"Пугачевская сабля"

Во вто­рой поло­вине XX века иссле­до­ва­те­ли из Орен­бур­га, такие как Р.В. Овчин­ни­ков, Л.Н. Боль­ша­ков, С.А. Попов, Ю.С. Зобов, В.Л. Савель­зон и мно­гие дру­гие, актив­но зани­ма­лись изу­че­ни­ем темы Пуга­чев­ско­го вос­ста­ния, внес­ли огром­ный вклад в исто­рию это­го собы­тия, рас­кры­вая инте­рес­ные фак­ты и подроб­но­сти.

В ста­тье В.А. Коро­сти­на «По сле­дам легенд», опуб­ли­ко­ван­ной в 1973 году в сбор­ни­ке «Под зна­ме­на­ми Пуга­че­ва», посвя­щен­ном 200-летию Кре­стьян­ской вой­ны под пред­во­ди­тель­ством Е.И. Пуга­че­ва, рас­ска­зы­ва­ет­ся о «пуга­чев­ской саб­ле»:

«К севе­ру от Орен­бур­га, на пра­вом бере­гу Сак­ма­ры, рас­ки­нул­ся посе­лок име­ни Лени­на. Когда-то здесь был хутор, осно­ван­ный в сере­дине XVIII века быв­шим пере­вод­чи­ком Пет­ра Пер­во­го А. И. Тев­ке­ле­вым и засе­лен­ный его кре­пост­ны­ми кре­стья­на­ми.

30 сен­тяб­ря 1773 г. Пуга­чев со сво­им отря­дом шел из Чер­но­ре­чен­ской кре­по­сти в Сеи­то­ву сло­бо­ду (теперь село Татар­ская Кар­га­ла), на хуто­ре Тев­ке­ле­ва он ноче­вал, и утром с ним ушли почти все кре­пост­ные. Зимой сле­ду­ю­ще­го года во вре­мя оса­ды Орен­бур­га здесь квар­ти­ро­ва­ла часть кре­стьян­ской армии. Тогда через хутор про­ле­га­ла ожив­лен­ная доро­га, кото­рая свя­зы­ва­ла Сак­мар­ский горо­док, Татар­скую Кар­га­лу, пуга­чев­скую «сто­ли­цу» Бер­ды и кре­по­сти на ниж­нем тече­нии Яика. Несо­мнен­но, что леса, хол­мы, овра­ги в окрест­но­стях хуто­ра повстан­цы зна­ли хоро­шо и после неудач­ных боев с цар­ски­ми вой­ска­ми вес­ной 1774 г. исполь­зо­ва­ли их как убе­жи­ща от пле­на и рас­пра­вы.

Имен­но пото­му и полу­чи­ла назва­ние Пуга­чев­ской одна пеще­ра, рас­по­ло­жен­ная в полу­то­ра кило­мет­рах юго-запад­нее посел­ка име­ни Лени­на. Есть там овра­жек, в левом ска­те кото­ро­го под­зем­ные воды про­би­ли гале­рею с низ­ким, но широ­ким выхо­дом. Вот об этой-то пеще­ре в посел­ке и рас­ска­зы­ва­ют уди­ви­тель­ные исто­рии.

— Ста­рые люди сооб­щи­ли мне, — гово­рит дирек­тор мест­ной шко­лы И.А. Репин, — что рань­ше вход в пеще­ру был зна­чи­тель­но шире, а сама она име­ла фор­му длин­но­го кори­до­ра, ухо­дя­ще­го к севе­ру чуть ли не на два кило­мет­ра. Там яко­бы нахо­ди­лись ста­рин­ное ору­жие и раз­ные пред­ме­ты пуга­чев­ских вре­мен.

Пред­се­да­тель кол­хо­за име­ни Лени­на В.В. Барт:

— В дет­стве я бывал в Пуга­чев­ской пеще­ре и видел боль­шое поме­ще­ние, выруб­лен­ное в крас­ном пес­ча­ни­ке. Биб­лио­те­карь М.И. Пере­ва­лов:

— Одна­жды трое сель­ских маль­чи­шек полез­ли в пеще­ру, а нашли их толь­ко через сут­ки. Они ока­за­лись в каком-то ответв­ле­нии, пере­пу­ган­ные и полу­за­дох­нув­ши­е­ся от недо­стат­ка воз­ду­ха. Еще рань­ше там нашли боч­ку, гру­бо ско­ло­чен­ный стол, чело­ве­че­ские кости и ста­рин­ные писто­ле­ты.

А вот еще одно инте­рес­ное обсто­я­тель­ство: в 1958 г. мест­ный семи­класс­ник Сер­гей Музы­ка нашел в Пуга­чев­ской пеще­ре заржав­лен­ную, без руко­ят­ки, кри­вую саб­лю, кото­рая впо­след­ствии ста­ла экс­по­на­том Орен­бург­ско­го област­но­го кра­е­вед­че­ско­го музея. Там опре­де­ли­ли, что саб­ля само­дель­ная и, веро­ят­но, отко­ва­ли ее пуга­чев­ские куз­не­цы. Все эти фак­ты дают осно­ва­ние пола­гать, что пеще­ра дей­стви­тель­но слу­жи­ла убе­жи­щем для повстан­цев, скры­вав­ших­ся от ека­те­ри­нин­ских кара­те­лей. Прав­да, сей­час вход в пеще­ру зава­лен, но рас­чи­стить его нетруд­но. Тогда спе­лео­ло­ги и исто­ри­ки полу­чат воз­мож­ность под­твер­дить пра­виль­ность мно­гих пред­по­ло­же­ний».

В фон­дах Орен­бург­ско­го губер­на­тор­ско­го музея до сих пор хра­нит­ся «саб­ля желез­ная, само­дель­ная», дата изго­тов­ле­ния кото­рой неиз­вест­на. Одна­ко оши­боч­но пола­гать, что саб­ля отно­сит­ся ко вре­ме­ни Кре­стьян­ской вой­ны.

В 2023 году экс­перт «Наци­о­наль­но­го сою­за экс­пер­тов» С.И. Мень­ша­ков, осно­вы­ва­ясь на состо­я­нии сохран­но­сти, сле­дах исполь­зо­ва­ния и соот­вет­ствии эле­мен­тов клин­ка ана­ло­гич­ным образ­цам, при­шел к выво­ду, что это кли­нок рус­ской сол­дат­ской пехот­ной шпа­ги с сабель­ным клин­ком образ­ца 1797 года.

Заклю­че­ние Мень­ша­ко­ва сов­па­ло с мне­ни­ем извест­но­го уче­но­го, пред­се­да­те­ля Наци­о­наль­ной ассо­ци­а­ции ору­жей­ных экс­пер­тов А.Н. Кулин­ско­го, к кото­ро­му сотруд­ни­ки музея обра­ти­лись за кон­суль­та­ци­ей. Таким обра­зом, несмот­ря на то, что неко­то­рые кра­е­ве­ды назы­ва­ют это ору­жие «саб­лей Пуга­че­ва», оно не может быть свя­за­но с исто­ри­ей Пуга­чев­ско­го бун­та, хотя и име­ет боль­шое куль­тур­но-исто­ри­че­ское зна­че­ние.

На фото: сотруд­ник Орен­бург­ско­го област­но­го музея С.А. Попов иссле­ду­ет одну из «пуга­чев­ских» пещер в окрест­но­стях Орен­бур­га, 1957 год.

Источ­ни­ки:

• В.А. Коро­стин «По сле­дам легенд», сбор­ник «Под зна­ме­на­ми Пуга­че­ва» (К 200-летию кре­стьян­ской вой­ны под пред­во­ди­тель­ством Е. И. Пуга­че­ва). Науч. ред. Р. В. Овчин­ни­ков. Челя­бинск, Южно-Ураль­ское кн. изд., 1973.
• Ухо­дя­щiй Орен­бургъ, «Леген­да о пуга­чев­ской саб­ле»