Забытая слава оренбургских драгун

Несмот­ря на то, что Оте­че­ствен­ная вой­на 1812 года зани­ма­ет осо­бое место в рос­сий­ской исто­рии, вклад отдель­ных реги­о­наль­ных фор­ми­ро­ва­ний со вре­ме­нем сти­ра­ет­ся из народ­ной памя­ти. Так, в Орен­бур­жье сего­дня ока­зал­ся прак­ти­че­ски забыт Орен­бург­ский дра­гун­ский полк — воин­ская часть, про­шед­шая слав­ный бое­вой путь от запад­ных гра­ниц импе­рии до Пари­жа. О его подви­гах и геро­ях зна­ют лишь спе­ци­а­ли­сты, тогда как для широ­кой обще­ствен­но­сти суще­ство­ва­ние это­го про­слав­лен­но­го соеди­не­ния оста­ет­ся мало­из­вест­ным фак­том.

Ф. А. Рубо. Пано­ра­ма «Боро­дин­ская бит­ва» (фраг­мент).

Меж­ду тем, дра­гу­ны-орен­бурж­цы при­ни­ма­ли самое дея­тель­ное уча­стие в клю­че­вых сра­же­ни­ях эпо­хи, про­яв­ляя исклю­чи­тель­ное муже­ство и стой­кость. Их исто­рия напол­не­на не толь­ко рат­ны­ми дости­же­ни­я­ми, но и име­на­ми выда­ю­щих­ся офи­це­ров, чьи судь­бы ока­за­лись тес­но пере­пле­те­ны с исто­ри­ей края. Что­бы оце­нить мас­штаб их вкла­да в общую побе­ду, необ­хо­ди­мо вос­ста­но­вить хро­но­ло­гию собы­тий и бое­вой путь это­го леген­дар­но­го пол­ка.

*****

Исто­рия фор­ми­ро­ва­ния Орен­бург­ско­го дра­гун­ско­го пол­ка берет нача­ло в 1784 году, когда в Орен­бург­ской губер­нии гене­рал-май­ор Н. С. Шемя­кин, извест­ный уча­сти­ем в рус­ско-турец­кой кам­па­нии, объ­еди­нил Орен­бург­ский и Чер­но­яр­ский поле­вые бата­льо­ны в еди­ную бое­вую еди­ни­цу. Фор­ми­ро­ва­ние под­раз­де­ле­ния про­хо­ди­ло в соот­вет­ствии с ука­зом импе­ра­три­цы Ека­те­ри­ны II.

Лич­ный состав, наби­рав­ший­ся пре­иму­ще­ствен­но из мест­ных жите­лей, был рас­пре­де­лен по пяти эскад­ро­нам, обу­чен­ным веде­нию боя как в кон­ном, так и в пешем поряд­ке. Штат­ная чис­лен­ность под­раз­де­ле­ния состав­ля­ла 845 чело­век: на каж­дый эскад­рон при­хо­ди­лось по 8 офи­це­ров, 13 унтер-офи­це­ров и 148 рядо­вых. Арсе­нал дра­гун вклю­чал саб­ли или пала­ши, ружья со шты­ка­ми и писто­ле­ты, при этом офи­цер­ский состав ружья­ми не осна­щал­ся.

Изна­чаль­но пол­ку пола­га­лось десять поме­ран­це­вых зна­мен, а в нояб­ре 1796 года были утвер­жде­ны новые эле­мен­ты обмун­ди­ро­ва­ния: ворот­ник, лац­ка­ны и обшла­га из чер­но­го сук­на при пуго­ви­цах жел­то­го метал­ла.

В 1796 году часть вошла в струк­ту­ру 11‑й Орен­бург­ской диви­зии. Тогда же часть ниж­них чинов была отчис­ле­на на фор­ми­ро­ва­ние Рыль­ско­го муш­ке­тер­ско­го пол­ка. Год спу­стя части пожа­ло­ва­ли новые штан­дар­ты с золо­той бахро­мой: один с белым кре­стом и четы­ре — с пун­цо­вым. С 31 октяб­ря 1798 года часть вре­мен­но носи­ла имя сво­е­го шефа, назы­ва­ясь Дра­гун­ским гене­рал-май­о­ра Вое­вод­ско­го пол­ком, одна­ко 29 мар­та 1801 года ей было воз­вра­ще­но преж­нее наиме­но­ва­ние, а местом дис­ло­ка­ции опре­де­ле­на Казан­ская губер­ния. Квар­ти­ры для постоя были назна­че­ны в при­го­ро­дах: Биляр­ске, Ста­ро­шеш­мин­ске, Ново­шеш­мин­ске и Заин­ске.

В после­ду­ю­щие годы ряд эскад­ро­нов был выде­лен на состав­ле­ние Лиф­лянд­ско­го, Ямбург­ско­го и Нежин­ско­го пол­ков, вза­мен чего фор­ми­ро­ва­лись новые под­раз­де­ле­ния, в том чис­ле за счет при­со­еди­не­ния эскад­ро­на Сибир­ско­го дра­гун­ско­го пол­ка. 5 фев­ра­ля 1808 года полк вошел в состав 23‑й пехот­ной диви­зии, а 12 октяб­ря 1811 года пере­шел в 9‑ю бри­га­ду 3‑й кава­ле­рий­ской диви­зии.

В этот про­ме­жу­ток вре­ме­ни пере­ме­ще­ние части к запад­ным рубе­жам осу­ществ­ля­лось в рам­ках мас­штаб­ной пере­дис­ло­ка­ции: соглас­но пове­ле­нию импе­ра­то­ра от 24 июня 1808 года, к выво­ду регу­ляр­ных пол­ков из Сиби­ри при­со­еди­нил­ся и Орен­бург­ский дра­гун­ский полк. Общее руко­вод­ство пере­хо­дом трех дра­гун­ских пол­ков было пору­че­но А. А. Ска­ло­ну, кото­рый, оста­ва­ясь шефом Иркут­ско­го пол­ка, был назна­чен коман­ди­ром дра­гун­ской бри­га­ды.

К момен­ту втор­же­ния напо­лео­нов­ских войск в 1812 году полк под коман­до­ва­ни­ем гене­рал-май­о­ра С. В. Дят­ко­ва и непо­сред­ствен­ным руко­вод­ством под­пол­ков­ни­ка Ф. М. Зонен­ба­ха нахо­дил­ся в рядах 1‑й Запад­ной армии М. Б. Барк­лая де Тол­ли. В этот пери­од 3‑й резерв­ный кава­ле­рий­ский кор­пус, в кото­рый вхо­ди­ло под­раз­де­ле­ние, был рас­квар­ти­ро­ван в Бело­сток­ской обла­сти.

Рядо­вой (сле­ва) и тру­бач (спра­ва) Орен­бург­ско­го дра­гун­ско­го пол­ка. Оло­вян­ная мини­а­тю­ра (Киль, Гер­ма­ния). Из собра­ния Мало­я­ро­сла­вец­ко­го воен­но-исто­ри­че­ско­го музея 1812 года.

Внеш­ний облик сол­дат к это­му вре­ме­ни опре­де­лял тем­но-зеле­ный дву­борт­ный мун­дир фрач­но­го типа с высо­ким ворот­ни­ком. Харак­тер­ные для пол­ка чер­ный цвет погон, обшла­гов, отво­ро­тов фалд и ворот­ни­ка, а так­же жел­тый при­бор­ный металл оста­ва­лись неиз­мен­ны­ми. Рядо­вые дра­гу­ны были воору­же­ны писто­ле­та­ми образ­ца 1809 года и глад­ко­стволь­ны­ми ружья­ми калиб­ра 17,7 мм с даль­но­стью стрель­бы до 250 мет­ров, а на каж­дый эскад­рон допол­ни­тель­но выде­ля­лось по 16 нарез­ных шту­це­ров. В холод­ное вре­мя года лич­но­му соста­ву пола­га­лись шине­ли из некра­ше­но­го сук­на, ворот­ни­ки и пого­ны кото­рых повто­ря­ли мун­дир­ную рас­цвет­ку. Так­же извест­но, что запас­ной эскад­рон дис­ло­ци­ро­вал­ся в горо­де Мозы­ре в соста­ве 2‑го резерв­но­го кор­пу­са гене­рал-лей­те­нан­та Ф. Ф. Эрте­ля, а коман­до­ва­ние 3‑м кава­ле­рий­ским кор­пу­сом в ходе кам­па­нии впо­след­ствии пере­шло от П. П. Пале­на к гене­рал-май­о­ру Ф. К. Кор­фу.

Дра­гу­ны были при­пи­са­ны к бри­га­де гене­рал-май­о­ра А. А. Ска­ло­на, дей­ство­вав­шей в соста­ве 3‑го кава­ле­рий­ско­го кор­пу­са П. П. Пале­на. На началь­ном эта­пе бое­вых дей­ствий кор­пус был вынуж­ден отсту­пать от Лиды, рискуя попасть в окру­же­ние кава­ле­рии мар­ша­ла И. Мюра­та и гене­ра­ла Э. Нан­с­у­ти. В ходе арьер­гард­но­го столк­но­ве­ния у местеч­ка Миха­лиш­ки рос­сий­ские кава­ле­ри­сты нанес­ли про­тив­ни­ку суще­ствен­ный урон, что поз­во­ли­ло им про­рвать коль­цо и вос­со­еди­нить­ся с глав­ны­ми сила­ми. Дей­ствия кор­пу­са П. П. Пале­на полу­чи­ли высо­кую оцен­ку даже со сто­ро­ны про­тив­ни­ка: И. Мюрат отме­тил исклю­чи­тель­ную отва­гу рус­ских войск при отступ­ле­нии.

Отли­чил­ся в этих боях и офи­цер Лев Соко­лов: с отря­дом из пят­на­дца­ти това­ри­щей он совер­шил вне­зап­ное напа­де­ние на вра­же­ский аван­гард, уни­что­жив десять фран­цу­зов и взяв плен­ных, за что был повы­шен в зва­нии до штабс-рот­мист­ра.

В ходе даль­ней­ше­го дви­же­ния к Смо­лен­ску бри­га­да А. А. Ска­ло­на успеш­но сдер­жи­ва­ла натиск вось­ми вра­же­ских диви­зий, за что три­жды удо­ста­и­ва­лась лич­ной бла­го­дар­но­сти коман­ду­ю­ще­го арми­ей. Оже­сто­чен­ные бои раз­вер­ну­лись 4–6 авгу­ста у Моло­хов­ских ворот Смо­лен­ской кре­по­сти. Орен­бург­ский полк сов­мест­но с сибир­ски­ми дра­гу­на­ми и каза­ка­ми обес­пе­чи­вал флан­го­вое при­кры­тие Иркут­ско­го пол­ка, дер­жав­ше­го обо­ро­ну в цен­тре. Уси­лия кава­ле­ри­стов не поз­во­ли­ли фран­цу­зам про­бить­ся к мосту через Днепр и отсечь защит­ни­ков горо­да от основ­ной армии, одна­ко в этом сра­же­нии погиб коман­дир бри­га­ды А. А. Ска­лон. Извест­но, что про­тив отря­да Ска­ло­на в этом эпи­зо­де выдви­ну­лась фран­цуз­ская кон­ная диви­зия гене­ра­ла Брю­е­ра. Желая пре­ду­пре­дить ата­ку непри­я­те­ля, гене­рал устре­мил­ся ему навстре­чу и был убит кар­те­чью.

В боях за город постра­дал и шеф пол­ка гене­рал-май­ор С. В. Дят­ков, полу­чив­ший 5 авгу­ста пуле­вое ране­ние в пра­вое пле­чо.

Про­дол­жая бое­вой путь в соста­ве отря­да гене­рал-май­о­ра Ц. А. Крей­ца, 16 авгу­ста полк при­кры­вал отступ­ле­ние 2‑го пехот­но­го кор­пу­са гене­ра­ла К. Ф. Баг­го­ву­та к Вязь­ме. Под уда­ра­ми вра­же­ской кава­ле­рии и стрел­ков дра­гу­ны спе­ши­лись и при под­держ­ке двух кон­ных ору­дий удер­жи­ва­ли обо­ро­ну. Выпол­няя при­каз ата­ма­на М. И. Пла­то­ва сто­ять до ночи, отряд выдер­жал деся­ти­ча­со­вой бой в полу­окру­же­нии, после чего про­шел через горя­щий город и соеди­нил­ся с арми­ей.

Фанен-юнкер (сле­ва) и обер-офи­цер (спра­ва) Орен­бург­ско­го дра­гун­ско­го пол­ка. Оло­вян­ная мини­а­тю­ра (Киль, Гер­ма­ния). Из собра­ния Мало­я­ро­сла­вец­ко­го музея 1812 года.

Во вре­мя Боро­дин­ской бит­вы орен­бург­ские дра­гу­ны дей­ство­ва­ли на левом флан­ге и в цен­тре бое­вых поряд­ков. Спу­стя три часа после нача­ла сра­же­ния рус­ская кон­ни­ца суме­ла выбить непри­я­те­ля из захва­чен­ных Семе­нов­ских фле­шей, после чего полк был отве­ден в тыл цен­траль­ной пози­ции.

О роли кава­ле­рии в этом эпи­зо­де гене­рал-май­ор Ф. К. Корф сооб­щал в рапор­те коман­ду­ю­ще­му 1‑й арми­ей:

«Во вре­мя сра­же­ния сего авгу­ста 26 чис­ла, 2‑й и 3‑й кава­ле­рий­ские кор­пу­са… были рас­по­ло­же­ны за 4‑м и 6‑м кор­пу­са­ми, когда же око­ло полу­дня непри­я­тель обра­тил все свои силы на левый фланг нашей армии… отря­дил я Сум­ской и Мари­у­поль­ский гусар­ские, Кур­лянд­ский и Орен­бург­ский дра­гун­ский пол­ки… для под­креп­ле­ния лево­го кры­ла… Немед­ля уда­рил он поспеш­но с Орен­бург­ским дра­гун­ским пол­ком в сере­ди­ну… кото­рая быст­ро­той сей ата­ки была опро­ки­ну­та и про­гна­на до самых их бата­рей».

Кри­ти­че­ская ситу­а­ция сло­жи­лась око­ло 16:00, когда про­тив­ник занял Кур­ган­ную бата­рею и в обо­роне 6‑го и 7‑го кор­пу­сов обра­зо­ва­лась брешь. Для лик­ви­да­ции про­ры­ва Барк­лай де Тол­ли лич­но напра­вил в контр­ата­ку силы 2‑го и 3‑го кава­ле­рий­ских кор­пу­сов. Вслед за гвар­дей­ски­ми кира­си­ра­ми в бой всту­пи­ли гуса­ры и дра­гу­ны, вклю­чая орен­бурж­цев.

В доне­се­нии М. И. Куту­зо­ву М. Б. Барк­лай де Тол­ли так опи­сы­вал этот кри­ти­че­ский момент:

«В сию затруд­ни­тель­ную мину­ту при­бы­ли на рысях два гвар­дей­ских кира­сир­ских пол­ка, я ука­зал им на непри­я­те­ля, и они с ред­кой неустра­ши­мо­стью устре­ми­лись в ата­ку! Пол­ки Сум­ской, Мари­у­поль­ский… гусар­ские, Сибир­ский, Иркут­ский и Орен­бург­ский дра­гун­ские после­до­ва­ли за ними».

Манев­рен­ная ата­ка рус­ской кава­ле­рии выну­ди­ла фран­цу­зов отсту­пить с боль­ши­ми поте­ря­ми, что при­ве­ло к зату­ха­нию актив­ной фазы сра­же­ния. В ходе бит­вы 26 авгу­ста зна­чи­тель­ный урон понес офи­цер­ский кор­пус: шеф пол­ка гене­рал-май­ор С. В. Дят­ков был вто­рич­но ранен кар­те­чью в кисть пра­вой руки, капи­тан А. Я. Неч­во­ло­дов полу­чил ране­ние в левое ухо, а пол­ко­вой адъ­ютант пору­чик Жуков погиб.

Все­го же за про­яв­лен­ный геро­изм девять офи­це­ров пол­ка, вклю­чая ране­но­го шефа пол­ка, были удо­сто­е­ны зна­ка отли­чия «За храб­рость и неустра­ши­мость».

Бое­вые столк­но­ве­ния про­дол­жа­лись и позд­нее. 29 авгу­ста, через три дня после Боро­ди­на, полк сра­жал­ся в арьер­гар­де у села Крым­ское Мос­ков­ской губер­нии, сдер­жи­вая натиск фран­цу­зов и при­кры­вая отход основ­ных сил к Москве. В этом бою пулей в левую руку был ранен пору­чик В. И. Ники­тин. А 22 сен­тяб­ря, уже в ходе Тару­тин­ско­го манев­ра, когда рус­ская армия пере­хо­ди­ла на Калуж­скую доро­гу, стыч­ки про­изо­шли у села Спас-Куп­ля в Калуж­ской губер­нии. Здесь кон­ту­зию пра­вой ноги полу­чил капи­тан А. П. Кло­ка­чев.

На заклю­чи­тель­ном эта­пе вой­ны полк участ­во­вал в пре­сле­до­ва­нии отхо­дя­щих сил Напо­лео­на. Вый­дя к запад­ным гра­ни­цам импе­рии 17 декаб­ря 1812 года, под­раз­де­ле­ние было пре­об­ра­зо­ва­но в улан­ский полк, сохра­нив при этом свое исто­ри­че­ское наиме­но­ва­ние. Вме­сте с новым ста­ту­сом лич­но­му соста­ву при­сво­и­ли обмун­ди­ро­ва­ние улан­ско­го образ­ца с мали­но­вым при­бор­ным цве­том, шап­ка­ми того же оттен­ка и золо­тым при­бо­ром, а преж­ние штан­дар­ты были сда­ны на хра­не­ние.

В новом ста­ту­се часть про­дол­жи­ла служ­бу в рам­ках Загра­нич­но­го похо­да в соста­ве Поль­ской армии гене­ра­ла Л. Л. Бен­ниг­се­на.

С 1816 года ула­ны были рас­квар­ти­ро­ва­ны в рай­оне горо­да Тор­жок. Летом 1819 года пол­ку при­сво­и­ли крас­ное при­бор­ное сук­но и жел­тые шап­ки, в 1827 году пожа­ло­ва­ли штан­дар­ты с сереб­ря­ным шитьем, а к 1830 году пере­ве­ли на шести­эс­кад­рон­ный состав с пешим резер­вом. В 1831 году полк при­нял уча­стие в усми­ре­нии поль­ско­го вос­ста­ния. Спу­стя два года, в ходе мас­штаб­ной реор­га­ни­за­ции кава­ле­рии, орен­бурж­цы вошли в состав 4‑й лег­кой кава­ле­рий­ской диви­зии, полу­чив номер 7, обмун­ди­ро­ва­ние поль­ских улан и при­няв в свои ряды диви­зи­он рас­фор­ми­ро­ван­но­го Поль­ско­го улан­ско­го пол­ка. А 23 декаб­ря 1841 года в его шта­те был упразд­нен резерв­ный эскад­рон.

Исто­рия пол­ка завер­ши­лась его рас­фор­ми­ро­ва­ни­ем 31 декаб­ря 1851 года. 1‑й и 2‑й эскад­ро­ны были направ­ле­ны в Улан­ский Его Импе­ра­тор­ско­го Высо­че­ства Эрц-Гер­цо­га Австрий­ско­го Кар­ла-Фер­ди­нан­да полк, а 7‑й и 8‑й с пере­да­чей диви­зи­он­ных штан­дар­тов вошли в состав Улан­ско­го Его Импе­ра­тор­ско­го Высо­че­ства Эрц-Гер­цо­га Австрий­ско­го Лео­поль­да пол­ка.

Память о пол­ку сохра­не­на в мону­мен­таль­ном искус­стве и музей­ных собра­ни­ях. Памят­ник геро­и­че­ской части воз­двиг­нут в Смо­лен­ске, а в Воен­ной гале­рее Зим­не­го двор­ца (Эрми­та­же) пред­став­ле­ны рабо­ты худож­ни­ка Джор­джа Доу — порт­ре­ты шефа пол­ка Сте­па­на Дят­ко­ва и Васи­лия Рыко­ва, про­слу­жив­ше­го в части шест­на­дцать лет. Кро­ме того, в гале­рее нахо­дят­ся изоб­ра­же­ния орен­бург­ских воен­ных губер­на­то­ров: Н. Бах­ме­те­ва, В. Перов­ско­го, П. Эссе­на, П. Сух­те­ле­на и В. Обру­че­ва. След пол­ка обна­ру­жи­ва­ет­ся и в исто­рии кули­на­рии: счи­та­ет­ся, что рецепт зна­ме­ни­той гурьев­ской каши, вклю­ча­ю­щий взби­тое яйцо, молоч­ную пен­ку, ман­ную кру­пу и грец­кие оре­хи, при­ду­мал отстав­ной офи­цер орен­бург­ских дра­гун Геор­гий Юри­сов­ский. Он пред­ло­жил блю­до гра­фу Гурье­ву в надеж­де на повы­ше­ние по служ­бе, кото­ро­го, одна­ко, так и не полу­чил.

В самом Орен­бур­ге отдель­но­го памят­ни­ка участ­ни­кам вой­ны 1812 года до сих пор нет. В Губер­на­тор­ском исто­ри­ко-кра­е­вед­че­ском музее дей­ству­ет экс­по­зи­ция, где мож­но най­ти раз­лич­ные арте­фак­ты — от копии часов Напо­лео­на до ору­жия нача­ла XIX века. Одна­ко раз­дел пер­со­на­лий зна­чи­тель­но усту­па­ет сто­лич­но­му: под вывес­кой «Герои-орен­бурж­цы» раз­ме­ще­ны порт­ре­ты все­го четы­рех чело­век. Там нет ни Дят­ко­ва, ни Рыко­ва, ни Кап­це­ви­ча, а вме­сто них пред­став­ле­на лишь иллю­стра­ция Воен­ной гале­реи Эрми­та­жа. Это под­чер­ки­ва­ет тот факт, что Санкт-Петер­бург сумел сбе­речь исто­рию реги­о­на пол­нее, чем место фор­ми­ро­ва­ния пол­ка.

Впро­чем, как отме­ча­ют нерав­но­душ­ные орен­бурж­цы, у такой скуд­но­сти фон­дов есть объ­ек­тив­ные при­чи­ны, и в этом вопро­се сто­ит высту­пить в защи­ту музей­ных работ­ни­ков. Дело в том, что все иму­ще­ство, свя­зан­ное с воен­ны­ми частя­ми — ору­жие, дета­ли сна­ря­же­ния, зна­ме­на, бара­ба­ны — тра­ди­ци­он­но сда­ва­лось в арсе­на­лы, отку­да впо­след­ствии пере­да­ва­лось в собра­ния Госу­дар­ствен­но­го исто­ри­че­ско­го музея, Эрми­та­жа и Музея артил­ле­рии. Посколь­ку ни дра­гу­ны, ни ула­ны, поки­нув реги­он, назад боль­ше не воз­вра­ща­лись, мате­ри­аль­ных памят­ни­ков на месте их фор­ми­ро­ва­ния прак­ти­че­ски не сохра­ни­лось, а созда­ние пол­но­цен­ной экс­по­зи­ции при отсут­ствии под­лин­ных арте­фак­тов пред­став­ля­ет­ся крайне затруд­ни­тель­ным.

Глос­са­рий

• Арьер­гард — часть войск (под­раз­де­ле­ние или соеди­не­ние), выде­ля­е­мая для при­кры­тия глав­ных сил при отступ­ле­нии. В ста­тье упо­ми­на­ет­ся, что Орен­бург­ский дра­гун­ский полк часто дей­ство­вал в арьер­гар­де, сдер­жи­вая натиск фран­цу­зов и давая основ­ной армии вре­мя для манев­ра.
• Дра­гу­ны — вид кава­ле­рии, спо­соб­ной дей­ство­вать как в кон­ном, так и в пешем строю. В отли­чие от тяже­лой кава­ле­рии (кира­сир) или лег­кой (гусар, улан), дра­гу­ны были уни­вер­саль­ны­ми сол­да­та­ми, имев­ши­ми на воору­же­нии не толь­ко холод­ное ору­жие, но и ружья со шты­ка­ми.
• Кур­ган­ная бата­рея (Бата­рея Раев­ско­го) — высо­кое укреп­ле­ние в цен­тре рус­ской пози­ции на Боро­дин­ском поле, клю­че­вой пункт обо­ро­ны. В ста­тье опи­са­но уча­стие орен­бург­ских дра­гун в контр­ата­ке после захва­та бата­реи фран­цу­за­ми.
• Палаш — рубя­ще-колю­щее холод­ное ору­жие с длин­ным пря­мым клин­ком, основ­ное воору­же­ние тяже­лой кава­ле­рии и дра­гун.
• Поме­ран­це­вый цвет — ста­рин­ное назва­ние оран­же­во­го цве­та (от нем. Pomeranze — горь­кий апель­син). В тек­сте упо­ми­на­ет­ся, что изна­чаль­но пол­ку пола­га­лись зна­ме­на имен­но это­го цве­та.
• При­бор­ный металл (при­бор) — цвет метал­ли­че­ских эле­мен­тов уни­фор­мы (пуго­виц, эфе­сов, пря­жек, пет­лиц). В Орен­бург­ском пол­ку был уста­нов­лен жел­тый (золо­той) при­бор­ный металл.
• Рот­мистр — стар­ший офи­цер­ский чин в кава­ле­рии, соот­вет­ство­вав­ший чину капи­та­на в пехо­те. В это зва­ние был про­из­ве­ден офи­цер Лев Соко­лов за подвиг в нача­ле вой­ны.
• Семе­нов­ские фле­ши (Баг­ра­ти­о­но­вы фле­ши) — поле­вые зем­ля­ные укреп­ле­ния в фор­ме тупо­го угла, воз­ве­ден­ные на левом флан­ге рус­ской армии при Боро­ди­но. Место самых оже­сто­чен­ных боев, где дра­гу­ны участ­во­ва­ли в выби­ва­нии про­тив­ни­ка.
• Ула­ны — вид лег­кой кава­ле­рии, воору­жен­ной пика­ми, саб­ля­ми и писто­ле­та­ми. Отли­ча­лись осо­бой фор­мой с квад­рат­ным вер­хом шап­ки (улан­ка). В декаб­ре 1812 года Орен­бург­ский дра­гун­ский полк был пере­фор­ми­ро­ван в улан­ский.
• Фанен-юнкер Орен­бург­ско­го дра­гун­ско­го пол­ка — унтер-офи­цер­ское зва­ние для дво­рян, про­хо­дя­щих служ­бу в ожи­да­нии про­из­вод­ства в пер­вый офи­цер­ский чин (кор­нет). Назва­ние про­ис­хо­дит от немец­ко­го Fahne (зна­мя), так как исто­ри­че­ски имен­но эти воен­но­слу­жа­щие отве­ча­ли за ноше­ние и охра­ну пол­ко­вых штан­дар­тов (зна­мен) в строю.
• Шеф пол­ка — в Рус­ской импе­ра­тор­ской армии почет­ный коман­дир пол­ка (часто гене­рал или член импе­ра­тор­ской семьи), чье имя полк мог носить. Шеф отве­чал за хозяй­ствен­ную часть и инспек­цию, тогда как стро­е­вым управ­ле­ни­ем и веде­ни­ем боя зани­мал­ся пол­ко­вой коман­дир. В тек­сте: шеф — гене­рал-май­ор С. В. Дят­ков, коман­дир — под­пол­ков­ник Ф. М. Зонен­бах.
• Штан­дарт — зна­мя кава­ле­рий­ско­го пол­ка. Отли­ча­лось от пехот­но­го мень­шим раз­ме­ром и фор­мой. Слу­жил сим­во­лом воин­ской чести и ори­ен­ти­ром в бою.
• Шту­цер — нарез­ное ружье. Бла­го­да­ря наре­зам в ство­ле стре­ля­ло даль­ше и точ­нее глад­ко­стволь­ных муш­ке­тов, но заря­жа­лось доль­ше. Выда­ва­лось луч­шим стрел­кам (в Орен­бург­ском пол­ку — по 16 штук на эскад­рон).
• Эскад­рон — основ­ное так­ти­че­ское под­раз­де­ле­ние в кава­ле­рии, соот­вет­ству­ю­щее роте в пехо­те. Чис­лен­ность эскад­ро­на в Орен­бург­ском пол­ку состав­ля­ла око­ло 170 чело­век (офи­це­ры, унтер-офи­це­ры и рядо­вые).

Спи­сок источ­ни­ков:

1. Зло­бин Ю. П. Орен­бург­ские пол­ки в Оте­че­ствен­ной войне 1812 года // Наро­ды Южно­го Ура­ла на стра­же Роди­ны : мате­ри­а­лы кон­фе­рен­ции. — Орен­бург, 2012. — С. 6–21.
2. Мат­ви­ев­ский П. Е. Орен­бург­ский край в Оте­че­ствен­ной войне 1812 года : исто­ри­че­ские очер­ки. — Орен­бург, 1962.
3. Мат­ви­ев­ский П. Е. Орен­бург­ский край и вой­ны с Напо­лео­ном // Аль­ма­нах «Гости­ный двор». — 2012. — № 40. — С. 22–31.
4. Зло­бин Ю. П., Поля­ков А. Н. Исто­рия Орен­бург­ская : учеб­ное посо­бие. Часть 1. — Орен­бург, 2015. — С. 98–108.
5. Савель­зон В. Л. В Боро­дин­ской бит­ве и в «Евге­нии Оне­гине» // Аль­ма­нах «Гости­ный двор». — 2012. — № 39. — С. 327–336.
6. Львов С. В. Кни­га памя­ти офи­це­ров Рос­сий­ской армии, уби­тых и ране­ных в Оте­че­ствен­ной войне 1812 года. — М.: Куч­ко­во поле, 2012.
7. В Орен­бур­жье почти забыт дра­гун­ский полк, участ­во­вав­ший в войне 1812 года [Элек­трон­ный ресурс] // ГТРК Орен­бург. — 29.11.2012.
8. Имен­ной указ гене­рал-фельд­мар­ша­лу Потем­ки­ну… от 24 декаб­ря 1784 г. // Пол­ное собра­ние зако­нов Рос­сий­ской импе­рии (ПСЗРИ). Собр. 1. — Т. 22, № 16111.
9. О пере­име­но­ва­нии Орен­бург­ской инспек­ции в 23‑ю диви­зию : указ от 5 фев­ра­ля 1808 г. // Пол­ное собра­ние зако­нов Рос­сий­ской импе­рии (ПСЗРИ). Собр. 1. — Т. 30, № 22808.
10. Боро­ди­но. Доку­мен­ты, пись­ма, вос­по­ми­на­ния. – М., 1962.
11. Во вла­сти исто­рии: Евге­ний Шобо­до­ев: сбор­ник ста­тей и пуб­ли­ка­ций / сост. А.В. Шобо­до­е­ва. – Иркутск : Оттиск, 2009.

© 2025, «Берд­ская сло­бо­да», Лукья­нов Сер­гей.