На основании дел архива Московской Св. Синода Конторы за 1734 г., № 245 и 272. Ср. М.И. Сухомлинов. К биографии Ломоносова. С.-Пб. 1896 г. («Сборник Отделения Русского яз. и сл. И. А. Н.», т. LXIV, № 7), стр. 11—15.
И. К. Кириллов, один из замечательных русских людей первой половины XVIII столетия, в начале 1734 г. подал в Императорский Кабинет «изъяснение о Киргиз-Кайсацкой и Каракалпакской ордах», в коем, для закрепления восточной окраины России, предлагал отправить особую экспедицию, которая бы построила на р. Ори город (нынешний Оренбург), сделала бы пристань на Аральском море и приняла бы другие указываемые им меры.
Примечание «Бердской слободы»: Авторский текст оставлен без изменений, старая (дореволюционная) орфография приведена к современному виду. Обращаем внимание, что в тексте оставлен авторский вариант написания фамилии Ивана Кирилловича Кирилова.
Проект этот был утвержден императрицею Анной Иоанновной 1 мая 1734 г. и во главе особой «Оренбургской экспедиции» поставлен был И.К. Кириллов вместе с полковником Тевкелевым. В состав этой экспедиции, кроме «офицеров, артиллерских, инженерных и морских служителей и других разных чинов людей», должен был войти и
«ученый священник из Спасской школы (Славяно-греко латинской Академии), или кто достойной сыщется, понеже де он нужен в таком новом месте и между многим махометанским и идолаторским народом для проповеди слова Божия и наставления желающих св. крещения».
В виду этого Кириллов, в бытность свою в Москве, 18 июля 1734 г. подал следующее доношение Святейшему Правительствующему Синоду:
«По именному Ея Императорского Величества указу отправлен я в известную экспедицию и по всеподданнейшему моему доношению именным же Ея Императорского Величества указом, подписанным на том допошении собственною Ея Императорского Величества рукою, велено быть при мне во оной экспедиции священнику из ученых из Спасской школы или кого достойного приищу, которому и жалованья по приговору Правительствующего Сената определено давать в год по 200 Рублев. Того ради Святейшего Правительствующего Синода нижайше прошу, чтоб повелено было из Спасского училищного монастыря ученика Михайла Красильникова, о котором архимандрит оного монастыря мне объявил достойного, посвятить в священники и отпустить ко мне в экспедицию. О сем просит статский советник Иван Кириллов. Подканцелярист Ермолай Тишин. Июля 18-го дня 1734-го года».
На этом доношении было помечено: «подано июля 18-го дня 1734-го года. Записав, взять в повытье, а с Сенатскою Конторою и с Академией учиня справки, предложить в доклад немедленно».
Академия ответила, что Красильников в ней с 1720 г.,
«человек, по-видимому, кажется, состояния доброго, и не подозрителен, и к священству угоден быти» (35 лет). Красильников был «благословлен к священству», но, по словам Кириллова, «маня день ото дня, при последнем случае объявил, что в священство во оную экспедицию не желает под предлогом, чтоб определить туда на некоторые годы, чему быть неприлично».
Вследствие этого Кириллов 21 августа того же года просил Московскую Синодального Правления Канцелярию о посвящении во священство и отпуске с ним бывшего в то время в Москве — «из Киевских учеников из философии бывшего на Вологде при архиерейском доме учителем Николая Герасимова Соколовского».
Но это желание Кириллова не было исполнено, очевидно, вследствие полученного из Санкт-Петербурга в Московской Синодального Правления Канцелярии указа Святейшего Синода по поводу отправления священника в Оренбургскую экспедицию:
«священника отправить в тое экспедицию из ученых, а именно: если будут самоохотно желающие, — от Московских церквей; если же от Московских церквей таковых самоохотно желающих не явится, то выбрать достойного из учащихся в Московской Академии; буде же саможелательных не обрящется, то отправить из обретающихся в Москве ученых священников по рассуждению вас — оставшего в Москве Синодального члена с заседающими».
Среди собранных (29 августа) ученых священников Московских церквей (в количестве 6 человек) «самоохотно желающих ехать в экспедицию с Кириловым не явилось»; вследствие этого Московская Синодального Правления Канцелярия послала в Славяно-греко-латинскую Академию следующий указ:
«Указ Ея Императорского Величества самодержицы Всероссийския из Московской Синодального Правления Канцелярии Московской Славяно-греко-латинской Академии ректору Спасского училищного монастыря архимандриту Стефану. По Ея Императорского Величества указу, а по сообщенному из Святейшего Правительствующего Синода ведению и по силе того ведения по приказанию оставшего в Москве Синодального члена с заседающими велено из оной Академии выбрать из учеников человека достойного для произведения во священство и желающего ехать с статским советником Иваном Кириловым в известную экспедицию и по выборе оного представить в Московскую Синодального Правления Канцелярию. И Московской Славяно-греко латинской Академии ректору Спасского училищного монастыря архимандриту Стефану о вышеописанном учинить по сему Ея Императорского Величества указу в самом скором времени».
Академия ответила 2 сентября:
«В Московскую Синодального Правления Канцелярию доношение.
По присланному Ея Императорского Величества из Московской Синодального Правления Канцелярии прошедшего августа 30-го дня сего 1734-го году в Московскую Славяно-греко-латинскую Академию под № 919‑м указу велено мне нижайшему из оной Академии выбрать из учеников человека достойного для произведения во священство и желающего ехать с статским советником Иваном Кириловым в известную экспедицию и по выборе представить оного в Московскую Синодальную Канцелярию. И по тому Ея Императорского Величества указу из оной Академии школы риторики ученик Михайло Ломоносов в Московскую Синодального Правления Канцелярию при сем доношении и представляется. 1734-го года сентября дня. Архимандрит и ректор Стефан».
На этом доношении было помечено: «подано сентября 2‑го дня 1734-го года. Записав, школьника допрося, представить к слушанью».
Михайло Ломоносов в Славяно-греко-латинской академии. Рисунок Р.Г. Шнейдер, 1911 год.
Дальнейший ход дела об отправлении Ломоносова в Оренбургскую экспедицию изображают следующие документы:
«В протокольной сентября 2‑го дня мемории написано:
«Штатской советник Иван Кирилов приходил, которому обвялено сообщенное Святейшего Правительствующего Синода ведение об отправлении при нем священника и о, отпуске из типографии церковного круга книг, и при том объявлен ему представленной из Академии к посвящению в попа школы риторики ученик Михайло Ломоносов. На что он доносил, что тем школьником по произведении его во священство будет он доволен. И хотя он, Кирилов, вскоре с Москвы и отъезжает, для принятия и отправления оного священника оставит в Москве офицера, а о даче ему жалованья, подвод и прогонных денег в Штатс-Контору промеморию. А книг де церковных он Кирилов не требует, понеже имеют даны ему быть в Казани две полковые церкви со всякою церковною утварью и с книгами. — На подлинной пишет тако: Герасим архимандрит Богоявленский».
«1734-го году сентября в 4 день в ставленическом столе Московской Славяно-греко-латинской Академии школы риторики ученик Михайла Васильев сын Ломоносов допрашиван».
«А в допросе он сказал: отец у него города Холмогорах церкви Введения Пресвятой Богородицы поп Василей Дорофеев, а он Михайла жил при отце своем; а кроме того нигде не бывал, в драгуны, в солдаты и в работу Ея Императорского Величества не записан, в плотниках в высылке не был, от переписчиков написан действительного отца сын и в оклад не положен. А от отца своего отлучился в Москву в 1730‑м году октября в первых числах и, приехав в Москву, в 1731‑м году в генваре месяце записался в вышеписанную Академию, в которой и до днесь пребывает, и наукою произошел до риторики. Токмо он Михайла еще не женат, от роду себе имеет 23 года. И чтоб ему быть в попа в порученной по именному Ея Императорского Величества указу известной экспедиции стацкаго советника Ивана Кирилова, он Михайла желает. А расколу, болезни, и глухоты и во удесех повреждения никакого не имеет; и скоропись пишет. А буде он в сем допросе сказал что ложно, и за то священного чина будет лишен, и пострижен и сослан в жестокое подначальство в дальней монастырь».
(подп.) «К сему допросу Славяно-греко-латинской Московской Академии ученик Михайло Ломоносов руку приложил».
«В Московскую Синодального Правления Канцелярию из прежней Камор-Коллегии потребно известие: города Холмогор церкви Введения Пресвятой Богородицы поп Василей Дорофеев и при нем попе сын его Михайло во время переписи мужеска полу душ при той церкви действительными ль написаны и коликих он Михайло лет? Сентября 4‑годня 1734-гогода.№ 931.— Секретарь Павел Протопопов. Канцелярист Алексей Морсочников».
«А при отдаче в Камор-Коллегию вышеписанной справки означенной Ломоносов сказал, что де он не попович, но дворцовой крестьянской сын, о чем значит обстоятельно в последующем его допросе».
«Рождением де он Михайло Архангелогородской губернии Двинского уезду дворцовой Куростровской деревин крестьянина Василия Дорофеева сын, и тот де его отец и по ныне в той деревне обретается с прочими крестьяны и положен в подушной оклад. А в прошлом 1730‑м году декабря в 9‑м числе с позволения оного отца его отбыл он Ломоносов в Москву, о чем дан был ему и пашпорт (которой утратил он своим небрежением) и с Холмогорской воеводской канцелярии за рукою бывшего тогда воеводы Григория Воробьева; и с тем де пашпортом пришел он в Москву и жил Сыскного приказу у подьячего Ивана Дутикова генваря до последних чисел 731-го году, а до которого именно числа — не упомнит. И в тех де числах подал он прошение Заиконоспасского монастыря архимандриту (что ныне преосвященный архиепископ Архангелогородский и Холмогорский) Герману, дабы принят он был Ломоносов в школу. По которому его прошению он архимандрит его Михайла приняв, приказал допросить, и допрашиван; а тем допросом в Академии показал, что он Ломоносов города Холмогор дворянской сын. И по тому допросу он архимандрит определил его Михайла в школы и дошел до риторики. А в экспедицию со статским советником Иваном Кириловым пожелал он Михайло ехать самоохотно. А что он в ставленическом столе сказался поповичем, и то учинил с простоты своей, не надеясь в том быть причины и препятствия к произведению во священство; а никто его Ломоносова, чтоб сказаться поповичем, не научал. А ныне он желает по-прежнему учиться в оной же Академии. И в сем допросе сказал он сущую правду без всякой лжи и утайки; а ежели что утаил, и за то учинено б было ему Ломоносову, что Московская Синодального Правления Канцелярия определит».
(подп.) «К сему допросу Михайло Ломоносов руку приложил».
«В Московскую Синодального Правления Канцелярию из Московской Славяно-греко-латинской Академии представить к произведению во священство достойного и к проповеди слова Божия удобного и желающего ехать в известную экспедицию со статским советником Иваном Кириловым тоя Академии из учеников кроме представленного тоя ж Академии ученика Михаила Ломоносова, понеже он допросом показал, что он крестьянской сын. Ежели же и желающих не сыщется, то и о том под сим подписать. — Секретарь Павел Протопопов. Канцелярист Алексей Морсочников. Сентября 4‑го дня 1734-го года».
«По справке в Московской Славяно-греко-латинской Академии имеется к произвождению во священство школы богословии ученик Стефан Левитский, и он желает ехать в известную экспедицию со штатским советником Иваном Кириловым; только де он еще учения своего не окончил. А к проповеди слова Божия удобен ли, о том не известно, понеже еще апробации не было. — Архимандрит и ректор Стефан».
Левитский был допрошен 5 сентября, и на его допросе положена была резолюция: «велеть браком сочетаться и по женитьбе явиться к посвящению в попа». Но чрез 2 недели он объявил, что «за отдалением от Москвы оной Оренбурхской экспедиции в жену никто не дает».
С Кирилловым из Славяно-греко-латинской Академии поехали:
- из синтаксии ученик Алексей Пономарев «для вспоможения священнику в содержании школы»; о нем просил Кириллов 13 августа, определение Московской Синодального Правления Канцелярии состоялось 23 августа;
- для обучения ботаники, аптекарскому, лекарскому, живописному и другим наукам:
- из пиитики Ив. Побединский;
- из синтаксимы Мих. Некрасов;
- из грамматики Ал. Малиновкин;
- из Фары Ив. Шерешперов.
Кириллов об отпуске их просил 8 августа; определение состоялось 21 августа.
Вследствие этого Московская Синодального Правления Канцелярия определила вторично представить ученых священников, которые явились (в количестве 10 человек: те же 6 человек, что и 29 августа, и 4 новых) 23 сентября и из числа которых один Замоскворецкого сорока церкви Пятницы-Прощи (на Пятницкой улице) священник Антип Мартинианов «пред собранием Синодального члена с заседающими объявил, что он в Оренбурхскую экспедицию ехать желает самоохотно».
Кириллова в это время не было в Москве: он уже выехал из нее и 14 сентября 1734 г. отправил из Старой Рязани следующее донесение, полученное в Москве 25 сентября:
«Святейшему Правительствующему Синоду доношение.
Хотя имел довольное попечение, чтоб по силе именного Ея Императорского Величества всемилостивейшему указу со мною в известную экспедицию отправлен был священник ученой для важных резонов, что в тех местах, где мне быть надлежит, народ махометанской и идолаторской, где мог бы тот священник проповедь слова Божия иметь и, ежели кто пожелает принять святую православную кафоликороссийскую веру, наставление чинить. Но по несчастию моему один из школьников Спасской школы, промоня многие недели,. отрекся, другой из Киевской школы в сумнительных остался, третий школьник же по вопросом явился из крестьянских детей; и тако без священника принужден ехать. А понеже по отъезде известился я, что священник выбран быть имеет из Московских приходских неволею с жеребья, о чем Святейшего Правительствующего Синода прошу, дабы такого принуждения и жеребья не чинить, а объявить им: ежели кто самоизвольно для такого Богу и государству полезного дела пожелает ехать и будет оной по усмотрению Святейшего Синода достоин, того отправить; а Ея Императорского Величества жалованья наперед на год дается ему 200 рублев, да 4 ямских подвод с прогоны и к провожанию один солдат, о чем в Сенатскую Контору послал доношение. А как на Уфу и вновь в назначенной город приедет, тогда ему дастся хлебное жалованье со удовольством и сверх того будет иметь нарочитой доход, ибо в команде моей больше 3000 человек военных людей, и сверх того немалое число купечества будет. Буде же и на сие охотника не явится или иного из школьников не сыщется, в таком случае буду на первой случай доволен таким, какого мне преосвященный Казанской архиерей даст. Статский советник Иван Кирилов. Канцелярист Иван Сидоров. Сентября 14-го 1734-го. Старая Рязань».
Московская Синодального Правления Канцелярия в протоколе своем, подписанном 27 сентября, об отправлении к Кириллову священника Антипа Мартемьянова между прочим писала:
«а о ученике Красильникове и о прочих, которые за некоторым препятствием во священство не произведены, — предложить к рассмотрению».
Об этом «рассмотрении» документы ничего не говорят. В октябре или ноябре месяце 1734 г. священник Мартемьянов выехал из Москвы к Кириллову.
Источник: ., 1911, Санкт-Петербург, с. 67–75
© 2019, «Бердская слобода», Лукьянов Сергей
