Как не надо бучить белье

Васи­лий Васи­лье­вич Зефи­ров «Лету­чая поч­та, или Ночь на гаупт­вах­те». Из вос­по­ми­на­ний об Орен­бур­ге (Фраг­мент).

Рас­ска­зы­вая в насто­я­щее вре­мя дав­но слы­шан­ное мною от мое­го под­вод­чи­ка, об его спо­со­бе ловить журав­лей, мне неволь­но при­шел на память подоб­ный же анек­дот: об осо­бен­ном спо­со­бе бучить белье, — про­ис­ше­ствие позд­ней­ше­го вре­ме­ни, при кото­ром я был оче­вид­ным сви­де­те­лем.

Лет за пять перед сим я на корот­кое вре­мя при­ез­жал в Орен­бург. Нетер­пе­ли­вое жела­ние взгля­нуть на места, где про­вёл я лета сво­е­го сирот­ству­ю­ще­го дет­ства, где под вли­я­ни­ем бла­го­тво­ри­тель­ной руки раз­ви­лись пер­вые мои поня­тия, вызва­ло меня из душ­но­го горо­да в откры­тое поле. Воз­вра­ща­ясь с про­гул­ки через ста­рую сло­бод­ку, я уви­дел в одном пере­ул­ке необык­но­вен­ное сте­че­ние наро­да. Весь­ма есте­ствен­ное любо­пыт­ство повлек­ло меня к этой тол­пе, где я нашел част­но­го при­ста­ва с несколь­ки­ми воен­ны­ми офи­це­ра­ми, сто­яв­ши­ми око­ло полу­раз­ру­шен­ной избы, и близ нее горь­ко пла­чу­щую жен­щи­ну. При­знак слу­чив­ше­го­ся несча­стья был оче­ви­ден, — любо­пыт­ство мое удво­и­лось.

И вот что я услы­шал от при­ста­ва: жен­щи­на эта, воз­вра­ща­ясь в город из Бёр­дин­ской ста­ни­цы, нашла при доро­ге, близ рощи, пушеч­ное ядро, остав­ше­е­ся, долж­но быть, на поле после артил­ле­рий­ско­го уче­нья. Зани­ма­ясь стир­кою белья по зака­зу, Гав­ри­льев­на (так, кажет­ся, зва­ли жен­щи­ну) как нель­зя более обра­до­ва­лась сво­ей наход­ке. Пото­му что по соб­ствен­но­му опы­ту зна­ла, что рас­ка­лен­ный чугун, опу­щен­ный в бак, луч­ше все­го очи­ща­ет белье. Воз­вра­тив­шись домой, она на дру­гой же день при­сту­пи­ла к сво­ей пра­чеш­ной стряпне. При­го­то­вив белье и склав в печ­ку дро­ва, она зака­ти­ла туда ядро; потом, под­ло­жив огня, отпра­ви­лась за водой. До озе­ра, отку­да сло­бод­ские жите­ли поль­зу­ют­ся водой, было не так близ­ко. Нако­нец, Гав­ри­льев­на воз­вра­ти­лась и при пер­вом взгля­де на свою хату чуть не умер­ла от испу­га и горе­сти: ни окон, ни две­рей. Ни печ­ки, ни потол­ка не оста­лось в ее малень­кой избуш­ке, — все это выбу­чи­лось.

По само­му вер­но­му сооб­ра­же­нию долж­но пола­гать, что ядро было начи­не­но. Част­ный при­став, про­из­во­дя розыск об этом про­ис­ше­ствии, с дей­стви­тель­ным состра­да­ни­ем, но и не без улыб­ки гово­рил пла­чу­щей жен­щине: «Вот, ста­рая дура, какой отлич­ный спо­соб выду­ма­ла бучить белье».

Ори­ги­нал рас­ска­за:

Источ­ник: В. Зефи­ров ««Лету­чая поч­та, или Ночь на гаупт­вах­те». Из вос­по­ми­на­ний об Орен­бур­ге», «Орен­бург­ские губерн­ские ведо­мо­сти" 1855, 12, 19, 26 фев­ра­ля, 5 мар­та.