Старинное село Каргала, которое основали казанские и вятские татары, имеет богатую историю. Наше повествование об одном дне из нее — 1 октября 1773 года. Он знаменателен для каргалинцев тем, что 235 лет назад сюда пришел Емельян Пугачев — предводитель Крестьянской войны. Здесь он написал манифесты, адресованные народам Южного Урала, с призывом к борьбе против угнетателей.
В Каргале был создан интернациональный каргалинский полк из 500 человек. Этому предшествовало освобождение Илекского городка, укреплений Рассыпной, Нижнеозерной, крепостей Татищевой, Чернореченской. До Оренбурга оставалось всего 28 верст. Емельян Пугачев, располагая односторонней и неблагоприятной информацией, не рискнул немедленно идти на Оренбург, а принял предложение татар Каргалинской слободы прибыть к ним. Ее население давно уже было готово «преклониться государю». Посланные против Е. Пугачева оренбургским губернатором Рейнсдорпом 300 каргалинцев присоединились к восставшим.
В исторической литературе бытует мнение, что Пугачев совершил ошибку, приняв приглашение каргалинцев посетить их слободу, так как потерял время и дал возможность властям укрепить Оренбург. С таким мнением едва ли можно согласиться по следующим соображениям: Каргалинская слобода не была какой-нибудь маленькой деревней, а по числу дворов равнялась Оренбургу. Ее жители имели обширнейшие связи и оказывали определенное влияние на народы не только губернии.
О встрече Е. И. Пугачева с каргалинцами советский писатель Вячеслав Яковлевич Шишков писал: "На торговой площади возле мечети разостланы по луговине дорогие ковры, поставлен резной дубовый стул. К подъехавшему государю приблизились два татарина, подхватили его под руки. Вся толпа татар, сняв шапки, пала ниц, уткнув лбы в землю. Вдали маячили празднично одетые женщины. Они не смели приблизиться к священному государеву месту.
«Встаньте, детушки», — сказал Пугачев, садясь на стул".
Не все каргалинцы с ликованием приветствовали «своего царя». Была группа, представляющая татарскую торговую буржуазию, не заинтересованная ни в каком восстании против царизма, и она враждебно восприняла прибытие Пугачева в Каргалу. Ее возглавляли крупные купцы Абдулгаяз Муртазин, Абдулфаик Абдуллин, Рахматулла Усманов, Абдулла и Ибрагим Сагитовы, Сагит Абдулкаримов. Они нанимали каждый год более десятка работников, то есть имели батраков.
- С самого начала Крестьянской войны 1773 — 1775 годов, а центрами ее были Берды и Каргала, Емельян Пугачев и руководящее ядро восставших придерживались политики совместного выступления русских крестьян вместе с нерусским трудовым народом. В круг руководящего ядра восстания входили полковники-каргалинцы: Муса Алиев (Улеев) и Сыддык Сагитов, которые были верными сподвижниками Емельяна Ивановича до его пленения 8 сентября 1774 года. Всего в Крестьянской войне приняло активное участие более 85 тысяч татар.
После церемонии встречи, вручения подарков от жителей и их присяги Пугачев созвал совещание своих близких соратников и каргалинцев. На этом совещании 1 октября 1773 года был составлен ряд документов — манифесты, обращения, призывы к народам Южного Урала. Особенно знаменательно обращение к башкирскому народу, поднявшее его на восстание. Впоследствии на допросе крестьянский вождь говорил, что «мысль обращения к башкирскому народу подана ему, в частности, Овчинниковым и каргалинскими татарами».
Среди последних грамотных людей в то время было довольно много, к тому же обращение написано на татарском языке. Обращения были посланы и другим проживающим на Южном Урале народам, а также в казахские степи. В них Емельян Иванович жаловал «землями, водами, лесами, рыбными ловлями, жилищами, покосами… хлебом, верою и законом вашим, посевом, пропитанием, рубашками, жалованьем, свинцом, порохом и провиантом — словом, всем, что вы желаете во всю жизнь вашу!» Самозваный царь обещал им избавление не только от царской, но и от всякой власти вообще: «Пребывайте так, как степные звери… всех вас пребывающих на свете освобождаю и даю волю детям вашим и внучатам вечно».
Другим историческим фактом стало создание интернационального каргалинского полка, основная часть которого состояла из бедноты.
Командиром полка был назначен старшина Каргалы Муса Алиев (Улеев). В полк вошли не только старожилы слободы, но и татары из состава живших здесь отходников, беглых работных людей. Они бежали от кабалы и притеснений.
Приток отходников, беглых работных людей особенно усилился после того, как каргалинские татары признали Емельяна Пугачева императором Петром III.
Характерны показания на допросе выходца из деревни Средний Шунь Бакия Бектемирова (мой предок), который говорил, что «жил и работал у каргалинского купца Абдулгаяза Муртазина бесплатно, так как был беглым. В сентябре 1773 года услышал о Пугачеве и бежал от своего хозяина к нему, а через некоторое время присоединился к восстанию». Он был в составе каргалинского полка и активно участвовал в Крестьянской войне.
В полку было также много ясачных татар: Башир Муклимов из деревни Тимер-шеик, Амирхан Асанов из Балыклы, Мазит Зайнеев из Аты, Хасан Уразметов из деревни Ут, Сагит Есипов из Ашита. Числились в нем и крещеные татары Никифор Зяблов и Кирилл Радионов из деревень Большие Кандалы и Малые Тарханы. В полку служили и воевали башкиры, казахи, калмыки, мордва, представители других народностей.
Интернациональный полк из Каргалинской слободы сыграл важную роль в народной борьбе и стал яркой страницей истории села.
