полета они уже знали истории жизни друг друга. Девушка поведала и о том, что лететь – то должна была ее подруга, и очень тепло отозвалась о ней, коснувшись и ее жизни. Александр Георгиевич Пушкин, а именно так звали мужчину, неожиданно попросил дать адрес этой «хорошей женщины». Позднее он написал Лидии Лукьяновой, находившейся к тому времени в разводе и имевшей сына Сергея 9 лет. Завязалась теплая переписка.

В том же 1977 году Александр Георгиевич приехал в Оренбург для очного знакомства. Женщина очень понравилась. Лидия ответила ему взаимностью, и в конце 1978 он увез ее в Тургайскую область в Казахстан, где он находился в длительной командировке. Там они, год спустя и оформили брак, который был третьим для Александра Георгиевича. Затем, уже в 1980-м году они переехали в Москву.

Александр Георгиевич неоднократно приезжал в Оренбург, и всегда они с супругой посещали памятные Пушкинские места. Так, приезжая на (в) Берды он обязательно шел к памятнику своего прапрадеда. На фотографии начала августа 1982 года запечатлен один из таких приездов.

При всем этом он отнюдь не лишал себя простых житейских радостей. Сидел в степях в обнимку с большим ручным сурком и не мог понять, «зачем мы летаем в космос, если не можем понять собственную собаку». Правда, когда был пьян, от него шарахались не только люди, но и лошади. Уважал количество труда, вложенного в произведение, в отличие от брата, который ценил сугубо красоту созданного. Привозил кучу книжек провинциальных издательств, недоступных в Москве. Приносил собак из вивария, кошек с улицы и пр., но об этой черте всех лиц уже говорилось. В консерватории засыпал при первых тактах, смущая храпом супругу и публику. Любил «Лунную сонату». Пел: «It’s a long way to Tepperary…» и «Я встретил Вас…» Притаскивал домой и югославские порножурналы, и первую диссидентскую «Белую книгу» Даниэля-Синявского, и Солженицына, и Даррелла. Будучи наполовину армянином, был ярым русофилом. Никогда, пожалуй, не мечтал «свить гнездышко» и иметь свой дом.

31 марта 1986 года, в день смерти матери, он первым пришел на Ваганьково. Тем более, что участок был его-рукотворным. Пятнадцать лет назад он пригнал сюда бульдозер и, вытащив из земли огромный камень, освободил много пространства, поставил оградку. Теперь, прибрав могилки, он расставил на лавочке выпивки-закуски и встречал гостей-родственников как добрый хозяин. После кладбища предполагалось поехать к нему домой.

Примечание Л.С.: Александр Александрович ошибся на один день. Екатерина Александровна умерла 30 марта. Именно в этот день Александр Георгиевич каждый год приходил на кладбище, чтобы помянуть мать.

На обратном пути с ним случился инсульт. Он пытался улыбаться, но, может быть, впервые в жизни был беспомощен. «Это – всё…» – сказал Михаил Георгиевич, имея в виду и себя, когда брата положили на носилки. В больнице с А.Г. обошлись, как с простым работягой: на кладбище он пришел в сапогах и телогрейке.

Примечание Л.С.: Очередная неточность. У Александра Георгиевича не было в тот день телогрейки. Ее в те годы у него не было вообще. 30 марта 1986 года он был одет в обычную «болоньевую» куртку синего цвета, ботинки. Завершала образ спортивная шапочка «петушок»…

По дороге домой Александру Георгиевичу стало плохо. Водитель маршрутного , на котором А.Г. с родственниками возвращался домой с кладбища, остановил проезжавшую мимо машину реанимации. Оказав первую помощь, реанимационная бригада, поставив предварительный диагноз инсульт, передала Александра Георгиевича бригаде скорой помощи, которая отвезла его в 63 больницу у СК «Олимпийский». Уже после смерти, ему поставили другой диагноз: аневризма головного мозга.

Александр Георгиевич очень ждал выхода на пенсию, до которой не дожил несколько месяцев. Он хотел все свободное время тратить на любимые изобретения и рационализации.

Александр Георгиевич Пушкин, 59-ти лет, умер в ночь на 1-е апреля. «Сашка, как всегда, пошутил…» – сказал кто-то из друзей на похоронах, а всего там было человек 200-300. На Ваганьковском участке поставили пятую плиту, и появилась шестая надпись.

Анна Петровна Пушкина – 1869-1944; Юрий Емельянов – 1915-1939; Екатерина Александровна Пушкина – 1907-1969; Мария Исаковна Опанасенко – 1895-1971; Елена Ивановна Емельянова – 1894-1980.

Примечание Л.С.: Из-за того, что Александр Александрович ошибся с датой смерти Екатерины Александровны, в тексте произошла накладка с датой смерти Александра Георгиевича. Он умер рано утром 31 марта, в 7.30-7.40, на домашний телефон поступил звонок, что Александр Георгиевич скончался, не приходя в сознание.

Михаил Георгиевич Пушкин (Адамов) (праправнук)

Михаил Георгиевич Пушкин. Автопортрет

Михаил Георгиевич Пушкин. Автопортрет

Михаил Георгиевич Пушкин был тоже человеком Возрождения. Но, скорее, не Созидания, а Красоты, Эстетизма. Родился 26 марта 1929-го года. Так что его работа во время войны состояла в тушении зажигалок на крышах Москвы. В седьмом классе он бросил школу, предпочитая лежать на диване и играть на гитаре. Потом закончил училище, получив специальность: «художник по резьбе по дереву». Поступил в Строгановку (художественное училище, типа института), на отделение монументальной скульптуры. Затем его перевели в Мухинское, в Ленинград, со сталинской (sic) стипендией.

Денег, однако, не хватало, и студенты подрабатывали на покраске зданий. Однажды это оказалось баней, и когда молодых людей подняли на «люльке», они очутились перед окнами женского отделения, подняв большой переполох.

Его институтские конспекты состояли, в основном, не из текстов, но из точных зарисовок великих произведений живописи и скульптуры. Иной, имея такую большую длинную тетрадь с карандашными набросками, мог бы прекрасно сойти за знатока искусства.

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

…«9 февраля 1937 года в упомянутой выше газетной подборке писем детей даны и строки, написанные восьмилетним Мишей Пушкиным: «Я первый год хожу в школу. Нам читают стихи Пушкина. Это мой прапрадедушка… Недавно мама водила нас на Арбат. Там живут Боря и Сережа [Геринги]. Они тоже родственники Пушкина. Мы пришли к ним на квартиру и увидели много родственников Пушкина. Они говорили о нем и читали стихотворения. Про меня сказали, что я похож на Пушкина»

В довоенном кинофильме «По следам героя» есть массовая сцена, в которой вместе с другими ребятами снят и Миша – «самый маленький… из них», по словам автора уже цитированной заметки».

Киноактером Миша не стал. Осуществить эту мечту помешала война. В июне сорок первого мальчик окончил пятый класс, а в сорок четвертом, когда исполнилось пятнадцать, он уже работал слесарем-инструментальщиком, получал рабочую карточку.

В 1946 году, окончив семилетку, Михаил поступил в Московское художественно-промышленное училище имени М.И. Калинина на отделение скульптуры по специальности резьба по дереву. С отличием завершив обучение в 1951 году, получил диплом художника народных промыслов. В том же году его зачислили в студенты Московского института прикладного и декоративного искусства (отделение монументальной скульптуры), а в 1957 году он окончил его — тоже с отличием — уже в Ленинграде. Дело в том, что в 1952 году факультет, на котором учился Михаил Георгиевич, слили с Ленинградским высшим художественно-промышленным училищем имени В.И. Мухиной (бывшее Училище технического рисования барона А.Л. Штиглица).

Последние три курса М.Г. Пушкин учился у профессора В. Л. Симонова. По признанию Михаила Георгиевича, профессор был «великолепный человек и прекрасный скульптор». В свое время Симонов обучался в Академии художеств вместе с С.Т. Коненковым и известен как автор восстановленной в Петергофе всемирно известной статуи «Самсон, разрывающий пасть льва», которую немецко-фашистские захватчики уничтожили во время Великой Отечественной войны.

Уже три с половиной десятилетия Михаил Георгиевич Пушкин работает в организациях Художественного фонда по профилю монументально-декоративной скульптуры. Он член Союза художников.

Многие из монументальных произведений М. Г. Пушкина (а их насчитывается несколько десятков) — это мемориалы в честь погибших воинов и партизан Великой Отечественной войны. Они установлены в разных городах нашей страны. Михаил Георгиевич работает и в области парковой скульптуры, скульптуры для интерьеров зданий. Ему принадлежит скульптурное оформление помещений посольства Камбоджи в Москве. Работал он и над проектом монументально-декоративного оформления московского стадиона «Локомотив».

В квартире праправнука поэта я видел около десяти его живописных произведений (остальные находятся в мастерской). Работая над портретами и рисунками, художник часто обращается к библейским сюжетам, образам мифологии, много пишет на исторические темы. Эти произведения особенно впечатляют, хотя, как подчеркнул М.Г. Пушкин в одном из писем ко мне, созданы они «сугубо для себя».

К сожалению, далеко не все, что скульптору и живописцу Пушкину хотелось выразить своим творчеством, и к чему лежала его душа, находило поддержку и понимание заказчиков. В течение десятилетий в нашей стране людям творческого труда (как, впрочем, и нетворческого!) нередко диктовали, что и как должно быть сделано в их работах, жестко требовали, например, чтобы в правую руку скульптурной фигуры солдата-победителя был непременно «вложен» автомат, а в левую — снятая с головы каска… Или еще что-нибудь в этом роде. Такой диктат, естественно, сковывал творческое воображение мастера, делал его труд бескрылым, а порой и бессмысленным.

Однако и в этих условиях художнику иногда везло. Такое произошло, например, в преддверии 1000-летия крещения Руси, когда Михаил Георгиевич участвовал в восстановлении древнего Свято-Данилова монастыря, который еще в XIII веке защищал Москву от набегов татар.

С 1958 года скульптурные и живописные произведения М.Г. Пушкина много раз экспонировались па выставках разного ранга — московских, российских, всесоюзных. Но чаще всего художнику сопутствовал успех на спортивных выставках: ему лучше работалось и легче жилось, когда рождалось что-то более или менее свободное по духу и сути своей, не зависящее от политической конъюнктуры или прихоти начальства.

На выставках Михаилу Георгиевичу присуждали грамоты, дипломы, медали, включая и золотую — за первое место на всесоюзной выставке «Спорт в изобразительном искусстве».

Много работал в геологических экспедициях. Профессионально занимался альпинизмом, на Кавказе и Памире, был мастером спорта, инструктором (в его военной книжке было написано «альпийский стрелок»). Как сам говорил, выбирал виды деятельности, не связанные с политикой, партией и пр.

Тоже было дело в конце 50-х. Постоянно отвергаемый поклонник сестры Наташи вздумал пробраться к ней, как Ромео, по водосточной трубе. Однако застрял, не дотягиваясь до окна и теряя силы. Наташа, наблюдавшая за сим геройством, побежала будить брата, что с большого бодуна спал на диване. Миша высунулся из окна, сказал: «Ну ты, чувак, давай руку», вытащил поклонника на подоконник и опять завалился на диван. А однажды в Коктебеле случайно уложил артиста Переверзева (к/ф «Первая перчатка»), но не нарочно.

Драться умел, но, благодаря своей спокойной ироничности, практически всегда обходился без мордобоя. Много мог выпить «вина» (так он называл любой спиртной напиток), но пьяным его никто не видел.

Примечание Л.С.: Когда Михаил Георгиевич начинал хмелеть, он брал гитару и пел песню, написанную на стихи Роберта Бернса в переводе С. Маршака:

Переплывали мы не раз
С тобой через ручей.
Но море разделило нас,
Товарищ юных дней.

И вот с тобой сошлись мы вновь.
Твоя рука — в моей.
Я пью за старую любовь,
За дружбу прежних дней…

Заслышав первые аккорды, Александр Георгиевич обычно говорил: «Ну, вот, Мишка напился и завел свой «Ручей».

Никогда, как и дед его, не носил шапок. Но также не одевал и пиджаков как признака официозности. Внешне походил на Ива Монтана (кстати, любимый артист Е.А.). А la Атос, как ныне говорится, – на фоне советской эпохи. Будучи скульптором-монументалистом, зарабатывал порой много денег, но легко их тратил: не на гулянки только – на предметы художественной роскоши. Нюанс эстетства: в дорогом ресторане выкладывал на стол дешевейшие сигареты «Памир» (10 коп.), а рядом зажигалку «Ронсон».

Нюанс философического нелепства. В длинном переходе под Манежной площадью у него порвался карман брюк, и посыпались . Он их подобрал и положил в тот же карман. Деньги посыпались – подбирание повторилось. Карман – тот же. Деньги со звоном высыпались в третий раз. Не выказывая гнева и не меняя выражения лица, Михаил Георгиевич оставил это бесполезное занятие и продолжил путь.

Женщины на него вешались и желали иметь от него детей. В отличие от подруг брата (в смысле – детей). «Я из женщин мадонн делаю, а Мишка – мартышек. Но уходят они с ним», – говорил А.Г. К тому же, оба брата были прекрасными кулинарами. С творческим подходом. Так, А.Г. при пустом однажды холодильнике выдумал жарить огурцы наподобие кабачков – получилось даже вкуснее.

Александр Георгиевич и Михаил Георгиевич Пушкины, праправнуки поэта, 1983 год

Александр Георгиевич и Михаил Георгиевич Пушкины, праправнуки поэта, 1983 год

Порой возникал вопрос, когда же М.Г. успевает ваять свои грандиозные монументы. Впечатление было, что на втором этаже его мастерской постоянно – гости, вино, камин с шашлыками, экзотические угри, браконьерская рыба, привезенная им с Белого моря. В интеллектуальном антураже редких книг, картин, скульптур, музыки. М.Г. знал много стихов наизусть, но предпочитал-таки Пушкина, Рильке и Верхарна. Любимая песня: «Осторожно, друг, ведь никто еще здесь не был, в таинственной стране Мадагаскар…».

В отличие от брата, который пел, а порой и львом ревел, громким и грубым басом, М.Г., имея нормальный мужской голос, пел блеющим баритоном. Но с душой. «К себе не надо относиться серьезно», – говаривал Михаил Георгиевич.

После смерти Александра Георгиевича, брата, соперника и постоянного оппонента, Михаил Георгиевич поседел за одну ночь и стал пожилым человеком. Серьезно приобщился к православию. Под конец жизни, при помощи сестры Натальи, съездил в Польшу и в Америку. Нью-Йорк ему очень понравился. Он по-детски интересовался каждой мелочью американской техники, архитектуры. По-английски выражался, как или Джон Леннон: «Сеньк ю вери мух».

Михаил Георгиевич и Наталья Игоревна Пушкины, праправнуки поэта. Нью-Йорк, 1988 год

Михаил Георгиевич и Наталья Игоревна Пушкины, праправнуки поэта. Нью-Йорк, 1988 год

Погиб 3 августа 1992-го в автокатастрофе. По дороге из Оптиной пустыни. М.Г. сидел рядом с водителем, сзади – девушка с маленьким ребенком. Лопнуло переднее колесо, машина слетела с обочины и врезалась в дерево, как всегда пассажирской стороной. «Позаботьтесь о ребенке», – прохрипел М.Г. с разбитой грудью, не зная, что тот, чудом пролетев через переднее разбитое стекло и между деревьев, остался цел и невредим. Водитель с девушкой – тоже. А Михаил Георгиевич умер в сельской больнице Калужской области в ту же ночь. Было ему 63 года. На Ваганьково появилась шестая плита.

У Михаила Георгиевича – одна жена, Евгения Степановна Батурина, и двое детей.

Михаил Георгиевич Пушкин, со своей гражданской женой.

Михаил Георгиевич Пушкин, со своей гражданской женой.

Примечание Л.С.: Помимо Батуриной, с которой он был в разводе, у Михаила Георгиевича была еще и гражданская жена. Она долго не могла забеременеть и всегда говорила «Рожу только от Мишеньки»… В начале 1985 года у них родилась дочь, которую Михаил Георгиевич, из-за того, что она была светленькая, не признал за свою… Александр Георгиевич отругал брата: «Ты помнишь, из-за чего развелись наши родители? Ты тоже был светлым, а сейчас какой? И сам так же поступаешь».

Наталья Игоревна Пушкина (праправнучка)

Как было сказано выше, 26 октября 1937 года от Екатерины Александровны Пушкиной и Игоря Николаевича Харитонова произошла дочь Наталья. Ныне она живет в Нью-Йорке и как праправнучка Пушкина является старшей в данном роду.

Наталья Игоревна Пушкина, праправнучка А.С. Пушкина. 1964 год

Наталья Игоревна Пушкина, праправнучка А.С. Пушкина. 1964 год

Из книги Русакова В.М., «Рассказы о потомках А.С. Пушкина»:

…Сестра Александра и Михаила Георгиевичей Пушкиных (Адамовых), Наталья Игоревна Пушкина (Харитонова), в 1960 году окончила Московское театральное художественно-техническое училище, в 1968 году — Всесоюзный институт кинематографии, где получила специальность киноведа-редактора. В 1969 году она опубликовала интересный очерк о народном артисте СССР Игоре Владимировиче Ильинском. Работала заместителем директора Дома художника, старшим искусствоведом в Дирекции художественных выставок при Художественном фонде РСФСР, где занималась экспозицией выставок. Параллельно выполняла частные заказы по реставрации картин и икон.

С 1976 года Наталья Игоревна живет в США. Вначале служила в одной из текстильно-художественных фирм Нью-Йорка в качестве художника по дизайну в текстиле. Но вскоре перешла на работу в «Метрополитен-оперу» гримером, где и прижилась.

В июне 1977 года Н.И. Пушкина выступила с лекцией о предках и потомках Пушкина на кафедре славянской литературы Колумбийского университета. В прессе появились благожелательные отзывы. В последующие годы Наталья Игоревна помогала В.А. Раевскому в работе над его обширным сочинением компилятивного характера «Предки и потомки Пушкина и Толстого», вышедшим вторым изданием в Нью-Йорке в 1983 году.

Осенью 1987 года Н.И. Пушкина приезжала в Москву по приглашению брата — Михаила Георгиевича. А через год он и племянница Аня целый месяц гостили у Натальи Игоревны в Нью-Йорке…

Наталья Игоревна Пушкина, праправнучка поэта, 1960-е годы

Наталья Игоревна Пушкина, праправнучка поэта, 1960-е годы

В юности закончила театрально-художественное училище, затем ВГИК по киноведению. В Москве работала кинокритиком, организатором художественных выставок. Ныне, после долгих лет работы в Метрополитен Опера в качестве художника по гриму, пребывает на пенсии. Замужем была четыре раза, причем 1-й и 4-й муж – одно и то же лицо – писатель Анатолий Ромов. Иосиф Тохадзе, известный в Нью-Йорке бизнесмен-просветитель, и покойный Евгений Фридман, актер («Бегущая по волнам», «Вечера на хуторе близ Диканьки» [Прим. Л.С. Здесь Александр Александрович ошибся, онимел ввиду другой фильм, также снятым по произведению Н.В. Гоголя “Вечер на Ивана Купала”] и кинорежиссер («Остров сокровищ», «Тихий Дон», помреж) – тоже замечательные люди, достойные жизнеописаний. Своих детей у Натальи Игоревны нет.

Прапраправнуки

Касаемо шестого поколения.

Шестое поколение: Екатерина, Михаил, Анна и Александр – дети Александра Георгиевича и Михаила Георгиевича. 1973 год, Москва

Шестое поколение: Екатерина, Михаил, Анна и Александр  дети Александра Георгиевича и Михаила Георгиевича. 1973 год, Москва

Александр Георгиевич Пушкин, праправнук поэта (справа) с сыном Александром и дочерью Аней; Михаил Георгиевич Пушкин, праправнук поэта, с дочерью Катей и сыном Мишей, 1976 год 

Александр Георгиевич Пушкин, праправнук поэта (справа) с сыном Александром и дочерью Аней; Михаил Георгиевич Пушкин, праправнук поэта, с дочерью Катей и сыном Мишей, 1976 год 

Примечание Л.С. Оба снимка с прапраправнуками явно сняты в один день. Однако они имеют разные даты. Первая дата, 1973 год, указана Александром Александровичем, вторая дата, 1976 год, взята из книги Русакова.

У Александра Георгиевича Пушкина – двое детей.

Александр (1957). Закончил МГПИ на Пироговке. Сменил много профессий. Несколько книжек стихов. Ныне – лицо без определенных занятий. Жена – Наталья Вдовина (Билфелд). Живут в Нью-Йорке. Детей нет.

Александр Александрович Пушкин, прапраправнук поэта, 1988 год

Александр Александрович Пушкин, прапраправнук поэта, 1988 год

Анна (1968). Унаследовала от отца абсолютный слух. Специалист по ботаническому интерьеру и interior design. Живет в Москве. Муж – Денис Кирьенин. Дети: Павел (1990) и Полина (2002).

У Михаила Георгиевича Пушкина – двое детей.

Екатерина (1961). По образованию медсестра. По призванию золотошвейка. Работает в Донском монастыре. От Дмитрия Демина имеет сына Ивана (1982). Второй муж – Михаил Радионов.

Михаил (1967). Краснодеревщик, как отец. Строитель, как дядя. Женат трижды. Последняя жена – Людмила Богатырева. Детей нет.

Источники:

  • Александр Адамов, “Ветвь”, журнал СловоWord, номер 78, 2013
  • Русаков В. М., “Рассказы о потомках А.С. Пушкина”. – СПБ.:Лениздат, 1992. с 318-327
  • Личный архив Пушкиной Л.И.

© 2021, «Бердская слобода», Лукьянов Сергей

Перевести денежные средства на развитие проекта "Бердская слобода" можно любым удобным для Вас способом: