Реферат этот составлен на основании дела, хранящегося в архиве бывшей генерал-губернаторской канцелярии под заглавлением: «Об извлечении сведений о времени основания в г. Оренбурге военно – Петропавловской полковой церкви». (1852–53 г.г. на 32 листах).
См. также у Н. Чернавского «Оренбургская епархия в ее прошлом и настоящем» стр. 153–157 (X в. Трудов Оренбургской Ученой Архивной комиссии.).
В 1852 году Оренбургскому генерал-губернатору понадобилось знать о времени постройки в городе Оренбурге церкви Апостолов Петра и Павла и о том, на каком основании она состоит военною церковью, почему он и приказал своей канцелярии собрать и доставить ему сведения об этом.
Но по тщательным справкам не только дел о постройке Петро-Павловской церкви, но и каких-либо сведений об этом, как в архиве генерал-губернаторской канцелярии, так и в архивах Штаба Отдельного Оренбургского Корпуса войск, Ордонансгауса (прим. «Бердской слободы»: приказного дома), Инженерного отделения Штаба отдельного корпуса — не оказалось. Поэтому генерал-губернаторская канцелярия потребовала сведения эти от настоятеля церкви Апостолов Петра и Павла.
Настоятель же церкви сообщил канцелярии, что из церковного архива известно только то, что «церковь освящена и из епархиального в военное ведомство по указу святого Синода передана в 1809 году».
Вследствие этого генерал-губернаторская канцелярия относилась в оренбургскую духовную консисторию с просьбою доставить или копию с этого указа, или же само дело о постройке церкви этой, если таковое окажется в ее архиве.
По отношению этому консистория доставила требуемую копию от 23 августа 1809 г. № 3315 и объяснила, что кроме сего указа она ничего другого не может доставить по сему предмету.
Примечание "Бердской слободы": Авторский текст оставлен без изменений, старая (дореволюционная) орфография приведена к современному виду.
Из указа этого видно, что церковь во имя Апостолов Петра и Павла первоначально дозволено было построить вновь каменную в 1755 году преосвященным Лукою, епископом казанским и свияжским, по ходатайству первого местного губернатора Ивана Ивановича Неплюева для гарнизона крепости Оренбург.
Церковь эта, как видно из клировой ведомости за 1785 год, была одноштатной, т.е. причт ее состоял из священника, дьячка, пономаря и просвирни.
В 1786 г. церковь Петра и Павла сгорела. В 1795 году по резолюции преосвященного Амвросия, архиепископа казанского, на прошение прихожан сгоревшей в 1786 году деревянной церкви города Оренбурга во имя Воздвижения Честного Животворящего Креста Господня — дозволено было просителям разобрать оставшееся от пожара каменное здание церкви Петра и Павла и материалы оного употребить на возобновление своей сгоревшей Крестовоздвиженской церкви из камня, причем разрешено взять для нее и все церковные вещи Петро-Павловской церкви.
Но так как последняя не была разобрана, а Крестовоздвиженская — не возобновлена, то в 1804 году епископ Оренбургский и Уфимский Амвросий по отношению Оренбургского военного губернатора князя Г.С. Волконского словесно дозволил ему, будучи в этом году в Оренбурге, возобновить церковь Петра и Павла с построением при ней придела во имя Воздвижения Честного Животворящего Креста вместо сгоревшей сего наименования деревянной церкви.
В Оренбурге с того времени, как сгорела в 1786 году церковь Петра и Павла, не было военной церкви, но таковая была необходима для города, так как непрерывно в нем квартировали полки.
По Высочайшей воле Императрицы Екатерины II в том же в 1786 году отпущена была от казны особая сумма на возобновление публичных зданий после бывшего в этом году в Оренбурге большого пожара. Из суммы этой по ее незначительности возобновлена была только церковь св. Троицы, а церковь Петра и Павла и Крестовоздвиженская оставались не возобновленными. При этом многие публичные здания были ветхи.
Имея это в виду, вновь прибывший сюда губернатор, князь Волконский, в 1804 году сделал представление Государю Императору о необходимости исправления в Оренбурге всех казенных зданий, в числе коих предполагал исправить и церковь Петра и Павла, на каковой предмет и получил особую сумму от казны.
Благодаря этому ассигнованию и экономическому расходованию его князь Волконский не только возобновил церковь Петра и Павла, но и пристроил к ней каменный Крестовоздвиженский придел.
Все необходимее для церкви было приобретено заботами того же князя Волконского. Утварь для придела была взята из Введенского собора, сохранившаяся там от сгоревшей Крестовоздвиженской церкви, но колокола остались в соборе.
В 1808 году, когда церковь была окончена постройкой, князь Волконский обратился к преосвященному Августину, епископу Оренбургскому и Уральскому, с просьбой о дозволении освятить ее с приделом, но долго (с ½ года) не получал на это разрешение.
Необходимо здесь заметить, что епископ Августин (Сахаров) находился на Оренбургской кафедре с 1807 по 1809 годы
Преосв. Августин прежде всего предписал Оренбургской духовной консистории навести следственное дело о том, согласно ли уставам православной церкви построена церковь Петра и Павла, с дозволения ли Св. Синода возобновлена.
На какие средства, в надлежащем ли благолепии реставрирована, достаточно ли снабжена утварью и прочим церковным имуществом, правильны ли изображения икон, имеются ли для священнослужителей дома и достаточен ли для содержания причта приход?
Оренбургская духовная консистория предписала оренбургскому духовному правлению учинить на месте свидетельство церкви Петра и Павла, оренбургское же духовное правление поручило свидетельство это благочинному о. Львову.
На отношение о. Львова генерал-губернаторская канцелярия по приказанию князя Волконского ответила ему:
Кто и на какой кошт возобновил церковь, хотя все это Преосвященному и консистории уже известно было из отношений князя;
для придела утварь, ризница и все церковное имущество есть в готовности; все, оставшееся в Введенском соборе, с переводом крестовоздвиженского священника в этот придел имеет быть передано туда же;
для самой Петро-Павловской церкви утварь, все необходимое церковное имущество и колокола куплены и имеются в наличности;
ризы и книги имеются хоть и в ограниченном числе, но в будущем по усердию прихожан могут увеличиваться;
иконостасы — готовы; остаются неоконченными лишь несколько икон; позолота же иконостаса отлагается до 1809 года;
что касается правильности письма икон, он, Волконский оставляет это на усмотрение духовенства, но со своей стороны заключает, что главный начальник края не допустит иметь в храмах, сооружаемых его попечением, безобразные иконы;
относительно домов для причта князь Волконский находит, что постройка их есть дело частное и его не касающееся.
Вслед за свидетельством благочинного о. Львова церковь была освидетельствована всеми присутствующими оренбургского духовного правления, которые, между прочим, нашли, что здание церкви построено алтарями на юго-восток, а имеющий быть при ней приход достаточен, ибо прихожанами пожелали быть принадлежащие к приходу Георгиевской церкви казачьи чиновники, и казаки с семействами, коих мужского пола 206 душ, женского — 220, а дворов — 95, причем за отчислением их к церкви этой, при Георгиевской церкви останется 777 душ обоего пола, дворов же 313.
Принимая все это во внимание, оренбургская духовная консистория сделала постановление, утвержденное Преосвященным в таком смысле: так как церковь Петра и Павла построена на юго-востоке, вопреки правилу Василия Великого и не по чину Православной церкви, то консистория не дозволяет освятить ее до тех пор, пока она будет переведена алтарями на восток, снабжена в достаточном количестве всеми иконами, книгами, ризницею и иметь собственные дома для причта, и когда за этим последует от прихожан прошение в консисторию об освящении ее, то тогда только и дозволит освятить ее.
От прихожан церкви Петра и Павла было подано в следующем 1809 году, прошение в св. Синод, в коем они просили разрешения освятить их церковь так же, как она разрешена была к освящению ранее, а именно в 1755 году, а от князя Волконского было послано отношение к члену св. Синода, Высокопреосвященнейшему Амвросию, митрополиту Санкт-Петербургскому и Новгородскому.
В отношении этом князь Волконский объяснил, что все имущество, какое только в достаточности нужно для церкви Петра и Павла, куплено и имеется налицо. Что сколько он не убеждал епископа оренбургского и уфимского Августина просьбами о дозволении освятить церковь эту, не только не получил, от него удовлетворения, но даже какого-либо отзыва; что из переписки его, Волконского, с оренбургской духовной консисторией по сему делу видно, что причина медлительности в выдаче дозволения на освящение церкви этой как со стороны Преосвященного, так и консистории была более та, что он, Волконский, приступил к возобновлению церкви без дозволения св. Синода. Но так как он, Волконский, в возобновлении церкви этой имел существенную нужду и Высочайшие соизволение на это Императрицы Екатерины II и Императора Павла I и при всем том, как возобновил ее, так и пристроил в ней придел с словесного разрешения и с благословения бывшего епископа оренбургского и уфимского Амвросия, то этим отношением он и просил у преосвященнейшего Амвросия, митрополита санкт-петербургского и новгородского, исходатайствовать со своей стороны у св. Синода дозволение на освящение этой церкви.
В виду изложенного св. Синод по рассмотрении как представленного епископом оренбургским и уфимским Августином следственного дела о церкви Петра и Павла, так и прошения прихожан и ее отношения князя Волконского, нашел:
так как во времени года бывают разные «востоки», а церковь построена алтарем на юго-восток, то он и не видит противности 90 правилу Василия Великого;
полковая или военная церковь в городе Оренбурге по беспрерывному пребыванию в нем в большом числе полков действительно необходима;
все необходимое церковное имущество для нее имеется, почему и постановил дать знать указом епископу оренбургскому и уфимскому Августину, что св. Синод дозволяет освятить церковь Петра и Павла в Оренбурге, причем распоряжается передать ее из епархиального в военное ведомство.
Последствие такого распоряжения св. Синода церковь и была освящена 25 октября 1809 года. Сперва она состояла в военном ведомстве, а именно в ведении Обер-священника армии и флота, и продолжала быть одноштатной.
В 1853 г. по причине внутренней реставрации она была снова освящена и в этом же году передана из военного в епархиальное ведомство, причем сделана была двухштатной, т.е. причт ее стал из двух священников и стольких же псаломщиков. В 1881 году штат ее уменьшен одним священником.
Гр. Еф. Королев-Антошечкин. Источник: Оренбургские Епархиальные Ведомости № 20 за 1889 г.
