Исто­рия это­го объ­ек­та куль­тур­но­го насле­дия свя­за­на с име­нем меце­на­та, куп­ца 1‑ой гиль­дии, потом­ствен­но­го почет­но­го граж­да­ни­на горо­да Орен­бур­га Ива­на Алек­се­е­ви­ча Зарыв­но­ва, на сред­ства кото­ро­го в 1910 году был воз­ве­ден Ноч­леж­ный дом.

Ночлежный дом, 1910 год (ныне – офисное здание). Улица Терешковой, 10. Автор-архитектор не установлен

Ноч­леж­ный дом, 1910 год (ныне – офис­ное зда­ние). Ули­ца Тереш­ко­вой, 10. Автор-архи­тек­тор не уста­нов­лен.

Соглас­но доку­мен­там, ноч­леж­ный дом был открыт для всех жела­ю­щих. Все­го в двух отде­ле­ни­ях, муж­ском и жен­ском, мог­ло жить при­мер­но 300 чело­век, у каж­до­го отде­ле­ния — свой вход. Ника­кой пла­ты за ноч­лег не взи­ма­лось, ника­ких доку­мен­тов или видов на житель­ство от посе­ти­те­лей не тре­бо­ва­лось.

Сам Зарыв­нов раз­ра­бо­тал для ноч­леж­ки осо­бые пра­ви­ла. Пья­ным посе­щать ее было нель­зя, и во избе­жа­ние про­блем рядом поста­ви­ли поли­цей­ский пост. Азарт­ные игры — орлян­ка, кар­ты, кости и про­чее — были запре­ще­ны точ­но так же, как буй­ство, ссо­ры, дра­ки и куре­ние таба­ка. Про­ви­нив­ши­е­ся немед­лен­но высе­ля­лись из ноч­леж­но­го дома.

В ноч­леж­ке сде­ла­ли спе­ци­аль­ные сушиль­ные каме­ры для одеж­ды, посе­ти­те­лям надо было про­сто подой­ти к над­зи­ра­те­лю и пере­дать ему вещи; при этом раз­ве­ши­вать их на кой­ках или под­окон­ни­ках стро­го запре­ща­лось. Утром и вече­ром посе­ти­те­ли мог­ли бес­плат­но полу­чить кипя­ток и даже име­ли пра­во отправ­лять и полу­чать кор­ре­спон­ден­цию на адрес это­го дома.

Заказ­чи­ка­ми при стро­и­тель­стве доход­ных домов высту­па­ла наби­ра­ю­щая силу бур­жу­а­зия и бога­тое купе­че­ство. Доход­ны­ми дома­ми обыч­но назы­ва­лись зда­ния, в кото­рых на пер­вых эта­жах нахо­ди­лись мага­зи­ны, лав­ки и дру­гие нежи­лые поме­ще­ния. На выше­ле­жа­щих эта­жах рас­по­ла­га­лась квар­ти­ра само­го заказ­чи­ка, а так­же дру­гие квар­ти­ры, кото­рые сда­ва­лись вна­ем.

Отно­ше­ния меж­ду заказ­чи­ка­ми и архи­тек­то­ра­ми подоб­ных домов в силу понят­ной раз­но­на­прав­лен­но­сти инте­ре­сов обыч­но стро­и­лись напо­до­бие того, как под­ме­че­но в раз­го­во­ре, опи­сан­ном впо­след­ствии Федо­ром Досто­ев­ским, меж­ду архи­тек­то­ром и куп­цом, заказ­чи­ком доход­но­го дома.

«Архи­тек­тор пред­ла­гал для укра­ше­ния дома постро­ить «вене­ци­ан­ское окно» (как во Двор­це дожей в Вене­ции), хотя оно и не вяза­лось с общей архи­тек­ту­рой дома. Купец отве­тил: «Дожев­ское-то окно ты мне, бра­тец, поставь неот­мен­но, пото­му, чем я хуже како­го-нибудь ихне­го голо­штан­но­го дожа; ну а пять-то эта­жей ты мне все-таки выве­ди жиль­цов пус­кать; окно окном, а эта­жи эта­жа­ми».

Чья точ­ка зре­ния в ито­ге бра­ла верх, вы сами може­те дога­дать­ся. Этот коло­рит­ный раз­го­вор отра­жа­ет, в част­но­сти, сни­же­ние роли и вли­я­ния архи­тек­то­ра в мас­со­вом стро­и­тель­стве в эпо­ху модер­на. С посте­пен­ным паде­ни­ем пре­сти­жа зод­че­го меня­лось и отно­ше­ние заказ­чи­ка к эсте­ти­че­ской цен­но­сти архи­тек­ту­ры в целом.

На ули­цах Орен­бур­га ста­ли появ­лять­ся мало­при­вле­ка­тель­ные зда­ния, воз­ве­ден­ные и вовсе без уча­стия архи­тек­то­ра по про­ек­там не очень све­ду­щих в архи­тек­ту­ре под­ряд­чи­ков.

Одна­ко в тот пери­од в усло­ви­ях жест­ких рамок соци­аль­но­го зака­за тво­ри­ли и талант­ли­вые зод­чие. Они настой­чи­во иска­ли новые образ­ные и функ­ци­о­наль­но обос­но­ван­ные архи­тек­тур­ные реше­ния. Создан­ные ими зда­ния и соору­же­ния замет­но отли­ча­лись от постро­ек про­вин­ци­аль­но­го модер­на, в кото­рых исполь­зо­ва­лись мно­го­крат­но рас­ти­ра­жи­ро­ван­ные мест­ные худо­же­ствен­ные при­е­мы.

Исто­рия зда­ния

Зда­ние нахо­дит­ся вне исто­ри­че­ско­го цен­тра на совре­мен­ной ули­це Тереш­ко­вой, 10 (быв­шая ули­ца Ниже­го­род­ская) в рай­оне быв­шей Ста­рой сло­бод­ки. После рево­лю­ции Ноч­леж­ный дом пре­кра­тил свое суще­ство­ва­ние и в нем раз­ме­стил­ся Орен­бург­ский област­ной Дом радио. 

Рядом нахо­ди­лось антен­ное поле, посре­ди кото­ро­го воз­вы­ша­лась на рас­тяж­ках огром­ная радио­мач­та более чем 100-мет­ро­вой высо­ты. В 1990‑х годах Дом радио был лик­ви­ди­ро­ван за нена­доб­но­стью. Радио­мач­ту демон­ти­ро­ва­ли, а на быв­шем антен­ном поле вырос гараж­ный коопе­ра­тив со стро­е­ни­я­ми без­об­раз­ной архи­тек­ту­ры. В насто­я­щее вре­мя в зда­нии по ули­це Тереш­ко­вой, 10 нахо­дят­ся раз­лич­ные офи­сы.

24 мая 2007 года в Оренбурге открыли мемориальную доску Ивану Алексеевичу Зарывнову, меценату и благотворителю.

24 мая 2007 года в Орен­бур­ге откры­ли мемо­ри­аль­ную дос­ку Ива­ну Алек­се­е­ви­чу Зарыв­но­ву, меце­на­ту и бла­го­тво­ри­те­лю.

Нынеш­ний соб­ствен­ник не в состо­я­нии обес­пе­чить сохра­не­ние и пол­но­цен­ное совре­мен­ное исполь­зо­ва­ние памят­ни­ка архи­тек­ту­ры. Поэто­му, увы, неуди­ви­тель­но, что зда­ние посте­пен­но вет­ша­ет и раз­ру­ша­ет­ся.

Осо­бен­но­сти зда­ния

Быв­ший Ноч­леж­ный дом пред­став­ля­ет собой кир­пич­ный двух­этаж­ный дом свое­об­раз­ной архи­тек­ту­ры. Зда­ние по ули­це Тереш­ко­вой, 10 постро­е­но в нео­ро­ман­ти­че­ском модерне с исполь­зо­ва­ни­ем сти­лей про­шлых эпох.

Так здание выглядело в начале 2000-х годов

Так зда­ние выгля­де­ло в нача­ле 2000‑х годов.

На фаса­дах это­го объ­ек­та при­ме­не­ны ком­по­зи­ци­он­ные при­е­мы и моти­вы запад­но­ев­ро­пей­ской архи­тек­ту­ры, интер­пре­ти­ро­ван­ные при­ме­ни­тель­но к усло­ви­ям и тре­бо­ва­ни­ям сво­е­го вре­ме­ни. Глав­ный фасад име­ет сим­мет­рич­ную ком­по­зи­цию. Это не вполне свой­ствен­но модер­ну, зато было удоб­но для пер­во­на­чаль­но­го функ­ци­о­наль­но­го назна­че­ния зда­ния.

Сте­ны фаса­дов выпол­не­ны в харак­тер­ном для орен­бург­ско­го модер­на соче­та­нии фона из крас­ной кир­пич­ной клад­ки и архи­тек­тур­ных дета­лей, выпол­нен­ных «под белый извест­няк». В высту­па­ю­щих рустах угло­вых пиляст­ров, а так­же в «зуб­ча­тых» обрам­ле­ния окон и дру­гих архи­тек­тур­ных дета­лях вид­ны при­зна­ки неого­ти­ки или даже «север­но­го модер­на».

На глав­ном фаса­де выде­ля­ют­ся два высту­па­ю­щих риза­ли­та с ароч­ны­ми парад­ны­ми вхо­да­ми, выхо­дя­щи­ми на ули­цу Тереш­ко­вой. Пред­по­ло­жи­тель­но эти два вхо­да пред­на­зна­ча­лись для муж­чин и для жен­щин. Над вхо­да­ми рас­по­ло­же­ны боль­шие окна вто­ро­го эта­жа с полу­цир­куль­ны­ми арка­ми навер­ху и деко­ра­тив­ны­ми обрам­ле­ни­я­ми из высту­па­ю­щих рустов.

Риза­ли­ты завер­ша­ют­ся сту­пен­ча­ты­ми фрон­то­на­ми — отда­лен­ное напо­ми­на­ние о «гол­ланд­ских» доми­ках рус­ской эклек­ти­ки. В цен­траль­ных частях фрон­то­нов поме­ще­ны круг­лые чер­дач­ные окна с мас­сив­ны­ми обрам­ле­ни­я­ми в сти­ли­сти­ке неого­ти­ки. Верх фрон­то­на допол­нен кра­си­вой скульп­тур­ной дета­лью, удач­но допол­ня­ю­щей эту вен­ча­ю­щую часть зда­ния.

Так­же очень инте­рес­но выпол­не­ны углы риза­ли­тов. В сво­их верх­них частях они деко­ри­ро­ва­ны ско­шен­ны­ми под 45 гра­ду­сов пиляст­ра­ми со скульп­тур­ны­ми капи­те­ля­ми и мас­сив­ны­ми база­ми в виде сви­са­ю­щих «гирек». Сте­ны зда­ния завер­ша­ют­ся плос­ким кар­ни­зом со слег­ка изо­гну­ты­ми мас­сив­ны­ми крон­штей­на­ми в сти­ле неого­ти­ки.

***

К сожа­ле­нию, в насто­я­щее вре­мя объ­ект куль­тур­но­го насле­дия по ули­це Тереш­ко­вой, 10 содер­жит­ся в неудо­вле­тво­ри­тель­ном состо­я­нии. Совре­мен­ное цве­то­вое реше­ние не вполне соот­вет­ству­ет сти­лю модерн и пор­тит в целом при­вле­ка­тель­ный внеш­ний облик зда­ния. Этот памят­ник архи­тек­ту­ры нуж­да­ет­ся в хоро­шем соб­ствен­ни­ке, спо­соб­ном осу­ще­ствить финан­си­ро­ва­ние гра­мот­ных рестав­ра­ци­он­ных работ.

Сло­ва­рик:

  • Пиляст­ра – вер­ти­каль­ный, про­из­воль­ной дли­ны выступ сте­ны, услов­но изоб­ра­жа­ю­щий колон­ну.
  • Риза­лит – часть во всю высо­ту зда­ния, высту­па­ю­щая за основ­ную линию фаса­да.
  • Русты – рельеф­ная клад­ка или обли­цов­ка стен кам­ня­ми с гру­бо оте­сан­ной или выпук­лой лице­вой поверх­но­стью.
  • Фрон­тон – тре­уголь­ная или цир­куль­ная верх­няя часть фаса­да зда­ния, огра­ни­чен­ная дву­скат­ной кры­шей, а так­же подоб­ное укра­ше­ние над окна­ми, дверь­ми.
  • Капи­тель – вен­ча­ю­щая часть колон­ны, стол­ба или пиляст­ры.

Источ­ни­ки:

  • Ста­ни­слав Смир­нов, «Ноч­леж­ный дом Зарыв­но­ва», «Орен­бург­ская неде­ля» 27.06.2017
  • Ста­ни­слав Смир­нов, «Ноч­леж­но­му дому Зарыв­но­ва в Орен­бур­ге необ­хо­ди­ма рестав­ра­ция», «Орен­бург­ская неде­ля», 22.07.19
  • Соб­ствен­ная инфор­ма­ция «Берд­ской сло­бо­ды»
, , ,

Проект «Бердская слобода» — это результат многолетней работы одного человека. Каждый документ и каждая статья здесь находятся в свободном доступе для вас.

Но существование этого архива зависит от реальных, ежемесячных расходов: оплаты серверов, доменных имен и постоянной технической поддержки, чтобы сайт оставался быстрым и безопасным.

Если вы считаете эту работу важной и хотите, чтобы она продолжалась, вы можете стать ее частью. Любая сумма — это не просто помощь. Это ваш личный вклад в сохранение нашей общей истории.

Перевести средства можно через форму ниже или на карту 2204 1201 0073 3886.

Спасибо за ваше неравнодушие.

Подписаться
Уведомить о

0 комментариев
Старые
Новые Популярные
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x