Сегодня мы, читая старые газеты, продолжим знакомиться с историей поселка Берды. В этом нам поможет Литературная страница, опубликованная 24 октября 1936 года в газете «Оренбургская коммуна».
Восстановленный снимок Берд 1936 года. Улица Восстания (бывшие названия Большая, Ленинская), получившая название в память о Крестьянской войне 1773—1775 годов под предводительством Е. И. Пугачева, ставка которого во время осады Оренбурга была на этой улице. Автор: Николай Волгин.
Берды сегодня
В память о великом русском поэте Александре Сергеевиче Пушкине, посетившем в 1833 году Берды для собрания материалов о пугачевском восстании, жива среди казаков станицы. Лишь недавно умерли старики, знавшие казачку Бунтову, которая нарисовала поэту отличный образ Емельяна Пугачева (по личным воспоминаниям).
Сейчас вам покажут место, где стоял домик Бунтовой. Покажут место «золотые палаты» Пугачева, место пугачевских кухонь и стоянки его вольных войск («Сыртяк»).
Бердинские казаки готовятся к годовщине смерти поэта. Горсовет отпустил 20 тысяч рублей для оборудования библиотеки-читальни имени Пушкина. Найден хороший дом. Закуплена первая партия книг. Приобретены мебель, шторы и прочее.
Недавно местные учителя организовали беседы о Пушкине с молодежью и учениками школы для малограмотных взрослых.
В феврале будущего года в Бердах будет устроен пушкинский день. Будут приглашены гости из области.
У дома, где жил Пугачев
86-летняя казачка Акулина Тимофеевна Блинова, урожденная Мордвинцева, живущая в Оренбурге, рассказала нам о пребывании поэта в Бердах нижеследующее:
"В каком году приезжал Пушкин, я не помню, знаю только, что день выдался теплый и ясный. двое каких-то господ, шли по улице: один высокий, другой пониже — курчавый, а у дома, что наискось дома моего отца Мордвинцева, сидела наша бердская казачка Бунтова, имени и отчества не помню. Я была тут же около старушки Бунтовой, которой было лет за шестьдесят и которая оставалась на дому нянчить детей.
Штатские подошли к старушке и, вероятно, увидав, что она очень древняя, один из них — курчавый — спросил Бунтову, не знает ли она что-либо про Пугачева? Старушка ответила, что она все знает про Пугачева и даже песню, что про него сложена. Господа попросили ее спеть. Бунтова спела им одну песню.
- Правда, правда, бабушка, — говорят ей господа, а сами между себя смеются и говорят: «А ну ка, спой еще»! Бунтова еще спела им две песни. Какие слова этих песен, я не упомню, но говорилось про Пугачева, как он воевал, как вешал".
Рассказчица вспомнила, как-будто в них есть лова: «Не умела ты, ворона, ясна сокола поймать».
Все время я смотрела на курчавого господина: у него лицо белое, а губы большие, толстые, да уж очень меня занял ноготь на пальце — длинный-предлинный, у нас таких не носят".
Господа просили показать дом, где жил Пугачев. Бунтова повела их показывать. Дом стоял на Большой улице (прим Л.С. улице Восстания), на углу, на красной стороне. Теперь это место казака Михаила Дмитриевича Козлова. Он был на шесть окон. Со двора открывался чудесный вид на Сакмару, озеро и лес. Сакмара подходила совсем близко ко дворам.
Кучерявый господин похвалил место, говорит: «прекрасное!».
Когда я показал рассказчице поясной портрет Пушкина, она оживилась и сказала: «Он самый! Только вот руку не видать, а уж очень меня заинтересовали ногти на его руке».
Были ли еще у Бунтовой эти «господа», Акулина Тимофеевна не упомнит, но видела, как они «пошли потом от Бунтовой вниз по улице к Сакмаре, а Бунтова возвратилась домой.
«Онамедни тоже приезжали господа и один меня заставлял рассказывать, а другие бабы пришли, да и говорят: »Смотри, старуха, не наболтай на свою голову, ведь это антихрист«. Мы старались ее разуверить: »Да и я думаю так: ведь я говорю правду, не выдумывай, — так, кажись, что тут за беда? Он же — дай Бог ему здоровья! — наградил меня за рассказы. Да тут же с ним был и приятель наш, полковник Артюхов: уж он бы не захотел ввести нас в беду. А бабы-то как было меня напугали! Много их набежало, когда тот барин меня расспрашивал, и песни я ему пела про Пугачева.
Показал он мне портрет: красавица такая написана. Вот, — говорит, — она станет твои песни петь«. Только он со двора, бабы все так на меня и накинулись. Кто говорит, что его подослали, что меня в тюрьму посадят за мою болтовню, кто говорит: »Антихрист! Видела ногти-то у него какие. Да и в писании сказано, что антихрист будет любить старух, заставлять их песни петь и деньгами станет дарить«. Слегла я со страху, велела телегу заложить, везти меня в Оренбург к начальству. Так и говорю: »Смилуйтесь, защитите, коли и чего наплела на свою голову; захворала я с думы«. Те смеются. »Не бойся, — говорят, — это ему сам государь позволил о Пугачеве расспрашивать«. Ну уж я и успокоилась, никого не стала слушать».
103 года назад на этой улице шел А.С. Пушкин вместе со своим другом В.И. Далем, осматривая места «столицы Пугачева» и расспрашивал живых свидетелей огромного крестьянского восстания.
Эта улица, расположенная на берегу Сакмары — начало Берд. С годами вокруг пристраивались новые улицы, пока небольшая слобода не превратилась в столицу. В конце улицы (задний план) стояли кухни войска Пугачева.
Господа просили показать дом, где жил Пугачев. Бунтова повела их показывать. Дом стоял на Большой улице (прим Л.С. улице Восстания), на углу, на красной стороне. Теперь это место казака Михаила Дмитриевича Козлова. Он был на шесть окон. Со двора открывался чудесный вид на Сакмару, озеро и лес. Сакмара подходила совсем близко ко дворам.
