Летчик-инструктор Зверев

26 мая 1936 года в небе над Орен­бур­гом про­изо­шло чрез­вы­чай­ное про­ис­ше­ствие — лет­чик-инструк­тор лей­те­нант Зве­рев заме­нил в воз­ду­хе сле­тев­шее коле­со.

Подвиг лет­чи­ка-инструк­то­ра Ф. С. Зве­ре­ва, одев­ше­го в воз­ду­хе коле­со на место сле­тев­ше­го. Сайт Орен­бург­ско­го лет­но­го учи­ли­ща.

В тот день Федор Сте­па­но­вич Зве­рев выпол­нял на само­ле­те Р‑1 лет­ные зада­ния с груп­пой кур­сан­тов. Р‑1 — это самый мас­со­вый дово­ен­ный дере­вян­ный само­лет-биплан мас­со­вый Н.Н. Поли­кар­по­ва, имел неуби­ра­е­мое шас­си и мог раз­ви­вать ско­рость до 200 км/ч.

Непод­пи­сан­ная фото­гра­фия, раз­ме­ще­на на одном стен­де с опи­са­ни­ем подви­га лей­те­нан­та Зве­ре­ва (пред­по­ло­жи­тель­но Ф. С. Зве­рев). Сайт Орен­бург­ско­го лет­но­го учи­ли­ща.

«Подвиг лей­те­нан­та Зве­ре­ва», «Орен­бург­ская ком­му­на», 30 мая 1936 год

30 мая 1936 года в газе­те «Орен­бург­ская ком­му­на» была опуб­ли­ко­ва­на ста­тья «Подвиг лей­те­нан­та Зве­ре­ва», в кото­рой оче­вид­цы рас­ска­за­ли об этом про­ис­ше­ствии:

Подвиг лей­те­нан­та Зве­ре­ва

Инструк­тор-лей­те­нант тов. Зве­рев после маля­рии поху­дел. Но он по-преж­не­му весел. Зве­рев пре­крас­ный физ­куль­тур­ник. Ему все­го 23 года, а он уже четы­ре года обу­ча­ет кур­сан­тов. Учит он толь­ко на отлич­но и хоро­шо.

Сего­дня он пер­вым в каби­ну сажа­ет т. Семе­но­ва и, дав зада­ние, взле­та­ет на низ­ко-полет­ную поло­су.

***

Стар­тер неожи­дан­но высо­ко над голо­вой под­ни­ма­ет знак, — запре­ще­ние взле­та.

Выклю­ча­ют­ся мото­ры. Десят­ки глаз ищут при­чи­ну запре­ще­ния.

На посад­ку пла­ни­ру­ет маши­на. И люди, ищу­щие при­чи­ну закры­тия поле­тов, обра­ща­ют свое вни­ма­ние на поса­доч­ную поло­су. Да, при­чи­на в ней. У само­ле­та сле­те­ло левое коле­со. Теперь оче­вид­но, не заме­чая гро­зив­шей ката­стро­фы или ава­рии, маши­на идет на посад­ку.

Заме­тив опас­ность, коман­дир под­раз­де­ле­ния — стар­ший лей­те­нант т. Гудо­вич сам стал на месте фини­ше­ра и зна­ком — полот­ни­ща­ми, сиг­на­ли­зи­ро­вал машине, в кото­рой нахо­ди­лись т. Зве­рев и т. Семе­нов, что у нее нет лево­го коле­са.

Тов. Зве­рев, что­бы точ­нее убе­дить­ся, дела­ет несколь­ко захо­дов на посад­ку, «но знак о воз­мож­ной ката­стро­фе или ава­рии не уби­ра­ет­ся. Зве­рев понял. На послед­нем захо­де он сбра­сы­ва­ет пер­чат­ку с запис­кой: «Давай­те коле­со, оде­ну в воз­ду­хе» — и наби­ра­ет высо­ту.

Капи­тан Табар­чук отда­ет рас­по­ря­же­ние: взять запас­ное коле­со, при­вя­зать под фюзе­ляж само­ле­та так, что­бы, зай­дя выше на несколь­ко мет­ров маши­ны т. Зве­ре­ва, лет­чик мог коле­со опу­стить на верев­ке. К коле­су при­вя­зы­ва­ет­ся шпиль­ка для кон­тров­ки и запис­ка о том, как и что делать, что­бы надеть коле­со.

Коле­со будет пода­вать сам капи­тан тов. Табар­чук, само­лет пило­ти­ру­ет стар­ший лей­те­нант т. Дубо­вой. Маши­на взле­та­ет, под­хо­дит к само­ле­ту т. Зве­ре­ва.

Вот сошлись одна над дру­гой обе маши­ны. Уда­ля­ясь, они плав­но идут про­тив вет­ра.

Маши­ны рас­хо­дят­ся. Одна из них начи­на­ет кру­то сколь­зить. Теря­ет высо­ту. Идет на посад­ку. Пода­ва­е­мое коле­со не попа­ло на маши­ну, а с порвав­шей­ся верев­кой упа­ло на зем­лю с высо­ты 1500 мет­ров.

Быст­ро при­вя­зы­ва­ет­ся вто­рое коле­со.

***

В воз­ду­хе три маши­ны строй­но идут левым пелен­гом. Капи­тан Табар­чук подал коле­со на гар­грод. Его пой­ма­ли т. Зве­рев и т. Семе­нов. Маши­на отхо­дит и при­стра­и­ва­ет­ся с левой сто­ро­ны, как бы наблю­дая за тем, что будут делать тт. Зве­рев и Семе­нов.

***

Семе­нов хочет вылез­ти на шас­си и надеть коле­со, но лей­те­нант Зве­рев реша­ет это сде­лать сам, а Семе­но­ву дове­ря­ет пило­ти­ро­ва­ние чут­кой, каприз­ной маши­ны.

На высо­те 2000 мет­ров, при­вя­зав коле­со на верев­ке, Зве­рев, не сни­мая пара­шю­та, выле­за­ет из каби­ны и, при­жи­ма­ясь к фюзе­ля­жу, спус­ка­ет­ся на шас­си. Через 40 минут в струе, почти нор­маль­ной ско­ро­сти само­ле­та, Зве­рев одел коле­со, но шпиль­ка для кон­тров­ки коле­са ока­за­лась пло­хой. При­вя­зы­вая и отвя­зы­вая Зве­рев уро­нил ее, лезть в каби­ну за новой шпиль­кой, зна­чит убить послед­ние силы. Кро­ме верев­ки Зве­рев ничем не рас­по­ла­гал. Решил закон­т­рить коле­со верев­кой и закон­т­рил.

Для того, что­бы поста­вить коле­со на ось, нуж­но было затра­тить огром­ную силу, тем более, что Зве­рев нахо­дил­ся под силь­ной стру­ей воз­ду­ха, что меша­ло рабо­тать и дышать.

Изму­чен­ный этой необык­но­вен­но слож­ной рабо­той, толь­ко вче­ра вышед­ший из гос­пи­та­ля Зве­рев с тру­дом воз­вра­тил­ся в каби­ну.

С той же ско­ро­стью Зве­рев пошел на посад­ку.

С глаз не спус­ка­ют при­бли­жа­ю­щий­ся само­лет. Вот он убрал газ. Пла­ни­ру­ет. Оба коле­са чет­ко вид­ны под фюзе­ля­жем. Тиши­на. Все ли в поряд­ке?

Зажи­га­ние выклю­че­но. Отлич­но маши­на вырав­не­на. Выдер­жи­ва­ет­ся. Созда­ют­ся три точ­ки. Все отлич­но?

Маши­на дела­ет про­беж­ку 20 — 30 мет­ров и вдруг… левое коле­со сле­те­ло.

Левый крен, маши­на дела­ет раз­во­рот, чер­тя кры­лом о зем­лю, оста­но­ви­лась, как бы хро­мая на одну ногу.

Люди под­хо­дят к машине. Из каби­ны выле­за­ют Зве­рев и Семе­нов. Серьез­ные, чуть-чуть взвол­но­ван­ные, но целы, живы, здо­ро­вы.

Зве­рев вкус­но пообе­дал и как ни в чем не 6ывало при­шел играть в бил­ли­ард.

Коман­до­ва­ние шко­лы награ­ди­ло его месяч­ным окла­дом и пред­став­ля­ет к награ­де ВВС РККА. Через 3 часа бри­га­дой кур­сан­тов маши­на была при­ве­де­на в пол­ную готов­ность к зав­траш­ним поле­там.

Жда­нов, Арза­мас­цев, Гри­го­рен­ко.

Непод­пи­сан­ная фото­гра­фия, раз­ме­ще­на на одном стен­де с опи­са­ни­ем подви­га лей­те­нан­та Зве­ре­ва (пред­по­ло­жи­тель­но Иван Ива­но­вич Дубо­вой). Сайт Орен­бург­ско­го лет­но­го учи­ли­ща.

«Я думал о само­ле­те», «Орен­бург­ская ком­му­на», 30 мая 1936 год

Вот как это собы­тие опи­сал сам Зве­рев в замет­ке «Я думал о само­ле­те», опуб­ли­ко­ван­ной 30 мая 1936 года в газе­те «Орен­бург­ская ком­му­на»:

Я думал о само­ле­те

26 мая я про­из­во­дил учеб­ные поле­ты на само­ле­те Р‑1 с кур­сан­том моей груп­пы тов. Семе­но­вым. С само­ле­та в воз­ду­хе сле­те­ло левое коле­со. Я это­го, конеч­но, не заме­тил.

При захо­де на посад­ку я заме­тил, что фини­шер дает мне знать сиг­на­ла­ми, что я остал­ся толь­ко с одним коле­сом (пра­вым). Знак я понял. При попыт­ке сесть на одно коле­со мне все вре­мя выкла­ды­ва­ли знак запре­ще­ния посад­ки. Я изме­нил реше­ние садить­ся на одно коле­со и при­нял дру­гое, един­ствен­но обес­пе­чи­ва­ю­щее сохра­не­ние само­ле­та. О само­ле­те я думал боль­ше все­го.

Руко­во­ди­те­лю поле­тов я сбро­сил запис­ку, в кото­рой про­сил при­слать в воз­дух коле­со (отве­ти­ли согла­си­ем) и при­мер­но минут через 40 на высо­те 1200 мет­ров я при­нял его от коман­ди­ра части тов. Табар­чук. С того момен­та, как коле­со очу­ти­лось у меня в руках, управ­ле­ние само­ле­том я пере­дал кур­сан­ту Семе­но­ву, а сам вылез из каби­ны на левую плос­кость, под­тас­ки­вая за собой коле­со.

Про­дви­гать­ся к шас­си было труд­но, но у меня были еще све­жие силы.

Когда я добрал­ся до шас­си, укре­пил­ся нога­ми за ось само­ле­та и пере­тя­нул коле­со с плос­ко­сти, то его при­шлось дер­жать обе­и­ми рука­ми, что­бы не упу­стить. Вот тут я почув­ство­вал, что силы мои име­ют пре­дел. Это состо­я­ние не про­хо­ди­ло до кон­ца рабо­ты на шас­си, кото­рая про­дли­лась око­ло 40 минут. Руки у меня были заня­ты, дер­жал­ся я толь­ко нога­ми.

Закон­чив рабо­ту и закре­пив коле­со на оси вере­воч­кой, так как шпиль­ка выле­те­ла из рук, я стал воз­вра­щать­ся в каби­ну. Это мне уда­лось с боль­шим тру­дом, так как сил боль­ше не оста­лось и при­шлось отды­хать там, где толь­ко мож­но было дер­жать­ся.

Вер­нув­шись в каби­ну, я взял управ­ле­ние у кур­сан­та Семе­но­ва, кото­рый, несмот­ря на то, что имел все­го шесть поле­тов на этом типе само­ле­та, с зада­чей спра­вил­ся хоро­шо.

В моем пове­де­нии нет ниче­го геро­и­че­ско­го. Я думаю, что на моем месте так посту­пил бы любой физи­че­ски силь­ный лет­чик Стра­ны Сове­тов.

Лей­те­нант Ф. Зве­рев

Газет­ная замет­ка о подви­ге лей­те­нан­та Зве­ре­ва. Сайт Орен­бург­ско­го лет­но­го учи­ли­ща.

За про­яв­лен­ный геро­изм коман­до­ва­ние шко­лы награ­ди­ло лей­те­нан­та Зве­ре­ва месяч­ным окла­дом.

Исто­ри­че­ский фор­му­ляр 3‑й Воен­ной шко­лы лет­чи­ков и лет­чи­ков-наблю­да­те­лей, При­ВО, 1936 г. Сайт Орен­бург­ско­го лет­но­го учи­ли­ща.

Началь­ник Воен­но-воз­душ­ных сил РККА, коман­дарм 2 ран­га Алкс­нис хода­тай­ство­вал перед Воро­ши­ло­вым о награж­де­нии Зве­ре­ва и Семе­но­ва.

Источ­ник: «Крас­ные соко­лы нашей Роди­ны»

С.С.С.Р.
Народ­ный Комис­са­ри­ат
Обо­ро­ны Сою­за ССР
Началь­ник Воен­ных Воз­душ­ных Сил
Рабо­че-Кре­стьян­ской Крас­ной Армии
1 апре­ля 1936г.
№ 210612сс

Совер­шен­но Сек­рет­но

Народ­но­му комис­са­ру обо­ро­ны ССР
Мар­ша­лу Совет­ско­го Сою­за
тов. Воро­ши­ло­ву

При сем пред­став­ляю опи­са­ние слу­чая, дей­стви­тель­но имев­ше­го место в Орен­бург­ской шко­ле по доне­се­нию началь­ни­ка шко­лы, — отрыв коле­са в поле­те и наде­ва­ние его в воз­ду­хе.

Подоб­ный слу­чай встре­ча­ет­ся впер­вые в исто­рии наше­го Воз­душ­но­го Фло­та.
Хода­тай­ствую:

1. Раз­ре­шить замет­ку напе­ча­тать в печа­ти.
2. О награж­де­нии тов. Зве­ре­ва и Семе­но­ва.

ПРИЛОЖЕНИЕ: 1. Замет­ка.
2. Доне­се­ние началь­ни­ка шко­лы.

Началь­ник Воен­ных Воз­душ­ных Сил РККА
Коман­дарм 2 ран­га Алкс­нис

Источ­ник: «Крас­ные соко­лы нашей Роди­ны»

На визу
тов.Алкснис

Орен­бург, 29/V (ТАСС) 26-го мая лей­те­нант Зве­рев с кур­сан­том т.Семеновым части им.Ворошилова совер­ша­ли учеб­ный полет. После вто­ро­го при­зем­ле­ния и подъ­ема на само­ле­те соско­чи­ло левое коле­со. Коман­дир части – капи­тан т. Табар­чук, нахо­див­ший­ся на стар­те, сиг­на­лом дал знать т. Зве­ре­ву о поте­ре коле­са и запре­тил посад­ку.

15 минут т. Зве­рев летал без коле­са, раз­ду­мы­вая, как най­ти выход из поло­же­ния. В пер­чат­ке он сбро­сил коман­ди­ру запис­ку, с прось­бой доста­вить ему на само­ле­те коле­со. Капи­тан т. Табар­чук, на само­ле­те, пило­ти­ру­е­мом стар­шим лей­те­нан­том т. Дубо­вым, под­нял­ся выше ава­рий­ной маши­ны и на верев­ке спу­стил т. Зве­ре­ву коле­со. При­няв коле­со, лей­те­нант т. Зве­рев пере­дал управ­ле­ние само­ле­том кур­сан­ту т. Семе­но­ву, еще ни разу само­сто­я­тель­но не летав­ше­му, а сам вылез с коле­сом и само­ле­том на плос­кость кры­ла и затем спу­стил­ся на шас­си. Сви­стел ветер. Узел на коле­се не раз­вя­зы­вал­ся. Напря­гая все силы, т. Зве­рев оде­вал тяже­лое коле­со. В это вре­мя у него из рук выпа­ли шпиль­ка и кол­па­чок. Тов. Зве­рев вынул из кар­ма­на слу­чай­но ока­зав­шу­ю­ся там изо­ля­ци­он­ную тесь­му и скре­пил ею коле­со, а затем взо­брал­ся обрат­но в каби­ну. Взяв управ­ле­ние, он бла­го­по­луч­но при­зем­лил­ся на аэро­дро­ме.

Оде­ва­ние коле­са дли­лось 40 минут. Все это вре­мя т. Зве­рев про­был на шас­си летя­ще­го само­ле­та. А все­го т. Зве­рев и кур­сант Семе­нов про­бы­ли в воз­ду­хе 2 ч. 30 м.

Коман­до­ва­ние части отме­ти­ло геро­изм и наход­чи­вость лей­те­нан­та т.Зверева, впер­вые в исто­рии воз­душ­но­го фло­та одев­ше­го в воз­ду­хе коле­со на само­лет. Лей­те­нант т. Зве­рев, кур­сант т. Семе­нов, капи­тан т. Табар­чук, стар­ший лей­те­нант т. Дубо­вой пред­став­ле­ны к награ­де.

ЛС.3

Теле­грам­ма из Куй­бы­ше­ва края. Источ­ник: «Крас­ные соко­лы нашей Роди­ны»

Теле­грам­ма
Из Куй­бы­ше­ва края

Москва
Народ­но­му комис­са­ру обо­ро­ны
Мар­ша­лу Совет­ско­го Сою­за
т. Воро­ши­ло­ву

26 мая в 3 ВШЛ эскад­ри­льи капи­та­на Табар­чу­ка вре­мя поле­та инструк­то­ра лей­те­нан­та Зве­ре­ва кур­сан­том Семе­но­вым само­ле­те Р‑1 соско­чи­ло коле­со. Зве­рев запис­кой запро­сил подать само­лет лич­но под­няв­шись в воз­дух само­ле­те, пило­ти­ру­е­мом стар­шим лей­те­нан­том Дубо­вым, Табар­чук на верев­ке подал коле­со. Зве­рев, пору­чив управ­ле­ние не выпу­щен­но­му само­сто­я­тель­но кур­сан­ту Семе­но­ву, вылез шас­си и в тече­ние 40 минут надел коле­со, но бла­го­да­ря физи­че­ской уста­ло­сти шпиль­ка и кол­па­чек выскольз­ну­ли из рук. Зве­рев тесь­мой закре­пил коле­со, влез обрат­но, взял управ­ле­ние и совер­шил посад­ку. В кон­це про­бе­га бла­го­да­ря непроч­ной кон­тров­ки коле­со соско­чи­ло, само­лет стал на нос слег­ка помяв ради­а­тор и винт. Подоб­ный слу­чай явля­ет­ся пер­вым в ВВС. Отме­чая исклю­чи­тель­ную настой­чи­вость деле борь­бы за без­ава­рий­ность, лич­ное муже­ство и выда­ю­щу­ю­ся наход­чи­вость хода­тай­ствую награж­де­нии лей­те­нан­та Зве­ре­ва и капи­та­на Табар­чук орде­ном Крас­ная Звез­да, кур­сан­та Семе­но­ва и стар­ше­го лей­те­нан­та Дубо­во­го орде­ном Знак Поче­та.

Коман­ду­ю­щий вой­ска­ми ПРИВО
Коман­дарм 2 ран­га – Дыбен­ко

Нар­ком обо­ро­ны, под­дер­жав Алкс­ни­са, хода­тай­ство­вал перед Ста­ли­ным о награж­де­нии Зве­ре­ва орде­ном «Крас­ная Звез­да», а кур­сан­та Семе­но­ва орде­ном «Знак Поче­та».

Источ­ник: «Крас­ные соко­лы нашей Роди­ны»

Народ­ный Комис­сар Обо­ро­ны Сою­за СССР
11 июня 1936 г. № 2181054

Копия
Совер­шен­но Сек­рет­но

ЦК ВКП /б/
Тов. Ста­ли­ну И.В.

26 мая сего года при учеб­ном поле­те на само­ле­те Р‑1 пило­ти­ру­е­мый инструк­то­ром-лет­чи­ком 3‑й Воен­ной шко­лы Лет­чи­ков и Лет­чи­ков-Наблю­да­те­лей лей­те­нан­том тов. Зве­ре­вым и кур­сан­том Семе­но­вым про­изо­шел отрыв лево­го коле­са в воз­ду­хе.

Лей­те­нант Зве­рев сбро­сил коман­ди­ру эскад­ри­льи запис­ку в пер­чат­ке с прось­бой доста­вить ему коле­со на само­ле­те.

Коман­ди­ром Эскад­ри­льи тов. Табар­чу­ком вме­сте с коман­ди­ром зве­на стар­шим лей­те­нан­том Дубо­вым с само­ле­та по верев­ке коле­со было спу­ще­но на само­лет Зве­ре­ва.

Тов. Зве­рев пере­дав управ­ле­ние само­ле­та кур­сан­ту Семе­но­ву, еще ни разу само­сто­я­тель­но не летав­ше­му вылез с коле­сом и пара­шю­том на плос­кость само­ле­та и затем спу­стил­ся на шас­си.

Надев коле­со, Зве­рев взо­брал­ся в каби­ну само­ле­та, взяв управ­ле­ние бла­го­по­луч­но при­зем­лил­ся на аэро­дро­ме.

Отме­чая геро­изм и наход­чи­вость лей­те­нан­та Зве­ре­ва, впер­вые в исто­рии Воз­душ­но­го Фло­та одев­ше­го коле­со на само­ле­те в воз­ду­хе хода­тай­ствую о награж­де­нии:

тов. Зве­ре­ва орде­ном «Крас­ная Звез­да»,
кур­сан­та Семе­но­ва – орде­ном «Знак Поче­та».

Народ­ный комис­сар обо­ро­ны Сою­за ССР
Мар­шал Совет­ско­го Сою­за
К. Воро­ши­лов

Тра­ге­дия

Но через два года само­лет, управ­ля­е­мый Федо­ром Сте­па­но­ви­чем Зве­ре­вым попал в ката­стро­фу. 11 апре­ля 1938 г. на стол Нар­ко­ма Обо­ро­ны СССР лег доклад Воен­но­го сове­та ПРИВО об авиа­ци­он­ной ката­стро­фе.

СССР

Народ­ный Комис­са­ри­ат Обо­ро­ны Сою­за ССР

Управ­ле­ние дела­ми при Народ­ном Комис­са­ре

25 апре­ля 1938 г. № 6667сс

Вх.№ 1395сс

ВОЕННОМУ СОВЕТУ ВВС РККА

Посы­лаю мате­ри­ал рас­сле­до­ва­ния ката­стро­фы само­ле­та в 3‑й ВШЛ и ЛН.

Про­шу этот вопрос с Ваши­ми меро­при­я­ти­я­ми доло­жить Народ­но­му Комис­са­ру лич­но.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Доклад ВС ПРИВО от 11 апре­ля 38 г. № ВВС/687 на 12 листах.

НАЧАЛЬНИК УПРАВЛЕНИЯ ДЕЛАМИ

КОМБРИГ Сне­гов

***

СССР – НКО

ВОЕННЫЙ СОВЕТ

ПРИВОЛЖСКОГО

ВОЕННОГО ОКРУГА

11 апре­ля 1938 г.

№ ВВС/687

При­ло­же­ние к № вх 00963

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

МАРШАЛУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

ТОВ. ВОРОШИЛОВУ К.Е.

В резуль­та­те лич­но­го рас­сле­до­ва­ния и рас­сле­до­ва­ния спе­ци­аль­ной комис­си­ей, пред­став­ляю мате­ри­а­лы по ката­стро­фе инструк­то­ра 3‑й Воен­ной шко­лы лет­чи­ков и лет­чи­ков-наблю­да­те­лей лей­те­нан­та ЗВЕРЕВА Ф.С., про­ис­шед­шей 29.03 в горо­де Орен­бур­ге.

I. ОПИСАНИЕ ПРОИСШЕСТВИЯ.

О ката­стро­фе само­ле­та в 3‑й ВШЛ и ЛН

Лей­те­нант ЗВЕРЕВ, Федор Сте­па­но­вич, с 11.02. инструк­тор-лет­чик 4‑й а.э., а до это­го шеф­пи­лот коман­до­ва­ния шко­лы, 29.03 без ведо­ма коман­ди­ров эскад­ри­льи, отря­да, зве­на полу­чил от врид. началь­ни­ка шко­лы началь­ни­ка шта­ба шко­лы май­о­ра ВАЙДЕРПАС зада­ние – пере­гнать само­лет Р‑5 началь­ни­ка шко­лы со вто­ро­го аэро­дро­ма на пер­вый; зада­ние дано уст­но в общей фор­ме без полет­но­го листа.

ЗВЕРЕВ не доло­жил сво­им коман­ди­рам о полу­чен­ном зада­нии, а послед­ние не обра­ти­ли вни­ма­ние на отсут­ствие ЗВЕРЕВА в этот день на поле­тах. Перед выле­том ЗВЕРЕВА никто не про­ве­рил и выле­том никто не руко­во­дил.

Гото­вясь к поле­ту, ЗВЕРЕВ выска­зы­вал тех­ни­ку т.КОРНИЛОВУ свое наме­ре­ние – испы­тать какую ско­рость разо­вьет само­лет при пики­ро­ва­нии с рабо­та­ю­щим мото­ром с высо­ты 3000 мет­ров до высо­ты 1000 мет­ров, и сде­лать пет­лю без мото­ра, пре­ду­пре­див его одеть пара­шют как сле­ду­ет.

По пред­по­ло­же­нию тех­ни­ка т. КОРНИЛОВА, ЗВЕРЕВ выска­зы­вал свое наме­ре­ние совер­шить экс­пе­ри­мент ряду окру­жа­ю­щих его това­ри­щей — лет­но-тех­ни­че­ско­му соста­ву 3‑й а.э., так подой­дя к само­ле­ту, ЗВЕРЕВ ска­зал КОРНИЛОВУ: «… я с ними поспо­рил», что кос­вен­но под­твер­жда­ет­ся и тех­ни­ком т. КРЯКВИНЫМ, слы­шав­шим, как ЗВЕРЕВ ска­зал о само­ле­те: «Вот мы его сей­час испы­та­ем на проч­ность!»

О наме­ре­нии ЗВЕРЕВА тех­ник КОРНИЛОВ стар­ше­му началь­ни­ку и воен­ко­му не доло­жил и от поле­та не отка­зал­ся, огра­ни­чив­шись попыт­кой, по сло­вам само­го КОРНИЛОВА, ЗВЕРЕВА от про­из­вод­ства экс­пе­ри­мен­та, вви­ду позд­не­го вре­ме­ни.

Вре­мя выле­та ЗВЕРЕВА со вто­ро­го аэро­дро­ма точ­но не уста­нов­ле­но, при­мер­но 17:30 /никем оно не зафик­си­ро­ва­но и стар­та само­ле­ту никто не давал/.

После выле­та ЗВЕРЕВ набрал над вто­рым аэро­дро­мом высо­ту 1500 мт., сде­лал одну нор­маль­ную пет­лю и, разо­гнав само­лет с пики­ро­ва­ни­ем с высо­ты 1500 мт, до высо­ты 800 и до ско­ро­сти 320 км/ч, стал про­из­во­дить пет­лю без мото­ра, завис и под­дер­жал ее мото­ром.

После пило­та­жа ЗВЕРЕВ по марш­ру­ту на пер­вый аэро­дром набрал высо­ту 2400 мт. и, сде­лав над пер­вым аэро­дро­мом два вира­жа, стал пики­ро­вать с углом око­ло 70°. Мотор по одним дан­ным /КОРНИЛОВ/ имел пол­ный газ, а по дру­гим дан­ным /свидетели с земли/ был с убран­ным газом. Про­пи­ки­ро­вав до 1000 мт., само­лет раз­вил ско­рость 440 км/ч. , хво­сто­вое опе­ре­ние дефор­ми­ро­ва­лось, а затем отле­те­ла пра­вая поло­ви­на руля высо­ты. Момент отры­ва руля высо­ты сов­па­да­ет с рез­ким рыв­ком само­ле­та, кото­рый ощу­тил тех­ник КОРНИЛОВ, решив­ший к это­му вре­ме­ни выбра­сы­вать­ся и выби­рав­ший­ся из каби­ны само­ле­та. Рывок был заме­чен с зем­ли, как попыт­ка выхо­да из пике. Этот рыже рывок выбро­сил тех­ни­ка КОРНИЛОВА, застряв­ше­го левой ногой в ремен­ном дне сиде­нья, при­чем ногу ему при этом вывих­ну­ло. Рас­пу­стив пара­шют, тех­ник КОРНИЛОВ бла­го­по­луч­но при­зем­лил­ся у гра­ни­цы пер­во­го аэро­дро­ма на здо­ро­вую пра­вую ногу.

Мотор на само­ле­те рез­ко уве­ли­чил обо­ро­ты, само­лет про­дол­жал пики­ро­вать с силь­ным ревом, остав­ляя по пути раз­лич­ные части /элерон, стой­ки, верх­ние бензобаки/. На высо­те око­ло 300 мт. про­изо­шел взрыв, само­лет заго­рел­ся и упал в при­го­ро­де на ули­це Фрун­зе № 211, уда­рив­шись о дом, раз­ру­шил его и зажег.

Лет­чик ЗВЕРЕВ погиб, не вос­поль­зо­вав­шись до кри­ти­че­ско­го момен­та пара­шю­том, и был извле­чен из обго­рев­ших облом­ков само­ле­та с раз­моз­жен­ной голо­вой, но пульс еще бил­ся.

Чело­ве­че­ских жертв сре­ди граж­дан­ско­го насе­ле­ния не было; пожар дома лик­ви­ди­ро­ван пожар­ной коман­дой. Части само­ле­та /элерон, стой­ки цен­тро­пла­на, верх­ние бен­зо­ба­ки и поло­ви­на глав­но­го бака/ были най­де­ны в раз­лич­ных местах при­го­ро­да, а дина­мо ДОС‑1 про­би­ло кры­шу и пото­лок дома в 500 мет­рах от места паде­ния само­ле­та, тоже без чело­ве­че­ских жертв.

Тех­ник КОРНИЛОВ отправ­лен в гос­пи­таль.

II. ПРИЧИНЫ И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПРОИСШЕСТВИЯ.

I/ Лич­ная лет­ная недис­ци­пли­ни­ро­ван­ность лей­те­нан­та ЗВЕРЕВА, отли­чав­шая его почти все вре­мя пре­бы­ва­ния в шко­ле и осо­бен­но рез­ко в 1935 году. Недо­ста­точ­ная тео­ре­ти­че­ская гра­мот­ность ЗВЕРЕВА, при­вед­шая его к пре­ступ­но­му, без­рас­суд­но­му экс­пе­ри­мен­ту. Пре­ступ­ное нару­ше­ние им Ваше­го при­ка­за о запре­ще­нии пило­та­жа на само­ле­те Р‑5 /петля, што­пор и др./.

2/ На выпол­не­ние экс­пе­ри­мен­та ЗВЕРЕВА спро­во­ци­ро­вал урок по тео­рии поле­та, про­ве­ден­ный пре­по­да­ва­те­лем капи­та­ном МАССЕН 13.03. с истре­би­тель­ной груп­пой на сбо­рах инструк­то­ров и коман­ди­ров зве­ньев. Пре­по­да­ва­тель МАССЕН разо­брал на уро­ке пет­лю без мото­ра, меж­ду тем как этот вопрос не вхо­дил даже в про­грам­му. Когда выяс­ни­лось, что такой пет­ли на Р‑5 никто не делал и пре­по­да­ва­тель выска­зал сожа­ле­ние по это­му пово­ду, ЗВЕРЕВ гро­мо­глас­но заявил: «А я это в деле про­ве­рю!». На это заяв­ле­ние ЗВЕРЕВА пре­по­да­ва­тель МАССЕН и при­сут­ству­ю­щие никак не реа­ги­ро­ва­ли. Вме­сто того, что­бы тео­рию пет­ли без мото­ра, если уже зашла о ней речь, допол­нить осве­ще­ни­ем вопро­сов о допу­сти­мых ско­ро­стях и запа­се проч­но­сти Р‑5, пре­по­да­ва­тель фак­ти­че­ски напра­вил вни­ма­ние ауди­то­рии на прак­ти­че­ское выпол­не­ние этой фигу­ры, доби­ва­ясь под­твер­жде­ния фор­му­лы прак­ти­че­ски­ми дан­ны­ми и совер­шен­но игно­ри­руя Ваш при­каз о запре­ще­нии пило­та­жа на Р‑5. По пока­за­ни­ям инструк­то­ра ХОЛОДОВА, пре­по­да­ва­тель МАССЕН зара­нее бла­го­да­рил ЗВЕРЕВА за то, что он взял­ся сде­лать пет­лю без мото­ра, как име­ю­щий на это, по его сло­вам, воз­мож­ность.

3/ Систе­ма­ти­че­ское нару­ше­ние и игно­ри­ро­ва­ние началь­ни­ком шта­ба шко­лы май­о­ром ВЕДЕРПАСОМ тре­бо­ва­ния УВС-37 в отно­ше­нии ЗВЕРЕВА, о поряд­ке отда­чи при­ка­за­ний /ст.19/. Пани­брат­ское его отно­ше­ние к ЗВЕРЕВУ и отсут­ствие долж­но­го реа­ги­ро­ва­ния на нару­ше­ния послед­ним лет­ной дис­ци­пли­ны. Дача зада­ния ЗВЕРЕВУ общо, без полет­но­го листа и без уче­та послед­них ука­за­ний о запре­ще­нии пило­та­жа на само­ле­те Р‑5. Коман­до­ва­ние шко­лы в лице ком­бри­га СИНЯКОВА и бри­гад­но­го комис­са­ра Кото­ва тоже на такую прак­ти­ку никак не реа­ги­ро­ва­ла.

4/ Воин­ская невос­пи­тан­ность и недис­ци­пли­ни­ро­ван­ность тех­ни­ка 2 ран­га КОРНИЛОВА, кото­рый, узнав о пре­ступ­ном наме­ре­нии ЗВЕРЕВА про­из­ве­сти экс­пе­ри­мент, могу­щий при­ве­сти к ката­стро­фе, вопре­ки уста­ву, не доло­жил немед­лен­но об этом выше­сто­я­ще­му началь­ни­ку и воен­ко­му.

5/ Отсут­ствие повер­ки ЗВЕРЕВА в зна­нии им зада­ния перед выле­том его со вто­ро­го аэро­дро­ма стар­шим началь­ни­ком – коман­ди­ром эскад­ри­льи капи­та­ном КУЛИНСКИМ.

6/ Отсут­ствие кон­тро­ля за ЗВЕРЕВЫМ со сто­ро­ны пря­мых началь­ни­ков 4 а.э. /к/з СЕМЕНОВ, к/с СЕРГЕЕВ, зам к/о КОМАРОВ/.

7/ Бес­печ­ность и рав­но­ду­шие участ­ни­ков сбо­ров, кото­рые никак не реа­ги­ро­ва­ли на заяв­ле­ние ЗВЕРЕВА и на про­во­ка­ции МОССЕН 13.03. Под­стре­ка­тель­ство ЗВЕРЕВА к про­из­вод­ству экс­пе­ри­мен­та со сто­ро­ны инструк­то­ра 1 а.э. лей­те­нан­та СЕСЮНИНА, кото­рый, вме­сто того, что­бы удер­жать ЗВЕРЕВА и заявить коман­до­ва­нию о его наме­ре­нии, через пол­то­ра дня после заня­тий спра­ши­ва­ет ЗВЕРВА: «Ну как, про­ве­рил?».

Все эти фак­ты вме­сте взя­тые гово­рят об общей пороч­ной систе­ме вос­пи­та­ния в шко­ле, в чем винов­ны, преж­де все­го, началь­ник шко­лы ком­бриг СИНЯКОВ и воен­ком шко­лы бри­гад­ный комис­сар КОТОВ.

8/ Со сто­ро­ны парт­ор­га­ни­за­ции шта­ба шко­лы, где ЗВЕРЕВ состо­ял шесть меся­цев /секретарь т.СТЕПАНОВ/, не было ника­ко­го вни­ма­ния к ЗВЕРЕВУ, она не при­вле­ка­ла его к пар­тий­ной рабо­те и не реа­ги­ро­ва­ла на слу­чаи нару­ше­ния им лет­ной дис­ци­пли­ны, при­кры­ва­е­мые пани­брат­ством и семей­ствен­но­стью со сто­ро­ны началь­ни­ка шта­ба шко­лы май­о­ра ВАЙДЕРПАС. Марк­сист­ско-ленин­ской уче­бой ЗВЕРЕВ не зани­мал­ся, парт­со­бра­ния посе­щал ред­ко. В свою оче­редь парт­ор­га­ни­за­ция 4‑й а.э., куда 11.02 был пере­ве­ден ЗВЕРЕВ, так­же не при­вле­ка­ла его к уча­стию в парт­ра­бо­те и оста­ви­ла его в поло­же­нии изо­ля­ции от обще­ствен­но-поли­ти­че­ской жиз­ни и здо­ро­вой коман­дир­ской сре­ды. Меж­ду тем ЗВЕРЕВ тре­бо­вал к себе осо­бо­го вни­ма­ния, как недо­ста­точ­но устой­чи­вый чело­век /летное лиха­че­ство, склон­ность к само­воль­но­му экс­пе­ри­мен­та­тор­ству, излиш­няя само­уве­рен­ность, скрыт­ность, упрям­ство и неустой­чи­вость в быту/. Опыт рабо­ты ЗВЕРЕВА в 1‑й а.э. в 1936 году, когда со сто­ро­ны парт­ор­га­ни­за­ции и коман­до­ва­ния к нему было боль­ше вни­ма­ния, он был вовле­чен в парт­ра­бо­ту, пока­зы­ва­ет, что ЗВЕРЕВ мог рабо­тать хоро­шо, без нару­ше­ний лет­ной дис­ци­пли­ны и даже был за отва­гу награж­ден Вами золо­ты­ми часа­ми.

9/ Уста­нов­ле­но, что вооб­ще пре­по­да­ва­ние тео­рии поле­та на всех кур­сах никак не увя­за­но, как меж­ду пре­по­да­ва­те­ля­ми тео­рии поле­та, веду­щи­ми этот пред­мет на пер­вом кур­се и коман­ди­ра­ми зве­ньев, веду­щи­ми пред­мет на вто­ром и тре­тьем кур­сах, так и меж­ду ними и пре­по­да­ва­те­ля­ми смеж­ных пред­ме­тов, в первую оче­редь – само­ле­тов. Руко­вод­ства и кон­тро­ля за пре­по­да­ва­ни­ем тео­рии поле­та нет, как со сто­ро­ны началь­ни­ка цик­ла май­о­ра МУЛЬКОВА, так и со сто­ро­ны коман­до­ва­ния и шта­ба – коман­ди­ра бри­га­ды май­о­ра СТЕПИЧЕВА, началь­ни­ка шта­ба шко­лы май­о­ра ВЕЙДЕРПАС, учеб­но-лет­но­го отде­ла шко­лы и поли­тап­па­ра­та. В резуль­та­те, вопре­ки про­грамм ОВУЗ”а ВВС РККА, тео­рия поле­та при­хо­дит­ся сугу­бо тео­ре­ти­че­ски, отвле­чен­но, в отры­ве от тех­ни­ке поле­та и без увяз­ки с прак­ти­че­ски­ми вопро­са­ми, кон­спек­ты у пре­по­да­ва­те­лей не про­ве­ря­ют­ся, на заня­ти­ях почти никто не быва­ет, мето­ди­че­ских сове­ща­ний управ­ле­ния нет, пре­по­да­ва­те­ли предо­став­ле­ны сами себе и бази­ру­ют свое пре­по­да­ва­ние на уста­ре­лых и непол­ных дан­ных. Такое поло­же­ние и при­ве­ло к тому, сто 13.03 пре­по­да­ва­те­лем МАССЕН было про­ве­де­но заня­тие, спро­во­ци­ро­вав­шее ЗВЕРЕВА на экс­пе­ри­мент. В част­но­сти на сбо­ро­вых заня­ти­ях по тео­рии поле­та с истре­би­тель­ной груп­пой, где был ЗВЕРЕВ, был толь­ко один раз коман­дир эскад­ри­льи май­ор ЛАЗАРЕВ, назна­чен­ный руко­во­ди­те­лем этой груп­пы; коман­дир бри­га­ды май­ор СТЕПИЧЕВ – началь­ник сбо­ра – на заня­ти­ях не был ни разу. Кон­спект у пре­по­да­ва­те­ля МАССЕН никем не утвер­жден. Это­му спо­соб­ство­ва­ло упразд­не­ние коман­до­ва­ни­ем шко­лы с янва­ря меся­ца с/г. шта­ба бри­га­ды под­го­тов­ки лет­чи­ков. Штаб шко­лы, в кото­рый влит штаб бри­га­ды, кон­тро­ля за учеб­ным про­цес­сом и рабо­той пре­по­да­ва­те­лей не осу­ществ­лял.

10/ Началь­ник шко­лы, комис­сар и полит­от­дел отвле­ка­лись от вопро­сах бое­вой под­го­тов­ки и как сле­ду­ет не зани­ма­лись вопро­са­ми укреп­ле­ния воин­ской дис­ци­пли­ны.

III. ВИНОВНИКИ ПРОИСШЕСТВИЯ /КОНКРЕТНО КТО И В ЧЕМ/.

1/ Погиб­ший лей­те­нант ЗВЕРЕВ Ф.С. – пре­ступ­но нару­шил лет­ную дис­ци­пли­ну, само­воль­но про­ве­дя недо­пу­сти­мый, без­гра­мот­ный экс­пе­ри­мент на само­ле­те Р‑5.

2/ Началь­ник шко­лы ком­бриг СИНЯКОВ и воен­ком шко­лы бри­гад­ный комис­сар КОТОВ допу­стил систе­ма­ти­че­ское нару­ше­ние шта­ба УВС-37, его пани­брат­ское отно­ше­ние к ЗВЕРЕВУ, бес­кон­троль­ное про­ве­де­ние заня­тий по тео­рии поле­та и как сле­ду­ет не зани­ма­лись укреп­ле­ни­ем дис­ци­пли­ны и вос­пи­та­ни­ем лич­но­го соста­ва.

3/ Началь­ник шта­ба шко­лы ВЕЙДЕРПАС А.М.:

а/ игно­ри­ро­вал в прак­ти­ке вза­и­мо­от­но­ше­ний с ЗВЕРЕВЫМ ст. 19 УВС-37;

б/ пани­брат­ски отно­сил­ся к ЗВЕРЕВУ и не реа­ги­ро­вал на нару­ше­ния им лет­ной дис­ци­пли­ны;

в/ не поста­вил чет­кой кон­крет­ной зада­чи ЗВЕРЕВУ на пере­лет;

г/ не осу­ществ­лял кон­тро­ля за рабо­той пре­по­да­ва­те­лей ни сам, ни через работ­ни­ков шта­ба.

4/ Пре­по­да­ва­тель капи­тан МАССЕН Ю.А. – спро­во­ци­ро­вал ЗВЕРЕВА на экс­пе­ри­мент.

5/ Авиа­тех­ник воен­тех­ник 2 ран­га КОРНИЛОВ А.П. – гру­бо нару­шил тре­бо­ва­ния УВС, не доло­жив немед­лен­но стар­ше­му началь­ни­ку и воен­ко­му о пре­ступ­ном наме­ре­нии ЗВЕРЕВА про­из­во­дить в поле­те экс­пе­ри­мент.

6/ Коман­дир бри­га­ды май­ор СТЕПИЧЕВ – не кон­тро­ли­ро­вал сам, не орга­ни­зо­вал и не обес­пе­чил кон­тро­ля за пре­по­да­ва­ни­ем тео­рии поле­та на сбо­рах и за уче­том посе­ща­е­мо­сти заня­тий на сбо­рах.

7/ Коман­дир 1‑й а.э. май­ор ЛАЗАРЕВ Т.И., будучи руко­во­ди­те­лем груп­пы истре­би­те­лей на сбо­рах, не обес­пе­чил кон­тро­ля за пре­по­да­ва­ни­ем и сам не про­ве­рял заня­тий.

8/ Коман­дир 3‑й а.э. капи­тан КУЛИНСКИЙ В.В. – не уста­но­вил поряд­ка на сво­ем аэро­дро­ме в соот­вет­ствии со ста­тьей 281 § 9 в 11 УВС-37, не про­ве­рив ЗВЕРЕВА перед выле­том, а раз­ре­ше­ние на вылет дал через тех­ни­ка КОРНИЛОВА.

9/ Коман­дир отря­да 4‑й а.э. стар­ший лей­те­нант СЕРГЕЕВ А.П., его заме­сти­тель на вре­мя сбо­ров стар­ший лей­те­нант КОМАРОВ М.М. и коман­дир зве­на стар­ший лей­те­нант СЕМЕНОВ С.И. – несе­рьез­но отнес­лись к изу­че­нию ЗВЕРЕВА, потвор­ство­ва­ли систе­ме нару­ше­ния УВС-37 со сто­ро­ны началь­ни­ка шта­ба шко­лы, не инте­ре­со­ва­лись рабо­той ЗВЕРЕВА вне эскад­ри­льи и на сбо­рах.

10/ Инструк­тор-лет­чик 1‑й а.э. лей­те­нант СЕСЮНИН П.П. под­стре­кал ЗВЕРЕВА к совер­ше­нию экс­пе­ри­мен­та.

11/ Парт­бю­ро шта­ба шко­лы – сек­ре­тарь парт­бю­ро СТЕПАНОВ, не вовлек­ло ЗВЕРЕВА в парт­ра­бо­ту и не реа­ги­ро­ва­ло на нару­ше­ние им лет­ной дис­ци­пли­ны, покры­ва­е­мые пани­брат­ским отно­ше­ни­ем началь­ни­ка шта­ба шко­лы; парт­ор­га­ни­за­ция не зна­ла чем живет лет­чик ЗВЕРЕВ.

12/ Парт­ор­га­ни­за­ция 4 а.э. – парт­орг ВАРЛАШИН, так­же не при­влек­ла к парт­ра­бо­те ЗВЕРЕВА, не изу­чи­ла его, а ВАРЛАШИН и не реа­ги­ро­вал на заяв­ле­ние ЗВЕРЕВА о наме­ре­нии сде­лать пет­лю без напо­ра.

Меры дис­ци­пли­нар­но­го воз­дей­ствия по отно­ше­нию к мно­го­чис­лен­ным винов­ни­кам ката­стро­фы мной не при­ня­ты, вви­ду рас­сле­до­ва­ния ката­стро­фы и пред­ста­ви­те­лем Воен­но­го Сове­та ВВС РККА, кото­ро­му шко­лы ВВС непо­сред­ствен­но под­чи­не­ны, соглас­но Ваше­го при­ка­за № 09–37 г.

Со сво­ей сто­ро­ны счи­таю, что ЗАСЛУЖИВАЕТ ПРИМЕРНОГО ДИСЦИПЛИНАРНОГО ВЗЫСКАНИЯ и сня­тия с долж­но­сти, с пере­во­дом на менее ответ­ствен­ную рабо­ту, началь­ник шта­ба шко­лы май­ор ВЕЙДЕРПАС А.М., вся прак­ти­ка рабо­ты кото­ро­го не спо­соб­ство­ва­ла уста­нов­ле­нию долж­но­го устав­но­го поряд­ка, орга­ни­зо­ван­но­сти к желез­ной воин­ской дис­ци­плине в шко­ле. Заслу­жи­ва­ет дис­ци­пли­нар­но­го взыс­ка­ния и началь­ник шко­лы ком­бриг СИНЯКОВ и воен­ком шко­лы бри­гад­ный комис­сар КОТОВ.

Окон­ча­тель­но винов­ность пре­по­да­ва­те­ля капи­та­на МОССЕН выяс­ня­ют орга­ны НКВД; так же мож­но допу­стить С ЕГО СТОРОНЫ ЗЛОСТНОЕ НАМЕРЕНИЕ спро­во­ци­ро­вать сво­им заня­ти­ем кого-нибудь из лет­но­го соста­ва на экс­пе­ри­мент, могу­щий при­ве­сти к ката­стро­фе.

В отно­ше­нии всех осталь­ных винов­ни­ков доста­точ­но вла­сти началь­ни­ка шко­лы.

IV. МЕРОПРИЯТИЯ.

Для предот­вра­ще­ния лет­ных про­ис­ше­ствий мною под­твер­жде­ны меро­при­я­тия, наме­чен­ные началь­ни­ком шко­лы:

1/ Про­ве­сти по частям раз­бор мате­ри­а­лов ката­стро­фы и про­ис­ше­ствий, имев­ших место в частях, обра­тив осо­бое вни­ма­ние на недо­пу­сти­мое рав­но­ду­шие к нару­ше­ни­ем уста­вов, настав­ле­ний и при­ка­зов.

2/ В целях предот­вра­ще­ния ава­рий и поло­мок, коман­ди­рам частей вновь про­ве­рить все до мело­чей в орга­ни­за­ции полет­но­го обу­че­ния, в состо­я­нии и экс­пло­ата­ции мат­ча­сти и тех­ни­че­ско­го обслу­жи­ва­ния и при­ве­сти весь про­цесс полет­но­го обу­че­ния к стро­жай­ше­му соот­вет­ствию с КУЛП”ом, настав­ле­ни­ем по ТЭС и бое­вых уста­но­вок ВС ч. 1‑я.

3/ В апре­ле меся­це отве­сти спе­ци­аль­ное вре­мя для заня­тий со всем лет­ным соста­вом по изу­че­нию и твер­до­му осво­е­нию уста­ва внут­рен­ней служ­бы – 37 ч., бое­во­го уста­ва авиа­ции ч. 1‑я, настав­ле­ния по про­из­вод­ству поле­тов ч. 1‑я, настав­ле­ния по ТЭС, КУЛП”ы 1938 г., поста­нов­ле­ния ЦК и важ­ней­ших при­ка­зов НКО по борь­бе с ава­рий­но­стью.

Заня­тия по этим мате­ри­а­лам и про­вер­ку зна­ний их руко­во­дя­щим команд­но-поли­ти­че­ским соста­вом при­ве­де­ны нач. шко­лы и комис­са­ром шко­лы 5, 7 и 8 апре­ля по 4 часа еже­днев­но.

Ком­эс­кам про­ве­сти эти заня­тия с лет­ным соста­вом в пер­вой поло­вине апре­ля, а коман­ди­рам бри­гад лич­но про­ве­рить их: в 1‑й АБ с 13 по 17 апре­ля и во 2‑й АБ с 11 по 13 апре­ля, резуль­та­ты зане­сти в зачет­ные книж­ки.

4/ Коман­дар­мам, комис­са­рам и парт­ор­га­ни­за­ци­ям частей шко­лы мак­си­маль­но исполь­зо­вать остав­ше­е­ся до поле­тов вре­мя для уси­ле­ния всей пар­тий­но-поли­ти­че­ской рабо­ты сре­ди лет­но­го, тех­ни­че­ско­го и кур­сант­ско­го соста­ва, при­ни­мая реши­тель­ные меры по изжи­тию нару­ше­ний дис­ци­пли­ны, бес­печ­но­сти, эле­мен­тов рас­хля­бан­но­сти и мел­ко-бур­жу­аз­ной рас­пу­щен­но­стью.

Полит­от­де­лу шко­лы дать об этом подроб­ные ука­за­ния воен­ко­мам частей.

5/ Орга­ни­зо­вать тща­тель­ный кон­троль за пре­по­да­ва­ни­ем спе­ци­аль­ных дис­ци­плин, реши­тель­но пре­се­кая попыт­ки про­тас­ки­ва­ния в пре­по­да­ва­нии вред­ных уста­но­вок, как это име­ло место у пре­по­да­ва­те­ля МАССЕН.

Потре­бо­вать от коман­ди­ра 1‑й АБ руко­вод­ства и ответ­ствен­но­сти за пре­по­да­ва­ние сре­ди лет­но­го и кур­сант­ско­го соста­ва тео­рии авиа­ции.

6/ Началь­ни­ку шта­ба шко­лы к 15 апре­ля 1938 года соста­вить инструк­цию о поряд­ке лет­ной рабо­ты на школь­ных аэро­дро­мах, стро­го при­дер­жи­ва­ясь «Настав­ле­ния по про­из­вод­ству поле­тов».

7/ Выде­лить 5 дней во всех эскад­ри­льях для про­вер­ки, опро­бо­ва­ния и ремон­та мат­ча­сти, с при­вле­че­ни­ем к это­му делу лет­но­го и кур­сант­ско­го соста­ва под руко­вод­ством инже­не­ров частей.

Про­вер­ку состо­я­ния мат­ча­сти про­ве­дет началь­ник шко­лы в 1, 2 и 4 а.э. в пери­од 19–29 апре­ля и коман­ди­ру 1 АБ про­ве­рить 3‑ю эскад­ри­лью 26–29 апре­ля.

8/ Коман­ди­ру 1 АБ про­ве­рить ход назем­ной под­го­тов­ки кур­сан­тов на аэро­дро­мах с 10 по 23 апре­ля.

9/ Лич­но с воен­ко­мом шко­лы началь­ник шко­лы про­ве­рят хозяй­ствен­но-тех­ни­че­скую обес­пе­чен­ность, состо­я­ние горю­че-сма­зоч­ной базы и раз­во­ра­чи­ва­нию лет­ной полет­ной рабо­ты частя­ми в пери­од с 15 по 25 апре­ля.

10/ Обсу­дить на акти­вах пар­тий­ных и непар­тий­ных боль­ше­ви­ков по-бри­гад­но меро­при­я­тия для рез­ко­го под­ня­тия воин­ской дис­ци­пли­ны и повы­ше­ния тре­бо­ва­тель­но­сти к выпол­не­нию при­ка­зов и уста­вов.

Кро­ме этих меро­при­я­тий, счи­таю необ­хо­ди­мым:

1/ СРОЧНО ЗАМЕНИТЬ началь­ни­ка шта­ба шко­лы май­о­ра ВАЙДЕРПАС.

2/ ОСВЕЖИТЬ КОМАНДИРОВ эскад­ри­лий бри­га­ды лет­чи­ков /майора ЛАЗАРЕВА, май­о­ра ПОГРЕШАЕВА и капи­та­на КУЛИНСКОГО/.

3/ и ОСНОВНОЕ – РАЗДЕЛИТЬ ШКОЛУ НА ДВЕ САМОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ШКОЛЫ: одна по под­го­тов­ке лет­чи­ков /в насто­я­щее вре­мя име­ет 4 эскад­ри­льи и наме­ча­ет­ся еще одна/ и вто­рая – по под­го­тов­ке лет­чи­ков-наблю­да­те­лей /3 эскадрильи/.

По докла­ду началь­ни­ка шко­лы про­ек­том нов. шта­та шко­лы наме­ча­ет­ся упразд­не­ние бри­гад лет­чи­ков и лет­на­бов с их шта­та­ми, с под­чи­не­ни­ем коман­ди­ров эскад­ри­лий непо­сред­ствен­но началь­ни­ку шко­лы.

Руко­во­дить и управ­лять 7–8 эскад­ри­лья­ми, в таком слож­ном деле, как под­го­тов­ка лет­чи­ков и пило­тов, одно­му коман­ди­ру – нач. шко­лы невоз­мож­но.

КОМАНДУЮЩИЙ ВОЙСКАМИ ПРИВО

КОМКОР /БРЯНСКИХ/

ЧЛЕН ВОЕНСОВЕТА ОКРУГА

ДИВ.КОМИССАР /БАЛЫЧЕНКО/

***

СЕКРЕТНО

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

МАРШАЛУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

т. ВОРОШИЛОВУ К.Е.

По ката­стро­фе в 3 Воен­ной шко­ле лет­чи­ков и лет­чи­ков наблю­да­те­лей про­из­ве­де­но на месте спе­ци­аль­ное рас­сле­до­ва­ние, фак­ты ука­зан­ные в докла­де Воен­но­го Сове­та ПРИВО под­твер­ди­лись.

Об этой ката­стро­фе мной издан при­каз по ВВС. Началь­ни­ку шко­лы Ком­бри­гу т. СИНЯКОВУ об”явлен выго­вор. Началь­ни­ку Шта­ба Май­о­ру т. ВЕДЕРПАС об”явлен выго­вор и пре­ду­пре­жде­ние о слу­жеб­ном несо­от­вет­ствии. Коман­ди­ру эскад­ри­льи Капи­та­ну т. КУЛИНСКОМУ об”явлен выго­вор.

НАЧАЛЬНИК ВОЕННЫХ ВОЗДУШНЫХ СИЛ РККА

КОМАНДАРМ 2 РАНГА /ЛОКТИОНОВ/

ЧЛЕН ВОЕННОГО СОВЕТА ВВС РККА

ДИВИЗИОННЫЙ КОМИССАР /ОВЧИННИКОВ/

отп. 2 экз.

экз. 1 – Нар­ко­му Обо­ро­ны СССР

“ 2 – в дело № ___

Е.М. 13.У‑38г.

Так закон­чи­лась исто­рия «звез­ды и смер­ти» лет­чи­ка Зве­ре­ва. 

Источ­ни­ки:

• Сайт ОВВАКУЛ — Орен­бург­ское выс­шее воен­ное авиа­ци­он­ное Крас­но­зна­мен­ное учи­ли­ще лет­чи­ков име­ни И. С. Пол­би­на
• Газе­та «Орен­бург­ская ком­му­на», 30 мая 1936 года
• Сайт «Крас­ные соко­лы нашей Роди­ны»
• РГВА, фонд 29 «Управ­ле­ние началь­ни­ка воен­но-воз­душ­ных сил РККА», опись 47 «Отдел кад­ров ВВС_Отдел команд­но­го и началь­ству­ю­ще­го соста­ва ВВС_Управление кад­ров ВВС», дело 376 «Мате­ри­ал (докла­ды на имя т. Ста­ли­на и т. Воро­ши­ло­ва, наград­ные листы, доне­се­ния, спис­ки) по награж­де­ни­ям лич­но­го соста­ва ВВС», 01.01–31.12.1936 г.г., 300 листов, листы 12, 13, 14, 16, 17, 18.
• РГВА, фонд 4 «Управ­ле­ние дела­ми при Народ­ном комис­са­ре обо­ро­ны СССР», опись 14 «Управ­ле­ние дела­ми при Народ­ном комис­са­ре обо­ро­ны СССР», дело 2107 «Пере­пис­ка с Управ­ле­ни­ем ВВС РККА, коман­ду­ю­щим авиа­ци­он­ной арми­ей и началь­ни­ка­ми воен­ных авиа­ци­он­ных школ о слу­ча­ях ава­рий и ката­строф само­ле­тов и рас­сле­до­ва­нии их при­чин», 04.01 — 29.07.1938 г.г., 319 листов.