Вознесенская церковь в Оренбурге была устроена коммерсантами на Гостином дворе в XVIII веке.
«Как знак особого расположения»
Немало церковнослужителей оставило добрый след в истории Вознесенского храма. С годами менялся их состав: в первой четверти XIX столетия в него входили священник, диакон, дьячок и пономарь. С 1860 года «определен второй священник», с 1865 года второй дьячок. К 1873 году «положены по штату» настоятель, помощник его и два псаломщика, с 1885 года — два священника и два псаломщика, с 1907 года к ним присоединился один диакон.
Согласно архивным документам, священнослужители Вознесенской церкви получали «в жалованье с таможенного сбора по два рубля с лавки с торгующего купечества (т.е. 110–120 рублей. — Т.С.), за требоисполнение в братскую кружку» собирали до 1000 рублей. Считалось, что «содержание причта недостаточно», но постепенно сбор увеличился до 2000 рублей, а затем и до 3000 рублей.
Более 20 лет XIX века служил в Вознесенском храме священник Иоанн Герасимович Виноградов, совмещавший свои обязанности с трудами в оренбургском духовном правлении и законоучителя в казачьем училище.
С 1854 года священником в Вознесенском приходе был Василий Саввинович Ольшанский, являвшийся кроме того членом оренбургской духовной консистории, а с 1862 года благочинным над церквами г. Оренбурга. В 1866 году он «возведен в сан протоиерея за достохвальный и назидательный образ жизни, усердное и полезное служение церкви».
«Оренбургские епархиальные ведомости» в 1881 году сообщали:
«4 октября прихожане Вознесенской церкви в г. Оренбурге почтили своего духовного отца протоиерея Василия Саввиновича Ольшанского поднесением наперстного золотого креста, украшенного бриллиантами в благодарность за 28-летнюю пастырскую службу его при этой церкви. По случаю такого торжества в Вознесенской церкви Его Преосвященство Преосвященнейший Вениамин епископ Оренбургский и Уральский изволил совершить Литургию, за которой во время малого входа с выражением архипастырского благожелания собственноручно надел на шею уважаемого старца драгоценное украшение как знак особого расположения к нему его духовных детей».
Полезной и разнообразной современники характеризовали деятельность протоиерея М.Ф. Руднянского, который отдал церкви Гостиного двора 12 лет своей жизни (с 1884 по 1896 годы), украсив ее живописью и расширив алтарь.
На общем собрании градооренбургского духовенства 16 сентября 1886 года обсуждался вопрос об открытии «внебогослужебных собеседований с народом». Одним из «лучших пунктов» для этого признана Вознесенская церковь, чтение поручено священнику Михаилу Руднянскому.
Противораскольнические и религиозно-нравственные чтения с осени 1889 года проводились в Вознесенском храме образовавшейся по благословению Его Преосвященства Преосвященнейшего Макария комиссией, в которую входил и Михаил Федорович Руднянский. Основная цель -
«посредством изъяснения истин христианского вероучения и нравоучения возвысить религиозное сознание русского народа и очистить его от суеверий и заблуждений, оградить сынов православной церкви от пропаганды раскольников».
В журнале Оренбургской городской думы за 1890 год сохранилась запись:
«Священник Руднянский, поданным в управу заявлением обьяснил, что вокруг Вознесенского храма предполагается развести садик, вследствие чего является необходимым огородить место садика временным забором с металлической решеткой; с правой стороны церковной колокольни на свободном месте предполагается возвести из кирпича отхожее место, устройство которого признано крайне необходимым; во дворе церковного дома предназначено провести от ближайшей магистральной городской трубы водопровод».
Городской архитектор тогда сделал вывод, что
«просимая постройка ограды не может быть разрешена, а если нужно сделать таковую, то можно допустить в каменных и чугунных столбах и с железной решеткой; отхожее место не может быть разрешено, взамен его можно устроить ватерклозет в помещениях коридоров при церкви или в лавке под церковью; водопровод же может быть проведен в дом беспрепятственно».
Протоиерей Симеон Михайлович Юденич назначен «на настоятельское место» Вознесенской церкви весной 1896 года. Он — выпускник Смоленской духовной семинарии, около 30 лет прослужил в приходах станиц Угольной и Павловской Оренбургского уезда, затем в Дмитриевской церкви и Георгиевском войсковом соборе г. Оренбурга. Возглавляя Вознесенский приход, Симеон Михайлович также состоял председателем совета оренбургского епархиального женского училища, членом благочиннического совета градо-оренбургского благочиния, заведующим и законоучителем церковно-приходской школы грамоты, законоучителем в приюте неимущих детей, членом епархиального попечительства о бедных духовного звания, строительной комиссии по ремонту духовной семинарии.
Каждый из упомянутых оренбургских церковнослужителей, безусловно, заслуживает особого внимания к изучению их жизненного пути.
«Перовский бывал в Вознесенской церкви»
Сохранившиеся в облгосархиве документы свидетельствуют и о прихожанах Вознесенского храма. В «Списке церквей и приходов, находившихся в пределах Оренбургской епархии в 1800 году» значится «одноштатная» Вознесенская церковь с 202 приходскими дворами. В XIX веке она стала двухштатной, к ней была приписана церковь Захария и Елизаветы на Меновом дворе. В 1830 году гостинодворский храм посещали 667 оренбуржцев (108 дворов), через 17 лет их число увеличилось до 2736, а в 1857 году снизилось до 1804 человек.
О губернаторе Василии Алексеевиче Перовском, дважды управлявшем краем (с 1833 по 1842 и с 1851 по 1857 годы), остались среди прочих такие воспоминания:
«Перовский нередко посещал церкви, но чаще бывал в Вознесенской, как самой ближайшей к его квартире (разрушенный дом по ул. Советской, 32. — Т.С.). При выходе из церкви давал одному из молившихся купцов горсть мелких серебряных денег для раздачи нищим».
Из «Ведомости о родившихся, браком сочетавшихся и умерших по градооренбургской Вознесенской церкви» за 1866 год следует, что крещено 137 младенцев, повенчано 24 пары молодоженов, отпето 123 ушедших в мир иной. К 1882 году прихожан стало 1137 (142 двора), из них 1119 купцов и мещан.
Указом Святейшего Правительствующего Синода от 14 мая 1891 года утверждены приходы церквей г. Оренбурга:
«Вознесенский приход: начиная от угла Введенской (ныне ул. 9 Января. ‑Т.С.) и Инженерной (теперь ул. Володарского. — Т.С.) до Кладбищенской площади (сейчас район филармонии. — Т.С.), отсюда к семинарии (нам это здание более известно как бывшая »лётка« или кадетский корпус. — Т.С.), затем по Водяной улице (современная ул. Горького. — Т.С.) до Введенской, отсюда до начального пункта».
«Оскорбляет чувство верующих»
Местный журналист в 1893 году писал:
«Некоторые из прихожан городской Вознесенской церкви просят нас обратить внимание епархиального начальства на крайнее неудобство нахождения в нижнем этаже церкви сырной лавочки. Вход в эту лавочку, торгующую, кроме сыра, колбасой и селедками, находится как раз рядом со входом в церковь на Николаевской улице (ул. Советская. — Т.С.). На обеих половинках входной двери во всю их величину расположены кричащие вывески с изображением овощей, сыра и другой снеди. Из лавочки постоянно несутся не особенно ароматического свойства запахи… Все это крайне неудобно, так как шокирует и даже оскорбляет религиозное чувство верующих».
По данным за 1903 год, в Вознесенском храме 1240 прихожан (161 двор): военных — 75; статских — 179; купцов, мещан, цеховых и прочих обывателей — 937. В 1912 году приход объединяет 204 хозяйства, 1087 человек: 524 мужчины, 563 женщины, из них 903 — представители мещанского и купеческого сословия. К 1917 году приход состоял из 981 горожанина — жителей 215 окрестных домов.
Молящиеся в церкви гостиного двора не скупились на пожертвования. В 1884 году в «Оренбургских епархиальных ведомостях» опубликован «Список благочинных и церквей епархии с показанием сколько какая церковь и причт оной должны вносить ежегодно на содержание духовного училища». Согласно ему, от Вознесенского храма в фонд учебного заведения передавалось 190 рублей, а от причта 40 рублей.
Производящийся ежегодно «в неделю о слепом сбор в церквах, состоящим под Августейшим покровительством Государыни Императрицы попечительством о слепых», в 1893 году дал следующие результаты: «в Кафедральном соборе — 32 р. 79 к; В Вознесенской церкви — 38 р. 3к; в Покровской — 17 р. 40 к; в Никольской — 6 р. 72 к.». За 1911 год «кружечных доходов» получено 4016 рублей, а в революционный 1917 год кружечные сборы Вознесенского храма достигли 7343 рублей 50 копеек.
«Пение привлекало богомольцев»
Гордостью прихожан церкви гостиного двора являлся хор, считавшийся первейшим в губернском центре: регент Григорьев для него был «выписан» из Москвы. Помощник настоятеля Н. Полидоров в конце XIX столетия подготовил для «Церковно-общественного вестника» корреспонденцию об этом:
"Вознесенский храм можно назвать лучшим из числа храмов оренбургских. Если о богатстве судить по ризнице, по утвари и вообще по украшению, то, пожалуй, можно назвать его самым богатым.
Из-за хора для причта Вознесенской церкви было много неудовольствий. Жаловалось духовенство, жаловались старосты и особенно регенты других церквей на нашего регента за то, что он переманивает от них лучших певчих за двойную и полуторную плату. Наконец хор был уведен регентом к Петру и Павлу (т.е в Петропавловскую церковь. — Т.С.) вопреки всякого желания и старосты, и причта, а регент получил отставку. Артистические капризы григорьевского хора улеглись и при меньшем жалованьи хор поет по-прежнему и даже лучше. Весь шум поднялся из-за чрезмерного нехристианского самолюбия, от чего наперед да сохранит нас Господь".
Менялись регенты, а хор гостинодворского храма продолжал радовать слух и души верующих. В 1909 году «Оренбургские епархиальные ведомости» информировали:
«В зале городской думы в пользу санитарно-благотворительного попечительства Оренбургской губернии состоялось религиозно-нравственное чтение священника М.Я. Филологова на тему »Крайность протестантизма и протест религиозного чувства против него«. В перерывах чтения хором Вознесенской церкви под управлением И.И. Третьякова стройно и молитвенно исполнены песнопения »Благослови душе моя« и »Внуши Боже« Архангельского, »Свете тихий« Кастальского, »Единородный« Гречанинова».
Помощник настоятеля Вознесенского храма более ста лет назад констатировал:
"Церковь наша не оставалась без певчих никогда. Пение в ней всегда хорошее, приятное — всем прихожанам оно нравилось и привлекало богомольцев из других приходов. Это не значит, впрочем, что церковь наша еженедельно по воскресным обедням и всенощным битком набивается народом. Как во времена прежние, так и ныне она наполняется в двунадесятые праздники по воскресеньям Великого поста, в Страстную и Пасхальную седьмицы, а по воскресеньям летним народу нет и в половину.
Толпы богомольцев стекаются в нашу церковь только один раз в год, именно в храмовой праздник Вознесенья. На этот день богомольцы идут толпами. И идут не из окрестных деревень, а преимущественно из дальних, верст за пятьдесят, за сто, за двести. Идут и ведут с собой детей-подростков, а многие приходят и с детьми грудными. В таком множестве стекается на этот день народ, что во время службы не только полны им бывают и храм, и коридоры, но массе приходится стоять вне храма — на улице. Стечение народных масс на этот день существует от лет древних".
Возродится ли эта традиция с возрождением гостиного двора?
Автор: Татьяна Судоргина Источник: «Вечерний Оренбург», № 24 от 12 июня 2002 г.
