Хулиганы

Одной из глав­ных про­блем Орен­бур­га нача­ла про­шло­го сто­ле­тия были хули­га­ны. При­чем зако­ны моло­дой Совет­ской рес­пуб­ли­ки нару­ша­ли не толь­ко рядо­вые граж­дане, но и лица, при­зван­ные эти зако­ны охра­нять.

«Кара­ул, бьют…», рису­нок И.Сычева, жур­нал «Кро­ко­дил», 1956 год

Прак­ти­че­ски каж­дый день мест­ные газе­ты писа­ли о про­ис­ше­стви­ях, имев­ших место в горо­де. Подоб­ные ново­сти раз­ме­ща­лись руб­ри­ках: «Из зала суда», «Днев­ник про­ис­ше­ствий», «В рабо­чие тис­ки», «Хули­ган­ские про­дел­ки», «На чер­ную дос­ку» и т.д.

На при­ме­ре пуб­ли­ка­ций газе­та «Смыч­ка» и «Орен­бург­ско­го рабо­че­го», рас­смот­рим, о чем писа­ли орен­бург­ские изда­ния в 1925 — 1927 годах. Орфо­гра­фия и пунк­ту­а­ция ори­ги­на­лов сохра­не­ны.

Заме­сти­тель началь­ни­ка ГАО тов. Гор­бу­нов в ста­тье «На борь­бу с хули­ган­ством» рас­ска­зал о ситу­а­ции, сло­жив­шей­ся в горо­де в то вре­мя:

Что­бы выра­бо­тать целе­со­об­раз­ные меры борь­бы с хули­ган­ством необ­хо­ди­мо серьез­но изу­чить при­чи­ны его появ­ле­ния и те фор­мы, в кото­рых оно про­яв­ля­ет­ся.

Хули­ган­ство сей­час раз­ви­то вез­де — в горо­де и деревне, в цен­тре и на окра­ине.

Хули­ган герой ули­цы, а в извест­ное вре­мя и в извест­ных местах — вла­ды­ка ее.

Хули­ган воору­жен кин­жа­лом, и ножом, без­ме­ном, желез­ной пле­тью или пал­кой, а под­час и револь­ве­ром Хули­ган про­ни­ка­ет во все пуб­лич­но-уве­се­ли­тель­ные заве­де­ния… Тол­ка­ет­ся во всех местах скоп­ле­ния пуб­ли­ки.

Слу­ча­ет­ся, что хули­ган­ские тол­пы напа­да­ют на про­хо­жих, изби­ва­ют, режут ножа­ми…

Ком­плек­ту­ет­ся хули­ган­ская мас­са частич­но из рабо­чей, частич­но из деклас­си­ро­ван­ной моло­де­жи, той самой, кото­рая уже состо­ит на уче­те в уго­лов­ном розыс­ке и име­ет ряд при­во­дов, той самой, кото­рая живет толь­ко слу­чай­ной рабо­той, не имея ни опре­де­лен­ной про­фес­сии, ни посто­ян­но­го место­жи­тель­ства.

Одна из при­чин широ­ко­го раз­ви­тия хули­ган­ства — бес­при­зор­ность.

Под опыт­ным руко­вод­ством взрос­лых хули­га­нов из бес­при­зор­ни­ков детей под­го­тов­ля­ют­ся новые хули­ган­ские кад­ры.

Насколь­ко раз­ви­то хули­ган­ство гово­рят циф­ры: за год (с 1 октяб­ря 1924 г. по 1 октяб­ря 1925 г) толь­ко по г. Орен­бур­гу при­вле­че­но к ответ­ствен­но­сти 2123 хули­га­на. Ото­бра­на целая куча хули­ган­ско­го воору­же­ния — ножей, без­ме­нов, палок. Из этих дан­ных мож­но заклю­чить и о рабо­те мили­ции.

Но все же одна мили­ция спра­вить­ся с хули­ган­ством не смо­жет.

Меж­ду тем, в сво­ей рабо­те мили­ция не встре­ча­ет нуж­но­го содей­ствия.

Мили­ция не раз обра­ща­лась в прес­се с при­зы­вом к совет­ским и про­фес­си­о­наль­ным орга­ни­за­ци­ям помочь ей в борь­бе. Отве­та не было.

С целью мораль­но­го воз­дей­ствия мили­ция пуб­ли­ко­ва­ла в газе­те спис­ки задер­жан­ных.

Ни одно учре­жде­ние, ни один проф­со­юз не отклик­ну­лись.

А ведь и чле­ны проф­со­ю­зов попа­да­ют­ся в хули­ган­стве.

Ныне Орен­бург­ский Губерн­ский Адми­ни­стра­тив­ный отдел твер­до поста­вил зада­чей лик­ви­ди­ро­вать хули­ган­ство. Наме­чен ряд реши­тель­ных мер осно­ван­ных на дан­ных изу­че­ния при­чин и форм хули­ган­ства.

Для про­ве­де­ния этих меро­при­я­тий необ­хо­ди­ма самая широ­кая помощь со сто­ро­ны совет­ских, пар­тий­ных и про­фес­си­о­наль­ных орга­ни­за­ций.

Насе­ле­ние так­же долж­но ока­зы­вать мили­ции посиль­ное содей­ствие, как при задер­жа­нии хули­га­нов, так и сооб­ще­ни­ем о них све­де­ний — местах их сбо­рищ и пр.

Хули­ган­ство будет изжи­то толь­ко общи­ми уси­ли­я­ми.

В этой же ста­тье заве­ду­ю­щий Зав культ­от­де­лом ГСПС тов. Гужи­нов­ский рас­ска­зал о недо­ста­точ­ной куль­тур­но-про­све­ти­тель­ской рабо­те с насе­ле­ни­ем, из-за чего оно ищет аль­тер­на­тив­ные «спо­со­бы раз­вле­че­ния».

Быст­ро­дей­ству­ю­ще­го сред­ства, кото­рое бы сра­зу изжи­ло хули­ган­ство, я не знаю. Нуж­ны дли­тель­ные общие уси­лия.

Нуж­на дли­тель­ная куль­тур­но-про­све­ти­тель­ная рабо­та. Толь­ко мас­со­вая культ­ра­бо­та изжи­вет мас­со­вое хули­ган­ство.

Хули­га­нит моло­дежь, кото­рой неку­да при­ло­жить свою энер­гию, неку­да деть свой досуг. Наши клу­бы? Они еще сла­бы. Втя­нут в клуб­ную жизнь толь­ко актив, мас­са вне клу­ба… Толь­ко в тор­же­ствен­ных слу­ча­ях она запол­ня­ет клуб и выслу­ши­ва­ет тор­же­ствен­ные речи.

Одно из бли­жай­ших меро­при­я­тий в борь­бе с хули­ган­ством уси­ле­ние клуб­ной рабо­ты. Хоро­шая книж­ка, газе­та, жур­нал, ком­со­моль­ская рабо­та в мас­сах, хоро­шее кино… стрел­ко­вые сек­ции, дея­тель­ная ячей­ка физ­куль­ту­ры… уют­ная обста­нов­ка… нако­нец, хоро­ший деше­вый буфет…

Вопрос о борь­бе с хули­ган­ством мы соби­ра­ем­ся поста­вить на повест­ку дня всех общих собра­ний проф­со­ю­зов.

Для раз­ра­бот­ки куль­тур­ных мер борь­бы мы созы­ва­ем сове­ща­ние всех проф­со­юз­ных культ­ра­бот­ни­ков…

Для уточ­не­ния мер борь­бы с хули­ган­ством необ­хо­ди­мо про­во­дить обсле­до­ва­ние задер­жи­ва­е­мых в целях выяс­не­ния их соци­аль­но­го поло­же­ния.

Что каса­ет­ся репрес­сив­ных мер, то для злост­ных хули­га­нов без них не обой­тись.

Бро­са­ет­ся в гла­за в ста­тье тов. Гужи­нов­ско­го его упо­ми­на­ние о том, что в клу­бах долж­ны быть «уют­ная обста­нов­ка… нако­нец, хоро­ший деше­вый буфет…». 

То, что из себя пред­став­лял Орен­бург­ский обще­пит того вре­ме­ни мож­но узнать из ста­тьи «Моно­поль­ная пьян­ка», так­же опуб­ли­ко­ван­ной в декаб­ре 1925 года:

С выпус­ком «соро­ко­гра­дус­ной» осо­бен­но силь­но раз­ви­лось пьян­ство сре­ди рабо­чих и маши­ни­стов депо Орен­бург. Про­да­жей вина зани­ма­ет­ся «моно­поль­но» на ст. Орен­бург I ТПО в буфе­тах и в осо­бен­но­сти в буфе­те III клас­са. Самый ходо­вой товар — очи­щен­ная и закус­ка к ней — огур­чи­ки, селе­доч­ка и дру­гое…

Очи­щен­ная при­во­зит­ся почти еже­днев­но и целы­ми воза­ми, в осо­бен­но­сти в дни полу­чек и конеч­но, вся рас­хо­ду­ет­ся.

Пьют про­ез­жа­ю­щие «пас­са­жи­ры тре­тье­го клас­са» — кре­стьяне и рабо­чие и глав­ным обра­зом, рабо­чие и маши­ни­сты депо Орен­бург.

Пьют они от того, что «живи­тель­ную вла­гу» все­гда име­ют под рукой.

Отто­го, что рабо­чие пьют, идучи с рабо­ты, осо­бен­но боль­шо­го вре­да для желез­но­до­рож­но­го хозяй­ства нет. Гораз­до хуже дело обсто­ит, когда маши­ни­сты и рабо­чие идут на рабо­ту пья­ны­ми. От того, что они выхо­дят пья­ны­ми, нано­сит­ся вред и боль­шой вред желез­ной доро­ге, пото­му что пор­ча мате­ри­а­ла и подвиж­но­го соста­ва паро­во­зов име­ет место.

Кро­ме того, запив и про­пи­вая часть и, неред­ко боль­шую, зара­бот­ка и не явля­ясь по несколь­ко дней домой, рабо­чий или маши­нист нано­сит ущерб семье…

Из-за доступ­но­сти алко­го­ля быва­ли смер­тель­ные слу­чаи:

Кон­тор­щик 3‑го участ­ка Служ­бы пути Гусев Кон­стан­тин и зав. шко­лой ст. Орен­бург II Боло­тов Иван, в ночь под 14‑е нояб­ря, так усерд­но при­кла­ды­ва­лись в буфе­те к пол­бу­ты­лоч­кам, что про­зе­ва­ли паро­воз, с кото­рым пред­по­ла­га­ли ехать на Орен­бург II-ой.

Рас­пив чет­вер­тую пол­бу­ты­лоч­ку вдво­ем и пятую с дву­мя рабо­чи­ми, пив­ши­ми по сосед­ству, реши­ли отпра­вить­ся домой на Орен­бург II-ой пеш­ком по путям.

В резуль­та­те тов. Гусев обна­ру­жен заре­зан­ным на путях, а тов. Боло­тов добрел до стре­лоч­ной буд­ки, где и спал до утра.

Такой слу­чай не дол­жен остать­ся не заме­чен­ным и необ­хо­ди­мы сроч­ные меры.

Тот факт, что в буфе­те мож­но напить­ся до отка­за, гово­рит за то, что со сто­ро­ны соот­вет­ству­ю­щих аген­тов нет над­ле­жа­ще­го над­зо­ра и что буфе­то­со­дер­жа­тель увле­ка­ет­ся «заши­ба­ни­ем денег» за счет «сла­бо­сти» пью­щих.

Счи­таю необ­хо­ди­мым пред­ло­жить сле­ду­ю­щее: уста­но­вить осо­бый над­зор за буфе­том, уда­ляя «увле­ка­ю­щих­ся» напит­ка­ми, одно­вре­мен­но обя­зав буфе­то­со­дер­жа­те­ля пре­кра­тить отпуск вина хотя бы и слег­ка выпив­шим.

В том же декаб­ре газе­та опи­са­ла ситу­а­цию, сло­жив­шу­ю­ся на Орле­се.

Пьян­ка, к сожа­ле­нию, не мино­ва­ла и наш Орлес. Дока­зы­ва­ет это мно­же­ство заме­ток, кото­рые посту­па­ют в стен­га­зе­ту «Орле­со­вец».

Замет­ки эти очень харак­тер­ны: здесь, напри­мер, рабо­чие пре­под­но­сят само­гон стар­шим, там ком­со­мо­лец зани­ма­ет день­ги у бес­пар­тий­ных деву­шек на покуп­ку само­го­на и день­ги не воз­вра­ща­ет. Тре­тья замет­ка гово­рит о том, что стан­ко­вые побро­са­ли свои рамы и «гуля­ют» во всю. Пьян­ка захва­ты­ва­ет и работ­ниц.

Вме­сте с пьян­ством раз­ви­ва­ет­ся симу­ля­ция, а это уже «дело дрянь»… 

Неуди­ви­тель­но, что стра­ни­цы мест­ной прес­сы пест­ри­ли сооб­ще­ни­я­ми о раз­лич­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях. Вот лишь неко­то­рые при­ме­ры:

Тоже борь­ба с хули­ган­ством. При клу­бе име­ни Цвил­лин­га пьян­ство не то, что­бы про­цве­та­ет, но есть.

По суб­бо­там и вос­кре­се­ньям вызы­ва­ют­ся мили­ци­о­не­ры целы­ми десят­ка­ми, но толк от них неболь­шой. Забив­шись в ряды пре­спо­кой­но сидят и семеч­ки лущат.

А око­ло клуба—хулиганство, визг, крик.

Нель­зя вый­ти и вой­ти в две­ри, в кас­се свеч­ку тушат, одним сло­вом, нет тех поряд­ков, для уста­нов­ле­ния кото­рых и вызва­ны мили­ци­о­не­ры.

Кажет­ся, ясно — для того и мили­ция, что­бы хули­ган не хули­га­нил, а у наших мили­ци­о­не­ров взгля­ды кажет­ся иные.

Уму разу­му научат. На толч­ке как и подо­ба­ет тол­чея. Заман­чи­во сто­ят «бик­сы» и дру­гие игры.

- Под­хо­ди, нале­тай, сча­стье спы­тай. — зазы­ва­ют хозя­е­ва.

В вот и «Орлян­ка». Сре­ди воров­ской бра­тии в боль­шом ходу пого­во­роч­ка.

- Орлик поит и кор­мит, обу­ва­ет, оде­ва­ет и уму разу­му научит!

Пого­во­роч­ка вер­на. Здесь обыг­ра­ли граж­да­ни­на, а там кре­стьян.

- При­е­хал в город по делам и чуть ли не весь кар­ман рас­тряс у этих жули­ков.

Но поте­рян­но­го не воро­тишь. Спе­цы. «Орлян­щи­ки» еже­днев­но под­счи­ты­ва­ют «бла­го­при­об­ре­тен­ное»…

Не ошиб­лась ли «сошед­шая с пути» бра­тия. Как бы уму разу­му не научи­ла мили­ция, а то и где-нибудь покреп­че. Пора бы! Стон сто­ит…

Днев­ник про­ис­ше­ствий. Задер­жа­на. Из меха­ни­че­ской пра­чеч­ной (Арен­до­ван­ные места) про­из­во­ди­лись систе­ма­ти­че­ские мел­кие кра­жи белья. 10 мар­та с полич­ным попа­лась слу­жа­щим пра­чеч­ной Ксе­ния Васи­лье­ва при­го­то­вив­шая выне­сти в узе­лоч­ке две ниж­них рубаш­ки.

При обыс­ке на квар­ти­ре Васи­лье­вой обна­ру­же­но поря­доч­ное коли­че­ство раз­но­го белья и 9 буты­лок само­го­на. Васи­лье­ва задер­жа­на, про­из­во­дит­ся дозна­ние.

Уго­лов­ным розыс­ком в мага­зине ЦРК задер­жа­на гр. Казя­ки­на. Похи­ти­ла пару боти­нок.

Через окно из квар­ти­ры Г.П. Гор­ба­тых неиз­вест­ным зло­умыш­лен­ни­ком, раз­бив­шим окно, похи­ще­ны с помо­щью шеста, снаб­жен­но­го крю­ком: жилет, брю­ки и т.д. на 48 руб. Кра­жа совер­ше­на почти на гла­зах хозяй­ки квар­ти­ры.

Кра­жи. У Г. Евсю­ко­ва похи­ще­ны домаш­ние вещи на 80 руб­лей. У М. Набат­чи­ко­вой укра­де­но на 200 руб­лей раз­но­го пла­тья.

Кра­жа в биб­лио­те­ке име­ни Пуш­ки­на. 8 декаб­ря неиз­вест­ные зло­умыш­лен­ни­ки, выбив окон­ное стек­ло, похи­ти­ли 19 книг «Боль­шой энцик­ло­пе­дии», 22 кни­ги собра­ний сочи­не­ний Доб­ро­лю­бо­ва, газе­ты и жур­на­лы, все­го на сум­му 100 руб­лей.

На само­гон­ном фрон­те. Соглас­но аген­тур­ных све­де­ний, мили­ци­ей 2 рай­о­на был про­ве­ден в ночь на 7 декаб­ря ряд обыс­ков у злост­ных само­гон­щи­ков и шин­ка­рей. Ото­бра­но свы­ше 6 чет­вер­тей само­го­на и «очи­щен­ной». К уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти по 140 ст. У.К. при­вле­че­ны Д. Шер­вин­це­ва, М. Рыбал­ки­на, В. Насед­ки­на, Е. Лебе­де­ва, П. Гор­ских и а. Соро­ки­на.

Нель­зя ска­зать, что в то вре­мя не про­во­ди­лась вой­на с само­го­но­ва­ре­ни­ем. Так за 6 меся­цев 1925 года «мили­ци­ей было ото­бра­но по всей губер­нии 254 вед­ра само­го­на, 2708 ведер заквас­ки и 217 само­гон­ных аппа­ра­тов на ходу», из кото­рых на Орен­бург при­шлось «40 ведер само­го­на, 427,5 ведер заквас­ки и 41 аппа­рат»… Но это­го было явно не доста­точ­но.

Про­то­кол похож­де­ний помощ­ни­ка бранд­мей­сте­ра Ели­се­е­ва. В 4‑й пожар­ной часта, помощ­ник бранд­мей­сте­ра тов. Ели­се­ев заме­ча­тель­ней­шая лич­ность в смыс­ле «пья­ных» похож­де­ний и дра­ки.

На днях, напри­мер, при­шел в конюш­ню и покрыл всех матом. Один из пожар­ни­ков, было одер­нул его, но полу­чил хоро­ше­го «ту­мака».

Номер два. Не так дав­но увел вновь при­ня­то­го пожар­ни­ка яко­бы в цирк, а вме­сто цир­ка завел куда-то к само­гон­щи­ку, где избил его запор­кой от две­ри…

Номер три. На одной из пло­ща­дей, с пья­ных глав, давал мили­ци­о­нер­ский сви­сток и кри­чал «дай­те нож». Услы­шал его при­зыв калан­че­вой на посту и в 3 часа ночи была вызва­на дежур­ная сме­на.

При­ве­ли «ува­жа­е­мо­го» помощ­ни­ка бранд­мей­сте­ра в «дре­зи­ну» пьяно­го. Сюда же явил­ся один моло­дой пожар­ник с жало­бой, что его Ели­се­ев избил. За это полу­чил от рас­хо­див­ше­го­ся пом­бранд­мей­сте­ра новый удар в щеку.

О «номе­рах» этих было заяв­ле­но в мест­ком, но мест­ком — ноль вни­ма­ния: «не наше, гово­рит, дело».

Вста­ли в тупик и не зна­ем ку­да обра­тить­ся за помо­щью…

Хули­ган­ские про­дел­ки. Под дулом нага­на. 9 мар­та око­ло 6 часов вече­ра на Николь­ской ули­це (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: Совет­ской ули­це), к пере­пол­нен­но­му пас­са­жи­ра­ми авто­бу­су по­дошел пья­ный субъ­ект, пытав­ший­ся вой­ти в авто­мо­биль сверх ком­плек­та. Кон­дук­тор (№8) отка­зал. Незна­ко­мец вы­хватил наган и напра­вил его на пас­са­жи­ров. Под­ня­лась пани­ка. Авто­мо­биль с места раз­вил ско­рость и успел скрыть­ся. Выяс­ни­лось, что неиз­вест­ный, вызвав­ший пани­ку гр. Гор­ше­нин, слу­жа­щий мили­ции.

Побо­и­ще в амбу­ла­то­рии. 9 мар­та днем в цен­траль­ной амбу­ла­то­рии на при­ем ко вра­чу Доб­ры­ни­ной явил­ся в пья­ном виде Геор­гий Веж­лев. Недо­воль­ный отве­том Доб­ры­ни­ной Веж­лев всту­пил с ней в пре­ре­ка­ния, стал ругать­ся нецен­зур­ны­ми сло­ва­ми, а затем избил одно­го из боль­ных, пытав­ше­го­ся всту­пить­ся за вра­ча. Веж­лев без­на­ка­зан­но скрыл­ся из амбу­ла­то­рии.

Мошен­ни­че­ство. При­бли­зи­тель­но в янва­ре сего года 6 воз­чи­ков дров — Сви­сту­нов Егор, Пуч­ков Васи­лий, Голо­вин Иван и др. позна­ко­ми­лись с неким Мана­ко­вым Пав­лом, назвав­шим­ся «упол­но­мо­чен­ным Губ­пла­на, по сда­че дров и угля в Крас­но­холм»

После пере­го­во­ров «упол­но­мо­чен­ный» заклю­чил с воз­чи­ка­ми дого­вор на пере­возку и в залог выпол­не­ния под­ря­да взял 875 руб­лей денег.

Что­бы заво­е­вать дове­рие воз­чи­ков, Мана­ков ходил с ними в Губ­фо, в Гос­банк, зво­нил по теле­фо­ну в Губ­план. День­ги «упол­но­мо­чен­ный» взял с целью пере­дать кому — сле­ду­ет в Губ­плане на вечер­нем засе­да­нии.

Полу­чив день­ги, Мана­ков скрыл­ся. В Губ­плане он не слу­жил.

9 янва­ря 1927 г. губерн­ская газе­та «Смыч­ка» пре­ду­пре­жда­ла чита­те­лей об уча­стив­ших­ся слу­ча­ев мошен­ни­че­ства, осо­бен­но в отно­ше­нии при­ез­жих.

Под­кид­чи­ки, Так назы­ва­ют осо­бую кате­го­рию мошен­ни­ков. Боль­ше все­го и очень часто от под­кид­чи­ков стра­да­ют при­ез­жие сель­чане.

Опе­ри­ру­ют под­кид­чи­ки все­гда вдво­ем или втро­ем. Под­бра­сы­ва­ет­ся узе­лок, коше­лек или бумаж­ник. Один из сообщ­ни­ков на гла­зах зара­нее высле­жен­но­го хле­бо­ро­ба, у кото­ро­го извест­но, что есть день­ги, под­ни­ма­ет, яко­бы, уте­рян­ный коше­лек. Пред­ла­га­ет день­ги раз­де­лить и уво­дит хле­бо­ро­ба в укром­ное место. Там к ним при­со­еди­ня­ет­ся вто­рой мошен­ник, заяв­ля­ет, что они под­ня­ли его бумаж­ник или узе­лок и тре­бу­ет обыс­ка.

Обыч­но, кре­стья­нин, не подо­зре­вая худо­го, пока­зы­ва­ет свой кошель или дает себя обыс­кать.

Но под­кид­чик не кра­дет кре­стьян­ских денег откры­то. Посмот­рев, он обыч­но гово­рит, что это не его, и тща­тель­но завер­нув, яко­бы воз­вра­ща­ет хле­бо­ро­бу его день­ги.

На самом же деле кре­стьян­ские пятер­ки и треш­ни­цы лов­ко и неза­мет­но пря­чут­ся, и заво­ра­чи­ва­ет­ся газе­та или кури­тель­ная бума­га.

После это­го пре­ступ­ни­ки под раз­ны­ми пред­ло­га­ми раз­бе­га­ют­ся.

Быва­ет, что вто­рой под­кид­чик, най­дя у пер­во­го коше­лек, уво­дит его, яко­бы, в мили­цию.

Кре­стья­нин обыч­но обна­ру­жи­ва­ет мошен­ни­че­ство уже тогда, когда зло­умыш­лен­ни­ки скро­ют­ся.

Утром 6 янва­ря такой слу­чай был с при­ез­жим кре­стья­ни­ном В. Шаро­но­вым. У него взя­то под­кид­чи­ка­ми 62 руб.

Поздра­ви­ли «с доб­рым утром». Те воры, кото­рые при кра­жах не совер­ша­ют взло­мов, поль­зу­ясь слу­чай­но откры­ты­ми две­ря­ми, име­ну­ют­ся ,поздра­ви­те­ля­ми с доб­рым утром". Одним из таких позд­ра- вите­лей у С. Г. Умо­вой похи­ще­на из перед­ней шуба. Парад­ная дверь была откры та. Кра­жа совер­ше­на днем.

Мода на голу­бей. В ночь на 12‑е мар­та из сарая дома №33 по Шошин­ской ули­це (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: Малы­шев­ской ули­це) выкра­де­но 12 голу­бей сто­и­мо­стью в 30 руб­лей. Насто­я­щая кра­жа — тре­тья за послед­ние две неде­ли.

Кра­жа белья. Из сарая дома № 7 по Деев­ской пло­ща­ди (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: ули­це Чиче­ри­на) ран­ним утром 12 мар­та выкра­де­но белье граж­да­ни­на Шила­мут­ди­но­ва все­го на 50 с лиш­ком руб­лей.

Пред­ва­ри­тель­ная покуп­ка. Днем 15 мар­та почув­ство­ва­ла себя дур­но слу­жа­щая Моск­во­швея Луки­на Ана­ста­сия, позавтра­кавшая балы­ком, куп­лен­ным в гастро­но­ми­че­ском мага­зине Гума­ро­ва на Коопе­ра­тив­ной ули­це (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: ули­це Киро­ва). Луки­на отправ­ле­на в Губерн­скую боль­ни­цу. Балык для иссле­до­ва­ния пере­дан в Бак­те­рио­ло­ги­че­ский Инсти­тут.

Кра­жа доку­мен­тов. Постра­да­ли П. М. Мака­ров и X. Ерул­лин. Пер­вый, отстав­ший от поез­да №4, зано­че­вал на вок­за­ле ст. Орен­бург. Доку­мен­ты, в чис­ле кото­рых было и удо­сто­ве­ре­ние лич­но­сти, похи­ще­ны во вре­мя сна.

У вто­ро­го пас­порт и дру­гие бума­га выта­ще­ны из кар­ма­на во вре­мя сто­я­ния в оче­ре­ди тоже на стан­ции око­ло пер­рон­ной лав­ки.

Удо­вле­тво­ри­лись мукой. В ночь на 14 мар­та в д. 13 по Кара­ван-Сарай­ской ули­це пыта­лись про­ник­нуть зло­умыш­лен­ни­ки, через парад­ный ход не уда­лось. Пере­лез­ли во двор через воро­та. Взло­ма­ли у сара­ев 3 вися­чих зам­ка и похи­ти­ли 5 пудов муки.

Кра­жа в дис­пан­се­ре. Из тубер­ку­лез­но­го дис­пан­се­ра поме­ща­ю­ще­го­ся по Тро­иц­кой ули­це (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: ули­це Кобо­зе­ва) в доме № 11/7 похи­ще­ны в ночь на 15 мар­та боль­шие стен­ные часы, кле­ен­ка, белье хала­ты общей сто­и­мо­стью 87 руб­лей.

«Руки вверх!» 13 мар­та око­ло 10 часов вече­ра на углу Сурин­ской ули­цы (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: ули­цы Пост­ни­ко­ва) и Вос­кре­сен­ской (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: Про­ле­тар­ской ули­цы) Гале­ут­ди­но­ва Нур­му­ха­ме­та оста­но­ви­ли чет­ве­ро неиз­вест­ных, воору­жен­ных нага­на­ми и желез­ным ломи­ком. Забра­ли золо­тые часы и 200 руб­лей денег и скры­лись.

Афе­ри­сты выду­ма­ли новый вид про­фес­сии. Несколь­ко чело­век садят­ся на кры­шу с удой и крю­ком. На тихом ходу они эту уду забра­сы­ва­ют в откры­тое окно, захва­ты­ва­ют крю­ком вещи, дают свист­ком сиг­нал сообщ­ни­ку вни­зу и сбра­сы­ва­ют вещи под откос. На них идет ожив­лен­ная охо­та пал­ка­ми, дубин­ка­ми и не без успе­ха.

Налет на кол­бас­ную Нахма­на. В ночь на 18 мая (прим. «Берд­ской сло­бо­ды»: 1927 года) несколь­ки­ми гро­ми­ла­ми совер­шен налет на кол­бас­ную Нахма­на в доме №35 по Совет­ской ули­це. Зло­умыш­лен­ни­ки про­ник­ли спер­ва через окно со дво­ра в пусту­ю­щее поме­ще­ние ресто­ра­на «Мак­сим». Отту­да, про­де­лав отвер­стие в дере­вян­ной две­ри и откры­ли каким-то спо­со­бом запер­тую на засов желез­ную дверь, гро­ми­лы забра­лись в кол­бас­ную Нахма­на. Уго­стив­шись там конья­ком и закус­ка­ми и забрав с собой раз­ных кол­бас­ных това­ров зло­умыш­лен­ни­ки вер­ну­лись обрат­но в ресто­ран, где на кухне про­дол­жа­ли свою пируш­ку. Уго­лов­ным розыс­ком трое налёт­чи­ков задер­жа­но. Общее коли­че­ство похи­щен­но­го пока не уста­нов­ле­но. Неко­то­рые това­ры кол­бас­ной най­де­ны.

Весе­лый народ. На ст. Кру­то­ро­же­но все­гда весе­лый народ, пото­му что само­гон­но­го зелья хва­та­ет и даже оста­ется. Но весе­лье это до хоро­ше­го не дово­дит.

Пер­вым себя пока­зал ПДР Уткин, чуть-чуть не заду­шив­ший ремонт­но­го рабо­че­го Куз­не­цо­ва. За это дело было поста­нов­ле­но общим собра­ни­ем пере­ме­стить его за неод­но­крат­ное хули­ган­ство куда-нибудь даль­ше, но и до сих пор его не могут убрать.

Вто­рой слу­чай — с ремонт­ным рабо­чим, кото­рый с шум­но­го весе­лья гро­зит вооб­ще всем, и дебо­ши­рит. От этом было заяв­ле­но тому же ПЧ, но тот отпи­сы­ва­ет­ся «не мое дело».

Но, по наше­му, ПЧ все-таки дол­жен поза­бо­тить­ся рас­са­дить таких людей по кури­ным гнез­дам для отды­ха. Нам таких хули­га­нов не нуж­но.

В это же вре­мя на рабо­чих местах «вошло в моду» «щупа­ние».

<…> Если пой­ма­ют какую жен­щи­ну, сгре­бут ее и чело­век 5—6 начи­на­ют жать, да щупать. Жен­щи­нам от тако­го вни­ма­ния, от таких ласк не слад­ко при­хо­дит­ся, да и рабо­та минут на 15 оста­нав­ли­ва­ет­ся. А это в день—то не раз слу­ча­ет­ся, так что про­из­во­ди­тель­ность тру­да у нас туго под­ни­ма­ет­ся.<…>

Пьян­ки и дра­ки были «обя­за­тель­ным» риту­а­лом «свет­ских» меро­при­я­тий:

На окра­и­нах по ино­му кло­ко­чет жизнь. <…>

За горо­дом в степь по пре­крас­но­му зеле­но­му ков­ру тянут­ся при­зе­ми­стые построй­ки Крас­но­го город­ка.

Рань­ше, в знак пре­не­бре­же­ния, эта окра­и­на, засе­лен­ная чума­зой сине­блу­зой голыть­бой, язви­тель­но име­но­ва­лась Наха­лов­кой.<…>

В свое­об­раз­ной жиз­ни рабо­чей окра­и­ны, в соци­аль­но-быто­вых склад­ках ее насе­ле­ния скры­то мно­го харак­тер­ных осо­бен­но­стей. Здесь мож­но най­ти и реаль­но вопло­щен­ные вея­ния наших дней, здесь же най­де­те и чудо­вищ­ное соче­та­ние всех поро­ков… И самое рас­про­стра­нен­ное из них — пьян­ство.

Сумер­ки празд­нич­ных дней здесь обыч­но встре­ча­ют­ся бес­связ­ным гамом пья­ной вата­ги.

Поно­жов­щи­на все­гда сопро­вож­да­ет эти гулян­ки. Так вошло в оби­ход: ина­че не созда­ет­ся целост­но­го впе­чат­ле­ния и репер­ту­ар счи­та­ет­ся невы­пол­нен­ным.

Самое инте­рес­ное вече­рин­ка.

Обшир­ная ком­на­та. Наро­ду пол­но. Воз­дух кис­лый и чад­ный с при­ме­сью алко­голь­ных паров. Вдоль стен чин­но и скром­но раз­ме­сти­лись пароч­ка­ми и в оди­ноч­ку…

Сна­ча­ла тихие и непри­нуж­ден­ные раз­го­во­ры с пре­тен­зи­ей на «свет­ское при­ли­чие».

- Мер­си, — мило улы­ба­ясь объ­яв­ля­ет сво­е­му услуж­ли­во­му кава­ле­ру крас­но­ще­кая с зави­туш­ка­ми деви­ца.

- Ай, Сте­па, непри­лич­но, — том­но взды­ха­ет кур­но­сень­кая блон­дин­ка, кокет­ли­во оттал­ки­вая от себя навяз­чи­во­го кава­ле­ра.

-…Жас­мин гово­ришь, нет — резе­да луч­ше.

Эти цве­точ­но-салон­ные раз­го­во­ры одна­ко про­дол­жа­ют­ся недол­го. Начи­на­ет­ся пляс­ка. Сна­ча­ла тан­цы: тус-теи, падэ-катр и пр., а потом соль­ные.

- «Цыга­ноч­ку»!

- Валяй Мить­ка!

И лихо, под­бод­ря­е­мый дру­зья­ми, Мить­ка выки­ды­ва­ет все­воз­мож­ным фор­те­ли в этой неслож­ной пляс­ке.

- А, ну-ка, Вань­ка Клин, пока­жи, как наши пля­шут!

Вань­ка Клин из Новой строй­ки, в его раз­мо­рен­ных гра­ци­оз­ных дви­же­ни­ях виден опыт­ный пля­сун.

Он сра­зу же затмил выступ­ле­ние Мить­ка и сво­им успе­хом вызвал недо­воль­ство «наха­лов­цев».

- Фью, соп­ли на кулак мота­ет…

Оскор­би­лись гости с Новой строй­ки. Нача­лась пере­бран­ка, и «наха­лов­цы» демон­стра­тив­но поки­да­ют вече­рин­ку.

Ули­ца огла­ша­ет­ся сви­стом и часту­шеч­ным пере­пе­вом:

У милаш­ки две­ри сня­ли
По воде отпра­ви­ли,
У меня шта­ны укра­ли,
Без шта­нов оста­ви­ли.

В нестрой­ных улич­ных пес­нях чув­ству­ет­ся воз­буж­де­ние, они бра­ви­ру­ют перед дерз­ки­ми сопер­ни­ка­ми и как бы пре­ду­пре­жда­ют о гото­вя­щей­ся рас­пра­ве. Будет дра­ка.

Остав­ши­е­ся в ком­на­те гости под­го­тов­ле­ны к доб­ро­сер­деч­ным про­во­дам. Нож в руке, пал­ка с желез­ным набал­даш­ни­ком тоже наго­то­ве.

…Схват­ка дли­лась недол­го, окро­вав­лен­ные, без осо­бых потерь обе сто­ро­ны разо­шлись…

И дол­го еще сквозь тиши­ны осен­ней ночи про­ры­ва­лись буй­ные пес­ни моло­до­сти, не нашед­шей сво­е­го разум­но­го выхо­да.

Не в меру бое­вые настро­е­ния. Мили­ци­о­нер 2 рай­о­на Золо­та­рев систе­ма­ти­че­ски по вече­рам воз­вра­ща­ет­ся в свою квар­ти­ру в нетрез­вом виде. Как при­дет — так дебош. Начи­на­ет­ся коман­до­ва­ние (как вид­но, еще сохра­нил­ся в нем воен­ный дух), висит в воз­ду­хе пло­щадная брань так, что на это вре­мя жиль­цам по сосед­ству при­хо­дит­ся заты­кать уши.

Не меша­ло бы кому-сле­ду­ет обра­тить на это вни­ма­ние и сокра­тить бое­вое настро­е­ние Золо­та­ре­ва.

В декаб­ре 1925 года на стра­ни­цах газе­ты высту­пил началь­ник 1 рай­о­на мили­ции тов. Кара­ку­лин:

Хули­ган­ство изжи­вем толь­ко общи­ми уси­ли­я­ми мили­ци­о­не­ра, работ­ни­ка суда, пар­тий­ца, ком­со­моль­ца, проф­ра­бот­ни­ка и каж­до­го созна­тель­но­го граж­да­ни­на.

Счи­таю важ­ным уси­ле­ние репрес­сий в борь­бе с хули­ган­ством. Нало­же­ние штра­фов в адми­ни­стра­тив­ном поряд­ке ока­за­лось сла­бой мерой соци­аль­ной защи­ты.

Необ­хо­ди­мо судеб­ное воз­дей­ствие и мораль­ное через печать путем опуб­ли­ко­ва­ния фами­лий заме­чен­ных в хули­ган­стве. Злост­ных хули­га­нов нуж­но высы­лать из пре­де­лов Орен­бург­ской губер­нии.

Жела­тель­на орга­ни­за­ция ком­со­моль­ских и проф­со­юз­ных яче­ек содей­ствия мили­ции в борь­бе с хули­ган­ством.

В газе­те почти еже­днев­но пуб­ли­ко­ва­лась руб­ри­ка "На чер­ную дос­ку", куда зано­си­лись име­на задер­жан­ных хули­га­нов.

Хули­га­ны, задер­жан­ные мили­ци­ей I отде­ле­ния: Косты­лев Алек­сандр Пав­ло­вич, Мала­хов Кон­стан­тин Гри­го­рье­вич, Сысо­ев Нико­лай Михай­ло­вич. 

Хули­га­ны, задер­жан­ные мили­ци­ей I отде­ле­ния: Гого­лев Иван (пья­ная нецен­зур­ная брань и оскорб­ле­ние мили­ци­о­не­ров при испол­не­нии ими слу­жеб­ных обя­зан­но­стей), Хама­ров Алек­сандр (пья­ная нецен­зур­ная брань) и Зотов Миха­ил (пья­ная нецен­зур­ная брань).

Тем не менее, кор­ре­спон­ден­ты газе­ты писа­ли о недо­ста­точ­но­сти при­ни­ма­е­мых мер:

Нача­та дли­тель­ная упор­ная борь­ба о хули­ган­ством. Мили­ция целы­ми пар­ти­я­ми заби­ра­ет хули­га­нов. Мно­жат­ся штра­фы, нала­га­е­мые на них адми­ни­стра­тив­ным отде­лом. Течет в суд ряд дел о злост­ных хули­га­нах.

Под­ня­та кам­па­ния по борь­бе с хули­ган­ством на стра­ни­цах «Смыч­ки».

Ряд работ­ни­ков мили­ции, суда и т.д. выска­зал­ся о мерах борь­бы. «Чер­ная дос­ка» пол­на сооб­ще­ний о хули­га­нах.

Но мол­чат проф­со­ю­зы, мол­чат учре­жде­ния, где слу­жат задер­жан­ные за хули­ган­ство.

Что ока­за­ли рабо­чие и адми­ни­стра­ция Глав­ных мастер­ских о гр. Анке, рабо­чем из Глав­ных, раз­гу­ли­вав­шем по Совет­ской ули­це в пья­ном виде и рас­пе­вав­шем пес­ни?

Как отнес­ся к сво­е­му рабо­че­му Пер­ши­ну Губ­мед­торг и союз транс­порт­ных рабо­чих, где хули­ган состо­ит чле­ном? Ведь гр. Пер­шин допу­стил на Совет­ской ули­це такое пуб­лич­ное бес­стыд­ство, о кото­ром неудоб­но писать!

В чем при­чи­на мол­ча­ния? Не зна­ли? Еще не обсуж­да­ли? Нель­зя мед­лить!

Проф­со­ю­зы и учре­жде­ния долж­ны отклик­нуть­ся! Долж­ны ока­зать свое сло­во актив­ные раб­ко­ры — ска­зать рез­ко и опре­де­лен­но, что в чест­ной рабо­чей семье не место хули­га­нам.

Но, как пока­зы­ва­ет исто­рия, осо­бо­го эффек­та рабо­та пра­во­охра­ни­тель­ных и обще­ствен­но-поли­ти­че­ских орга­нов не име­ла. 5 октяб­ря 1937 года газе­та «Орен­бург­ская ком­му­на» в замет­ке «Сно­ва жало­ба о хули­га­нах» писа­ла:

Хули­ган­ство на ули­це, в пар­ках, обще­ствен­ных местах, опа­и­ва­ние моло­де­жи, нару­ше­ние обще­ствен­но­го поряд­ка — одна из форм анти­со­вет­ской рабо­ты вра­гов. Но орен­бург­ские орга­ны мили­ции, ком­со­моль­ские и проф­со­юз­ные орга­ни­за­ции не все­гда при­да­ют это­му серьез­ное зна­че­ние.

В орен­бург­скую мили­цию систе­ма­ти­че­ски при­во­дил­ся за хули­ган­ство пья­ный Дем­чен­ко Гри­го­рий, реко­мен­до­вав­ший­ся про­дав­цом овощ­ных ларь­ков. В мили­ции доб­ро­со­вест­но состав­ля­ли про­то­ко­лы не поин­те­ре­со­вав­шись даже узнать, что из себя пред­став­ля­ет этот злост­ный хули­ган. Кто же такой Дем­чен­ко? Ока­зы­ва­ет­ся, он круп­ный вор-реци­ди­вист, совер­шив­ший воору­жен­ные ограб­ле­ния, при­го­во­рен­ный судом к 10 годам заклю­че­ния и бежав­ший от нака­за­ния.

В пар­ках, клу­бах и ресто­ра­нах Орен­бур­га появи­лись две девуш­ки. Они зна­ко­мят­ся с моло­де­жью, при­гла­ша­ют в ресто­ран, пив­ную и неред­ко сами рас­пла­чи­ва­ют­ся за вино. Пока­зы­вая свое удаль­ство, устра­и­ва­ют скан­да­лы, втя­ги­вая в это сво­их новых зна­ко­мых. В мили­цию их при­во­дят как хули­га­нок и отпус­ка­ют с миром. 19 сен­тяб­ря их сно­ва при­во­дят в мили­цию, запи­сы­ва­ют с их слов, что Зава­ли­ши­на А. В. явля­ет­ся уче­ни­цей арте­ли Пище­пром и Лоба­но­ва А. А. — уче­ни­цей шор­но-седель­ной Фаб­ри­ки. Рабо­та­ют ли они в назван­ных пред­при­я­ти­ях? Никто это­го не зна­ет.

Пьян­ство и хули­ган­ство за послед­нее вре­мя уси­ли­лось сре­ди сту­ден­тов агро­зо­ове­ти­не­ти­ту­та. Сту­ден­ты В.Г. Худя­ков. К.II. Делев и мно­гие дру­гие име­ют при­воды в мили­цию.

«Хули­га­ны рас­по­я­са­лись па окра­ине, — пишет в редак­цию граж­да­нин под псев­до­ни­мом «Потер­пев­ший». — Ночью, как толь­ко тру­дя­щи­е­ся, про­жи­ва­ю­щие по Томи­лин­ской ули­це, ложат­ся спать, хули­га­ны бро­са­ют в дома кам­ни, лома­ют забо­ры, калит­ки. Соби­ра­ют­ся они на То­милинской, око­ло домов 26 и 23. Здесь нико­гда не встре­тишь мили­ци­о­не­ра».

Все это пока­зы­ва­ет, что насто­я­щей борь­бы с хули­ган­ством в Орен­бур­ге нет.

Еще в сере­дине 30‑х годов к хули­га­нам при­ме­ня­лась прак­ти­ка взи­ма­ния штра­фов. Одна­ко после Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны хули­га­нам ста­ли давать реаль­ные сро­ки.

Так в газе­те «Чка­лов­ская ком­му­на» 19 фев­ра­ля 1947 года в руб­ри­ке «Суд» была опуб­ли­ко­ва­на замет­ка «Хули­га­ны при­вле­че­ны к ответ­ствен­но­сти».

За послед­нее вре­мя рай­он­ные народ­ные суды горо­да Чка­ло­ва рас­смот­ре­ли несколь­ко дел о хули­ган­стве.

Некий А.И. Яйзин, чело­век без опре­де­лен­ных заня­тий, хули­га­нил в кино­те­ат­рах, спе­ку­ли­ро­вал теат­раль­ны­ми биле­та­ми. Яйзин при­го­во­рен к одно­му году лише­ния сво­бо­ды.

Рабо­чий фаб­ри­ки име­ни 8 Мар­та М.Ф. Баш­ка­тов со сво­им зятем П.М. Лиси­ным учи­нил дебош в кино «Молот»: выра­жа­ясь нецен­зур­ны­ми сло­ва­ми, оскорб­ля­ли граж­дан. Баш­ка­тов и Лисин лише­ны сво­бо­ды сро­ком на год каж­дый.

© 2019, Лукья­нов Сер­гей