Из протоколов Орского уездного полицейского управления

Поли­цей­ские хро­ни­ки уезд­но­го горо­да Орска — новая руб­ри­ка на глав­ном интер­нет-пор­та­ле Восточ­но­го Орен­бур­жья.

Вид на Орск с Пре­об­ра­жен­ской горы, 1928 год. Фото из фон­дов Орско­го кра­е­вед­че­ско­го музея

Цикл пуб­ли­ка­ций осно­ван на под­лин­ных про­то­ко­лах Орско­го уезд­но­го поли­цей­ско­го управ­ле­ния, хра­ня­щих­ся в глав­ном архи­ве реги­о­на.

Эти доку­мен­ты, состав­лен­ные более 120 лет назад, не содер­жат све­де­ний о неве­ро­ят­ных пре­ступ­ле­ни­ях, слож­ных рас­сле­до­ва­ни­ях и лихих пого­нях. Как пра­ви­ло, это обыч­ная «быто­вуха»… Но в том-то и пре­лесть: рядо­вые кон­флик­ты, зафик­си­ро­ван­ные в офи­ци­аль­ных про­то­ко­лах, опи­сан­ные сукон­ным казён­ным язы­ком, содер­жат в себе мас­су быто­вых подроб­но­стей, харак­те­ри­зу­ю­щих эпо­ху и поз­во­ля­ю­щих луч­ше понять, в каком мире жили наши пред­ки пол­то­ра века назад.

*****

Сего­дня мы откры­ва­ем серию исто­ри­че­ских мате­ри­а­лов, осно­ван­ных на под­лин­ных архив­ных про­то­ко­лах Орско­го уезд­но­го управ­ле­ния поли­ции. Эти доку­мен­ты, состав­лен­ные 120–140 лет назад, не содер­жат све­де­ний о неве­ро­ят­ных пре­ступ­ле­ни­ях, слож­ных рас­сле­до­ва­ни­ях и лихих пого­нях. Как пра­ви­ло, это обыч­ная «быто­вуха»… Но в том-то и пре­лесть: рядо­вые кон­флик­ты, зафик­си­ро­ван­ные в офи­ци­аль­ных про­то­ко­лах, опи­сан­ные сукон­ным казён­ным язы­ком, содер­жат в себе мас­су быто­вых подроб­но­стей, харак­те­ри­зу­ю­щих эпо­ху и поз­во­ля­ю­щих луч­ше понять, в каком мире жили наши пред­ки пол­то­ра века назад.

Ули­ца Боль­шая (совр. Совет­ская), 1914 год. Фото из фон­дов Орско­го кра­е­вед­че­ско­го музея

Итак, начи­на­ем. «Октяб­ря 24 дня 1883 года» в поли­цей­ское уезд­ное управ­ле­ние горо­да Орска зашёл баш­кир по име­ни Зиян­гул Кас­кы­нов. Он сооб­щил дежур­но­му писа­рю, что у него, бед­но­го ста­ри­ка, укра­де­на 10-лет­няя дочь. Девоч­ку взял в жёны дру­гой ста­рик — бога­тый. На ней про­тив зако­на женил­ся, а отца (сво­е­го тестя, полу­ча­ет­ся) избил и про­гнал с поро­га… Писарь с его слов соста­вил жало­бу на имя «Его Высо­ко­бла­го­ро­дия гос­по­ди­на при­ста­ва 2‑го ста­на Орска­го уез­да», и завер­те­лась маши­на.

Но преж­де, чем пере­хо­дить к самой детек­тив­ной исто­рии, давай­те раз­бе­рём­ся, что пред­став­лял собой Орск в 1883 году.

Это был тихий, пыль­ный уезд­ный горо­док. Соглас­но дан­ным пере­пи­си (пере­пись про­во­ди­лась чуть поз­же, в 1895, но вряд ли кар­ти­на силь­но изме­ни­лась за 12 лет), здесь жило 12880 чело­век: 116 дво­рян, 25 «лиц духов­но­го зва­ния» (свя­щен­ни­ков, диа­ко­нов, мулл), 102 куп­ца, 2110 воен­ных, 7965 мещан, 2474 кре­стья­ни­на, 88 пред­ста­ви­те­лей иных сосло­вий. Каза­ков было, конеч­но, мно­го, но они при­пи­сы­ва­лись не к горо­ду, а к ста­ни­цам. Име­лось здесь 26 мел­ких пред­при­я­тий — про­со­об­дир­ня, несколь­ко мель­ниц, ско­то­бой­ня, 4 сало­то­пен­ных и 1 коже­вен­ный завод. Из «соци­ал­ки» — боль­ни­ца на 24 кой­ки, 4‑летнее муж­ское и 3‑летнее жен­ское учи­ли­ща. Для раз­вле­че­ния — пара ресто­ра­нов для «чистой» пуб­ли­ки, несколь­ко питей­ных для наро­да попро­ще да два «заве­де­ния» — ина­че гово­ря, бор­де­ля.

Весь Орск уме­щал­ся в гра­ни­цах Ста­ро­го горо­да — Таш­кент­ская сло­бо­да, где фор­ми­ро­ва­лись купе­че­ские кара­ва­ны на восток; Куз­неч­ная сло­бод­ка у Ура­ла, где дыми­ли куз­ни­цы; Татар­ская сло­бо­да у собор­ной мече­ти; Мор­дов­ский вал у база­ра — там ком­пакт­но жили пред­ста­ви­те­ли это­го наро­да; Немец­кая ули­ца — нынеш­няя Поля Лафар­га, там оби­та­ли ино­стран­цы; Фор­штадт — при­го­род, где сели­лись отстав­ные сол­да­ты…

Празд­но­ва­ние 100-летия побе­ды в Оте­че­ствен­ной войне. Парад в Орске. 1912 год. Фото из фон­дов Орско­го кра­е­вед­че­ско­го музея

А ещё этот кро­хот­ный горо­док был цен­тром огром­но­го уез­да. Пред­ставь­те себе: к Орску отно­си­лось село Жёл­тое — сей­час это Сарак­таш­ский рай­он. И посё­лок Янгель­ский — сей­час это при­го­род Маг­ни­то­гор­ска. А ещё к Орско­му уез­ду была при­пи­са­на зна­чи­тель­ная часть нынеш­ней Баш­ки­рии — со мно­же­ством сёл и дере­вень, раз­бро­сан­ных по Ураль­ским горам.

Кар­та Орско­го уез­да по состо­я­нию на конец XIX века

Из такой-то дере­вуш­ки — дерев­ни Гадиль­ба­е­во 1‑й Бур­зян­ской воло­сти (сей­час её нет, а место, где она рас­по­ла­га­лась, нахо­дит­ся в Баш­ки­рии — меж­ду Сала­ва­том и Сиба­ем) — и при­был в Орск Зиян­гул Кас­кы­нов.

Пер­вый лист заяв­ле­ния, напи­сан­но­го со слов потер­пев­ше­го 139 лет назад

В 1882 году, июле меся­це, по бед­но­му состо­я­нию мое­му, я отпра­вил­ся в рай­он кочу­ю­щих кир­гиз Суун­дук­ской воло­сти для зара­бот­ков, при­чём взял с собой един­ствен­ную свою род­ную дочь деся­ти лет Бад­ри­не­су…

Тут нуж­но сно­ва сде­лать пау­зу. «Кочу­ю­щие кир­ги­зы» — это каза­хи. Сами тер­ми­ны «казах», «Казах­стан» ста­ли офи­ци­аль­но при­ме­нять­ся толь­ко в 1936 году. До это­го каза­хов назы­ва­ли «кир­гиз-кай­са­ка­ми» (в отли­чие от «кара-кир­ги­зов», то есть «чёр­ных кир­ги­зов» — жите­лей нынеш­не­го Кир­гиз­ста­на), или вот кочу­ю­щи­ми кир­ги­за­ми.

Доре­во­лю­ци­он­ная кар­та, на кото­рой каза­хи, кочу­ю­щие в окрест­но­стях Актю­бин­ска, назы­ва­ют­ся «кир­ги­зы Орен­бург­ска­го ведом­ства»

В 1920 году по рас­по­ря­же­нию Лени­на на тер­ри­то­рии нынеш­не­го Казах­ста­на была созда­на Авто­ном­ная Кир­гиз­ская Соци­а­ли­сти­че­ская Совет­ская Рес­пуб­ли­ка (со сто­ли­цей в Орен­бур­ге, кста­ти); в 1925 она была пере­име­но­ва­на в Казак­скую АССР, и толь­ко в 1936 ста­ла Казах­ской…

Кар­та Кир­гиз­ской рес­пуб­ли­ки со сто­ли­цей в Орен­бур­ге

Так вот: бед­ный баш­кир Зиян­гул поехал к каза­хам на сезон­ные зара­бот­ки, с собой 10-лет­нюю доч­ку при­хва­тил. Чита­ем даль­ше.

При­бы­ли в аул Суун­дук­ской воло­сти, близ мель­ни­цы ста­ни­цы Квар­кен­ской, и оста­но­ви­лись у кир­ги­за Бер­ку­та Бал­та­е­ва… Она [дочь] была нездо­ро­ва, поче­му он про­сил оста­вить мою дочь у него в услу­же­нии, на что я был согла­сен, и дого­во­ри­лись меж­ду собою, что за про­жи­ва­ние моей доче­ри в услу­же­ни­ях у Бал­та­е­ва полу­чить с послед­не­го в год 35 руб. сереб­ром.

Что ж, понят­но. Девоч­ка забо­ле­ла, обрат­ный путь в род­ную дерев­ню (а от Квар­ке­но до села Ста­ро­суб­хан­гу­ло­во, нынеш­не­го рай­цен­тра Бур­зян­ско­го рай­о­на, око­ло 400 кило­мет­ров, да на лоша­ди, да под осен­ни­ми вет­ра­ми, да по без­до­ро­жью) мог­ла и не пере­не­сти. Вот и оста­лась на месте: в себя при­дёт, попра­вит­ся, а зимой будет помо­гать по хозяй­ству, ещё и денег под­за­ра­бо­та­ет. А на сле­ду­ю­щий год отец сно­ва при­е­дет и забе­рет её… И 35 руб­лей сереб­ром заод­но — непло­хие, кста­ти, день­ги по тем вре­ме­нам. Но, когда через год Зиян­гул сно­ва при­е­хал к бога­то­му Бер­ку­ту, воз­ник кон­фликт.

Кир­гиз Бал­та­ев не толь­ко зара­бо­тан­ной моей доче­рью пла­ты, но и её самою мне не отдал, воз­ра­жая тем, что я буд­то бы выдал её замуж за него же, Бал­та­е­ва. Но, как я ещё в здра­вом уме и твёр­дой памя­ти, очень хоро­шо знаю, что самый брак, как несо­вер­шен­но­лет­ней, не может быть совер­шён ника­ким мул­лой… При тре­бо­ва­нии доче­ри моей он, Бал­та­ев, нанёс мне жесто­кие побои и выгнал меня из сво­е­го дома.

Далее потер­пев­ший Кас­кы­нов тре­бо­вал «взыс­кать сле­ду­е­мую за услу­же­ние пла­ту», «дочь от него отобрать и мне воз­вра­тить», а дело о побо­ях «раз­сле­до­вать в уго­лов­ном поряд­ке». Будучи негра­мот­ным, баш­кир Кас­кы­нов не смог под­пи­сать сво­е­го заяв­ле­ния, и заве­рил его при­ня­тым тогда обра­зом: «при­ла­гаю свою там­гу тако­вую».

Там­га — это родо­вой знак, кото­рый исполь­зо­ва­ли пред­ста­ви­те­ли южных наро­дов. Читать-писать они не уме­ли, но зна­чок нари­со­вать мог­ли — там­гой они поме­ча­ли свой скот, там­гу нано­си­ли на стол­бы, обо­зна­ча­ю­щие гра­ни­цы их вла­де­ний, там­гой при необ­хо­ди­мо­сти и под­пи­сы­ва­лись под офи­ци­аль­ны­ми доку­мен­та­ми.

Вот, соб­ствен­но, там­га Кас­кы­но­ва:

Вот этой зако­рюч­кой Кас­кы­нов и его роди­чи поме­ча­ли своё родо­вое иму­ще­ство

Что ж, дело серьёз­ное: 10-лет­нюю дев­чон­ку у отца похи­ти­ли, за ста­ри­ка замуж выда­ли! И что за мул­ла, дей­стви­тель­но, взял на себя такую ответ­ствен­ность (а мул­лы, рав­но как и хри­сти­ан­ские свя­щен­ни­ки, офи­ци­аль­но заклю­ча­ли бра­ки, испол­няя в импе­рии функ­ции нынеш­них ЗАГСов)? Сле­до­ва­ло в этом разо­брать­ся. Поэто­му при­став рас­по­ря­дил­ся:

«Уряд­ни­ку 4 участ­ка пред­пи­сы­ваю разыс­кать кир­ги­за Бал­та­е­ва и про­из­ве­сти дозна­ние».

В окрест­но­сти Квар­кен­ской каза­чьей ста­ни­цы выехал кон­но-поли­цей­ский уряд­ник (поли­цей­ская стра­жа, сле­див­шая за поряд­ком в уез­дах, была пешей и кон­ной; уряд­ник — это зва­ние вро­де нынеш­не­го пра­пор­щи­ка: руко­во­дит рядо­вы­ми страж­ни­ка­ми, но под­чи­ня­ет­ся офи­це­рам).

Фраг­мент рапор­та уряд­ни­ка (писал, оче­вид­но, мало­гра­мот­ный чело­век, к тому же на колен­ке; разо­брать, что напи­са­но труд­но, но вид­но, что оши­бок мно­го)

Он отыс­кал место, где коче­вал Бал­та­ев со сво­им семей­ством, и выяс­нил, что ответ­чик смот­рит на дело совер­шен­но ина­че, чем истец.

Кир­гиз Бер­кут Бал­та­ев про­тив заяв­ле­ния баш­ки­ра Кас­кы­но­ва объ­яс­нил, что он, Кас­кы­нов, дочь свою Бад­ри­не­су доб­ро­воль­но про­сва­тал и отдал за 10-лет­не­го сына его Ибра­ги­ма, и полу­чил уже за это калы­ма: лошадь (чало­го мери­на в 60 р.), коро­ву с телён­ком (в 35 р.), два бара­на (в 10 р.), три хала­та (в 12 р.), два фун­та чаю (в 2 р. 80 к.), два фун­та саха­ру (в 70 к.), 16 аршин фран­цуз­ско­го сит­цу (в 4 р.).

То, что раз­мер калы­ма был зара­нее ого­во­рён и в пол­ной мере полу­чен отцом девоч­ки, под­твер­ди­ли четы­ре сви­де­те­ля — сосе­ди Бал­та­е­ва.

А это доку­мент, состав­лен­ный на осно­ва­нии рапор­та уряд­ни­ка поли­цей­ским писа­рем: «…про­сва­тал доб­ро­воль­но за сына Бал­та­е­ва, за что полу­чил уже услов­лен­ное коли­че­ство калы­ма…»

Ну, хоро­шо, не укра­ли дочь, а сам отец её про­дал; но как быть с тем, что она совсем ещё ребе­нок? На это Бал­та­е­ву тоже было, что отве­тить: мол, дев­чон­ку он сыну в жёны выбрал, так ска­зать, на вырост: «брак их детей не совер­шён, как несо­вер­шен­но­лет­них». Вот под­рас­тут — и отец позо­вёт мул­лу, сыг­ра­ет сва­дьбу…

Ника­ких побо­ев, заявил ответ­чик, он не нано­сил, а на тре­бо­ва­ние вер­нуть дочь отцу — что ж, готов и вер­нуть, но при одном усло­вии.

…Доба­вил, что, если Кас­кы­нов воз­вра­тит взя­тый калым, то Бал­та­ев воз­вра­тит и дочь его Бад­ри­не­су.

Но послед­ние сомне­ния в том, что там про­изо­шло на самом деле, раз­ве­я­ла сама неве­ста:

Девоч­ка Бад­ри­не­са идти к отцу сво­е­му отка­за­лась.

В общем, уряд­ник, соста­вив про­то­кол и скре­пив его там­га­ми сви­де­те­лей, вер­нул­ся в Орск, где при­став вынес офи­ци­аль­ное опре­де­ле­ние:

Заяв­ле­ние баш­ки­ра Кас­кы­но­ва на кир­ги­за Бал­та­е­ва как неосно­ва­тель­ное оста­вить без послед­ствий, о чём и объ­явить ему с тем, что, если он счи­та­ет себя оби­жен­ным, то может обра­тить­ся в под­ле­жа­щее судеб­ное место с ясны­ми дока­за­тель­ства­ми. Дозна­ние по сему делу почис­лить кон­че­ным и свое­вре­мен­но сдать в архив.

А тут за баш­ки­ра Кас­кы­но­ва (или Кас­ка­но­ва, фами­лия на раз­ных листах напи­са­на по-раз­но­му, види­мо, такие фор­маль­но­сти поли­цей­ских чинов­ни­ков мало бес­по­ко­и­ли) рас­пи­сал­ся — араб­ской вязью, не там­гой — гра­мот­ный «меща­нин из татар Абдул-насыр Бик­ба­ев». Он заве­рил, что Кас­кы­нов рас­сле­до­ва­ни­ем «остал­ся недо­во­лен»

В ито­ге дело — два десят­ка пожел­тев­ших лист­ков, испи­сан­ных пером, — отпра­ви­лись в поли­цей­ский архив, а со вре­ме­нем пере­ко­че­ва­ли в госу­дар­ствен­ный архив Орен­бург­ской обла­сти, где и хра­нят­ся по сей день. Сре­ди дру­гих дел, кото­рые дове­лось рас­сле­до­вать поли­цей­ским Орско­го уез­да пол­то­ра века назад. И мы с вами ещё загля­нем на этот стел­лаж: сле­ди­те за новы­ми мате­ри­а­ла­ми в нашей руб­ри­ке «Поли­цей­ские хро­ни­ки уезд­но­го горо­да Орска».

За помощь в под­го­тов­ке мате­ри­а­ла автор бла­го­да­рит дирек­то­ра Объ­еди­нён­но­го госу­дар­ствен­но­го архи­ва Орен­бург­ской обла­сти Кон­стан­ти­на Еро­фе­е­ва, началь­ни­ку отде­ла исполь­зо­ва­ния и пуб­ли­ка­ции доку­мен­тов ОГАОО Ксе­нию Попо­ву и дирек­то­ра Орско­го кра­е­вед­че­ско­го музея Гали­ну Бело­ву.

Автор: Павел Лещен­ко
Источ­ник: ORSK.RU