О восьми годах, проведенных в Оренбурге Владимиром Ивановичем Далем — врачом, писателем, собирателем фольклора и составителем «Словаря живого великорусского языка» — напоминают открытый недавно памятник легендарному словарю и установленный еще в 1998 году памятник двум друзьям — Александру Пушкину и Владимиру Далю. Так что нет ничего удивительного, что в День Пушкина на Пушкинской улице открыли памятную доску, посвященную Владимиру Далю.
Комментарии: 6 июня 2020 года в Оренбурге состоялось торжественное открытие мемориальной доски Владимиру Ивановичу Далю на его доме. Краеведы, ВООПиК, благотворительный фонд «Евразия», депутаты Областного Заксобра, воюющие за историческое наследие, представители музея и управление по культуре и искусству города, журналисты. А еще приветствие от прапрапраправнучки Владимира Даля — Анастасия Александровна Журавская. И от директора музея В. Даля в Москве Ирины Клейменовой. Была прямая он-лайн трансляция с мероприятия от Музея истории города.
Вера Арнгольд (Жидкова)
А началось все в сентябре 1833 года, когда Даль показывал поэту пугачевские места Оренбургского края. В благодарность Пушкин прислал ему в 1835 году подарочный экземпляр своей «Истории Пугачева». Они много встречались в Петербурге, Пушкин живо интересовался лингвистическими изысканиями друга. А в 1837 году Даль, уже как врач, участвовал в лечении смертельно раненого поэта, вел дневник болезни. Он же, увы, писал и протокол вскрытия тела Пушкина.
Для Владимира Даля Оренбург — это судьба. По приглашению легендарного оренбургского губернатора Василия Перовского он приехал в этот город на краю Российской империи, где служил чиновником по особым поручениям. Здесь он обзавелся семьей, здесь начал собирать материал для труда всей своей жизни — знаменитого словаря.
Долгие годы местом, где жили Дали, считался участок в центре города, у многовекового дуба — большой редкости для степного города-крепости. Но давний исследователь оренбургского периода жизни Даля профессор Галина Матвиевская нашла архивные документы, свидетельствующие о том, что Владимир Даль приобрел дом и оформил его на свою матушку Ульяну Христофоровну. Об этом Владимир Иванович писал своей сестре Паулине. Долгое время историкам не было понятно, в каком именно доме семья проживала в 1840‑е годы. Пока краевед Елизавета Вертоусова не обнаружила в оренбургском архиве «План первой части третьего квартала» — несколько земельных участков по улице Преображенской (ныне ул. 8‑го марта), примыкавших к Артиллерийской площади (ныне Президентскому кадетскому училищу). Один из домов был обозначен как принадлежащий Ульяне Христофоровне. Как символично, что сейчас это дом №42 по улице Пушкинской!
Комментарии: Странное дело! Жильцы — современные хозяева дома Даля всегда знали, что этот дом его, а вот краеведам пришлось искать сведения, а наша Госинспекция по охране ОКН до сих пор не верит в это, требует доказательств, чтобы поставить дом в реестр памятников.
И вот все таки. Оренбург очень связан с жизнью составителя Толкового словаря, словарь, которым мы и по сию пору пользуемся! И с именем Александра Сергеевича Пушкина, который посетил наш город, дружил с Владимиром Далем, написал «Капитанскую дочку», «Историю пугачевского бунта».
Вера Арнгольд (Жидкова)
Оренбургское общество историков и краеведов вместе с Оренбургским отделением Русского Географического Общества и Оренбургским благотворительным фондом «Евразия» обратились к городским властям с инициативой отметить это памятное место. И вот 6 июня в 221‑й день рождения великого поэта мемориальная доска была торжественно открыта. Ее автор Федор Абленин использовал гравюру заслуженного художника России Андрея Преснова, где Владимир Даль еще весьма молод.
Сбор средств на изготовление доски «всем миром» в кратчайшие сроки устроило оренбургское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры во главе с Верой Жидковой. Они же настаивают на скорейшем включении уникального дома в реестр памятников. За это же ратуют и жильцы дома, пытающиеся, насколько возможно, сохранить и восстановить дух времени в стенах и дворе своего жилища — в старинном леднике, в, увы, рассыпавшейся от ветхости беседке над старым склепом, ставшим местом упокоения любимой жены Владимира Даля Юлии.
