Кого только не забрасывало в Оренбургские края…. В метрических книгах попадались записи о браках, крещениях и смерти прусских, британских, французских и итальянских подданных, поляках и евреях, жителях Азии. Но вот впервые обнаружилась запись о японских подданных.
![]() | ![]() |
В метрической книге оренбургской Воскресенской церкви за 1888 год в графе о рождениях идут подряд две записи о японцах, принявших христианство (ОГАОО. Ф. 173. Оп. 16. Д. 648.):
- 18.04.1888 года – 23‑х лет Константин — просвещен святого крещения японский подданный, идолопоклонник Ковано Сиотаро. Восприемники: Илецкий уездный начальник, полковник Николай Михайлович Краснокутцкий и жена коллежского асессора Александра Николаевна Масленникова.
- 18.04.1888 года – 22‑х лет Николай – просвещен святого крещения японский подданный, идолопоклонник Ковано Чиомац. Восприемники те же.
Если Ковано – фамилия, возможно, это были братья?
Возникла мысль: с какой целью японские «идолопоклонники» поменяли вероисповедание? Ответ нашелся в разделе о бракосочетавшихся.
4.05.1888 года заключен брак
Жених: новокрещенный из идолопоклонников японский подданный Николай Николаев Чиомац (22 года, первый брак);
невеста: государственных имуществ Добрянской волости, деревни Шеманова, отставного солдата Федота Евфимова дочь Анна (19 лет, первый брак).
4.05.1888 года заключен брак
Жених: новокрещенный из идолопоклонников японский подданный Константин Николаев Ковано Сиотаро (23 года, первый брак);
невеста: Алатырского уезда, села Кубая крестьянина Матфея Алексеевича Данилова дочь Агафья (20 лет, первый брак).
Много вопросов возникло в связи с записями в метрической книге.
Эта история получила продолжение. Совершенно неожиданно в архиве нашлось еще одно дело, касающееся одного из данных персонажей – Ковано Сиотаро. Дело Оренбургского Губернского Правления (ОГАОО. Ф. 11. Оп. 2. Д. 3362) содержит документы по принятию русского подданства «идолопоклонника» Ковано Сиотаро.
Японский подданный Ковано Сиотаро, а «по принятому православию Константин Николаев (ич)» написал прошение Оренбургскому губернатору 12 апреля 1901 года «о водворении в пределы Российской Империи»…, а также «о причислении к мещанам города Оренбурга». Ковано Сиотаро указал и адрес проживания в Оренбурге: «во 2‑й части Кузнечного ряда в доме Петра Хомякова».
Губернатор направил полицеймейстеру отношение: для принятия в российское подданство необходимо прошение на имя министра Внутренних дел, а также
«1., в какой местности проживал со времени водворения в России, чем занимался и какие имеет свидетельства об образе жизни, 2., к какому обществу желает и вправе приписаться, 3., в каком городе желает быть приведенным к присяге, а также приложить документы – национальный паспорт и метрическое свидетельство о рождении…»
Однако, к сожалению, нам не суждено узнать дальнейшую судьбу Ковано Сиотаро – Константина Николаевича. Из рапорта оренбургского полицеймейстера оренбургскому губернатору становится известно, что Ковано Сиотаро выбыл из Оренбурга в Орск, что предписание губернатора препровождено Орскому уездному исправнику. Возможно, в архивных фондах имеется документ о принятии японского подданного в российское гражданство.
Стоит отметить, что тщательно изученные метрические книги города Оренбурга и некоторых сел Оренбургской губернии за этот временной период не дали сведений о рождении детей у обоих иностранцев. Скорее всего, они жили в сельской местности, не затронутой вниманием автора.
О порядке вступления иностранцев в российское подданство в XIX — начале ХХ века можно прочитать в статье И.К. Воронина.
Материал подготовила Надежда Курмеева
Источник:













