Тюремные огороды могли бы дать доход…



В Оренбургской губернии в первой половине XIX веке многие тюремные здания находились в ветхом состоянии, при этом большинство из них были деревянные. Заключенные страдали от перенаселения камер, не разделялись по полу и возрасту, больные содержались вместе со здоровыми, голодали, жили подаянием.

Оренбургская тюрьма начала XX века. Источник: «Гражданская война в Оренбургском крае», Чкаловское областное издательство (9 января, 36. Гостиный двор). 1939-1940 гг.

Оренбургская тюрьма начала XX века. Источник: «Гражданская война в Оренбургском крае», Чкаловское областное издательство (9 января, 36. Гостиный двор). 1939-1940 гг.

В первую очередь, обращает на себя внимание теснота тюремных помещений. Их число и кубатура не соответствовали существовавшей на практике численности арестантов. Циркулярным письмом Главного тюремного управления МВД от 25 сентября 1879 г. были установлены нормы, согласно которым в камере на одного арестанта должно было приходиться по 2 кубических сажени воздуха (прим. 1 сажень = 2,13 м.).

Однако эти нормы систематически не реализовывались. Так, Оренбургский тюремный замок и его два отделения (в 2 частных зданиях) были рассчитаны по указанному нормативу на 265 человек, а содержалось в них 452 человек. 

Очень часто помещениями для тюрем служили частные наемные дома. Однако эта мера, к тому же связанная с весьма значительными финансовыми расходами, не спасала положения.  Так, в 1886 г. в Оренбургском замке был произведён обыкновенный ремонт на 230 р. Такого рода расходы заставляли тюремное начальство экономить на других тратах, направленных на улучшение условий жизни арестантов.

Медицинский персонал в тюрьмах отсутствовал, случались эпидемии, приводившие к громадному росту смертности. Что касается работы, то в первой половине XIX века в тюремных замках и острогах она для арестантов вводилась в самых редких случаях, так как для этого не было специальных помещений. В пореформенный период многие тюремные помещения были отремонтированы, под больницы стали арендовывать помещения, улучшился рацион заключенных, в 80-х гг. XIX в. была введена плата за арестантский труд, улучшилась просветительская деятельность в тюрьмах.

В исследуемый период на питание арестантов каждой тюрьме казной выделялась сумма из расчета 7 коп. в сутки на здорового заключенного и 59 коп. — на больного. Ревизии регулярно выявляли случаи использования этих сумм не по назначению. При этом организация арестантского быта во многом была возложена на плечи самих заключенных. В циркуляре Главного тюремного управления от 17 марта 1882 г. описывался случай, когда в одной из уездных тюрем арестанты питались не из общего котла, организованного местным отделением попечительного общества о тюрьмах, а получали кормовые деньги на руки для приобретения пищи через арестантских старост, которые и посылались в лавки и на базар. Неизбежно образующиеся при такой системе остатки от кормовых денег распределялись между арестантами, а это противоречило правилу, при котором арестанты не должны были иметь при себе денег. На этом основании Управление наложило запрет на подобную систему обеспечения арестантов продовольствием. В соответствии с этими указаниями, в Оренбургской губернии продовольственное обслуживание арестантов осуществлялось так называемым хозяйственным способом, то есть путём избрания экономов. В Оренбургской тюрьме и в некоторых других уездных тюрьмах продовольственное обеспечение осуществлялось по особо выработанной «табели». Для улучшения пищи отпускались мясо, рыба, сало, горох, капуста, картофель, а также овощи из тюремных огородов. В оренбургском замке пища арестантов состояла из завтрака (хлеба с квасом), обеда и вечернего чая. Для приготовления пищи из среды арестантов выбирались кашевары, хлебопёки и квасники. В губернской тюрьме была столовая, в других же тюрьмах из-за нехватки помещений столовых не было.

Нельзя не признать, что министерство искало возможности улучшения продовольственного снабжения арестантов за счет внутренних резервов. Циркуляр от 21 августа 1879 г. обращал внимание тюремного начальства на возможность улучшения продовольственной обеспеченности заключенных путем создания собственных огородов, а также устройства хлебопечения в тюрьмах. И действительно, трудом арестантов Оренбургской губернии обрабатывались тюремные огороды. Однако они были не при всех тюрьмах по причине нехватки места и малочисленности караула. Огороды были большим подспорьем для тюремного быта как в обеспечении продовольствием, так и в отношении общего улучшения арестантской жизни.

«Капусту засыпало песком…»

Из архивных материалов следует:

«В 1883 году во время посещения оренбургской тюрьмы бывший начальник главного тюремного управления Галкин-Врасский обратил внимание на отсутствие у тюрьмы собственного огорода. Присутствовавший тут же городской голова Н.А. доложил его превосходительству, что при желании тюремного ведомства, земля под разведение тюремного огорода может быть отведена городом безвозмездно. В 1888 году был возбужден вопрос об отводе бесплатного места под огород, каковое Городской думой и отведено за заводом Хусаинова, при слиянии Банного протока с рекой Уралом».

Смотритель оренбургского тюремного замка весной 1889 года сообщил в Городскую управу, что им «с директором тюремного комитета священником Львовым была осмотрена местность, отведенная в количестве 1,5 десятин (прим. — десятина около 1 га.) под тюремный огород. Она оказалась неудобной тем, что занесена сыпучим песком до 6 вершков (прим. — вершок: 4,445 см.), что уже не пригодно для огорода», а потому просил управу «о назначении другой местности, а именно от предназначенного огорода ниже по течению Банного протока на 300 сажен (прим. — сажень: 2, 1336 м.), каковая удобна для посадки капусты».

Согласно свидетельствам современников, сподвижникам развития огородничества среди заключенных вновь не повезло:

«Место это, как показал впоследствии опыт, не соответствовало самым скромным требованиям огородничества. Оно было настолько песчано, что в сентябре 1891 года после трехдневного урагана растущую капусту засыпало песком и ее пришлось отрывать лопатами, овощи снимались в незначительном количестве, плохого качества…»

Поэтому смотритель тюрьмы Г.Я. Строевонс возбудил вопрос об отводе под тюремный огород места за рекой Уралом по правую сторону Старицы. Вице-президент оренбургского губернского попечительного о тюрьмах общества (он же ) В.И. на излете 1892 года информирует городского голову Н.А. Середу:

«Тюремный огород не всегда окупал труды и расходы, положенные на обработку его. Например, в текущем году снято с огорода овощей: 1600 ведер капусты, 10 пудов свеклы, 6 пудов моркови, 500 пудов картофеля (последнего посеяно было около 300 пудов). Рассадка вокруг огорода лесных растений также не принесла ожидаемых результатов».

«Продажа овощей — всем желающим…»

Далее события развивались так:

«Осмотренная по поручению Его Превосходительства местность за нищенским огородом по низменности своей найдена неудобной ввиду близкого нахождения озера, берега которого в сентябре месяце возвышались над уровнем воды не более, чем на 0,5 аршина (прим. — аршин: 71,12 см.) и вследствие большого числа оврагов, находящихся на этой территории. Все это вместе взятое указывает на позднее спадение в названной местности весенних вод, а отсюда на поздние посевы, не могущие дать более удовлетворительных результатов на урожай овощей.

Тюремный комитет остановился на другой местности, которая, по мнению его, будет более соответствовать устройству тюремного огорода, а именно за рекой Уралом по правую сторону Старицы размером начиная от телеграфной мачты до места саперных работ, отведенных военному ведомству, т.е. в длину по берегу Старицы 200 сажен и в ширину по направлению к Меновому двору 40 сажен».

Вследствие этого, а также «циркулярных предложений главного тюремного управления о занятии арестантов обязательными работами и разведении при тюрьмах огородов, овощи с которых служат для заключенных улучшенной пищей, как добываемой личным их трудом», Владимир Иванович Ершов просил Николая Акимовича Середу «оказать содействие к разрешению Городской думой отвода местности под тюремные огороды по правую сторону Старицы в указанном размере, причем для пользы города на отведенной местности будет произведена трудом тех же арестантов рассадка лесных растений…»

Городская дума в последние дни 1892 года «определила»:

«Разрешить управе отвести во временное пользование под тюремный огород местность в количестве 3 десятин 200 квадратных сажен».

Демонстрируя свою осведомленность, хроникер «Оренбургской газеты» летом 1899 года извещал:

«Арестантские огороды расположены за Уралом на берегу так называемой Старицы (старое русло Урала), за рощей. Они окружены глубоким рвом и представляют довольно значительную площадь, очень удачно распланированную под посев всевозможных овощей. Огороды прорезываются в нескольких направлениях аллеями и дорожками. Орошение растений производится с помощью деревянных желобов соединяющихся между собой нескольких чанов с водой. Последняя накачивается из Старицы. Место это несколько приподнятое, сравнительно с окружающей его степью, в течение целого дня подвержено действию солнечных лучей и как нельзя лучше удовлетворяет своему назначению.

На огородах производится продажа овощей всем желающим и в каком угодно количестве…»

В сентябре 1900 года то же периодическое издание напечатало объявление:

«На тюремном огороде поступили в продажу следующие овощи: капуста обыкновенная, цветная и сафой, кольраби, свекла разных сортов, морковь, петрушка, пастернак, репа, редька, брюква, сельдерей, лук порей и молодая кукуруза. Обращаться на огород за рекой Уралом. Цены овощам имеются у огородника за подписью смотрителя тюрьмы».

«Для улучшения арестантской пищи…»

Эта предпринимательская деятельность вскоре привлекла внимание чиновников.

При рассмотрении сметных доходов и расходов на 1900 год «вследствие замечания бюджетной комиссии о том, что с тюремного огорода не взимается никакой платы, хотя последний эксплуатируется с коммерческой целью», Городская дума постановила:

«Обложить означенный огород арендной платой в пользу города по 25 рублей с десятины».

Представители Городской управы, «сделав схему местности, окопанной канавой, за которой находится огород», пришли к выводу, «что огородом занято не 3 десятины 200 кв. сажен, а 6 десятин 612 кв. сажен» и составили счет «об уплате городу 156 рублей 37 копеек».

Пытаясь опротестовать это решение высшего органа городской власти, тюремный комитет назад утверждал:

«Тюремный огород эксплуатируется не с коммерческой целью, а исключительно для улучшения арестантской пищи, если же в иной год продается излишек овощей, то опять-таки деньги, вырученные от продажи, поступают в экономический капитал тюремного комитета, предназначенный для улучшения быта арестантов. Что же касается вопроса о количестве занятой земли, то на это тюремный комитет сообщает,что специально под огород обрабатывается не более 3,5-4 десятин… Ввиду изложенного тюремный комитет просит городского голову внести настоящий вопрос в ближайшее заседание думы на предмет отмены арендной платы и сложении недоимки за 1900 и 1901 годы».

Городские думцы «путем закрытой баллотировки» постановили:

«Большинством 17 против 15 шаров числящуюся за тюремным ведомством недоимку в сумме 312 рублей 74 копейки сложить, затем большинством 19 против 13 шаров арендную плату на будущее время установить по 25 рублей за десятину занятой земли».

Тогда же один из оренбуржцев записал:

«Местность эту, в отношении произрастания овощей хотя и можно отнести к средним, но повторяющиеся периодически через 3-4 года сильные разливы реки Урала затопляют всякий раз до грунта и сносят все удобрения. При таких условиях, само собой, не может быть и речи об устройстве парников на самом огороде, почему выгонка ранних овощей для тюрьмы не представляется возможной. Между тем тюремные огороды при условии устройства парников могли бы дать очень большой доход при полном отсутствии в Оренбурге правильно поставленных огородных заведений».

«Огород служит санаторией»

Сохранились и другие, не менее любопытные данные о тюремном огороде:

«Орошается огород двумя деревянными помпами, дающими каждая до 500 ведер воды в час и пневматическим насосом, выбрасывающим до 400 ведер в час.

На огороде произрастает, главным образом, капуста и картофель, овощи, идущие для довольствия арестантов, а затем в незначительном количестве выращивается капуста разных сортов: красная, сафой, цветная и брюссельская, кольраби, брюква, репа, свекла, морковь, сельдерей, лук-порей, петрушка, помидоры, баклажаны, кукуруза, бобы, горох и редька. Капуста, картофель, свекла и морковь идут исключительно на продовольствие арестантов и только в случае излишка поступают в продажу.

На огороде воздвигнуты две деревянных постройки: одна теплая, приспособленная для зимнего помещения караульщику, а другая летняя, служащая конторой. Огород по опушке обсажен местной породы тополями и осокорью, во всю длину огорода, в средине идет аллея в два ряда таких же деревьев. В общем, на огороде посажено древесной посадки до 4 тысяч корней.

Возделывается огород бесплатным трудом арестантов, куда назначаются или остающиеся излишними срочные арестанты после ежедневного выпуска на внешние работы или не способные к тяжелому физическому труду и, кроме того, обязательно после утренних школьных занятий — все несовершеннолетние.

За последние 3-4 года тюремным врачом много больных с грудными болезнями, малокровные, паралитики и другие назначаются на огород, где они, не принимая участия в работах, пользуются чистым воздухом и купанием. Таким образом, огород в летнее время служит еще для больных арестантов как бы санаторией.

Устройством огорода тюрьма, помимо своих личных экономических интересов, достигает в некоторой степени и того, что находясь на работе в огороде люди привыкают к огородничеству и за последнее время было немало случаев, что арестанты после освобождения из тюрьмы обращались из поселков и деревень весной к смотрителю тюрьмы с просьбой о бесплатной высылке им тех или других огородных семян, что, конечно, исполнялось без замедления».

Среди публикаций местных периодических изданий почти вековой давности встречались заметки и иного рода:

«Шестеро каких-то не то хулиганов, не то рабочих без работы забрались в тюремный огород за рощей и принялись хозяйничать, выкапывая овощи. Когда же заметивший это надзиратель пытался остановить мародеров, то они набросились на него и сделали несколько выстрелов, к счастью, без результата. С большим трудом прибывшим надзирателям удалось задержать эту милую компанию и передать в руки прибывших вслед за поимкой хулиганов полиции».

Кто занимает теперь территорию тюремного огорода?

При создании материала использовалась информация:

  • Татьяна , «Тюремные огороды могли бы дать доход…», «Вечерний », № 31 от 01 августа 2001 г.
  • Кузнецова Ю.В. «Общеуголовные тюрьмы Российской империи в XIX веке (на примере Оренбургской губернии», «Самарский научный вестник», 2019, Т 8, №1 (26), С. 165 — 169
  • Осипов М.В. «Материально-техническая организация арестантской жизни в оренбургской губернии в последней четверти XIX века», Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 6 (144). История. Вып. 30. С. 29 -33.

© 2019, «Бердская слобода», Лукьянов Сергей

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *