Положили начало общему войсковому празднику

Соглас­но сви­де­тель­ствам совре­мен­ни­ков, вес­ной 1887 года день свя­то­го Геор­гия отме­чал­ся в Орен­бур­ге осо­бен­но тор­же­ствен­но.

«Наро­да собра­лось такое мно­же­ство, что его не вме­ща­ла пло­щадь»

Автор цик­ла ста­тей «Кое о чём (бесе­ды ста­ро­жи­ла)» в газе­те «Орен­бург­ский листок» вес­ной 1887 года утвер­ждал:

«Орен­бург­ские каза­ки празд­но­ва­ли свой вой­ско­вой празд­ник в пер­вый раз с необы­чай­ным тор­же­ством и цере­мо­ни­ей. Это­му пред­ме­ту я думаю посвя­тить отдель­ную бесе­ду, и наме­рен поде­лить­ся с чита­те­ля­ми как впе­чат­ле­ни­я­ми празд­не­ства, так и воз­буж­дён­ны­ми им мыс­ля­ми».

В раз­де­ле «Хро­ни­ка» попу­ляр­но­го в горо­де пери­о­ди­че­ско­го изда­ния тогда же опуб­ли­ко­ва­ны два сооб­ще­ния, посвя­щён­ные дню свя­то­го Геор­гия, бла­го­да­ря кото­рым мы смо­жем вос­ста­но­вить кар­ти­ну про­ис­хо­дя­ще­го:

«Геор­ги­ев­ский празд­ник (6 мая по ново­му сти­лю. – Т.С.) Орен­бург­ское каза­чье вой­ско спра­ви­ло на сла­ву. На литур­гии в фор­штадт­ской Геор­ги­ев­ской церк­ви при­сут­ство­ва­ли все вой­ско­вые чины, за исклю­че­ни­ем наказ­но­го ата­ма­на, кото­рый не участ­во­вал в празд­ни­ке по болез­ни.

Каза­чий празд­ник начал­ся часов в 9 утра пере­не­се­ни­ем вой­ско­вых зна­мён в цер­ковь свя­то­го Геор­гия в Фор­штад­те. К озна­чен­но­му вре­ме­ни к зда­нию вой­ско­во­го шта­ба (сей­час дом на ул. Ленин­ской, 52. — Т.С.) собра­лись стро­е­вые части, назна­чен­ные в парад и все чины, слу­жа­щие по управ­ле­нию вой­ском, а так­же мно­гие льгот­ные офи­це­ры. Участ­во­вав­шие в пара­де части по при­бы­тии на место для при­ня­тия зна­ме­ни постро­и­лись вдоль Неплю­ев­ской ули­цы (ныне ул. Ленин­ская. – Т.С.) фрон­том к вой­ско­во­му прав­ле­нию, а пра­вым флан­гом про­тив выхо­да из вой­ско­во­го шта­ба. На пра­вом флан­ге — хор вой­ско­вой музы­ки, взвод юнке­ров, левее – пер­вая отдель­ная сот­ня, мест­ная каза­чья коман­да и кон­ная каза­чья бата­рея в пешем строю.

Зна­мё­на были выне­се­ны осо­бо назна­чен­ны­ми каза­чьи­ми юнке­ра­ми. Вслед за зна­мё­на­ми тру­ба­чи бата­реи вынес­ли к сво­ей части сереб­ря­ные тру­бы. По отда­нии чести зна­мё­нам парад напра­вил­ся к церк­ви свя­то­го Геор­гия: впе­ре­ди сле­до­ва­ли по два в ряд скре­щен­ные ввер­ху 46 зна­мён и знач­ков, за ними вой­ско­вые чины, гене­ра­лы, штаб и обер-офи­це­ры; шествие замы­ка­лось вос­ко­вы­ми частя­ми с хором музы­ки во гла­ве. Во вре­мя шествия музы­ка игра­ла народ­ный гимн «Боже, Царя хра­ни!».

По при­хо­де на цер­ков­ную пло­щадь зна­мё­на сто­я­ли близ ана­лоя, выстав­лен­но­го для молеб­на, парад же выстро­ил­ся вдоль пло­ща­ди фрон­том к церк­ви. На левом флан­ге при­стро­и­лись уче­ни­ки орен­бург­ской ста­нич­ной шко­лы в каза­чьей фор­ме с малень­ки­ми шаш­ка­ми. Бла­го­да­ря тёп­лой, хотя и вет­ре­ной пого­де и пом­пез­но­сти пара­да наро­да собра­лось такое мно­же­ство, что его не вме­ща­ла пло­щадь. Мно­го было и мусуль­ман.

На литур­гии прео­свя­щен­ный Мака­рий епи­скоп Орен­бург­ский и Ураль­ский ска­зал каза­кам при­лич­ное тор­же­ству, глу­бо­ко про­чув­ство­ван­ное нази­да­тель­ное сло­во и бла­го­сло­вил пред­сто­я­щих в церк­ви бого­моль­цев ико­ной свя­то­го вели­ко­му­че­ни­ка и Побе­до­нос­ца Геор­гия, избран­но­го покро­ви­те­лем вой­ска. Затем на пло­ща­ди перед наро­дом под сенью вой­ско­вых зна­мён отслу­жен был моле­бен, зна­мё­на и парад окроп­ле­ны свя­той водой».

«Вой­ска про­хо­ди­ли цере­мо­ни­аль­ным мар­шем, дефи­ли­руя мимо зна­мён»

Затем орен­бург­ский ста­ро­жил инфор­ми­ро­вал:

«После молеб­на гене­рал-май­ор Бирк обо­шёл строи пара­да, поздрав­ляя каза­ков с вой­ско­вым празд­ни­ком, после чего вой­ска про­хо­ди­ли цере­мо­ни­аль­ным мар­шем, дефи­ли­руя мимо зна­мён. Не зна­ем, поче­му каза­чьи офи­це­ры, при­сут­ству­ю­щие на пара­де и выстро­ив­ши­е­ся было на пра­вом флан­ге пара­да, не про­хо­ди­ли мимо сво­их зна­мён, а им бы, каза­лось, пер­вым сле­до­ва­ло во гла­ве каза­чье­го строя отдать честь вой­ско­вой свя­тыне.

После цере­мо­ни­а­ла парад со зна­мё­на­ми во гла­ве в том же поряд­ке про­сле­до­вал обрат­но к вой­ско­во­му шта­бу. Моле­бен, совер­шён­ный на пло­ща­ди перед фрон­том налич­ной части каза­чье­го вой­ска, и парад состав­ля­ли сере­ди­ну тор­же­ства. Сорок шесть зна­мён при асси­стен­тах от каза­чье­го юнкер­ско­го учи­ли­ща про­не­се­ны были по пло­ща­ди при цере­мо­ни­аль­ном мар­ше и по окон­ча­нии пара­да скре­щен­ны­ми по два зна­ме­ни, кра­си­во несе­ны до зда­ния вой­ско­во­го шта­ба. Пре­вос­ход­ный каза­чий оркестр про­из­во­дил силь­ное впе­чат­ле­ние, играл отда­чу чести зна­мё­нам и мар­ши.

Здесь кста­ти отме­тить, что шествие пара­да со зна­мё­на­ми носи­ло на себе какой-то моно­тон­ный харак­тер, совсем не свой­ствен­ный воен­но­му тор­же­ству и похо­ди­ло более на цер­ков­ную про­цес­сию, чем на воен­ное шествие.

Конец тор­же­ства состав­ля­ла вой­ско­вая хлеб-соль для каза­чье­го кру­га на дво­ре шта­ба, а для офи­це­ров — в самом зда­нии. Хлеб-соль бла­го­сло­вил прео­свя­щен­ный вла­ды­ка Мака­рий, кото­рый поздра­вил каза­ков с воен­ным празд­ни­ком, про­сил их не забы­вать ска­зан­но­го им на литур­гии сло­ва. Обед офи­це­ров был необы­чай­но мно­го­лю­ден: каза­чья семья заня­ла оба эта­жа штаб­но­го зда­ния. Пер­вый тост испол­ня­ю­ще­го долж­ность наказ­но­го ата­ма­на гене­рал-май­ор П.П. Бирк про­воз­гла­сил за здра­вие Госу­да­ря Импе­ра­то­ра и друж­ное «Ура!» не умол­ка­ло во всё вре­мя, пока оркестр испол­нял гимн «Боже, Царя хра­ни!». Вто­рой тост за Госу­да­ря Импе­ра­то­ра, мило­сти­во под­дер­жи­ва­ю­ще­го каза­чьи вой­ска, про­воз­гла­сил гене­рал вете­ран А.М. Силь­нов, и сно­ва гро­мо­глас­ное «Ура!» не смол­ка­ло дол­го. Так же тор­же­ствен­но был при­нят тост за Авгу­стей­ше­го Ата­ма­на всех каза­чьих войск — Госу­да­ря наслед­ни­ка Цеса­ре­ви­ча. Мно­же­ство дру­гих тостов: за воен­но­го мини­стра, за наказ­но­го ата­ма­на Н.А. Мас­ла­ков­ца, за прео­свя­щен­ней­ше­го гостя епи­ско­па Мака­рия, за вой­ско были при­вет­ство­ва­ны туша­ми оркест­ра и сопро­вож­да­лись кри­ка­ми «Ура!».

За обе­дом пред­став­лен был его прео­свя­щен­ству ста­во­сь­ми­лет­ний казак Кре­мен­цов, ещё бод­рый – он участ­во­вал в заня­тии Пари­жа рус­ски­ми вой­ска­ми и во всех бит­вах после пора­же­ния фран­цу­зов в 1812 году. Прео­свя­щен­ней­ший бла­го­сло­вил вете­ра­на, обнял его и обло­бы­зал. Вой­ско­вой стар­ши­на Буха­рин про­чёл за обе­дом речь по всем пра­ви­лам декла­ма­тор­ско­го искус­ства о свя­зи или род­стве Орен­бург­ско­го каза­чье­го вой­ска с каза­ка­ми, с одной сто­ро­ны, самар­ски­ми, ураль­ски­ми и Алек­се­ев­ски­ми, с дру­гой – с каза­ка­ми исет­ски­ми (челя­бин­ски­ми), кото­рые состав­ля­ли отрасль уда­лых дру­жин Ерма­ка Тимо­фе­е­ви­ча.

Мно­го чита­но было поздра­ви­тель­ных теле­грамм. Вооб­ще вой­ско­вой Геор­ги­ев­ский празд­ник вышел удач­ным на сла­ву. Осо­бен­но же весе­ли­лась каза­чья моло­дёжь. Вой­ско­вой празд­ник сов­пал с хра­мо­вым днём в Фор­штад­те, и пото­му мест­ные каза­ки тор­же­ство­ва­ли сей день вдвойне. На празд­ни­ки при­бы­ли отстав­ные и запас­ные каза­ки из окрест­ных ста­ниц. В чис­ле их были три ста­нич­ных ата­ма­на с при­сво­ен­ны­ми им «насе­ка­ми» в руках».

«Нако­нец выбра­ли себе небес­но­го покро­ви­те­ля»

Завер­шая своё повест­во­ва­ние, наш любез­ный собе­сед­ник в мае 1887 года заявил:

«Так впер­вые отпразд­но­ван вой­ско­вой празд­ник орен­бург­ско­го каза­че­ства. Прав­да, и преж­де в Орен­бур­ге в день свя­то­го Геор­гия назна­чал­ся от каза­ков парад к Геор­ги­ев­ской церк­ви, съез­жа­лись началь­ству­ю­щие лица. Но это­му празд­ни­ку нико­гда не пре­да­ва­лось харак­те­ра обще­го вой­ско­во­го празд­ни­ка, а празд­но­ва­ли его лишь как хра­мо­вой празд­ник Орен­бург­ской ста­ни­цы (т.е. Фор­штад­та. – Т.С.) и одно вре­мя, как день тезо­име­нит­ства наказ­но­го ата­ма­на гене­рал-май­о­ра Его­ра Ива­но­ви­ча фон Зенг­бу­ша.

Вели­кое спа­си­бо и хва­ла вам, ата­ма­ны! Молод­цы, что вы, нако­нец, поло­жи­ли нача­ло обще­му вой­ско­во­му празд­ни­ку, что вы, нако­нец, выбра­ли себе небес­но­го покро­ви­те­ля и при­том тако­го покро­ви­те­ля, кото­рый покро­ви­тель­ству­ет всем пра­во­слав­ным вои­нам, и есть дав­ний покро­ви­тель сна­ча­ла Мос­ков­ско­го госу­дар­ства, а потом и всей матуш­ки Рос­сии. Спа­си­бо ини­ци­а­то­рам дела за уста­нов­ле­ние празд­ни­ка. Орен­бург­ское вой­ско заслу­жи­ло того, что­бы иметь в году свой день, свой празд­ник, кото­рый может отныне почи­тать осо­бым тор­же­ством всей вой­ско­вой семьи, в кру­гу кото­рой мож­но теперь поде­лить­ся про­жи­тым и вспом­нить про былое, порас­ска­зать про ста­ри­ну казац­кую, про собы­тия минув­ших дней.

Хоть и не дли­нён пери­од орен­бург­ской ста­ри­ны, а всё же есть, о чём порас­ска­зать, есть, о чём побе­се­до­вать, всё ж таки про­тек­ло уже полу­то­ра­ста лет с тех пор, как в 1736 году было пове­ле­но стат­ско­му совет­ни­ку Кири­ло­ву обра­зо­вать Орен­бург­ский нере­гу­ляр­ный кор­пус из каза­ков самар­ских и уфим­ских. По наше­му мне­нию, 1736 год – есть имен­но тот год, когда впер­вые появи­лось сло­во «орен­бург­ский казак». С это­го года и ведёт своё нача­ло Орен­бург­ское каза­чье вой­ско. По раз­ным при­чи­нам толь­ко две­на­дцать лет спу­стя раз­бро­сан­ные по вновь устра­и­ва­е­мо­му Орен­бург­ско­му краю орен­бург­ские каза­ки соеди­не­ны были вла­стью одно­го вой­ско­во­го ата­ма­на. Пер­вым вой­ско­вым ата­ма­ном в 1748 году был назна­чен сот­ник Васи­лий Могу­тов. Сле­до­ва­тель­но, в 1886 году испол­ни­лось ров­но 150 лет с тех пор, как обра­зо­ва­но адми­ни­стра­тив­ным путём Орен­бург­ское нере­гу­ляр­ное вой­ско, т.е. соб­ствен­но ста­рые каза­ки самар­ские и уфим­ские, слу­жив­шие в новом краю, полу­чи­ли назва­ние орен­бург­ских.

Про­шло 150 лет, и вот ничтож­ная горсть тех каза­ков раз­рос­лась в гро­мад­ное вой­ско, спо­соб­ное теперь поста­вить в воен­ное вре­мя 18 кон­ных пол­ков и 8 бата­рей. Нема­ло пере­мен в управ­ле­нии, нема­ло раз­лич­ных про­ек­тов испы­та­ло на себе Орен­бург­ское вой­ско за эти полу­то­ра­ста лет, мно­го невзгод вынес­ли на сво­их пле­чах каза­ки, не одну усерд­ную служ­бу сослу­жи­ли они Рос­сии, ведя веко­вую борь­бу с ази­ат­ски­ми вар­ва­ра­ми, защи­щая Русь-матуш­ку от их опу­сто­ши­тель­ных набе­гов и при­ни­мая их беше­ный натиск на свою казац­кую уда­лую грудь. Мно­го в этот дол­гий пери­од борь­бы было совер­ше­но казац­ких подви­гов, прав­да, не гром­ких пото­му, что такие подви­ги были часты и, обра­тив­шись в обыч­ное явле­ние, нигде не запи­сы­ва­лись и не отме­ча­лись.

Несмот­ря, одна­ко, на эти заслу­ги каза­ков, на заслу­ги по устрой­ству Орен­бург­ско­го края, 25 лет тому назад орен­бург­ское вой­ско чуть было не пре­кра­ти­ло своё суще­ство­ва­ние. По про­ек­ту тогдаш­не­го гене­рал-губер­на­то­ра гене­рал-адъ­ютан­та Без­ака пред­по­ла­га­лось орен­бург­ских каза­ков обра­тить в подат­ное сосло­вие. Но бла­го­да­ря дер­жав­ной воле покой­но­го Госу­да­ря Импе­ра­то­ра Алек­сандра Нико­ла­е­ви­ча наши каза­ки оста­лись по-преж­не­му на сла­ву роди­ны каза­ка­ми, дожив до полу­то­рас­то­лет­не­го юби­лея».

Зна­ток орен­бург­ско­го каза­че­ства в 1887 году сето­вал:

«К сожа­ле­нию, вой­ско не име­ет сво­ей раз­ра­бо­тан­ной во всей пол­но­те пись­мен­ной исто­рии, кото­рая если бы была, навер­ное, ука­за­ла, что вме­сте с Сама­рой и Уфой долж­ны были празд­но­вать свой 300-лет­ний юби­лей как потом­ки каза­ков самар­ских и уфим­ских. При­скорб­но и то, что каза­чья орен­бург­ская ста­ри­на не изу­ча­ет­ся её сына­ми и непо­ча­тая ещё ждёт сво­е­го тру­же­ни­ка-лето­пис­ца. Архи­вы в Орен­бур­ге, Сама­ре, Москве ждут раз­ра­бот­ки в отно­ше­нии созда­ния исто­рии Орен­бург­ско­го каза­чье­го вой­ска».

Автор: Татья­на Судор­ги­на
Источ­ник: Вечер­ний Орен­бург, № 18 от 01 мая 2007 г.