Про имена, времена и карты

А давай­те нач­нем изда­ле­ка! Ведь имен­но так и под­би­ра­ют­ся к тай­нам, а не обру­ши­ва­ют­ся на них подоб­но пыль­но­му чемо­да­ну с самых верх­них антре­со­лей при спеш­ных сбо­рах. То есть: про­ме­жу­точ­ная цель вро­де бы достиг­ну­та, но удо­воль­ствия при этом ника­ко­го…

Кар­та Орен­бург­ской губер­нии с 10 уез­да­ми, 1800 год

Не с само­го-само­го дале­ка, конеч­но, нач­нем. Пред­ла­гаю стре­ми­тель­но про­ско­чить позд­ний палео­ген, когда 30 мил­ли­о­нов лет назад море окон­ча­тель­но отсту­пи­ло с тер­ри­то­рии, кото­рую мы теперь назы­ва­ем Орен­бур­жьем. Дли­тель­ный исто­ри­че­ский пери­од фор­ми­ро­ва­ния основ­ных черт совре­мен­но­го ланд­шаф­та края так­же отста­вим в сто­ро­ну. Конеч­но, свои тай­ны есть и там, но вряд ли они спо­соб­ны ощу­ти­мо затро­нуть вооб­ра­же­ние.

Пер­вые сле­ды дея­тель­но­сти чело­ве­ка – о, это уже кое-что. При­чем речь не о камен­ных нако­неч­ни­ках стрел или про­стей­ших пред­ме­тах палео­ли­ти­че­ско­го быта. Нако­неч­ни­ки при­мер­но оди­на­ко­вы повсю­ду и как изде­лия осо­бых зага­док не таят.

Капо­ва пеще­ра: наскаль­ная живо­пись (сюже­ты)

А вот рисун­ки древ­них худож­ни­ков Капо­вой пеще­ры на реке Белой в ста кило­мет­рах от Тюль­ган­ско­го рай­о­на! Изоб­ра­жать мамон­та, носо­ро­га, бизо­на, дикую лошадь, дру­гих живот­ных лед­ни­ко­вой эпо­хи – это ведь совсем не явля­лось жиз­нен­ной необ­хо­ди­мо­стью 20–30 тысяч лет назад. Тогда зачем бы их нано­сить на сте­ны? И поче­му имен­но этих живот­ных, а не дру­гих?

Впро­чем, огра­ни­чим­ся про­стым упо­ми­на­ни­ем это­го фак­та: ни имен древ­них худож­ни­ков, ни их твор­че­ских задач, по-види­мо­му, уста­но­вить так и не удаст­ся.

* * *

Как вы дума­е­те, к какой эпо­хе отно­сит­ся пер­вое извест­ное имя чело­ве­ка, остав­ше­го­ся в исто­рии в том чис­ле и пото­му, что он побы­вал в местах, впо­след­ствии вхо­див­ших в гра­ни­цы наше­го края?

Это тай­на № 1, а вот тай­на № 2: как зва­ли это­го чело­ве­ка?

Ведь, согла­си­тесь, насто­я­щая тай­на появ­ля­ет­ся толь­ко там, где воз­ни­ка­ет кон­крет­ное имя – ибо безы­мян­ная тай­на черес­чур абстракт­на…

Не будем тра­тить вре­мя на глу­бо­ко­мыс­лен­ные пау­зы и про­стран­ные отступ­ле­ния, тем более – писать про «ответ в сле­ду­ю­щем номе­ре, а пер­во­му уга­дав­ше­му приз», в сла­бой надеж­де, что вот сей­час все кинут­ся по читаль­ным залам и интер­не­там искать раз­гад­ку. Деся­ток наших чита­те­лей такое, воз­мож­но, и поза­ба­вит, но осталь­ных спра­вед­ли­во вве­дет в лег­кую сте­пень раз­дра­жен­но­сти, что вовсе не явля­ет­ся зада­чей этих заме­ток.

Но хотя бы для себя пред­по­ло­жи­те при­мер­но век – и убе­ди­тесь, насколь­ко вы близки/далеки от исти­ны.

Но вот и ответ: век при­мер­но VII-VI до нашей эры. Имя чело­ве­ка – Ари­стей Про­кон­нес­ский, чье путе­ше­ствие к иссе­до­нам опи­са­но, пред­по­ло­жи­тель­но, им же в поэ­ме «Ари­мас­пея».

Како­во?

* * *

Уже пред­чув­ствую без­дну вопро­сов. Мол, ува­жа­е­мый пока еще автор! Где, как гово­рит­ся, име­ние, а где навод­не­ние? Какие еще Капо­вы пеще­ры? Что за иссе­до­ны и где эта «Ари­мас­пея», что­бы самим про­чи­тать и убе­дить­ся?

Одна­ко хоро­ши были бы тай­ны, коли дверь к их раз­гад­кам откры­ва­лась безо вся­ко­го клю­ча.

Поэ­му про­чи­тать, увы, не удаст­ся: она до нас не дошла. Но об этом повест­во­ва­нии и леген­де о самом Ари­стее нам извест­но по «Исто­рии» Герод­о­та, а так­же сочи­не­ни­ям Эсхи­ла и Пав­са­ния, кото­рые явля­ют­ся источ­ни­ка­ми более чем серьез­ны­ми.

Пер­вые упо­ми­на­ния о стране иссе­до­нов (а так­же буди­нах и аргип­не­ях), жив­ших в пре­де­лах Рифей­ских гор и дохо­див­ших до бере­гов Кас­пия, нахо­дим у того же Герод­о­та.

А теперь про­ве­ди­те-ка на гео­гра­фи­че­ской кар­те пря­мую от устья Вол­ги до Южных Ураль­ских вер­шин (извест­ных с герод­о­тов­ских вре­мен имен­но как Рифей) – через какой совре­мен­ный област­ной центр прой­дет линия? Гос­по­да, да мы про­сто ходим поверх сле­дов Ари­стея!

Да, Герод­от жил в V веке до нашей эры, но как исто­рик опи­сы­вал века минув­шие. Что, несо­мнен­но, отме­ря­ет месту, где мы с вами живем, ров­но два­дцать семь веков опи­сан­ной исто­рии. И что ров­но в десять раз боль­ше соб­ствен­но исто­рии Орен­бур­га, впер­вые зало­жен­но­го экс­пе­ди­ци­ей Кири­ло­ва и окон­ча­тель­но опре­де­лен­но­го к сво­е­му нынеш­не­му гео­гра­фи­че­ско­му поло­же­нию губер­на­то­ром Неплю­е­вым…

Кста­ти: на сколь­ко веков раз­ми­ну­лись ваши пред­по­ло­же­ния с пра­виль­ным отве­том? То-то и оно. А ведь это еще не самая яркая иллю­стра­ция к вопро­су о том, насколь­ко порой дей­стви­тель­ность пре­вос­хо­дит самые сме­лые пред­по­ло­же­ния…

* * *

Но дотош­ный чита­тель – да, тот самый, венец и вер­ши­на чита­тель­ско­го пле­ме­ни! – на пол­ном серье­зе вос­при­ни­ма­ет все алле­го­рии и рито­ри­ки авто­ра. Он сни­ма­ет с антре­со­лей (тех самых, с кото­рых в нача­ле этих заме­ток у нас пада­ет чемо­дан) боль­шу­щий «Атлас мира» фор­ма­та А3, сду­ва­ет с него пыль и во всю ширь рас­кла­ды­ва­ет на полу. Рас­крыв на нуж­ной стра­ни­це, так и эдак ело­зит по нему линей­кой, после чего тор­же­ству­ю­ще заяв­ля­ет:

- Ага! Река Белая в ста кило­мет­рах от Тюль­ган­ско­го рай­о­на – и это ника­кая не Орен­бург­ская область, а Баш­ки­рия, так при чем здесь Капо­ва пеще­ра? Затем: что, Ари­стей этот – пти­ца пере­лет­ная, что­бы покры­вать рас­сто­я­ния исклю­чи­тель­но по пря­мой? Может быть, он вооб­ще дви­гал­ся от Кас­пия до Ара­ла, а лишь отту­да поти­хонь­ку стал заби­рать север­нее? И толь­ко где-нибудь через Арка­лык, или как там тогда его назы­ва­ли, подо­брал­ся к Рифей­ским горам? Посчи­тай­те, сколь­ко это от Орен­бур­га будет в кило­мет­рах?

Ай, моло­дец дотош­ный чита­тель. От души жму его запы­лен­ную руку!

Толь­ко давай­те-ка немно­го поиг­ра­ем в зани­ма­тель­ную мате­ма­ти­ку. Или в зани­ма­тель­ную гео­гра­фию: в дан­ном слу­чае игры будут весь­ма схо­жие.

* * *

Како­го года изда­ния атлас у наше­го дотош­но­го чита­те­ля? Если даже он и не напе­ча­тан в совре­мен­ной Рос­сии, ему вся­ко не боль­ше полу­ве­ка, так? Во всех после­во­ен­ных энцик­ло­пе­ди­че­ских сло­ва­рях и энцик­ло­пе­ди­ях обо­зна­че­на общая пло­щадь Орен­бург­ской обла­сти: 123,9 тыся­чи квад­рат­ных кило­мет­ров.

А вот в Сло­ва­ре Брок­гау­за и Ефро­на 1898 года изда­ния при­ве­де­ны дан­ные «пер­вой народ­ной пере­пи­си насе­ле­ния», слу­чив­шей­ся ров­но за год до его выхо­да. Так там ска­за­но, что наша губер­ния рас­ки­ну­лась на целых 166 710 квад­рат­ных верст (не хочу отни­мать у вас удо­воль­ствие пере­сче­та квад­рат­ных верст в квад­рат­ные кило­мет­ры, но раз­ни­цу мож­но пред­ста­вить уже схо­ду).

Но это дале­ко не всё! Соб­ствен­но в момент ее обра­зо­ва­ния гра­ни­цы Орен­бург­ской губер­нии охва­ты­ва­ли зем­ли общей пло­ща­дью в 1 мил­ли­он 026 тысяч квад­рат­ных кило­мет­ров, и в ее состав вхо­ди­ли Исет­ская и Уфим­ская про­вин­ции. Вот вам где река Белая и Капо­ва пеще­ра! А то, что пер­вым иссле­до­ва­те­лем пеще­ры в 1760 году стал не кто иной, как лич­но Петр Ива­но­вич Рыч­ков (конеч­но, с про­вод­ни­ка­ми-баш­ки­ра­ми и несколь­ки­ми сол­да­та­ми), раз­ве еще боль­ше не при­бли­жа­ет ее к нынеш­не­му Орен­бур­жью?

* * *

Кста­ти, тогда имен­но эти зем­ли самым что ни на есть Орен­бур­жьем и явля­лись. Губер­ния со дня обра­зо­ва­ния толь­ко и дела­ла, что рос­ла. За каких-то пол­то­ра десят­ка лет к ней были при­со­еди­не­ны тер­ри­то­рии (совре­мен­ные): Север­но­го, Цен­траль­но­го и Запад­но­го Казах­ста­на, Баш­ки­рии, Челя­бин­ской обла­сти – пол­но­стью, а частич­но – Тата­рии, Кур­ган­ской, Самар­ской Перм­ской, Тюмен­ской, Сверд­лов­ской обла­стей и даже кусо­чек Кара­кал­па­кии.

А после при­со­еди­не­ния земель Сред­не­го жуза губер­ния достиг­ла мак­си­маль­ных раз­ме­ров за всю свою исто­рию: 2 мил­ли­о­на квад­рат­ных кило­мет­ров! Посмот­ри­те-ка по кар­те 43‑й гра­дус север­ной широ­ты меж­ду Кас­пий­ским и Араль­ским моря­ми – это при­мер­но и была южная гра­ни­ца Орен­бург­ско­го края.

Сыр­да­рья впа­да­ла в Арал на нашей тер­ри­то­рии!

Помни­те регу­ляр­ные когда-то сооб­ще­ния по радио, тор­же­ствен­ным голо­сом: «…спус­ка­е­мый аппа­рат кораб­ля с боль­шой точ­но­стью совер­шил посад­ку в рас­чет­ном рай­оне, в 40 кило­мет­рах севе­ро-запад­нее горо­да Джез­каз­га­на»? На быв­шей нашей тер­ри­то­рии сади­лись! Эх…

* * *

Коро­че, нику­да бы этот Ари­стей не дел­ся: мест­ны­ми он тро­па­ми шел, как милень­кий. То, что сей­час они казах­стан­ские, а Рифеи назы­ва­ют­ся Ураль­ски­ми гора­ми, не меня­ет ров­ным сче­том ниче­го. Чело­век пере­кра­и­ва­ет по соб­ствен­но­му усмот­ре­нию толь­ко гра­ни­цы на бумаж­ных кар­тах – ну и воль­но­му воля. Горы, моря, сте­пи, реки оста­ют­ся на преж­них, издрев­ле облю­бо­ван­ных ими местах.

Во вся­ком слу­чае – за пери­од, кото­рые люди в состо­я­нии обо­зреть как свою соб­ствен­ную исто­рию.

И что нам в исто­рии с Ари­сте­ем, кото­рый пере­прав­лял­ся через оче­ред­ную неве­до­мую широ­кую реку и спро­сил у мест­но­го жите­ля, как она назы­ва­ет­ся, и услы­шал, буд­то в ответ про­зву­ча­ло «Даикс» — и имен­но под таким име­нем река впер­вые попа­ла на кар­то­гра­фи­че­ское изоб­ра­же­ние еще до нашей эры?

Ведь мы-то с вами пони­ма­ем, что наш дале­кий пре­док, ото­рвав­шись на минут­ку от пасть­бы ста­да коз, при­вет­ли­во отве­тил несу­раз­но оде­то­му незна­ком­цу: «Яик!» А за то, что потом напри­ду­мы­ва­ли себе древ­ние гре­ки, ни он, ни тем более мы ника­кой ответ­ствен­но­сти не несем. Тем более что в 1229 году в этом вопро­се, нако­нец, был наве­ден долж­ный поря­док: пер­вое упо­ми­на­ние о реке под назва­ни­ем Яик в рус­ской лето­пи­си пере­сек­ло вся­че­ские раз­но­чте­ния.

Во вся­ком слу­чае – на бли­жай­шие 550 лет, пока Яик после ука­за Ека­те­ри­ны Вто­рой не стал Ура­лом.

Автор: Дмит­рий Урба­но­вич
Источ­ник: «Орен­бург­ская неде­ля» № 30, 24 июля 2013 г.