Постройка 1740‑х годов и остатки крепостного вала в Оренбурге – фантастика? Нет, реальность.
Уральский природный камень, положенный в основание главной крепости военной пограничной линии – города Оренбурга, – выглядит монолитом, хотя и был скреплён раствором более 260 лет назад. События последнего года показали: кладку мастеров прошлого могут разрушить военные.
В декабре 2008 года Правительство России ликвидировало Оренбургское высшее военное зенитно-ракетное училище. Освободилась его территория и здания, и для многих оренбуржцев стало откровением, что за каменным забором и безликими казармами скрыты настоящие раритеты – объекты культурного наследия нашего города. Среди них самое ценное — единственные подлинные фрагменты построек, возведённых в 1740‑х годах, материальные свидетельства существования города-крепости Оренбург. И тот факт, что эти фрагменты сохранились, несмотря на долговременное использование их в утилитарных целях, уже подарок судьбы.
Какие же объекты культурного и исторического наследия на территории бывшего зенитного училища по Федеральному закону «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов РФ» подлежат охране? Речь идёт о «Пушечном дворе» — памятнике крепостной архитектуры XVIII века. Это, во-первых, руины крепостного вала Никольского бастиона; во-вторых, находящийся в очень обветшалом состоянии комплекс зданий. Больше года назад, сразу после решения судьбы «зенитки», городские деятели культуры написали в Минобороны письмо о необходимости заключения охранных обязательств на «Пушечный двор», прописали обременения на этот памятник, но никакого ответа до сих пор не получили.
- Нас очень тревожит тот факт, — говорит директор музея истории Оренбурга Роза Чубарева, — что самые первые постройки Оренбурга, простоявшие почти триста лет, могут быть разрушены людьми, далёкими и от истории, и от Оренбурга.
Сейчас мало кто вспоминает, что российская граница со среднеазиатскими владениями около трёхсот лет назад проходила почти там же, где и современная южная граница России. Именно на Южном Урале, после принятия в подданство части казахских родов, была создана Оренбургская пограничная линия. Построенный как крепость для охраны юго-востока России город Оренбург одновременно должен был служить и центром торговли с народами Востока. Проектировали и строили город-крепость инженер-капитан Лука Галофеев и инженер-прапорщик Димитрий Тельной, общее руководство осуществлял генерал-майор фон Штокман. Одновременно велись и военные, и гражданские застройки: и казармы, и артиллерийский двор, и пороховые погреба, и военные учреждения, гостиный и меновой дворы, таможня. Крепостной оградой служил тот самый земляной вал, остатки которого ещё можно увидеть в самом центре нынешнего Оренбурга. Средняя высота его была 12 футов (более 3,5 метра). Вал частично облицовывался камнем, который служил материалом, закрепляющим насыпь от разрушения артиллерией. Крепостной вал начинался с Беловки, там, где сейчас стоит артиллерийская пушка. Отсюда он шёл к современной улице Бурзянцева — до стадиона «Динамо». Далее пересекал Хлебный переулок и перекрёсток Володарского с 9‑го Января и шёл до Комсомольской. Затем, меняя направление (на восточное и юго-восточное), вал проходил по нынешней Студенческой, через территорию аграрного университета, и, поворачивая на юг, заканчивался у здания водозабора на набережной Урала.
Крепость имела 9 бастионов и 2 полубастиона (на берегу Урала). Сквозь вал вело четверо ворот: двое с западной стороны — Яицкие и Сакмарские, на востоке — Орские. Северные (у перекрёстков Советской и Володарского) были главными. Все ворота были сводчатыми, через ров к ним вели мосты.
Планировка крепости Оренбург способствовала организации обороны: количество пересекающих город улиц сведено до минимума, наряду с центральными оставлены четыре периферийные улицы, составляющие прямоугольник. Он построен на двух взаимно перпендикулярных осях (Советская и Ленинская). Каждая улица образовавшегося прямоугольника (Кобозева, Краснознамённая, 8‑го Марта, М. Горького) в случае военных действий становилась рубежом обороны. Аналога такой своеобразной планировки больше не обнаружено. Вероятно, особенность ожидаемого противника – кочевников – убедила архитекторов прошлого в правильности решения. Их основной силой была конница, а действие её всегда ослабляется, если всаднику приходится поворачивать коня.
Особенности планировочной структуры Оренбурга, связанные с первоначальным назначением его быть крепостью в сочетании с другими индивидуальными чертами, дали право советскому историку архитектуры Н.Л. Крашенинниковой назвать план крепости на Яике эталоном русского регулярного города XVIII века и считать его уникальным. В путеводителе 1915 года остатки крепостных укреплений ещё значились как достопримечательность города.
Нашему же современнику остаётся лишь одно: постараться не стереть эти уникальные линии с портрета малой родины. Министерство культуры области, например, страстно желая сохранить оставшиеся фрагменты и предлагая использовать их для развития туристического потенциала края, разработало концепцию музея–заповедника «Город-крепость Оренбург». В ней и реставрация «Пушечного двора», и воссоздание части крепостных укреплений в районе Никольского бастиона и Орских ворот, и обустройство парка, и создание гостиничных комплексов. Дело не движется, потому что Министерство обороны РФ молчит. Если же и здесь дело в кризисе, и идея восстановления картины прошлого – утопия, может, попробовать сделать то, что делает весь цивилизованный мир, — законсервировать памятник истории. Может, ещё века на три хватит, а там, глянешь, и созреет решение.
Автор: Галина Широнина
Источник: Вечерний Оренбург № 24 от 18 июня 2009 г.
