Читаем старые газеты: Бердская слобода в наши дни, 1949 год

Чка­лов­цы чтут память А.С. Пуш­ки­на

«Берд­ская каза­чья сло­бо­да при реке Сак­ма­ре… Дво­ров в ней было до двух­сот. Жало­ван­ных каза­ков счи­та­лось до ста…» — писал А.С. Пуш­кин в при­ме­ча­ни­ях к 3 гла­ве «Исто­рии Пуга­че­ва». О Бер­дах в тече­ние всей оса­ды Орен­бур­га, являв­ших­ся став­кой Пуга­че­ва, Пуш­кин упо­ми­на­ет в этой кни­ге, а так­же в пове­сти «Капи­тан­ская доч­ка» несколь­ко раз.

В неболь­шой сло­бод­ке под Орен­бур­гом фор­ми­ро­ва­лись, ско­ла­чи­ва­лись силы повстан­цев: отсю­да они вели оже­сто­чен­ные ата­ки на Орен­бург­скую кре­пость. Из Берд шли воз­зва­ния Пуга­че­ва к кре­стья­нам, к рабо­чим ураль­ских заво­дов, к народ­но­стям Повол­жья.

А.С. Пуш­кин, вели­кий рус­ский пат­ри­от, с осо­бен­ным вни­ма­ни­ем изу­чал геро­и­че­скую исто­рию кре­стьян­ской вой­ны. В авгу­сте 1833 года поэт не без тру­да полу­чил раз­ре­ше­ние напи­сать исто­рию пуга­чев­ско­го вос­ста­ния, выехал к местам собы­тий, неко­гда потряс­ших рус­скую импе­рию. 18 сен­тяб­ря Пуш­кин уже был в Орен­бур­ге. Пере­но­че­вав в горо­де, Пуш­кин утром 19 сен­тяб­ря вме­сте в В.И. Далем — буду­щим соста­ви­те­лем извест­но­го «тол­ко­во­го сло­ва­ря», в то вре­мя слу­жив­шим в Орен­бур­ге, отпра­вил­ся в Бер­ды. Из рас­ска­зов кре­стьян, запи­сан­ных еще в про­шлом сто­ле­тии, живо вос­со­зда­ет­ся кар­ти­на встре­чи вели­ко­го поэта со ста­ри­ка­ми — совре­мен­ни­ка­ми Пуга­че­ва.

…День сто­ял теп­лый, сол­неч­ный. В сло­бо­де было тихо: почти все муж­чи­ны и жен­щи­ны нахо­ди­лись в поле. Пуш­кин и Даль мед­лен­но шли по ули­це. С широ­ких пой­мен­ных лугов ветер доно­сил запах све­же­го сена, осен­них цве­тов… У дома в цен­тре сло­бо­ды спут­ни­ки уви­де­ли бой­кую ста­руш­ку, покри­ки­ва­ю­щую на мно­го­чис­лен­ных вну­чат.

- Бабуш­ка, ты зна­ла Пуга­че­ва? — спро­сил Пуш­кин.

- Зна­ла, зна­ла. Тогда мне было два­дцать лет.

По прось­бе Пуш­ки­на, 75-лет­няя ста­руш­ка Бун­то­ва спе­ла несколь­ко песен о Пуга­че­ве, рас­ска­за­ла о сво­их встре­чах с кре­стьян­ским вождем, о его харак­те­ре, внеш­но­сти. У Бун­то­вой ока­за­лась на ред­кость хоро­шая память. Пуш­кин подроб­но запи­сал ее рас­ска­зы и позд­нее мно­гие из них исполь­зо­вал в «Исто­рии Пуга­чев­ско­го бун­та» и «Капи­тан­ской доч­ке».

Пока Пуш­ки­на раз­го­ва­ри­вал с Бун­то­вой, ста­нич­ный ата­ман собрал боль­шую груп­пу ста­ри­ков, пом­нив­ших Пуга­че­ва. Бесе­да с ними затя­ну­лась на несколь­ко часов. Боль­шая запис­ная книж­ка была запол­не­на. К вече­ру с полей вер­ну­лись кре­стьяне. Сидя на крыль­це, Пуш­кин слу­шал хоро­вод­ные и пля­со­вые каза­чьи пес­ни…

Вплоть до рево­лю­ции облик Берд­ской сло­бо­ды не менял­ся. Как и во вре­ме­на Пуш­ки­на, пой­мен­ные леса под­сту­па­ли к самой сло­бо­де; она не выхо­ди­ла даль­ше овра­гов, опи­сан­ных Пуш­ки­ным.

Теперь быв­шая сло­бо­да раз­рос­лась. Сей­час в ней 4500 жите­лей. По широ­ко­му трак­ту мы въез­жа­ем в Бер­ды. Из репро­дук­то­ров на теле­граф­ном стол­бе дале­ко раз­но­сит­ся голос дик­то­ра. Белые доми­ки сбе­га­ют к бере­гу Сак­ма­ры.

В Бер­дах име­ет­ся своя элек­тро­стан­ция, амбу­ла­то­рия. За годы совет­ской вла­сти здесь созда­на област­ная сель­ско­хо­зяй­ствен­ная опыт­ная стан­ция, постро­е­ны кир­пич­ный завод и завод сма­зоч­ных масел. недав­но в Бер­дах откры­лась лесо­за­щит­ная стан­ция.

В прав­ле­нии кол­хо­за «Ленин­ский луч» нас позна­ко­ми­ли с Алек­сан­дрой Бун­то­вой.

- Бун­то­вых оста­лось немно­го: все­го две семьи. Как буд­то бы при­хо­дим­ся роди­ча­ми той Бун­то­вой, что раз­го­ва­ри­ва­ла с Пуш­ки­ным, — мед­лен­но гово­рит девуш­ка. —  Я пом­ню толь­ко рас­ска­зы деда, умер­ше­го несколь­ко лет назад. Он все быва­ло читал сти­хи: «Буря мглою небо кро­ет, вих­ри снеж­ные кру­тя…» Про­чи­та­ет и спра­ши­ва­ет: «Зна­ешь, кто эти сти­хи напи­сал? Пуш­кин! Дав­ным-дав­но он при­ез­жал в Бер­ды и раз­го­ва­ри­вал с моей пра­ба­буш­кой…» Негра­мот­ный был ста­рик, а сти­хи Пуш­ки­на знал хоро­шо. Где сей­час живут Бун­то­вы? Несколь­ко чело­век учат­ся в вузах Таш­кен­та, Сара­то­ва и Куй­бы­ше­ва… Есть Бун­то­вы в Чка­ло­ве. В нашем кол­хо­зе толь­ко двое Бун­то­вых — я и моя сест­ра Евге­ния. Обе мы окон­чи­ли семи­лет­ку. Сей­час рабо­та­ем в поле­вод­че­ских зве­ньях. В про­шлом году собра­ли хоро­ший уро­жай… Что же вам еще рас­ска­зать? Живем весе­ло, не хуже, чем в горо­де. Все у нас есть — элек­три­че­ство, кино, радио.

Совет­ская власть обно­ви­ла ста­рую сло­бо­ду, при­нес­ла ей свет, куль­ту­ру, изоби­лие.

Твор­че­ство вели­ко­го поэта теперь ста­ло досто­я­ни­ем потом­ков негра­мот­ной кре­стьян­ки Бун­то­вой.

***

Чка­лов­цы не без осно­ва­ния гор­дят­ся тем, что их город, в какой-то мере, свя­зан с жиз­нью и твор­че­ством Пуш­ки­на. Мест­ные кра­е­ве­ды по кру­пи­цам соби­ра­ют мате­ри­а­лы о пре­бы­ва­нии Пуш­ки­на в Орен­бур­ге. Этой теме посвя­ще­но несколь­ко книг, издан­ных мест­ным изда­тель­ством. Об этом рас­ска­зы­ва­ют доку­мен­ты, выстав­лен­ные в кра­е­вед­че­ском музее. Там же нахо­дят­ся бога­тая кол­лек­ция книг о пре­бы­ва­нии Пуш­ки­на в Орен­бур­ге. Под стек­лян­ным кол­па­ком хра­нит­ся одна из гип­со­вых масок, сня­тых с поэта в день смер­ти. В одном из залов выстав­ле­ны кар­ти­на чка­лов­ско­го худож­ни­ка, на кото­рой изоб­ра­жен Пуш­кин, про­гу­ли­ва­ю­щий­ся по бере­гу Ура­ла. В Чка­ло­ве есть Пуш­кин­ская ули­ца. На двух домах в память о пре­бы­ва­нии поэта в Орен­бур­ге при­би­ты мемо­ри­аль­ные дос­ки.

В Орен­бур­ге Пуш­кин про­жил два дня. 20 сен­тяб­ря он выехал в Уральск. В пути он рас­спра­ши­вал ста­рых каза­ков о Пуга­че­ве, его сорат­ни­ках, о бит­вах Пуга­че­ва с цар­ски­ми вой­ска­ми. Поезд­ка в дале­кий Орен­бург­ский край обо­га­ти­ла поэта. Несмот­ря на жест­кие цен­зур­ные усло­вия, она помог­ла ему вер­но изоб­ра­зить исто­рию одной из круп­ней­ших в Рос­сии кре­стьян­ских войн, создать прав­ди­вый образ Еме­лья­на Пуга­че­ва — вождя кре­стьян.

М. Мень­ши­ков

Чка­лов (наш спец. корр)

Источ­ник: Ком­со­моль­ская прав­да, 18 мая 1949 года.