Оренбургское биржевое общество образуется…

Рез­кие пере­ме­ны в эко­но­ми­че­ской жиз­ни Рос­сии воз­ро­ди­ли к жиз­ни мно­гие учре­жде­ния, суще­ство­вав­шие как до рево­лю­ци­он­ных собы­тий 1917 года, так и в пер­вые годы Совет­ской вла­сти. Сего­дня ито­ги сво­ей 6‑летней дея­тель­но­сти под­во­дит Тор­го­во-про­мыш­лен­ная пала­та Орен­бург­ской обла­сти, исто­ри­че­ские кор­ни кото­рой ухо­дят в нача­ло ХХ века.

Бир­жа. В 1910 году вхо­ди­ла в чис­ло пяти круп­ней­ших бирж Рос­сии. Новое зда­ние было освя­ще­но в 1910 году. Сей­час здесь нахо­дит­ся Дом куль­ту­ры им. Ф.Э. Дзер­жин­ско­го (ул. Кобо­зе­ва, 43)

«Под­дер­жи­вать и раз­ви­вать»

В тор­го­вом горо­де Орен­бур­ге до 1906 года не было места, где поку­па­те­ли и про­дав­цы мог­ли осу­ще­ствить сдел­ки, выгод­ные обе­им сто­ро­нам или най­ти посред­ни­ка в спо­рах по ком­мер­че­ским вопро­сам. Бла­го­да­ря уси­ли­ям груп­пы мест­ных пред­при­ни­ма­те­лей 95 лет назад откры­лась Орен­бург­ская товар­ная бир­жа.

Устав, утвер­жден­ный лич­но Госу­да­рем Импе­ра­то­ром, гла­сил:

«Орен­бург­ское бир­же­вое обще­ство обра­зу­ет­ся… из мест­ных и ино­го­род­них лиц, само­сто­я­тель­но зани­ма­ю­щих­ся раз­лич­ны­ми отрас­ля­ми тор­гов­ли и про­мыш­лен­но­сти, в том чис­ле сель­ских хозя­ев…»

Исклю­че­ние было сде­ла­но для тех, кто под­вер­гал­ся суду «за пре­ступ­ные дея­ния, вле­ку­щие за собой лише­ние или огра­ни­че­ние прав состо­я­ния, а рав­но за кра­жу, мошен­ни­че­ство, при­сво­е­ние вве­рен­но­го иму­ще­ства, покуп­ку или при­ня­тие в заклад заве­до­мо кра­ден­но­го или полу­чен­но­го через обман иму­ще­ства и ростов­щи­че­ство…»

Пред­ста­ви­те­лем бир­же­во­го обще­ства являл­ся «бир­же­вой коми­тет, назна­че­ние кое­го состо­ит в под­дер­жа­нии и раз­ви­тии мест­ной тор­гов­ли, про­мыш­лен­но­сти…»

Соглас­но доку­мен­там губерн­ско­го прав­ле­ния, Орен­бург­ским бир­же­вым обще­ством в мар­те 1906 года в состав бир­же­во­го коми­те­та избра­ны:

«пред­се­да­тель — орен­бург­ский 1‑ой гиль­дии купец Иван Алек­се­е­вич Зарыв­нов, чле­на­ми — орен­бург­ские 1‑ой гиль­дии куп­цы Махмуд Гали­е­вич Хуса­и­нов, Нико­лай Нико­ла­е­вич Андре­ев, Нико­лай Его­ро­вич Бога­чев, 2‑ой гиль­дии куп­цы Иван Тихо­но­вич Соко­лов, Иван Ефи­мо­вич Балан­дин, Кор­ни­лий Дени­со­вич Бра­гин, Габай­дул­ла Кама­лов, почет­ный граж­да­нин Нико­лай Нико­ла­е­вич Дюков, орен­бург­ский меща­нин Ефим Филип­по­вич Юдин, кре­стья­нин Яков Сте­па­но­вич Серя­ков, окон­чив­ший курс в Санкт-Петер­бург­ском уни­вер­си­те­те Алек­сандр Рудоль­фо­вич Обер­лен­дер, купе­че­ский 1‑ой гиль­дии сын Петр Федо­ро­вич Пан­кра­тов и кан­ди­да­та­ми к чле­нам орен­бург­ский меща­нин Абу­ба­кир Юсу­по­вич Кап­ка­ев, орен­бург­ский 2‑ой гиль­дии купец Миха­ил Ива­но­вич Рыж­ков и управ­ля­ю­щий отде­ле­ни­ем рус­ско­го Тор­го­во-про­мыш­лен­но­го бан­ка Миха­ил Михай­ло­вич Хилин­ский».

По про­ше­ствии года со дня «обра­зо­ва­ния пер­во­го соста­ва бир­же­во­го коми­те­та выбы­ли по жре­бию стар­ши­ны Н.Н. Андре­ев, Л.Ф. Пан­кра­тов, М.Г. Хуса­и­нов, Е.Ф. Юдин и кан­ди­дат в стар­ши­ны М.М. Хилин­ский».

На место выбыв­ших в апре­ле 1907 года «в оче­ред­ном собра­нии бир­же­во­го обще­ства избра­ны на 3‑летний срок в стар­ши­ны: тор­гу­ю­щий под фир­мой »Тор­го­вый дом Васи­лий Юров и сын в Орен­бур­ге« — купец Алек­сандр Васи­лье­вич Юров, купец Васи­лий Филип­по­вич Юдин, кан­ди­да­та­ми в стар­ши­ны — пшен­ный тор­го­вец Егор Сте­па­но­вич Зуба­рев и тор­го­вец ско­бя­ны­ми и желез­ны­ми това­ра­ми Ники­та Архи­по­вич Смо­чи­лин».

В состав бир­же­во­го коми­те­та 90 лет назад вхо­ди­ли «хлеб­ный и соля­ной тор­го­вец Миха­ил Васи­лье­вич Саль­ни­ков», орен­бург­ский купец Габай­дул­ла Муха­мед-Кама­ло­вич Кама­лов, орен­бург­ский меща­нин Васи­лий Ники­тич Гнез­ди­лов, сим­бир­ский меща­нин Миха­ил Алек­сан­дро­вич Евдо­ки­мов, кре­стья­нин Казан­ской губер­нии Хай­рет­дин Сера­зет­ди­но­вич Кас­пу­ла­тов, сын каза­лин­ско­го куп­ца Абдул-Хамид Абдул-Гани­е­вич Хуса­и­нов. Пред­се­да­те­лем неиз­мен­но изби­рал­ся потом­ствен­ный почет­ный граж­да­нин г. Орен­бур­га Иван Алек­се­е­вич Зарыв­нов, а заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля — лич­ный почет­ный граж­да­нин Алек­сандр Васи­лье­вич Юров.

Фир­ма Зарыв­но­вых — пер­вая по обшир­но­сти обо­ро­тов…

Сре­ди пере­чис­лен­ных имен неко­то­рые зна­ко­мы орен­бурж­цам, живу­щим в нача­ле тре­тье­го тыся­че­ле­тия, — мель­ни­цей Юро­ва до сих пор назы­ва­ют зда­ние орен­бург­ско­го ком­би­на­та хле­бо­про­дук­тов №1, глав­ным фаса­дом выхо­дя­щее на ули­цу Совет­скую (там, где она завер­ша­ет­ся). Памят­ни­ка­ми дина­стии куп­цов Хуса­и­но­вых явля­ют­ся мно­гие адре­са област­но­го цен­тра, но наи­бо­лее извест­но — Мед­ре­се Хуса­и­ния, что на ули­це Киро­ва. А вот о Зарыв­но­вых зна­ют мень­ше. Попы­та­ем­ся вос­пол­нить этот про­бел.

Сто лет назад кор­ре­спон­дент «Орен­бург­ско­го лист­ка» сооб­щал:

"Юби­лей­ный празд­ник сереб­ря­ной сва­дьбы Ива­на Алек­се­е­ви­ча и Ира­и­ды Алек­сан­дров­ны Зарыв­но­вых начал­ся после обед­ни в Тро­иц­кой церк­ви заздрав­ным молеб­ном в доме юби­ля­ров в 12,5 часов дня и по рус­ско­му обы­чаю закон­чил­ся радуш­ным пред­ло­же­ни­ем гостям хле­ба-соли. Обед начал­ся в 5 часов вече­ра. После молеб­на юби­ля­рам была пре­под­не­се­на слу­жа­щи­ми доро­гая ико­на (скла­день) Св. Иоан­на и Св. Ира­и­ды. При­няв этот свя­щен­ный дар, Иван Алек­се­е­вич, тро­ну­тый до слез, бла­го­да­рил сво­их слу­жа­щих (явив­ших­ся в чис­ле до 30 чело­век). От род­ных и близ­ких нача­лись за сим под­но­ше­ния подар­ков.

Юби­лей­ный обед хозя­ев удо­сто­ил при­нять гос­по­дин орен­бург­ский губер­на­тор и наказ­ной ата­ман Орен­бург­ско­го каза­чье­го вой­ска гене­рал-лей­те­нант Яков Федо­ро­вич Бара­баш и в речи сво­ей выска­зал свою глу­бо­кую сим­па­тию юби­ля­рам за их истин­но хри­сти­ан­скую посто­ян­ную бла­го­тво­ри­тель­ность во все при­юты для сирот, бед­ных и заклю­чен­ных в тюрь­мы. Бла­го­тво­ри­тель­ность эта извест­на и сре­ди кир­гиз Тур­гай­ской обла­сти. О ней молят­ся так­же и в хра­мах Божи­их.

Чис­ло обе­ден­ных кувер­тов в обо­их эта­жах обшир­но­го соб­ствен­но­го дома юби­ля­ров было более 200, радуш­ная тра­пе­за затя­ну­лась до 8,5 часов вече­ра, играл оркестр воен­ной музы­ки".

Затем сле­ду­ет доволь­но ред­кая и так необ­хо­ди­мая исто­ри­кам инфор­ма­ция:

"Юби­ля­ры — люди, срав­ни­тель­но здесь недав­ние. Отец юби­ля­ра — Алек­сей Ива­но­вич (ныне умер­ший) уро­же­нец Ниже­го­род­ской губер­нии Гор­ба­тов­ско­го уез­да открыл свою тор­гов­лю (чай­ную и ману­фак­тур­ную) в Орен­бур­ге лет 30 тому назад, сна­ча­ла вре­мен­ную, толь­ко во вре­мя ярма­рок на Мено­вом дво­ре, а затем и посто­ян­ную. Теперь фир­ма их ока­за­лась уже пер­вою здесь по обшир­но­сти обо­ро­тов (свы­ше 2 мил­ли­о­нов руб­лей), по солид­но­сти и по доб­ро­со­вест­но­сти заве­ден­но­го дела, а дела бла­го­тво­ре­ний окру­жа­ют чест­ное имя их, Зарыв­но­вых, общим ува­же­ни­ем и поче­том. Юби­ляр за свои неслу­жеб­ные отли­чия име­ет уже мно­го Высо­чай­ших наград. Сама Ира­и­да Алек­сан­дров­на состо­ит почет­ной попе­чи­тель­ни­цей при­ю­та сирот-дево­чек при жен­ском мона­сты­ре и в тече­ние это­го вре­ме­ни выда­но сирот-девиц замуж более 10-ти, разу­ме­ет­ся, при мате­ри­аль­ной помо­щи Ира­и­ды Алек­сан­дров­ны каж­дой из них. Не даль­ше, как на днях, одна из таких девиц была выда­на замуж, у кото­рой И.А. Зарыв­но­ва была и бла­го­сло­вен­ной мате­рью.

Тор­го­вый дом Зарыв­но­вых все рас­ши­ря­ет свои дела и в сте­пях заво­е­вал уже себе сла­ву ста­рин­ных мест­ных тор­го­вых фирм Вес­ни­ных и Дюко­ва. В про­стой купе­че­ской семье Зарыв­но­вых, состо­я­щей из трех семей­ных бра­тьев, не чуж­да­ют­ся и евро­пей­ско­го обра­зо­ва­ния: в ней есть гим­на­зи­сты, гим­на­зист­ки и даже сту­дент…".

Пожерт­во­ва­ние — ноч­леж­ный дом

И у нас есть повод вспом­нить доб­рым сло­вом купе­че­скую дина­стию Зарыв­но­вых.

Ноч­леж­ный дом Зарыв­но­ва

На засе­да­нии Орен­бург­ской город­ской думы вес­ной 1907 года до све­де­ния при­сут­ству­ю­щих дове­де­но о том, что от глас­но­го И.А. Зарыв­но­ва посту­пи­ло заяв­ле­ние "Об отво­де ему участ­ка зем­ли для построй­ки зда­ния для город­ско­го ноч­леж­но­го дома на 300 чело­век". Выс­ший орган мест­ной вла­сти, «при­ни­мая во вни­ма­ние столь щед­рое пожерт­во­ва­ние», еди­но­глас­но реша­ет:

«Выра­зить И.А. Зарыв­но­ву от лица Город­ской думы бла­го­дар­ность за его пред­ло­же­ние, а для устрой­ства отве­сти уча­сток зем­ли мерою 400 кв. сажен бес­плат­но…»

Радио­ре­транс­ля­ци­он­ный узел (ул. Тереш­ко­вой, 10), ранее — ноч­леж­ный дом Зарыв­но­ва

Ныне это зда­ние по ули­це Тереш­ко­вой, 10 зани­ма­ет Орен­бург­ский город­ской радио­транс­ля­ци­он­ный узел. А в нача­ле 1910 г. «Орен­бург­ская газе­та» инфор­ми­ро­ва­ла:

"В ниж­нем эта­же огром­но­го ноч­леж­но­го дома име­ни И.А. Зарыв­но­ва состо­я­лось молеб­ствие, совер­шен­ное вика­ри­ем Дио­ни­си­ем, епи­ско­пом челя­бин­ским в сослу­же­нии со мно­ги­ми свя­щен­ни­ка­ми. К нача­лу молеб­на при­бы­ли орен­бург­ский губер­на­тор с супру­гой, вице-губер­на­тор, пред­се­да­тель окруж­но­го суда, город­ской голо­ва, мно­го глас­ных и пред­ста­ви­те­лей купе­че­ства. Тут же нахо­дил­ся И.А. Зарыв­нов со сво­ей семьей. После молеб­на и освя­ще­ния толь­ко что отстро­ен­но­го поме­ще­ния ноч­леж­но­го дома вика­рий Дио­ни­сий ска­зал соот­вет­ству­ю­щее сло­во, где ука­зал на гро­мад­ное зна­че­ние, кото­рое будет иметь выстро­ен­ный ноч­леж­ный дом.

Затем все гости были при­гла­ше­ны наверх, где им был пред­ло­жен чай. Губер­на­тор про­воз­гла­сил здра­ви­цу за Госу­да­ря Импе­ра­то­ра. В ответ на это гостя­ми был испол­нен народ­ный гимн. Пред­се­да­тель окруж­но­го суда под­нял бокал за здо­ро­вье жерт­во­ва­те­ля. Далее город­ской голо­ва про­из­нес речь, в кото­рой ука­зал на соци­аль­ное зна­че­ние это­го дара г. Орен­бур­гу. М.М. Кенигсберг при­вет­ство­вал жерт­во­ва­те­ля от все­го сани­тар­но-бла­го­тво­ри­тель­но­го бюро в веде­нии кото­ро­го ноч­леж­ный дом пере­хо­дит. Ора­то­ром было ука­за­но на то обсто­я­тель­ство, что буду­щие оби­та­те­ли ноч­леж­но­го дома, скон­цен­три­ру­ясь в послед­нем, тем самым «огра­дят граж­дан от зара­зы, носи­те­ля­ми кото­рой явля­ют­ся все обой­ден­ные люди…»

Мало того, вес­ной 1910 года соглас­но доку­мен­там "для поль­зо­ва­ния этим домом гос­по­ди­ном Зарыв­но­вым выра­бо­та­ны и при­сла­ны в Упра­ву осо­бые пра­ви­ла".

В Орен­бург­ском обл­гос­ар­хи­ве сохра­нил­ся текст «Пра­вил ноч­леж­но­го дома Ива­на Алек­се­е­ви­ча Зарыв­но­ва в Орен­бур­ге». Позна­ко­мим­ся с неко­то­ры­ми их поло­же­ни­я­ми:

"Ноч­леж­ный дом открыт для всех жела­ю­щих ноче­вать без раз­ли­чия наци­о­наль­но­сти, пола и воз­рас­та… Ника­кой пла­ты за ноч­лег не взи­ма­ет­ся, пред­став­ле­ния доку­мен­тов или видов на житель­ство не тре­бу­ет­ся. Пья­ные в ноч­леж­ный дом совер­шен­но не допус­ка­ют­ся и во избе­жа­ние недо­ра­зу­ме­ний с ними око­ло дома дол­жен быть поли­цей­ский пост. Для про­суш­ки теп­лой обу­ви и пла­тья име­ют­ся осо­бые сушиль­ные каме­ры; жела­ю­щие про­су­шить свои вещи несут тако­вые к каме­рам, сда­ют над­зи­ра­те­лю…

Раз­ве­ши­вать вещи для суш­ки на кой­ках и под­окон­ни­ках, лест­ни­цах и бата­ре­ях отоп­ле­ния не допус­ка­ет­ся. Утром и вече­ром предо­став­ля­ет­ся ноч­леж­ни­кам кипя­ток… Без­услов­но вос­пре­ща­ет­ся упо­треб­ле­ние спирт­ных напит­ков, все­воз­мож­ные игры, как-то: в орлян­ку, в кар­ты, в кости и про­чие, пес­ни, а так­же буй­ство, ссо­ры и дра­ки. Винов­ные немед­лен­но уда­ля­ют­ся. Куре­ние таба­ку вос­пре­ща­ет­ся. Ноч­леж­ни­кам предо­став­ля­ет­ся пра­во направ­лять свою кор­ре­спон­ден­цию по адре­су Ноч­леж­но­го дома…

Для наблю­де­ния за общим поряд­ком в Ноч­леж­ном доме назна­ча­ет­ся стар­ший над­зи­ра­тель и в помощь ему два помощ­ни­ка, над­зи­ра­тель­ни­ца для жен­ско­го отде­ле­ния, двор­ник, он же истоп­ник, две убор­щи­цы".

Тогда же для заве­ды­ва­ния Ноч­леж­ным домом обра­зо­ван коми­тет, в состав кото­ро­го откры­тым голо­со­ва­ни­ем были еди­но­глас­но избра­ны депу­та­ты город­ской думы И.А. Зарыв­нов, П.Ф. Зарыв­нов, К.Д. Бра­гин, М.Г. Хуса­и­нов, А.Р. Обер­лен­дер и дру­гие ува­жа­е­мые в губерн­ском цен­тре люди.

Пока орен­бурж­цы радо­ва­лись подар­ку Ива­на Алек­се­е­ви­ча Зарыв­но­ва, сам бла­го­тво­ри­тель полу­чил награ­ду. Еще в нача­ле 1910 г. «по выслу­ша­нии заяв­ле­ния орен­бург­ско­го 1‑й гиль­дии куп­ца И.А. Зарыв­но­ва о пожерт­во­ва­нии им в соб­ствен­ность горо­да вновь выстро­ен­но­го ноч­леж­но­го дома» город­ская дума еди­но­глас­но "опре­де­ли­ла":

«Пожерт­во­ва­ние при­нять, жерт­во­ва­те­ля бла­го­да­рить и воз­бу­дить хода­тай­ство пред Мини­стром Внут­рен­них дел о награж­де­нии И.А. Зарыв­но­ва зва­ни­ем почет­но­го граж­да­ни­на г. Орен­бур­га».

Летом (в июле) губер­на­тор сооб­щил город­ско­му голо­ве, что «Госу­дарь Импе­ра­тор в 7 день июня 1910 года Все­ми­ло­сти­вей­ше соиз­во­лил на при­сво­е­ние куп­цу Ива­ну Алек­се­е­ви­чу Зарыв­но­ву зва­ния почет­но­го граж­да­ни­на г. Орен­бур­га». Кто из совре­мен­ни­ков после­ду­ет при­ме­ру Ива­на Зарыв­но­ва?

«Све­де­ния, могу­щие ока­зать­ся полез­ны­ми…»

Важ­ным дости­же­ни­ем в дея­тель­но­сти бир­же­во­го коми­те­та под руко­вод­ством И.А. Зарыв­но­ва ста­ло изда­ние «Бюл­ле­те­ней Орен­бург­ской бир­жи».

Соглас­но уста­ву преду­смат­ри­ва­лось «выстав­лять на бир­же раз­лич­но­го рода све­де­ния по тор­гов­ле, могу­щие ока­зать­ся полез­ны­ми».

Сре­ди доку­мен­тов город­ской упра­вы сохра­ни­лось доволь­но объ­ем­ное дело, содер­жа­щее бюл­ле­те­ни за 1915 год. Здесь мож­но най­ти све­де­ния о режи­ме рабо­ты бир­жи (с 8.5 часов до 12 часов и от 5 часов до 7 часов вече­ра еже­днев­но, кро­ме празд­нич­ных дней), о базар­ных и бир­же­вых ценах на раз­лич­ные про­дук­то­вые и про­мыш­лен­ные това­ры. Напри­мер, пуд говя­ди­ны сто­ил в янва­ре 1915 года от 3 р. 70 к. до 4 р., пуд сли­воч­но­го мас­ла от 18 до 20 руб­лей, пуд соли моло­той от 20 до 25 копе­ек.

Кро­ме того, посто­ян­но печа­та­лись напо­ми­на­ния:

«Бир­же­вой коми­тет име­ет честь покор­ней­ше про­сить гос­под чле­нов обще­ства об упла­те член­ско­го взно­са»; «При орен­бург­ском бир­же­вом коми­те­те функ­ци­о­ни­ру­ет арбит­раж­ная комис­сия»…

В раз­де­ле «От бир­же­во­го коми­те­та» 86 лет назад изве­ща­лось:

«Совет съез­дов пред­ста­ви­те­лей бир­же­вой тор­гов­ли и сель­ско­го хозяй­ства уве­до­мил, что в насто­я­щее вре­мя в Вашинг­тоне обра­зо­ва­на пра­ви­тель­ствен­ная комис­сия, на кото­рую воз­ло­же­но регу­ли­ро­ва­ние рус­ских пра­ви­тель­ствен­ных и част­ных зака­зов во вре­мя вой­ны. В видах обес­пе­че­ния успе­ха в рабо­те этой комис­сии Мини­стер­ство ино­стран­ных дел при­зна­ло жела­тель­ным, что­бы фир­мы, про­из­во­дя­щие зака­зы в севе­ро­аме­ри­кан­ских Соеди­нен­ных Шта­тах, сооб­ща­ли име­на аген­тов и фирм, чрез коих велись пере­го­во­ры по озна­чен­ным зака­зам в Соеди­нен­ных Шта­тах и Кана­де, а так­же о тех­ни­че­ских усло­ви­ях на пред­ме­ты и мате­ри­а­лы, зака­зан­ные в назван­ных выше стра­нах».

Ком­мер­ции совет­ник И. Зарыв­нов в нача­ле 1915 года через «Бюл­ле­тень» объ­яв­лял:

«На орен­бург­ской бир­же име­ют­ся сво­бод­ные вакан­сии при­сяж­ных бир­же­вых макле­ров. Лица, жела­ю­щие выста­вить свою кан­ди­да­ту­ру, при­гла­ша­ют­ся пода­вать в бир­же­вой коми­тет заяв­ле­ния с пред­став­ле­ни­ем доку­мен­тов…»

Чуть поз­же от име­ни орен­бург­ско­го бир­же­во­го коми­те­та напе­ча­та­но крат­кое сооб­ще­ние:

«Име­ем честь дове­сти до све­де­ния гос­под мест­ных хле­бо­вла­дель­цев и хле­бо­про­мыш­лен­ни­ков, что по рас­по­ря­же­нию гос­по­ди­на глав­но­го началь­ни­ка Казан­ско­го воен­но­го окру­га »снят запрет выво­за пше­ни­цы, ржи, пше­нич­ной и ржа­ной муки во всех губер­ни­ях и обла­стях окру­га, в том чис­ле и в Орен­бург­ской губер­нии. Хле­ба эти могут совер­шен­но сво­бод­но дви­гать­ся, как в пре­де­лах, так и за пре­де­лы Казан­ско­го воен­но­го окру­га".

Руб­ри­ка «Общий обзор» вес­ной 1915 года содер­жа­ла сле­ду­ю­щие све­де­ния:

«За послед­ние две неде­ли при­во­за было око­ло 200 возов. Пого­да сухая с силь­ны­ми вет­ра­ми. На неде­ле были сдел­ки на бир­же с пше­ном: из Актю­бин­ска 100 ваго­нов по 16 р. 90 к. за 10 пудов и из Орен­бур­га 50 ваго­нов по 17 р. 50 к. для горо­да Моск­вы. Част­ные сдел­ки с пше­ни­цей: сде­ла­но 58000 пудов по 1 р. 7 коп. за пуд»;

«За неде­лю под­ве­зе­но око­ло 2500 возов. После уста­но­вив­шей­ся ясной пого­ды опять пас­мур­но, идет дождь. Посе­вы ран­них закон­че­ны, всхо­ды хоро­шие. Пше­ни­ца рас­ку­па­ет­ся мест­ны­ми муко­мо­ла­ми. Стан­ция для при­е­ма гру­зов закры­та. Погруз­ка при­ни­ма­ет­ся толь­ко по воен­ным наря­дам»;

«При­во­зы уве­ли­чи­ва­ют­ся, цены сла­бее»;

«Овса в при­во­зе очень мало. Про­са почти нет. Настро­е­ние с пше­ни­цей сла­бое»;

«За неде­лю под­ве­зе­но око­ло 6500 возов. Покос трав начал­ся. При­во­зы сокра­ща­ют­ся. Пого­да сто­я­ла пере­мен­ная, в общем для про­из­рас­та­ния хле­бов бла­го­при­ят­ная».

На изле­те июля ком­мер­сан­тов, заин­те­ре­со­ван­ных в уро­жае зер­но­вых куль­тур, инфор­ми­ро­ва­ли:

«Пого­да — 33. Убор­ка ржи закан­чи­ва­ет­ся. Нача­лось жни­тво пше­ни­цы. Жары так­же повли­я­ли и на про­со. Овсы, ячме­ни хоро­шие. Стан­ция для при­е­ма гру­зов закры­та на неопре­де­лен­ное вре­мя».

Через две неде­ли после­до­ва­ло дол­го­ждан­ное изве­стие:

«Цен­траль­ным коми­те­том раз­ре­ше­на погруз­ка хлеб­ных това­ров по всей линии Таш­кент­ской желез­ной доро­ги на Сама­ру»,

но при этом «пере­па­да­ли дожди, кото­рые задер­жи­ва­ли убор­ку хле­бов и повли­я­ли на каче­ство их».

Пер­вый осен­ний месяц посред­ством «Бюл­ле­те­ней орен­бург­ской бир­жи» при­нес дру­гие ново­сти:

«Пше­ни­цу поку­па­ют мест­ные муко­мо­лы. При­ез­жие фир­мы на линии Таш­кент­ской желез­ной доро­ги на Сред­нюю Азию за рус­скую (част­ные сдел­ки) пла­ти­ли 1 р. — 1 р. 20 к. Гру­зят рос­сы­пью в ваго­ны, пого­да ясная»;

«В Орен­бур­ге на рын­ке поку­па­ют бой­ко мест­ные муко­мо­лы, при­ез­жие фир­мы, спе­ку­лян­ты. Вви­ду закры­тия неко­то­рых стан­ций заме­ча­ет­ся тен­ден­ция к пони­же­нию, меж­ду про­чим, пше­ни­цу уро­жая 1914 года про­да­вать не торо­пят­ся»;

«Настро­е­ние рын­ка твер­дое. Мест­ные муко­мо­лы ста­ра­ют­ся выбрать луч­шие сор­та пше­ни­цы. При­ез­жие фир­мы муко­мо­лов так­же не упус­ка­ют подо­брать под­хо­дя­щие сор­та. Закры­тие дви­же­ния желез­ной доро­ги при­оста­нав­ли­ва­ет дело».

Кто зна­ет, может быть, опыт подоб­ных изда­ний будет исполь­зо­ван сотруд­ни­ка­ми Тор­го­во-про­мыш­лен­ной пала­ты Орен­бург­ской обла­сти…

Автор: Татья­на Судор­ги­на

Источ­ник: «Вечер­ний Орен­бург», № 16 от 18 апре­ля 2001 г.