Грифоны летят из прошлого

В исто­рии всем извест­но­го дома №28 на ули­це Совет­ской, в кото­ром нахо­дит­ся кра­е­вед­че­ский музей, мно­го «белых пятен».

Тай­на­ми оку­та­на исто­рия и его хозя­и­на – Андрея Ива­но­ви­ча Ени­ку­це­ва. До сих пор доку­мен­таль­но не под­твер­жде­но автор­ство архи­тек­тур­но­го про­ек­та, не извест­ны момен­ты пере­стро­ек и рекон­струк­ций. Каким зда­ние было изна­чаль­но? Поче­му хозя­ин до самой смер­ти не пере­сту­пил порог дома, постро­ен­но­го для люби­мо­го сына?

Несколь­ко лет назад сим­во­лом Орен­бург­ско­го област­но­го кра­е­вед­че­ско­го музея (прим. «Берд­ской Сло­бо­ды»: ныне Губер­на­тор­ско­го музея) неожи­дан­но ста­ли гри­фо­ны – кры­ла­тые мифи­че­ские суще­ства с телом льва и голо­вой орла. Ока­за­лось, что их мно­го­чис­лен­ные фигу­ры укра­си­ли верх­ний фриз цен­траль­но­го зала музея более 150 лет назад.

- Эво­лю­ция архи­тек­тур­но­го обли­ка дома вин­но­го откуп­щи­ка Ени­ку­це­ва и имя архи­тек­то­ра не под­твер­жде­ны ни одним пись­мен­ным источ­ни­ком, — гово­рит стар­ший науч­ный сотруд­ник музея Мари­на Воро­бьё­ва. – В совре­мен­ных науч­ных тру­дах быту­ет вер­сия, что автор зда­ния – архи­тек­тор Ураль­ско­го каза­чье­го вой­ска Ген­рих Гопи­ус. Есть и дру­гая – зод­чий из Ека­те­рин­бур­га Миха­ил Мала­хов.

Что же извест­но о хозя­ине дома? В 1789 году в Кие­ве в дво­рян­ской семье родил­ся Андрей Ива­но­вич Ени­ку­цев. Учил­ся, вое­вал с фран­цу­за­ми, слу­жил. По роду дея­тель­но­сти ока­зы­вал­ся то в Уфе, то в Бугуль­ме.

В 1824 году с женой Анной Андри­а­нов­ной и мате­рью при­был в Орен­бург для служ­бы над­зи­ра­те­лем питей­ных сбо­ров казён­ной пала­ты. В том же году у четы родил­ся сын Нико­лай. Маль­чик рос болез­нен­ным, и Ени­ку­цев решил, что его зака­лит обу­че­ние воен­но­му делу. Нико­лая отда­ют в Неплю­ев­ский кадет­ский кор­пус.

Год 1835. Ени­ку­цев реша­ет постро­ить для един­ствен­но­го сына дом на глав­ной ули­це Орен­бур­га – тогда Губерн­ской. Он обра­ща­ет­ся с про­ше­ни­ем к губер­на­то­ру Васи­лию Перов­ско­му о выде­ле­нии места и выда­че на стро­и­тель­ство в долг 15 тысяч руб­лей ассиг­но­ва­ни­я­ми под про­цен­ты сро­ком на один год.

Рос­кош­ный особ­няк постро­и­ли за год. Одна­ко семья в него так и не въе­ха­ла. Поче­му? Тай­на. Гово­рят, гадал­ка пред­ска­за­ла, буд­то бы в новом доме с семьёй Ени­ку­це­ва слу­чит­ся беда. Яко­бы обес­по­ко­ен­ный нездо­ро­вьем сына Андрей Ива­но­вич не решил­ся ослу­шать­ся предо­сте­ре­же­ния. Хотя это не помог­ло: в 1851 году един­ствен­ный его наслед­ник Нико­лай уми­ра­ет в воз­расте 27 лет. А сле­дом, не выне­ся горя, скон­ча­лась и жена.

В 1852 году гене­рал-губер­на­тор Перов­ский выку­па­ет у Ени­ку­це­ва новый дом для сво­ей кан­це­ля­рии. С это­го момен­та начи­на­ют­ся мно­го­чис­лен­ные пере­строй­ки одно­го из самых кра­си­вых зда­ний в Орен­бур­ге – до самых совет­ских вре­мён раз­лич­ные госу­дар­ствен­ные учре­жде­ния при­стра­и­ва­ли и пере­го­ра­жи­ва­ли… Сам купец это­го уже не уви­дел: он пере­жил жену толь­ко на три года.

По дан­ным ста­рей­ше­го кра­е­ве­да Орен­бур­га Вик­то­ра Васи­лье­ви­ча Доро­фе­е­ва, когда-то под зда­ни­ем музея нахо­ди­лись ста­рин­ные вин­ные под­ва­лы, зани­мав­шие почти квар­тал. Сего­дня оста­лась лишь неболь­шая их часть – на юго-запад­ной сто­роне. Под­ва­лы, цоколь­ный этаж, бель­этаж, антре­соль – из этих частей сего­дня состо­ит зда­ние музея.

Самая боль­шая пере­строй­ка зда­ния про­изо­шла в 1908 году. Доку­мен­ты зафик­си­ро­ва­ли, сколь­ко было «разо­бра­но», «утра­че­но», «иска­же­но про­пор­ций», «сби­то», «уни­что­же­но» эле­мен­тов автор­ско­го про­ек­та. А потом каж­дые 10–20 лет были ещё и ещё ремон­ты.

- Науч­ные иссле­до­ва­ния и обос­но­ва­ния рестав­ра­ци­он­ных работ в те годы не велись, — кон­ста­ти­ру­ет М.С. Воро­бьё­ва.

А это зна­чит, что совет­ские шту­ка­ту­ры-маля­ры сме­ло рас­прав­ля­лись со ста­рин­ной леп­ни­ной, скры­вая под сло­я­ми побел­ки гор­дых гри­фо­нов и мно­го­чис­лен­ные цве­точ­ные узо­ры. В 1990 году, когда реше­но было про­ве­сти осно­ва­тель­ную рекон­струк­цию, о сти­ле ампир напо­ми­на­ло немно­гое. Облик зда­ния пре­тер­пел столь­ко пере­мен, что спе­ци­а­ли­сты «Спец­про­ек­тре­став­ра­ции» горо­да Улья­нов­ска под руко­вод­ством архи­тек­то­ра С.К. Кру­чи­ни­на заду­ма­лись, какой век взять за осно­ву. Реше­но было про­во­дить рестав­ра­ци­он­ные рабо­ты на осно­ве остав­ших­ся цен­ност­ных архи­тек­тур­ных дета­лей. В неко­то­рых местах послой­но сни­ма­ли крас­ку и шту­ка­тур­ку до кир­пи­ча, поло­жен­но­го в 1835 году, пыта­ясь опре­де­лить пер­во­на­чаль­ный облик зда­ния.

То, что полу­чи­лось, видят сего­дня посе­ти­те­ли, про­хо­дя по залам музея, памят­ни­ка архи­тек­ту­ры позд­не­го рус­ско­го клас­си­циз­ма. Внут­ри зда­ния — анфи­лад­ная систе­ма пла­ни­ров­ки залов вдоль все­го фаса­да, парад­ная мра­мор­ная лест­ни­ца с леп­ным сво­дом, антре­соль­ный бал­кон. Но таким ли заду­мы­вал родо­вое гнез­до Андрей Ива­но­вич Ени­ку­цев?

С «белы­ми пят­на­ми» дома №28 на ули­це Совет­ской пред­сто­ит рабо­тать ещё не одно­му поко­ле­нию исто­ри­ков.

Автор: Гали­на Широ­ни­на

Источ­ник: «Вечер­ний Орен­бург», № 41 от 15 октяб­ря 2009 г.