Овощной, зеленый, колхозный, центральный…

Неболь­шое пре­ди­сло­вие

Если гово­рить о покуп­ке съест­ных при­па­сов, то как баню чело­ве­ку не могут пол­но­стью заме­нить ван­на и душ в квар­ти­ре, так и рынок — ни мага­зин, ни уни­вер­маг, ни даже супер­мар­кет. Под­час жите­ли наше­го горо­да и при­ез­жие спра­ши­ва­ют:

«Поче­му Орен­бург с его бога­той тор­го­вой био­гра­фи­ей не име­ет ни одно­го совре­мен­но­го кры­то­го рын­ка?»

В Москве их сей­час 29, в Сама­ре — 7, в Сара­то­ве — 6. Не оби­же­ны таки­ми рын­ка­ми Ека­те­рин­бург и Челя­бинск. 

Бога­тую тор­го­вую био­гра­фию Орен­бур­га созда­ли Мено­вой и Гости­ный двор и пуб­ли­ка­ции о них. Но это — внеш­няя и опто­вая тор­гов­ля. Виде­ние «окна в Азию», «ворот на Восток» извне. А как видит­ся его чре­во, жизнь изнут­ри? Об этом мало что напи­са­но: тема эта в про­шлом не была пре­стиж­ной… С дру­гой сто­ро­ны, ключ к отве­ту не лежит на поверх­но­сти, его нуж­но искать во всей тол­ще 255-лет­ней исто­рии област­но­го цен­тра. Пред­ла­гаю чита­те­лю неко­то­рые фраг­мен­ты это­го поис­ка: 

1. О Главной рыночной площади и ее географии

Извест­но, что Глав­ная рыноч­ная пло­щадь — важ­ней­шая состав­ная часть город­ско­го орга­низ­ма. Это лицо горо­да, если гово­рить об уров­нях его куль­ту­ры, гра­до­стро­и­тель­ства, архи­тек­ту­ры, город­ско­го само­управ­ле­ния. Здесь царит осо­бая куль­ту­ра чело­ве­че­ско­го обще­ния. Это пульс уров­ня жиз­ни кре­стья­ни­на и горо­жа­ни­на, вит­ри­на того, что рас­тет и про­из­во­дит­ся в крае. Серд­це­ви­на пло­ща­ди — Чре­во, если гово­рить о том, что «жует и пере­ва­ри­ва­ет» насе­ле­ние горо­да, вспо­ми­ная роман вели­ко­го фран­цуз­ско­го писа­те­ля Э. Золя.

Люди идут сюда за све­жим про­дук­том, «пар­ным». Само чре­во в силу сво­их зако­нов — лими­та вре­ме­ни сохран­но­сти това­ра и опти­маль­но­сти ради­у­са обслу­жи­ва­ния насе­ле­ния — очень чув­стви­тель­но к гео­гра­фии сво­е­го тер­ри­то­ри­аль­но­го раз­ме­ще­ния в горо­де. Оно быст­рее сле­ду­ет за жите­ля­ми, пере­се­ля­ю­щи­ми­ся в новые рай­о­ны горо­да, чем рынок това­ров несъе­доб­ных и дли­тель­но­го поль­зо­ва­ния. На глав­ной пло­ща­ди, в отли­чие от дру­гих рын­ков горо­да, и выбор про­дук­тов боль­ше, и купить их мож­но, как пра­ви­ло, дешев­ле. Поки­ну­ло чре­во пло­щадь — пере­ста­ла она быть глав­ной. Во мно­гих круп­ных горо­дах исто­рия рын­ков — это пред­мет экс­кур­сий.

Рос город, рос­ли рын­ки, ухо­дя с пыль­ных пло­ща­дей под совре­мен­ные кры­тые. В Сара­то­ве, напри­мер, вам пока­жут уни­каль­ное зда­ние «Кры­то­го рын­ка», постро­ен­но­го там во вре­ме­на пер­вой миро­вой вой­ны, в 1914–1916 годах, по типу «Париж­ско­го рын­ка». Несмот­ря на вну­ши­тель­ные раз­ме­ры, оно внут­ри не име­ет ни одно­го стол­ба. Зда­ние рын­ка при­над­ле­жит к чис­лу архи­тек­тур­ных памят­ни­ков нача­ла ХХ века. Это одно из луч­ших зда­ний в доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии. Кры­тый рынок и сего­дня слу­жит сара­тов­цам. Есть дру­гой, совре­мен­ный кры­тый рынок, воз­ве­ден­ный в нача­ле 70‑х годов. Кры­тые рын­ки роз­нич­ной тор­гов­ли состав­ля­ют в Сара­то­ве глу­бо­ко про­ду­ман­ную рыноч­ную систе­му горо­да. 

В Орен­бур­ге глав­ная рыноч­ная пло­щадь рож­да­лась одно­вре­мен­но с осно­ва­ни­ем горо­да. В сво­ей исто­ри­че­ской гео­гра­фии эта пло­щадь за 250 лет три­жды поме­ня­ла свое место. Пер­во­на­чаль­но рыноч­ная пло­щадь нахо­ди­лась в кре­по­сти 2‑го клас­са в рай­оне Про­ви­ант­ско­го басти­о­на, вбли­зи запад­ных — Чер­но­ре­чен­ских ворот, в квар­та­ле, что в кон­ту­ре нынеш­них улиц Киро­ва, Пуш­кин­ской, 9‑го Янва­ря, Кобо­зе­ва. 

Через 100 лет после осно­ва­ния сто­ли­цы края чре­во (про­да­жа съест­но­го) вышло за зем­ля­ной вал и, зако­но­мер­но сле­дуя в рус­ле тер­ри­то­ри­аль­но­го рас­ши­ре­ния горо­да вслед за уда­ля­ю­щим­ся от исто­ри­че­ско­го ядра жите­лем, нача­ло пере­ме­щать­ся вдоль вала от запад­ных ворот к север­ным на вто­рое место, остав­ляя на пер­вом еще на дол­гое вре­мя про­да­жу пред­ме­тов дли­тель­но­го поль­зо­ва­ния, несьест­ных и частич­но съест­ных това­ров. Оно осе­ло на Мяс­ниц­кой пло­ща­ди (вто­рое назва­ние Сак­мар­ской пло­ща­ди), запол­няя про­стран­ство от нынеш­не­го скве­ра у Дома Сове­тов до толь­ко что постро­ен­но­го Кара­ван-сарая. 

В 1879 году после боль­ших пожа­ров глав­ная рыноч­ная пло­щадь была пере­не­се­на еще даль­ше по оси уже скры­то­го вала, на севе­ро-восток, на место, где до сих пор и нахо­дит­ся. Это нынеш­ний Цен­траль­ный рынок. Заме­тим, Орен­бург, вытя­ги­ва­ясь углом меж­ду река­ми Ура­лом и Сак­ма­рой, с 1879 года и до наших дней вырос тер­ри­то­ри­аль­но, не счи­тая заураль­ной части, почти в четы­ре раза, удли­нил­ся по бис­сек­три­се более чем в четы­ре раза. 

Заураль­ная часть с севе­ра на юг име­ет про­тя­жен­ность по Дон­гуз­ской ули­це под стать про­тя­жен­но­сти основ­ной части горо­да по ули­це Тереш­ко­вой. Насе­ле­ние област­но­го цен­тра вырос­ло с 1879 года в 12 раз. А глав­ная рыноч­ная пло­щадь при отсут­ствии нор­маль­ных совре­мен­ных рын­ков во всех четы­рех рай­о­нах горо­да оста­ет­ся «зако­сте­нев­шей» на одном месте. Нор­маль­но ли это, как раз и пока­за­ла вырвав­ша­я­ся сти­хия сво­бод­ной тор­гов­ли в нача­ле 90‑х годов. 

Орен­бур­гу на рыноч­ные пло­ща­ди роз­нич­ной тор­гов­ли не повез­ло. За 250 лет ему не уда­лось обза­ве­стись при­лич­ным рын­ком, рыноч­ной город­ской систе­мой. Рас­че­ты, буд­то бы рынок мож­но пол­но­стью заме­нить мага­зи­ном, ока­за­лись несо­сто­я­тель­ны­ми. Сего­дня в област­ном цен­тре деся­тая часть все­го про­до­воль­ствен­но­го потреб­ле­ния обес­пе­чи­ва­ет­ся рын­ка­ми. А реа­ли­за­ция мяса и кар­то­фе­ля дохо­дит до 60 про­цен­тов. В даль­ней­ших пуб­ли­ка­ци­ях гля­нем в глубь «бога­той» тор­го­вой био­гра­фии наше­го горо­да. 

2. Первая и вторая главные рыночные площади 

После ряда «хож­де­ний» по тер­ри­то­рии кре­по­сти пер­вая Глав­ная рыноч­ная пло­щадь в 1786 году закре­пи­лась в квар­та­ле, огра­ни­чен­ном с севе­ра нынеш­ней ули­цей Киро­ва, с юга — Пуш­кин­ской, с восто­ка — 9‑го Янва­ря, а с запа­да — зем­ля­ным валом Про­ви­ант­ско­го басти­о­на. А непо­да­ле­ку рас­по­ло­же­ны Чер­но­ре­чен­ские воро­та. По пло­ща­ди имел­ся про­езд — нынеш­ний Теле­граф­ный пере­улок. Когда зем­ля­ной вал убра­ли, то с запа­да пло­щадь ста­ла гра­ни­чить с нынеш­ней ули­цей Кобо­зе­ва. В роли глав­ной она про­су­ще­ство­ва­ла при­мер­но до сере­ди­ны ХIХ века, но и после это­го про­дол­жа­ла играть роль город­ско­го рын­ка — вплоть до сере­ди­ны 30‑х годов ХIХ века. Что было на пло­ща­ди в раз­ные годы? 

В 1842 году ее с трех сто­рон по кон­ту­ру окру­жа­ли тор­го­вые камен­ные лав­ки, выстра­и­ва­ю­щи­е­ся в один ряд. На чет­вер­той сто­роне раз­ме­ща­лись мел­кие лав­ки с таба­ком и про­чим. Здесь же нахо­дил­ся въезд в Гости­ный двор, где вели в основ­ном опто­вую тор­гов­лю. В цен­тре — немо­ще­ная пло­щадь, труд­но про­хо­ди­мая в дождь. На ней со сто­лов про­да­ва­ли съест­ные при­па­сы, ово­щи и напит­ки. О подроб­но­стях мож­но про­чи­тать в кни­ге В.В. Доро­фе­е­ва «Над Ура­лом-рекой» (с. 136–138). 

В 1860‑е годы к город­ско­му тор­го­во­му цен­тру (Гости­ный двор, Глав­ная рыноч­ная пло­щадь) при­со­еди­ня­ет­ся и Чер­но­ре­чен­ская пло­щадь (сей­час сад Фрун­зе). Здесь в пер­вые годы раз­ме­сти­лась тор­гов­ля изде­ли­я­ми из желе­за и сырей­ны­ми кожа­ми. Поз­же, в 1908 году, сюда пере­ме­стил­ся с Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди рыб­ный базар. В свя­зи с рез­ким сокра­ще­ни­ем опто­вой тор­гов­ли в нача­ле ХХ века Гости­ный двор вынуж­де­ны были пере­ве­сти на роз­нич­ную тор­гов­лю. 

1915 год пре­вра­тил первую Глав­ную рыноч­ную пло­щадь уже в 12 двух­этаж­ных камен­ных кор­пу­сов с 24 тор­го­вы­ми ряда­ми. Осо­бо выде­лял­ся Путо­лов­ский ряд по Теле­граф­но­му пере­ул­ку. Он хоро­шо сохра­нил­ся, так что на него инте­рес­но посмот­реть и сего­дня. На зда­нии, в кото­ром сей­час нахо­дит­ся воен­ное ате­лье, на углу пере­ул­ков Рыб­но­го и Теле­граф­но­го, навер­ху мож­но про­чи­тать дату построй­ки — 1883.

На спе­ци­аль­но остав­лен­ной пло­ща­ди сре­ди плот­ной застрой­ки — Тол­ку­чий рынок или Тол­чок. Если вы буде­те в Музее исто­рии горо­да Орен­бур­га, то посмот­ри­те на сним­ки глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди и обра­ти­те вни­ма­ние на коло­коль­ню. Это Тро­иц­кая цер­ковь, сто­я­щая тогда на пере­се­че­нии нынеш­них улиц Кобо­зе­ва и Ленин­ской. Впе­ре­ди от нее в сто­ро­ну рын­ка стро­е­ний не было. Сде­лав при­вяз­ку на мест­но­сти, всмот­ри­тесь теперь в лица и одеж­ду наших пред­ше­ствен­ни­ков. А как все было, мож­но частич­но пред­ста­вить себе, оки­нув взгля­дом уча­сток ули­цы Киро­ва от Мат­рос­ско­го пере­ул­ка до ули­цы 9‑го Янва­ря, мага­зи­ны «Гали­на», «Пер­спек­ти­ва» и ремонт­ную часо­вую мастер­скую. Похо­ди­те по тер­ри­то­рии быв­шей Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди. Почи­тай­те ста­тью Н. Рома­нен­ко «Не верь­те тому, что рань­ше все было деше­во», опуб­ли­ко­ван­ную в газе­те «Орен­бург­ское вре­мя» 30 авгу­ста 1996 года. 

К 1934 году пер­вая Глав­ная рыноч­ная пло­щадь пре­кра­ти­ла свое суще­ство­ва­ние. Тол­чок в 1932 году пере­ве­ли на Кон­но-Сен­ную пло­щадь, а осталь­ное разо­шлось по обыч­ным мага­зи­нам. В.И. Чер­нов в сво­их вос­по­ми­на­ни­ях, издан­ных в 1907 году, писал:

«Место это пред­став­ля­ло одно удоб­ство для глав­но­го началь­ни­ка края — поло­же­ние в цен­тре горо­да. Неудоб­ства были: бли­зость база­ра, где все­гда шум и посто­ян­ная пыль. В этом отно­ше­нии место на воз­вы­шен­ном бере­гу реки, где воз­дух чище и нет вовсе шума, было пред­по­чте­но, и туда при­шел в кон­це управ­ле­ния князь Вол­кон­ский».

На сей раз было наобо­рот — осво­бо­ди­лись от шума и пыли, не выез­жая. 

В спра­воч­ни­ке по Орен­бур­гу 1937 года Глав­ная рыноч­ная пло­щадь уже не упо­ми­на­ет­ся, а на Чер­но­ре­чен­ской пло­ща­ди в 1936 году зало­жи­ли сад. Пло­щадь, рабо­тав­шая на орен­бурж­ца в тече­ние полу­то­ра веков, а вслед за ней спу­стя неко­то­рое вре­мя и Гости­ный двор были надол­го исклю­че­ны из сфе­ры тор­гов­ли. Так к сво­е­му исто­ри­ко-куль­тур­но­му мате­ри­аль­но­му насле­дию, напри­мер, в Запад­ной Укра­ине не отно­сят­ся. На Львовщине, в Ива­но-Фран­ков­ске гор­дят­ся сво­и­ми пер­вы­ми рыноч­ны­ми пло­ща­дя­ми, их пока­зы­ва­ют тури­стам, рядом с ними, про­дол­жая тра­ди­ции, воз­во­дят пре­крас­ные совре­мен­ные тор­го­вые цен­тры. Прав­да, была такая попыт­ка и у нас — вари­ант, пред­ло­жен­ный в 1926 году архи­тек­то­ром-худож­ни­ком И.В. Рян­ги­ным — пере­не­сти Цен­траль­ный рынок (тогда Зеле­ный базар) на Чер­но­ре­чен­скую пло­щадь и обра­зо­вать здесь совре­мен­ный по тем вре­ме­нам рынок под назва­ни­ем «Хлеб­ный» по типу рын­ка в Риге — пави­льон­ной систе­мы из семи кор­пу­сов. Но пред­ло­же­ние это не было реа­ли­зо­ва­но. 

После Оте­че­ствен­ной вой­ны 1812 года ста­ло замет­ным выплес­ки­ва­ние горо­да за пре­де­лы кре­по­сти. Гос­пи­таль, учи­ли­ще зем­ле­де­лия и лесо­вод­ства, заго­род­ная рези­ден­ция губер­на­то­ра и, нако­нец, Кара­ван-Сарай обо­зна­чи­ли окон­ча­тель­ное направ­ле­ние раз­ви­тия горо­да вне стен кре­по­сти. При­мер­но с сере­ди­ны ХIХ века чре­во Орен­бур­га с мяс­ной тор­гов­лей и зеле­ным база­ром пере­ме­ща­ет­ся к глав­ным воро­там кре­по­сти и зани­ма­ет сво­бод­ное про­стран­ство, рай­он нынеш­не­го скве­ра у Дома Сове­тов до Кара­ван-сарая. Имен­но здесь ока­зал­ся пере­кре­сток всех дорог окру­ги, и сюда лег­че было достав­лять ово­щи из рай­о­на Берд. Сра­бо­тал и лимит вре­ме­ни сохран­но­сти от пор­чи мяса — бли­же к местам забоя ско­та. Сак­мар­ская пло­щадь полу­чи­ла вто­рое назва­ние — Мяс­ная. 

Вто­рая Глав­ная рыноч­ная пло­щадь кор­ми­ла Орен­бург, была ее «брю­хом» почти 40 лет, до 1879 года, до боль­ших пожа­ров. Базар состо­ял из дере­вян­ных лавок с погре­ба­ми и мест для тор­гов­ли с возов (при­воз или при­воз­ной базар). Про­да­ва­ли не толь­ко мясо но и пти­цу, бака­лей­ные това­ры. Что мож­но было купить на зеле­ном база­ре? Яблок, груш и ягод не было, ибо тогда и садов не суще­ство­ва­ло. Они, как лимо­ны и апель­си­ны, при­во­зи­лись изда­ле­ка и доро­го сто­и­ли. Про­да­ва­лись мест­ные лес­ные яго­ды — виш­ня, смо­ро­ди­на, еже­ви­ка, зем­ля­ни­ка. Цве­тов не было — их не выра­щи­ва­ли. Тор­го­ва­ли щаве­лем, пет­руш­кой, луком, капу­стой. Деше­вы были огур­цы, арбу­зы, дыни. 

Но Глав­ная рыноч­ная пло­щадь здесь не при­жи­лась — выяви­лась серьез­ная «чер­во­то­чи­на». До появ­ле­ния база­ра въезд в воро­та, в кре­пость, укра­ша­ла иво­вая аллея. Такой ланд­шафт был при­я­тен и мест­но­му началь­ству, и при­ез­же­му. Но пло­щадь при раз­ме­ще­нии на ней тор­гов­ли ста­ла сбор­ни­ком застой­ных вод после дождей и в пери­од тая­ния сне­гов. Вдоль вала пото­ки вод нес­лись в сто­ро­ну Арен­ды, под­тап­ли­вая пло­щадь. Она потом пред­став­ля­ла боло­ти­стую топь, нико­гда не про­сы­ха­ла, исто­чая смрад… Грязь, рас­топ­тан­ная людь­ми, лошадь­ми, ско­том, теле­га­ми, пор­ти­ла ланд­шафт. Тор­гов­цы, пони­мая все это, не торо­пи­лись заме­нять дере­вян­ные лав­ки на камен­ные. Выжи­да­ли… Пожар в 1879 году уни­что­жил все построй­ки на рын­ке. Вто­рая Глав­ная рыноч­ная пло­щадь закон­чи­ла свое суще­ство­ва­ние. 

3. С Главной рыночной площадью и в третий раз не повезло 

26 апре­ля по ста­ро­му сти­лю (8 мая по ново­му) 1879 года город­ская дума при­ня­ла поста­нов­ле­ние:

«…3) мяс­ной, птич­ный, бака­лей­ный ряд и при­воз сне­сти с Сак­мар­ской на Сен­ную пло­щадь. Этим поста­нов­ле­ни­ем было санк­ци­о­ни­ро­ва­но устрой­ство кон­но-сен­ной пло­ща­ди» (Стол­пян­ский П.Н. Город Орен­бург. Мате­ри­а­лы к исто­рии и топо­гра­фии горо­да. Орен­бург. 1908, с. 202). 

По зани­ма­е­мой тер­ри­то­рии из тор­го­вых пло­ща­дей Кон­но-Сен­ная была самой боль­шой в горо­де. Ее гра­ни­ца­ми были нынеш­ние ули­цы: Воло­дар­ско­го, Выста­воч­ная, Рыба­ков­ская и Тереш­ко­вой. Она ста­но­вит­ся тре­тьей Глав­ной рыноч­ной пло­ща­дью. К двум ранее суще­ству­ю­щим здесь база­рам — по тор­гов­ле сеном и ско­том — доба­вил­ся тре­тий, где тор­го­ва­ли мясом, пти­цей, бака­ле­ей, кала­ча­ми, а несколь­ко поз­же — рыбой, ово­ща­ми, арбу­за­ми, гон­чар­ны­ми, желез­ны­ми и кустар­ны­ми изде­ли­я­ми. В нача­ле 30‑х годов наше­го века на Кон­но-Сен­ной появил­ся и чет­вер­тый базар — Тол­чок, пере­ве­ден­ный сюда в свя­зи с лик­ви­да­ци­ей остат­ков пер­вой Глав­ной пло­ща­ди (про­тив поч­там­та на ули­це Киро­ва). 

Из четы­рех база­ров до наших дней сохра­нил­ся толь­ко один, извест­ный как Цен­траль­ный рынок. Осталь­ные три в раз­ные годы исчез­ли с Кон­но-Сен­ной. Тол­чок, пере­ве­ден­ный сюда из ста­ро­го цен­тра, занял пра­вую сто­ро­ну нынеш­не­го про­спек­та Побе­ды, если сле­до­вать по нему от Выста­воч­ной к «Вос­хо­ду», при­жав­шись к стене маго­ме­тан­ско­го клад­би­ща. Место по дру­гую сто­ро­ну про­спек­та зани­ма­ли лаба­зы — дере­вян­ные мага­зи­ны с хозто­ва­ра­ми, строй­ма­те­ри­а­ла­ми. С застрой­кой про­спек­та в 50‑е годы Тол­чок, после пере­ме­ны ряда мест в горо­де, осел там, где сего­дня Веще­вой рынок. Базар по тор­гов­ле ско­том нахо­дил­ся в рай­оне нынеш­не­го мага­зи­на «Силу­эт». Основ­ная ско­то­при­гон­ная пло­щад­ка раз­ме­ром при­мер­но 100х100 мет­ров с ограж­де­ни­ем и слу­жи­ла местом тор­гов­ли. Здесь, в основ­ном летом, про­да­ва­ли лоша­дей, вер­блю­дов, круп­ный рога­тый скот и овец. Объ­ем тор­гов­ли состав­лял 10–12 тысяч голов в год. Зимой здесь про­да­ва­ли сено и соло­му. После вой­ны это­го база­ра не ста­ло, он про­дол­жал суще­ство­вать еще неко­то­рое вре­мя в дру­гой части горо­да. Базар по тор­гов­ле сеном — в основ­ном в лет­ний пери­од — был в рай­оне нынеш­ней ули­цы Рыба­ков­ской на мечет­ной тор­го­вой пло­ща­ди. Здесь же нахо­ди­лись весы для сена. После окон­ча­тель­но­го раз­ме­же­ва­ния четы­рех база­ров назва­ние Кон­но-Сен­ной пере­шло сюда, о чем сви­де­тель­ству­ет план горо­да 1932 года. А там, где рань­ше на плане зна­чи­лась Кон­но-Сен­ная пло­щадь, оста­лось одно назва­ние — Цен­траль­ный базар. Кон­но-сен­ная исчез­ла во вто­рой поло­вине 30‑х годов. 

Вот какой уви­дел Кон­но-Сен­ную пло­щадь в нача­ле ХХ века исто­рик П.Н. Стол­пян­ский:

«Гро­мад­ная пло­щадь не замо­ще­на — вес­ной и осе­нью она не про­хо­ди­ма от гря­зи, зимой — от сугро­бов сне­га, летом — по ней гуля­ет вихрь, а пыль носит­ся клуб­ка­ми. Малень­кие дере­вян­ные лавоч­ки, похо­дя­щие на бала­га­ны, бла­го­да­ря сво­им щелям вполне доступ­ны для пыли…

Тут же на пло­ща­ди несколь­ко повы­ше — клад­би­ще, и под­поч­вен­ная вода лег­ко про­ни­ка­ет в погре­ба с мясом, рыбой, пти­цей…» 

Это послед­нее и есть «несъе­доб­ное» в исто­рии тре­тьей Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди в Орен­бур­ге, о чем ста­ра­лись до недав­не­го вре­ме­ни умал­чи­вать при кра­е­вед­че­ских изыс­ка­ни­ях. Нель­зя без недо­уме­ния вос­при­ни­мать то, как отцы горо­да доду­ма­лись поста­вить вто­рую Глав­ную пло­щадь под вод­ный поток с трех клад­бищ: маго­ме­тан­ско­го, еврей­ско­го (на его месте ныне швей­ная фаб­ри­ка) и пра­во­слав­но­го. Как мог­ли пере­не­сти основ­ной рынок еще в более уяз­ви­мое место — на Кон­но-Сен­ную? Прав­да, несколь­ко раз потом в Думе под­ни­мал­ся этот вопрос, но ника­ко­го реше­ния не при­ни­ма­лось. Впо­след­ствии и в совет­ское вре­мя были серьез­ные наме­ре­ния выве­сти Глав­ную рыноч­ную пло­щадь из рай­о­на клад­бищ в дру­гое место.

В газе­те «Орен­бург­ская ком­му­на» 17 декаб­ря 1938 года в ста­тье «Про­ект пла­ни­ров­ки Орен­бур­га» чита­ем:

«Адми­ни­стра­тив­ным цен­тром явит­ся рай­он Дома Сове­тов, куль­тур­ным — рай­он ново­го теат­ра, кото­рый пред­по­ла­га­ет­ся выстро­ить на тер­ри­то­рии кол­хоз­но­го рын­ка».

Вой­на поме­ша­ла осу­ще­ствить заду­ман­ное. После вой­ны не гово­ри­ли о пере­но­се база­ра, а убра­ли в 1951 году клад­би­ще. 

Не повез­ло Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди и в дру­гом. Сама Кон­но-Сен­ная пло­щадь нахо­ди­лась на огром­ном пусты­ре в тре­уголь­ни­ке меж­ду нынеш­ни­ми ули­ца­ми Тереш­ко­вой и Тур­ке­стан­ской с вер­ши­ной угла, где сей­час сто­ит Дом быта. Этот пустырь, или, как выра­зил­ся архи­тек­тор И.В. Рян­гин, «брешь в город­ской тер­ри­то­рии меж­ду вто­рой частью и фор­штад­том, ост­рым углом выда­ю­ща­я­ся в самый центр горо­да», в пер­спек­ти­ве, по зако­нам гра­до­стро­и­тель­ства, в целях объ­еди­не­ния горо­да в еди­ное целое, дол­жен быть застро­ен. Пока тре­уголь­ник слу­жил боль­шим про­из­вод­ствен­но-хозяй­ствен­ным и склад­ским дво­ром горо­да (как, напри­мер, сей­час заураль­ная часть), Кон­но-Сен­ная пло­щадь сохра­ня­лась как пло­щадь. Но когда эту «брешь» нача­ли застра­и­вать, от Кон­но-Сен­ной оста­лось 4,7 гек­та­ра пло­ща­ди, зани­ма­е­мой ныне Цен­траль­ным рын­ком. Жиз­нью в послед­ние годы постав­лен вопрос о воз­мож­но­сти даль­ней­ше­го суще­ство­ва­ния Цен­траль­но­го рын­ка на зани­ма­е­мой им пло­ща­ди при совре­мен­ных тре­бо­ва­ни­ях к рын­кам. Нор­маль­ным было бы реше­ние о его закры­тии и спи­са­нии с уче­та. Но вот беда — дру­гих совре­мен­ных рын­ков в горо­де нет.

За 117 лет сво­е­го суще­ство­ва­ния тре­тья Глав­ная рыноч­ная пло­щадь про­шла сле­ду­ю­щие эта­пы сво­е­го раз­ви­тия: 1879–1932 годы — раз­ме­же­ва­ния на четы­ре база­ра — Зеле­ный базар, Ско­то­при­гон­ная пло­щад­ка, Тол­чок, Кон­но-Сен­ной базар; 1932–1994 годы — пави­льон­ная систе­ма рын­ка с новой фор­мой соб­ствен­но­сти и назва­ни­я­ми. Сна­ча­ла — Цен­траль­ный Совет­ский кол­хоз­ный базар, Сов­хоз­но-кол­хоз­ный рынок. И далее — Цен­траль­ный кол­хоз­ный рынок (кол­хоз­но-коопе­ра­тив­ный рынок). С мар­та 1994 года на цен­траль­ных воро­тах над­пись «Цен­траль­ный кол­хоз­ный рынок» заме­не­на на дру­гую — АО «Цен­траль­ный рынок». Из всех назва­ний в созна­нии и диа­ло­гах горо­жан проч­но и надол­го закре­пи­лось одно — «Зеле­ный». Да, летом он сплошь зеле­ный от оби­лия ово­щей. 

4. Конно-Сенная площадь на карте 1932 года 

Архи­тек­тор-худож­ник И.В. Рян­гин, имея в виду тер­ри­то­рию горо­да от ули­цы Тереш­ко­вой до Тур­ке­стан­ской, в ста­тье «Орен­бург буду­ще­го» в 1924 году писал:

«Пла­ни­руя эту часть город­ской тер­ри­то­рии, необ­хо­ди­мо рез­че выде­лить ради­аль­ную систе­му и создать ей центр, име­ю­щий боль­шое жиз­нен­ное зна­че­ние, неже­ли деко­ра­тив­ный собор; таким цен­тром дол­жен быть рай­он адми­ни­стра­тив­но-науч­но­го и про­мыш­лен­но­го зна­че­ния, этот центр лег­ко может быть создан в рай­оне Кон­но-Сен­ной пло­ща­ди, так как эта часть горо­да почти не застро­е­на, и поло­же­ние новых улиц и буль­ва­ров не вызо­вет боль­шой лом­ки…»

Сего­дня, через 70 с лиш­ком лет, мож­но утвер­ждать, что такой центр теперь есть — Орен­бург­ский госу­дар­ствен­ный уни­вер­си­тет. 

Музей исто­рии Орен­бур­га, что на Набе­реж­ной, недав­но попол­нил­ся пла­ном горо­да, издан­ным в 1932 году. Изу­чая план, я обра­тил вни­ма­ние на сдви­ну­тое север­нее, чем на кар­тах 1910 и 1915 годов, рас­по­ло­же­ние Кон­но-Сен­ной пло­ща­ди. А на ее месте над­пись — Цен­траль­ный Совет­ский кол­хоз­ный базар. Да, это новое в исто­рии Орен­бур­га. Огром­ная Кон­но-Сен­ная пло­щадь раз­де­ли­лась на само­сто­я­тель­ные части, при этом одна из них сохра­ни­ла пер­во­на­чаль­ное назва­ние. План-кар­та откры­ва­ла воз­мож­ность по-ново­му уви­деть важ­ный уго­лок горо­да. «Най­ти бы еще вете­ра­нов, пом­нив­ших это место вре­мен 1932-го», — поду­ма­лось мне. Нашлись и они. Осо­бен­но помог потом­ствен­ный куз­нец, ста­ро­жил этих мест, участ­ник Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны Васи­лий Ива­но­вич Игна­тьев. 

Итак, Кон­но-Сен­ная… Если смот­реть на кар­ту, то видишь эту пло­щадь в тре­уголь­ни­ке, вер­ши­на­ми кото­ро­го будут: быв­шая водо­на­пор­ная баш­ня на пере­се­че­нии про­спек­та Побе­ды и ули­цы Выста­воч­ной, построй­ки 1927–1928 гг,; мечеть на углу улиц Рыба­ков­ской и Тереш­ко­вой, построй­ки 1872–1873 гг.; а так­же зда­ние и поле с антен­ной город­ско­го ретранс­ля­ци­он­но­го узла на Тереш­ко­вой, 10. Зда­ние — быв­ший дом куп­ца Зарыв­но­го (види­мо, ноч­леж­ный дом), постро­ен­ный в 1910 году. Радио­стан­ция созда­на в 1926 году. 

Пря­мо­уголь­ник пло­ща­ди раз­ме­ром при­мер­но 300х400 мет­ров (12 га) огра­ни­чен с севе­ро-восто­ка квар­та­ла­ми Куз­неч­но­го, ули­цей Уголь­ной, с юго-запа­да — ограж­де­ни­ем ста­ро­го татар­ско­го клад­би­ща. Ули­цы Рыба­ков­ской здесь не зна­чит­ся, она закан­чи­ва­ет­ся на пере­се­че­нии с Ниже­го­род­ской (Тереш­ко­вой). Основ­ной доро­гой сюда счи­та­ли ули­цу Базар­ную, про­хо­дя­щую через Куз­неч­ный. На Базар­ную выхо­ди­ли и еха­ли через лес­ной, щеп­ной базар (в рай­оне заво­да сверл). Квар­та­лы Куз­неч­но­го в кон­це ХIХ — нача­ле ХХ веков — это уни­каль­ная про­из­вод­ствен­ная база ста­ро­го Орен­бур­га на сты­ке основ­ных въезд­ных и выезд­ных дорог горо­да. Запом­ни­те назва­ния улиц Куз­неч­но­го: Карет­ная, Колес­ная, Под­ков­ная, Куз­неч­ная. По вос­по­ми­на­ни­ям вете­ра­нов, масте­ра тут были отмен­ные. До сих пор, напри­мер, ходят леген­ды о том, как куз­не­цы дина­стии Кирья­но­вых вос­ста­но­ви­ли лоп­нув­ший вал на мель­ни­це Юро­ва.

Есть где в горо­де посмот­реть огра­ды руч­ной рабо­ты с осо­бы­ми «хому­ти­ка­ми и зави­точ­ка­ми». По Базар­ной ули­це от Уголь­ной до Охот­ни­чьей (эту часть квар­та­лов с ули­цей Уголь­ной и Под­ков­ной снес­ли) шли куз­неч­ные ряды в соста­ве 14 куз­ниц. Одна ули­ца носит назва­ние Стру­но­вая. Здесь изго­тав­ли­ва­ли доб­рот­ные вален­ки. Масте­ра назы­ва­ли себя валь­щи­ка­ми (валяль­щи­ка­ми). Стру­на из бара­ньих жил — состав­ная часть стан­ка валь­щи­ка, тол­щи­ной при­мер­но в каран­даш. Дере­вян­ные узо­ры на неко­то­рых домах остав­шей­ся части Куз­неч­но­го сви­де­тель­ству­ют о высо­ком искус­стве масте­ров с Карет­ной. После даль­ней доро­ги здесь, в Куз­неч­ном (не гово­ри­ли — посел­ке, деревне, а гово­ри­ли — в Куз­неч­ных рядах), мож­но было под­ре­мон­ти­ро­вать теле­гу, сани, под­ко­вать лошадь, обза­ве­стись нуж­ны­ми поков­ка­ми для хозяй­ства, при­об­ре­сти необ­хо­ди­мые тогда всем вален­ки, пообе­дать, отдох­нуть, по мяг­кой грун­то­вой Базар­ной ули­це про­сле­до­вать на Кон­но-Сен­ную и далее, на Тол­чок и в лаба­зы — хоз­ма­га­зи­ны (от водо­на­пор­ной баш­ни вниз по нынеш­не­му про­спек­ту Побе­ды), на ско­то­при­гон­ную пло­щад­ку — на базар, где про­да­ва­ли лоша­дей, вер­блю­дов, круп­ный рога­тый скот, бара­нов (место, где ныне мага­зин «Силу­эт»), и на Зеле­ный базар. 

А что же было на Кон­но-Сен­ной? Здесь она в таком виде, как в 1932 году, нача­ла суще­ство­вать с 1879 года. Глав­ное заня­тие — тор­гов­ля сеном. И самая инте­рес­ная деталь — весы для взве­ши­ва­ния сена. Они нахо­ди­лись на тер­ри­то­рии нынеш­не­го трол­лей­бус­но­го пар­ка на Рыба­ков­ской, если вой­ти в пер­вые основ­ные воро­та и прой­ти при­мер­но 30 мет­ров. Как все это было недав­но: теле­ги, лоша­ди, сено, вот такие весы, дре­вес­ный уголь. Да! Дре­вес­ный уголь для само­ва­ра, утю­га.

Во дво­ре за нынеш­ним пер­вым кор­пу­сом коопе­ра­тив­но­го тех­ни­ку­ма сто­ял дере­вян­ный сарай 12х8 мет­ров и высо­той 4 мет­ра, с воро­та­ми, куда при­во­зи­ли на теле­гах уголь и раз­гру­жа­ли. Отсю­да и шла вся роз­нич­ная тор­гов­ля им. За неиме­ни­ем камен­но­го угля ино­гда в куз­ни­цах упо­треб­ля­ли и дре­вес­ный. В рай­оне водо­на­пор­ной баш­ни про­дол­жа­ла сто­ять на про­ти­во­по­лож­ной сто­роне Выста­воч­ной ули­цы послед­няя из 13-ти мель­ни­ца-вет­рян­ка, кото­рая сго­ре­ла в 1936 году. Высо­той она была до 15 мет­ров, диа­мет­ром 15–20 мет­ров. По ули­цам Челя­бин­ской (про­спект Побе­ды) и Пле­ха­но­ва, напро­тив ОГУ, был част­ный сек­тор и двор с утиль­сы­рьем. 

Исчез­ла Кон­но-Сен­ная пло­щадь во вто­рой поло­вине 30‑х годов, а на ее месте появи­лась зона с бара­ка­ми и заклю­чен­ны­ми. Спу­стя годы зоны не ста­ло. Бара­ки оста­лись, в них посе­ли­лись люди, посколь­ку с жильем было очень тяже­ло. Затем пло­щадь начи­на­ет застра­и­вать­ся капи­таль­ны­ми соору­же­ни­я­ми: в 1952–1956 годах по Рыба­ков­ской воз­во­дит­ся пер­вый кор­пус коопе­ра­тив­но­го тех­ни­ку­ма, в 1953 году — трол­лей­бус­ный парк, в 1954–1955 — Дом проф­со­ю­зов, в 1960 году — зда­ние фили­а­ла Куй­бы­шев­ско­го поли­тех­ни­че­ско­го инсти­ту­та. Позд­нее, в 1980 году, — авто­вок­зал на ули­це Тереш­ко­вой. Вме­сто част­но­го сек­то­ра и мель­ниц-вет­ря­нок в 60‑е годы вырос­ли мно­го­этаж­ные жилые зда­ния. Мест не узнать: в 30‑е годы на Челя­бин­ской еще езди­ли кир­ги­зы (каза­хи) на теле­гах, запря­жен­ных вер­блю­да­ми, и кри­ча­ли: «Бела гли­на!», про­да­вая шари­ки белой гли­ны в сме­си с синь­кой для побел­ки стен домов, а в 50–60‑е годы ста­ли коле­сить трол­лей­бу­сы. А по крас­ной линии от крыль­ца пер­во­го кор­пу­са сле­ду­ют по асфаль­то­вой дорож­ке сту­ден­ты ОГУ… по Базар­ной ули­це, про­ез­жая часть кото­рой заня­та зеле­ным скве­ром. Вот вам и крат­кая исто­рия того, что было на зем­ле, где теперь дол­го­ждан­ный храм нау­ки по ста­ту­су само­го высо­ко­го уров­ня. 

5. Центральный рынок и проблемы его развития 

К 1932 году жизнь рын­ков в горо­де замер­ла. Вре­мя было голод­ное. Закры­лись и само­лик­ви­ди­ро­ва­лись база­ры в Крас­ном город­ке, на Тор­го­вой пло­ща­ди (Михай­лов­ский базар). Зеле­ный рынок вла­чил жал­кое суще­ство­ва­ние.

Газе­та «Орен­бург­ская ком­му­на» от 29 авгу­ста 1932 года писа­ла:

«На Тор­го­вой пло­ща­ди, где когда-то был базар, при­ез­жа­ю­щие в город кол­хоз­ни­ки тор­гу­ют сель­ско­хо­зяй­ствен­ной про­дук­ци­ей, но тор­гов­ля эта идет, так ска­зать, сти­хий­но, само­те­ком. Не выстро­е­но еще ни одно­го ларь­ка. Фак­ти­че­ски базар на Тор­го­вой пло­ща­ди бес­при­зо­рен. Нет дирек­то­ра база­ра. Еще хуже обсто­ит дело с база­ром в Крас­ном город­ке. В этом рабо­чем рай­оне горо­да база­ра нет и в помине. Нет и ларь­ков, не назна­чен началь­ник база­ра». 

1932 год — новое явле­ние в жиз­ни рын­ка. Он пере­хо­дит с одной фор­мы соб­ствен­но­сти на дру­гую, част­ная сме­ня­ет­ся кол­хоз­но-коопе­ра­тив­ной. Быв­ший «Зеле­ный» ста­но­вит­ся «Кол­хоз­ным». Откры­тие состо­я­лось 12 мая. Об этом дне "Орен­бург­ская ком­му­на писа­ла:

«Пер­вый совет­ский базар открыл­ся… Почти весь Орен­бург при­шел на совет­ский базар».

Есте­ствен­но, люди шли туда не из-за любо­пыт­ства: голод гнал в надеж­де чем-либо и поде­шев­ле запол­нить живот. 

Судя по печа­ти, под­го­то­ви­лись пло­хо. Выстро­и­ли шерен­гу ларь­ков-скво­реч­ни­ков, мало­удоб­ных для тор­гов­ли. Кол­хоз­ных возов при­бы­ло не более два­дца­ти. Кол­хоз­ни­ков с «излиш­ка­ми» ока­за­лось тоже не столь­ко, сколь­ко бы хоте­лось. При этом встреч­ная тор­гов­ля не мог­ла пред­ло­жить им ни сапог, ни костю­мов, ни руба­шек, ни белья. Сто­ли­ков в откры­тых рядах тор­гов­ли не хва­та­ло. В молоч­ном ряду товар нахо­дил­ся на зем­ле. Асфаль­то­во­го покры­тия тогда не было. Всю­ду и вез­де пыль. Рас­по­ло­жи­лись здесь и тор­гов­ки-пере­куп­щи­цы. На база­ре было все­го два мили­ци­о­не­ра и два нало­го­вых работ­ни­ка. И вот такая деталь: «Базар окру­жа­ли пив­ну­хи и цен­тро­спир­ты». Она допол­ня­ла кар­ти­ну рын­ка пере­ход­но­го пери­о­да. 

При­ме­ча­ние «Берд­ской сло­бо­ды»: 29 июля 1936 г. Пре­зи­ди­у­мом Орен­бург­ско­го гор­со­ве­та утвер­жден про­ект стро­и­тель­ства на тор­го­вой пло­ща­ди, вклю­чав­шей тор­го­вые ряды Кол­хоз­но­го база­ра, откры­то­го в 1932 г., Цен­траль­но­го кол­хоз­но­го база­ра (ныне – Цен­траль­ный рынок Орен­бур­га, ули­ца 8 Мар­та, 40). Город­ско­му отде­лу внут­рен­ней тор­гов­ли было пору­че­но замо­ще­ние база­ра, обне­се­ние забо­ром и озе­ле­не­ние базар­ной пло­ща­ди. В целях наве­де­ния сани­тар­но-куль­тур­но­го поряд­ка граж­да­нам, про­да­вав­шим мясо, молоч­ные и дру­гие сель­ско­хо­зяй­ствен­ные про­дук­ты, выда­ва­лись хала­ты, перед­ни­ки и нару­кав­ни­ки.

К 1940 году рынок окреп, обра­зо­ва­лась штат­ная про­фес­си­о­наль­ная адми­ни­стра­ция. Вой­на забра­ла на рын­ке для раз­ме­ще­ния в 1942 году эва­ку­и­ро­ван­ной ткац­кой фаб­ри­ки три сто­я­щих в ряду вдоль огра­ды по ули­це 8 Мар­та одно­этаж­ных камен­ных зда­ния с под­ва­ла­ми архи­тек­ту­ры нача­ла ХХ века. Они были ограж­де­ны доща­тым забо­ром и выве­де­ны из соста­ва рын­ка. Фаб­ри­ка вер­ну­ла эти зда­ния рын­ку не сра­зу, послед­нее — толь­ко в 1965 году.

После вой­ны, в пер­вые, тоже голод­ные, годы про­изо­шел вто­рой всплеск вни­ма­ния вла­стей к рын­ку. К кон­цу 1948 года Цен­траль­ный рынок замет­но бла­го­устра­и­ва­ет­ся и при­об­ре­та­ет куль­тур­ный вид. Здесь зано­во постро­е­но несколь­ко дере­вян­ных пави­льо­нов, мно­го ларь­ков и пала­ток, а так­же кры­тые ряды для тор­гов­ли ово­ща­ми. Откры­ты уни­вер­саль­ный мага­зин гор­т­ор­га, про­дук­то­вый мага­зин кооптор­га, чай­ная тре­ста сто­ло­вых и ресто­ра­нов на 200 поса­доч­ных мест. Закон­че­но соору­же­ние фун­да­мен­таль­ной огра­ды рын­ка. Зна­чи­тель­но улуч­ше­но куль­тур­ное обслу­жи­ва­ние. Но бед­ность еще дава­ла о себе знать — асфаль­том пло­щадь рын­ка была покры­та толь­ко в 1956 году. 1948 год стал рубеж­ным годом, когда дела­ет­ся упор на рас­ши­ре­ние госко­опе­ра­тив­ной тор­гов­ли на кол­хоз­ных рын­ках горо­да. 

Тако­ва внеш­няя кар­ти­на жиз­ни Цен­траль­но­го кол­хоз­но­го рын­ка в тече­ние 15 лет после его рож­де­ния. Но есть и внут­рен­няя его жизнь. Она луч­ше высве­чи­ва­ет­ся с помо­щью пись­ма воен­но­го про­ку­ро­ра пер­во­му сек­ре­та­рю Чка­лов­ско­го обко­ма ВКП(б) от 13 авгу­ста 1947 года. Вот несколь­ко строк из него:

«В горо­де Чка­ло­ве функ­ци­о­ни­ру­ют три офи­ци­аль­ных рын­ка и око­ло десят­ка неле­галь­ных рын­ков, кото­рые бук­валь­но »захва­че­ны« спе­ку­лян­та­ми и пере­куп­щи­ка­ми, дела­ю­щи­ми в общей сум­ме мил­ли­он­ные обо­ро­ты. »Кол­хоз­ные рын­ки« горо­да Чка­ло­ва почти не име­ют осно­ва­ния к это­му назва­нию и в зна­чи­тель­ной их части пред­став­ля­ют собой сбо­ри­ще пере­куп­щи­ков, меся­ца­ми, в поряд­ке про­фес­сии, зани­ма­ю­щих­ся этой дея­тель­но­стью… Кол­хоз­ник заин­те­ре­со­ван в быст­рой и опто­вой тор­гов­ле в одни руки, не задер­жи­ва­ясь. После это­го спе­ку­лян­ты легаль­но тор­гу­ют эти­ми това­ра­ми на рын­ках горо­да Чка­ло­ва… На всех рын­ках в изоби­лии про­да­ют­ся пред­ме­ты и това­ры, кото­рые по сво­е­му харак­те­ру могут попасть на рынок толь­ко пре­ступ­ным путем…» (ЦДНИ ОО, фонд 267, опись 19, ед. хран. 141, с. 110).

Разо­вый сбор тогда на рын­ке при­но­сил 17 мил­ли­о­нов в год, что состав­ля­ло 25 про­цен­тов дохо­да город­ско­го бюд­же­та. Это учтен­ный сбор, но суще­ство­вал и не учтен­ный.

В 50–60‑е годы на рын­ке дере­вян­ные пави­льо­ны заме­ня­ют­ся камен­ны­ми — все­го выстро­е­но 5 кор­пу­сов. Луч­шим из них явля­ет­ся пави­льон «Моло­ко» пло­ща­дью 900 квад­рат­ных мет­ров на 150 тор­го­вых мест, с желе­зо­бе­тон­ным покры­ти­ем без еди­ной внут­рен­ней опо­ры. По ана­ло­гии — кор­пус «Мясо» (был постро­ен под «ово­щи-фрук­ты»). Но он усту­па­ет цен­но­стью пере­кры­тия — здесь пере­кры­тие по дере­вян­ным фер­мам. Кор­пус «Ово­щи-фрук­ты», выстро­ен­ный в 1965 году для тор­гов­ли мясом и бака­ле­ей, до сих пор исполь­зо­вал­ся в режи­ме овощ­но­го мага­зи­на на 5 тор­го­вых мест. Это скры­тый резерв тор­го­вых мест на рын­ке, ранее не задей­ство­ван­ный по при­чине двух хозя­ев рын­ка — Обл­по­треб­со­ю­за и Управ­ле­ния рын­ка­ми.

В насто­я­щее вре­мя этот кор­пус на 100 тор­го­вых мест ремон­ти­ру­ет­ся, будет предо­став­лен на холод­ное вре­мя года для тор­гов­ли фрук­та­ми и ово­ща­ми. Чет­вер­тый неболь­шой пави­льон в нача­ле 1996 года сго­рел. И послед­ний кор­пус, постро­ен­ный в кон­це 60‑х годов, с холо­диль­ны­ми каме­ра­ми, холо­диль­ным обо­ру­до­ва­ни­ем, с гра­дир­ней (вы ее види­те у хоз­ма­га­зи­на), дли­тель­ные годы не исполь­зо­вал­ся — был труд­ный про­цесс осво­е­ния холо­диль­но­го обо­ру­до­ва­ния. В кор­пу­се сей­час тор­гу­ют кол­бас­ны­ми изде­ли­я­ми. Все пере­чис­лен­ные кор­пу­са не име­ют инже­нер­ных ком­му­ни­ка­ций, уста­ре­ли, тре­бу­ют рекон­струк­ции и ква­ли­фи­ци­ро­ван­ной экс­плу­а­та­ции. 

С 1965 года, в тече­ние почти 30 лет, стро­и­тель­ство на рын­ке не велось. На мой взгляд, это про­изо­шло из-за отсут­ствия про­ра­бот­ки в целом, в мас­шта­бе горо­да, рыноч­ной про­бле­мы (став­ка на мага­зи­ны). И не толь­ко это. Ска­зы­вал­ся дефи­цит про­до­воль­ствия, осо­бен­но мяса. Закры­тие Михай­лов­ско­го база­ра в 1973 году, а ранее — и в Крас­ном город­ке, тоже было не слу­чай­ным. За послед­ние 30 лет роста рыноч­ной тор­го­вой пло­ща­ди чре­ва (съест­но­го) не было, а насе­ле­ние Орен­бур­га за этот пери­од воз­рос­ло вдвое — с 300 до почти 600 тысяч чело­век. Появи­лась талон­ная систе­ма. Назре­вал кри­зис. Он раз­ра­зил­ся при вве­де­нии в 1992 году сво­бод­ной тор­гов­ли. Цен­траль­ный рынок выплес­нул­ся с тор­гов­лей за свою метал­ли­че­скую огра­ду. По моим под­сче­там, рынок посе­ща­ли в суб­бо­ту до 60 тысяч жите­лей, то же в вос­кре­се­нье. В дру­гие дни — до 30 тысяч еже­днев­но, то есть один из чле­нов семьи, живу­щий в Орен­бур­ге, в тече­ние 10 дней один раз быва­ет на Цен­траль­ном рын­ке. Экс­плу­а­ти­ро­вать такой рынок с мощ­ной желез­ной огра­дой ста­но­ви­лось в даль­ней­шем опас­но (потен­ци­аль­ная «Ходын­ка»). В часы пик скоп­ле­ние в четы­ре раза выше нор­мы. Кри­зис при­вел к смер­ти кол­хоз­но­го рын­ка. С 4 мар­та 1994 года одна соб­ствен­ность сме­ни­лась дру­гой — кол­хоз­но-коопе­ра­тив­ная усту­пи­ла част­ной. АО «Цен­траль­ный рынок» — част­но-акци­о­нер­ный вла­де­лец — при­нял реше­ние о рекон­струк­ции рын­ка. Одно­вре­мен­но по горо­ду про­ка­ти­лась вол­на созда­ния в раз­ных местах горо­да сти­хий­ных рын­ков, несколь­ко осла­бив­ших дав­ле­ние на рынок Цен­траль­ный. 

6. Рынков много в Оренбурге, но нужно ехать на «Зеленый» 

Пере­ход на сво­бод­ную тор­гов­лю в 1992–1995 годах вскрыл всю сущ­ность рын­ка роз­нич­ной тор­гов­ли в Орен­бур­ге, застал врас­плох и вызвал сти­хию в раз­ре­ше­нии пере­зрев­шей про­бле­мы.

В кни­ге «Орен­бург», издан­ной в 1993 году к 250-летию горо­да, в послед­ней гла­ве безы­мян­но­го авто­ра («Орен­бург сего­дня и зав­тра». Адми­ни­стра­ция горо­да) чита­ем:

«В свя­зи с раз­ви­ти­ем сво­бод­ной тор­гов­ли в горо­де орга­ни­зо­ва­но 36 рын­ков». И где же они эти 35 рын­ков, за мину­сом Цен­траль­но­го? 

Про­мыш­лен­ный рай­он. Рынок здесь, в Крас­ном город­ке, появил­ся впер­вые в 20‑х годах наше­го века. «Гулял» с места на место, вытес­ня­е­мый дру­ги­ми объ­ек­та­ми. Про­ка­тил­ся до места, ныне зани­ма­е­мо­го Домом одеж­ды и шко­лой N 62, где в нача­ле 60‑х годов как рынок Про­мыш­лен­но­го рай­о­на пре­кра­тил свое суще­ство­ва­ние. И вот теперь, более чет­вер­ти века спу­стя, этот рынок сти­хий­но воз­ро­дил­ся в крайне убо­гом виде в рай­оне Дома одеж­ды". 

Не полу­чил раз­ви­тия рынок, созда­ва­е­мый в 1948 году в рай­оне желез­но­до­рож­но­го вок­за­ла на углу ули­цы Орлов­ской и Сред­не­го пере­ул­ка. К 1954 году он исчез, а его тер­ри­то­рию застро­и­ли. Но в 90‑е этот рынок «всплыл» на При­вок­заль­ной пло­ща­ди, и не один, а под защи­той сте­ны из бро­не­ларь­ков со спирт­ным. Попут­но появи­лись базар­ные пятач­ки на углу ули­цы Тка­че­ва и про­спек­та Бр. Коро­сте­ле­вых, на Мая­ке и в дру­гих местах. Одна­ко все это сти­хий­но рож­ден­ное не может удо­вле­тво­рить жите­ля, и он вынуж­ден ехать на «Зеле­ный». 

Дзер­жин­ский рай­он. В нача­ле 70‑х годов на Юби­лей­ной ули­це (ныне про­спект Дзер­жин­ско­го) появил­ся, а затем и утвер­дил­ся базар­ный пята­чок, кото­рый со вре­ме­нем пере­рос в неболь­шой базар. Радо­ва­лись все­ле­нию его в 1989 году в новое, пер­вое для рай­о­нов Орен­бур­га, кры­тое совре­мен­ное рыноч­ное зда­ние, осна­щен­ное холо­диль­ным обо­ру­до­ва­ни­ем, лиф­та­ми и ово­ще­хра­ни­ли­щем. Так родил­ся кол­хоз­но-коопе­ра­тив­ный рынок «Степ­ной». Но две беды его настиг­ли: он теперь ока­зал­ся на обо­чине вырос­ше­го Север­но­го рай­о­на горо­да, а глав­ное то, что рынок в 1992 году закры­ли, бетон­ные при­лав­ки сру­би­ли, лиф­ты испор­ти­ли, холо­диль­ные маши­ны вывез­ли… 

В это вре­мя сти­хия поро­ди­ла три базар­ных пятач­ка по оси ули­цы Сал­мыш­ской, три — по оси про­спек­та Побе­ды. Самым боль­шим собы­ти­ем этой сти­хии было рож­де­ние боль­шо­го база­ра на сты­ке ули­цы Теат­раль­ной и про­спек­та Дзер­жин­ско­го. Он занял при­лич­ную пло­щадь, но чре­во (съест­ное) там зани­ма­ет от нее толь­ко про­цен­тов десять. Эти базар­ные пятач­ки не могут пол­но­стью удо­вле­тво­рить поку­па­те­ля. Если бы съест­ные про­дук­ты со всех этих мест были бы сосре­до­то­че­ны в одном рай­он­ном рын­ке, то и выбор был боль­ше, да и цены ниже. А отсут­ствие сани­та­рии и гиги­е­ны на местах тор­гов­ли вооб­ще отпу­ги­ва­ет опре­де­лен­ный слой поку­па­те­ля. Поэто­му и из Север­но­го рай­о­на тоже едут на «Зеле­ный». 

Ленин­ский рай­он. Появив­ший­ся после вой­ны в 1948 году в Крас­ном поса­де на Фор­штадт­ской пло­ща­ди напро­тив сель­хоз­ин­сти­ту­та рынок не при­жил­ся и вско­ре исчез. Не постро­ив запла­ни­ро­ван­ный на 1965 год кры­тый рынок в Восточ­ном рай­оне горо­да, адми­ни­стра­ция рай­о­на и сти­хия поро­ди­ла так назы­ва­е­мый «базар на буг­ре» (угол Кара­ган­дин­ской и Восточ­ной), потом, в 90‑е годы, у мага­зи­на «Яик», на ули­це 60 лет Октяб­ря, в 23 мик­ро­рай­оне — подоб­ные «буг­ру». Мно­гим жите­лям не очень-то нра­вит­ся, мяг­ко гово­ря, такое сосед­ство. Сто­ял бы совре­мен­ный кры­тый рынок на пере­се­че­нии про­спек­та Гага­ри­на и ули­цы Восточ­ной — и ехать на Цен­траль­ный рынок каж­дый раз не было бы необ­хо­ди­мо­сти, и пятач­ки «раз­лич­ных миаз­мов и бак­те­рий» не появи­лись бы, а если и появи­лись бы, то мож­но было со спо­кой­ной сове­стью про­тив них и власть упо­тре­бить. О заураль­ной части горо­да писать на эту тему еще труд­нее. И полу­ча­ет­ся: жите­ли Ленин­ско­го рай­о­на тоже устрем­ля­ют­ся на «Зеле­ный». 

Цен­траль­ный рай­он. Был здесь на всю окру­гу Михай­лов­ский базар (назва­ние от Миха­и­ло-Архан­гель­ской церк­ви, сто­яв­шей на Мари­ин­ской пло­ща­ди). Он про­су­ще­ство­вал почти целый век, с 1879 по 1973 год. Дли­тель­ное вре­мя, до нача­ла 1930‑х годов, этот рынок был тре­тьим по зна­че­нию и мас­шта­бам в горо­де, после «Зеле­но­го» рын­ка и рын­ка на ули­це Киро­ва (напро­тив поч­там­та), а затем, до сво­ей лик­ви­да­ции — вто­рым. Он — сви­де­тель пре­вра­ще­ния Мари­ин­ской пло­ща­ди в Тор­го­вую, сно­са церк­ви, застрой­ки пло­ща­ди нынеш­ним заво­дом «Ради­а­тор», пре­вра­ще­ния пло­ща­ди в Тор­го­вую ули­цу, пере­име­но­ван­ную потом в Невель­скую. Но «Миш­кин базар», как назы­ва­ли его в наро­де, был живуч, проч­но зани­мал тер­ри­то­рию в один гек­тар на пере­се­че­нии улиц Про­ле­тар­ской и Невель­ской. Им были доволь­ны жите­ли и до рево­лю­ции и после — все мож­но было здесь купить: мясо, пти­цу, молоч­ные про­дук­ты, кар­то­фель с ово­ща­ми. В соче­та­нии с мага­зи­на­ми (хозяй­ствен­но-мебель­ным, книж­ным, хлеб­ным, ово­ще­ф­рук­то­вым), парик­ма­хер­ской, апте­кой, пив­ной, рас­по­ло­жен­ны­ми рядом, рынок был, как теперь гово­рят, ядром, серд­це­ви­ной тор­го­во­го цен­тра, кото­рый пол­но­стью обес­пе­чи­вал насе­ле­ние боль­шо­го рай­о­на все­ми про­дук­та­ми пита­ния и слу­жил сфе­рой услуг.

После вой­ны рынок полу­чил кра­си­вое метал­ли­че­ское ограж­де­ние на кир­пич­ных стол­бах. Уют­но чув­ство­ва­ли себя здесь и поку­па­те­ли, и про­да­вец. Поэто­му сюда тяну­ло жите­лей и с отда­лен­ных рай­о­нов, пеш­ком ходи­ли с окру­ги до маго­ме­тан­ско­го клад­би­ща у Веч­но­го огня на про­спек­те Побе­ды. Люди до послед­них дней отста­и­ва­ли свой нуж­ный, сужи­ва­ю­щий­ся пята­чок от раз­ру­ше­ния. Но как рок, как «шаг­ре­не­вая кожа», базар исчез. Теперь место база­ра заня­ла стро­я­ща­я­ся сто­ма­то­ло­ги­че­ская поли­кли­ни­ка, и рядом вет­ша­ют без ремон­та послед­ние остав­ши­е­ся мага­зи­ны. Бабу­си шеп­чут: «Про­щай, Миш­кин базар!» И дума­ют — куда ехать: на «Зеле­ный» или… Но не про­пал совсем «Миш­кин», всплыл все на той же Про­ле­тар­ской. Уже и имя новое при­об­рел у поку­па­те­лей — «Ново-Михай­лов­ский». 

В Цен­траль­ном рай­оне не при­жил­ся на Арен­де появив­ший­ся там в 1948 году базар на Ель­кин­ской (Арда­тов­ской) пло­ща­ди. В 90‑е годы появил­ся базар­ный пята­чок на пере­се­че­нии улиц Тереш­ко­вой и Орской. 

Вот так. А пока мы всем горо­дом едем на «Зеле­ный», кото­рый искус­ствен­но при­тя­нул к себе весь город­ской пас­са­жир­ский транс­порт. Всем горо­дом! 

7. Сегодня на Центральном рынке, на 120‑м году его истории 

8 мая 1998 года наше­му Цен­траль­но­му испол­ни­лось 119 лет. А за пяти­лет­ку до это­го, 

в мар­те 1994 года вла­дель­цем рын­ка ста­ло АО «Цен­траль­ный рынок» во гла­ве с гене­раль­ным дирек­то­ром А.Д. Аме­ли­ным. Оно при­ня­ло реше­ние дать рын­ку вто­рое дыха­ние, выве­сти его из кри­зи­са, напра­вив весь доход на это от рыноч­ной тор­гов­ли, под­клю­чив еще и инве­сто­ров. Посмот­ре­ли на рын­ки сосед­них круп­ных горо­дов, а так­же зару­беж­ные. При­ня­ли на воору­же­ние «Про­ект рекон­струк­ции Цен­траль­но­го рын­ка» архи­тек­то­ра А.И. Ага­фо­но­ва, заняв­ше­го пер­вое место в кон­кур­се. 

Неимо­вер­но труд­ная реша­ет­ся там зада­ча, посколь­ку отсут­ству­ет обя­за­тель­ная — не менее деся­ти­мет­ро­вой шири­ны — пред­ры­ноч­ная пере­ход­ная пло­щадь. Для это­го надо сни­мать трол­лей­бу­сы с улиц Воло­дар­ско­го и 8 Мар­та. Не хва­та­ет пло­ща­ди для сто­ян­ки лег­ко­во­го транс­пор­та — она теперь состав­ля­ет до трид­ца­ти про­цен­тов от пло­ща­ди рын­ка. Кро­ме того, нет воз­мож­но­сти оста­но­вить рабо­ту рын­ка на пери­од стро­и­тель­ства — вто­ро­го «Зеле­но­го» нет, да и где брать день­ги на стро­и­тель­ство?

Ста­ла мень­ше пло­щадь сезон­ной тор­гов­ли ово­ща­ми и фрук­та­ми, что созда­ет допол­ни­тель­ные неудоб­ства и для поку­па­те­лей, и для тор­гу­ю­щих. Усу­губ­ля­ет поло­же­ние и то, что невоз­мож­но пол­но­стью отка­зать­ся от уста­рев­шей, невы­год­ной по всем пока­за­те­лям пави­льон­ной систе­мы и перей­ти на рынок цен­тра­ли­зо­ван­ной систе­мы (все под одной кры­шей). И тем не менее, про­цесс выво­да рын­ка из кри­зи­са с мар­та 1994 года путем осно­ва­тель­ной рекон­струк­ции в тече­ние 8–10 лет пошел. 

Основ­ная идея рекон­струк­ции Цен­траль­но­го рын­ка — обес­пе­чить кры­тую тор­го­вую пло­щадь в 3–4 раза боль­ше суще­ству­ю­щей и убрать под кры­шу весь базар, оста­вив на откры­том воз­ду­хе под наве­сом толь­ко летне-осен­ний зеле­ный базар. Все основ­ные соору­же­ния обес­пе­чи­ва­ют­ся пол­ным ком­плек­сом инже­нер­ных ком­му­ни­ка­ций и обо­ру­до­ва­ния. Все вет­хие стро­е­ния и уста­рев­шие ларь­ки пла­ни­ру­ет­ся сне­сти. Кро­ме тор­го­во­го двух­этаж­но­го пави­льо­на, кото­рый недав­но вве­ли в экс­плу­а­та­цию, в про­ект рекон­струк­ции вхо­дят так­же: тор­го­вый ком­плекс, тор­го­вый одно­этаж­ный кор­пус (в ство­ре по ана­ло­гии с кор­пу­сом «Ово­щи — фрук­ты») пло­ща­дью 800 квад­рат­ных мет­ров; выста­воч­ный пави­льон 50х50 и высо­тою 8 мет­ров; кор­пус для лабо­ра­то­рии по про­вер­ке каче­ства про­дук­тов, здесь же хозто­ва­ры и поме­ще­ния для экс­плу­а­та­ци­он­ной груп­пы рын­ка; гараж на 300 авто­ма­шин (пер­вый этаж под­зем­ный, 2‑й и 3‑й — над­зем­ный); офис рын­ка и откры­тая, под наве­сом, пло­щад­ка для сезон­ной тор­гов­ли. 

Основ­ной тор­го­вый ком­плекс совре­мен­ной архи­тек­ту­ры, трех­этаж­ный, с под­ва­лом, сбло­ки­ро­ван из семи тор­го­вых кор­пу­сов (оче­ре­дей) по типу гости­но­го дво­ра по пери­мет­ру тер­ри­то­рии рын­ка (ули­цам 8 Мар­та, Воло­дар­ско­го, про­ез­ду от ули­цы Бог­да­на Хмель­ниц­ко­го до Акса­ко­ва). Раз­ме­ры тор­го­во­го ком­плек­са: дли­на — 500 мет­ров, шири­на — 15, высо­та — 9 мет­ров (этаж — 3 мет­ра, глу­би­на под­ва­ла — 3 мет­ра). Пол­ный про­ход по тре­тье­му эта­жу от уни­вер­ма­га «Вос­ход» до восточ­ных ворот рын­ка с выхо­дом на ули­цу Бог­да­на Хмель­ниц­ко­го. То же — во вто­ро­му эта­жу с раз­ры­вом в одном-двух местах. Пер­вый этаж с наве­сом над гале­ре­ей тор­го­вых пала­ток с тор­гов­лей на ули­цу и внутрь тер­ри­то­рии рын­ка. Коли­че­ство тор­го­вых мест — 1200. На пер­вом эта­же будут тор­го­вать ово­ща­ми, кар­то­фе­лем, фрук­та­ми и дру­гим. На вто­ром эта­же — фасо­ван­ны­ми про­дук­та­ми, а на тре­тьем — пром­то­ва­ра­ми. Гале­реи пала­ток состо­ят как из отдель­ных ста­ци­о­нар­ных мест на одно­го про­дав­ца, так и сек­ций на несколь­ко про­дав­цов. 

Сей­час осво­бож­де­но и ограж­де­но место у Цен­траль­ных ворот для стро­и­тель­ства пер­во­го тор­го­во­го кор­пу­са (оче­ре­ди) — дли­ной 70 мет­ров, на 170 тор­го­вых мест, тор­го­вой пло­ща­дью 2000 квад­рат­ных мет­ров. Срок стро­и­тель­ства — год. Кот­ло­ван отрыт, про­из­во­дит­ся мон­таж фун­да­мен­та. 

8. Размышление о «Чреве Оренбурга» будущего 

Откро­вен­но ска­жем, вывод из кри­зи­са Цен­траль­но­го рын­ка про­бле­мы рыноч­ной роз­нич­ной тор­гов­ли горо­да в целом не реша­ет. И глав­ное не в том, кому при­над­ле­жит рынок: АО «Цен­траль­ный рынок» или Обл­по­треб­со­ю­зу. Не реша­ют про­бле­мы и так назы­ва­е­мые «35 орга­ни­зо­ван­ных рын­ков». Забу­дем о том, что город­ской бюд­жет вряд ли полу­ча­ет поло­жен­ное от про­да­жи съе­доб­но­го на базар­ных пятач­ках. Город нуж­да­ет­ся в созда­нии науч­но обос­но­ван­ной рыноч­ной систе­мы роз­нич­ной тор­гов­ли с построй­кой совре­мен­ных рын­ков цен­тра­ли­зо­ван­ной систе­мы. Без это­го Орен­бург как город­ской орга­низм раз­ви­вать­ся не может — не толь­ко Цен­траль­ный рынок нахо­дит­ся в кри­зи­се, эта участь постиг­ла и сам город­ской орга­низм. И ответ­ствен­ность за это при любом строе лежит преж­де все­го на адми­ни­стра­ции горо­да. При­хо­дят на память сло­ва исто­ри­ка П.Н. Стол­пян­ско­го:

«И ско­ро ли насту­пит то вре­мя, когда появит­ся созна­ние, что дело снаб­же­ния горо­да здо­ро­вой пищей с соблю­де­ни­ем всех пра­вил гиги­е­ны и сани­та­рии есть одна из пер­вых и свя­щен­ней­ших обя­зан­но­стей горо­да, труд­но ска­зать» (Стол­пян­ский П.Н. Город Орен­бург. Мате­ри­а­лы к исто­рии и топо­гра­фии горо­да. Орен­бург, 1908, с. 204). 

Учи­ты­вая, что в печа­ти не встре­чаю мате­ри­а­лов по этой про­бле­ме, пред­ла­гаю свое виде­ние рыноч­ной систе­мы роз­нич­ной тор­гов­ли Орен­бур­га в буду­щем. При ее раз­ра­бот­ке при­хо­дит­ся учи­ты­вать неко­то­рые осо­бен­но­сти раз­ви­тия област­но­го цен­тра. Во-пер­вых, как «дина­мич­ный город» он искус­ствен­но сдер­жи­ва­ет­ся в нор­маль­ном раз­ви­тии. Кри­зис Цен­траль­но­го рын­ка, «заси­дев­ше­го­ся» 117 лет на одном месте, и есть тому сви­де­тель­ство. А пре­бы­ва­ние в «закон­сер­ви­ро­ван­ном» виде почти трид­цать лет его уси­ли­ло. Во-вто­рых, основ­ная часть горо­да рас­се­че­на тер­ри­то­ри­ей пред­при­я­тия «Стре­ла» на две части — как у рака две клеш­ни. В‑третьих, хвост «рака» — заураль­ная часть — пло­хо свя­за­на с основ­ной частью горо­да. 

По мое­му рас­че­ту сей­час про­смат­ри­ва­ет­ся для наше­го горо­да чет­кий тре­уголь­ный кар­кас из основ­ных трех рын­ков, кото­рые вме­сте бы и соста­ви­ли чет­вер­тую Глав­ную рыноч­ную пло­щадь. Пер­вый — АО «Цен­траль­ный рынок», вто­рой — на сты­ке Про­мыш­лен­но­го, Дзер­жин­ско­го, Цен­траль­но­го рай­о­нов на Про­ле­тар­ской ули­це, где сти­хий­но родил­ся в нача­ле 90‑х годов, как мно­гие назы­ва­ют, Ново-Михай­лов­ский рынок. А тре­тий — на сты­ке Ленин­ско­го, Дзер­жин­ско­го и Цен­траль­но­го рай­о­нов. Точ­ка его поте­ря­на, заня­та быв­шим Двор­цом куль­ту­ры «Стро­и­тель». Но есть рас­чи­щен­ная ныне от вет­хо­го жилья пло­щадь на пере­се­че­нии про­спек­та Побе­ды и ули­цы Кара­ган­дин­ской. Здесь место Ново-Цен­траль­но­му рын­ку. Эти два послед­них рын­ка были бы скреп­ля­ю­щи­ми нача­ла­ми мага­зи­нов и домов быта в еди­ное целое — в тор­го­вый центр с чре­вом. Дорож­ную сеть, пере­хо­ды мож­но было бы под­кор­рек­ти­ро­вать. На эти две точ­ки и сле­до­ва­ло бы обра­тить вни­ма­ние город­ской адми­ни­стра­ции, извлечь урок из «Зеле­но­го», и сде­лать все, что­бы здесь вырос­ли рын­ки совре­мен­ной цен­тра­ли­зо­ван­ной систе­мы. Это будет основ­ной опор­ный рыноч­ный кар­кас горо­да. 

Рай­он­ные адми­ни­стра­ции, види­мо, нако­нец-то усмот­ре­ли непол­но­цен­ность таких тор­го­вых цен­тров, как «Раду­га» и «Друж­ба», если они не сбло­ки­ро­ва­ны с таки­ми зда­ни­я­ми, как кры­тый рынок типа «Степ­ной» или с рыноч­ным зда­ни­ем типа мебель­но­го мага­зи­на «Уют», но запро­ек­ти­ро­ван­но­го под про­да­жу рыноч­но­го съест­но­го. Пора зимой такой тор­гов­ле нахо­дить­ся под кры­шей, в теп­ле. Сама жизнь дик­ту­ет иметь в рай­о­нах такие сбло­ки­ро­ван­ные тор­го­вые цен­тры. 

Основ­ной опор­ный рыноч­ный кар­кас вме­сте с рай­он­ны­ми тор­го­вы­ми цен­тра­ми, при­вя­зан­ны­ми к глав­ным маги­стра­лям горо­да, — это и есть рыноч­ная систе­ма горо­да. Нуж­но оста­но­вить зату­ха­ние Орен­бур­га, пре­вра­ще­ние его в захо­луст­ную боль­шую дерев­ню. 

9. Легенда о том, почему Оренбургу не повезло с рынком

С недав­них пор орен­бурж­цы ста­ли еще боль­ше ругать нынеш­нюю власть, наты­ка­ясь на появив­ши­е­ся бетон­ные пере­го­род­ки при вхо­де в цен­траль­ные воро­та рын­ка. Узнав, что рынок будут рекон­стру­и­ро­вать в тече­ние деся­ти лет, заго­во­ри­ли:

«Ну вот, и еще 10 лет будем там бока мять друг дру­гу, толь­ко силь­нее преж­не­го. Хоро­шо бы толь­ко 10… Гос­по­ди, за что ты нам, за какое пре­гре­ше­ние послал людям горо­да такое нака­за­ние? Где корень зла?»

Не зна­ют жите­ли горо­да о том, что есть корень зла, и есть на этот счет леген­да. Начи­на­ет­ся она в кни­ге Гле­ба Десят­ко­ва «Леген­ды ста­ро­го Орен­бур­га» в леген­де «Три­жды зача­тый на костях зало­жен­ный». 

А вот за про­дол­же­ни­ем ее нуж­но спу­стить­ся в глу­бо­кий под­вал одно­этаж­но­го зда­ния архи­тек­ту­ры нача­ла ХХ века, сто­я­ще­го око­ло цен­траль­ных ворот база­ра. Упря­та­на она там за метал­ли­че­ской две­рью Хуса­и­но­ва. Про­ник­ли туда кра­е­ве­ды в этом году и услы­ша­ли сокро­вен­ные или, как теперь гово­рят, несвое­вре­мен­ные мыс­ли. 

Леген­да име­ет вот такое про­дол­же­ние:

«Итак, наш город по леген­де был осно­ван на костях коче­во­го пле­ме­ни, вои­нов, то есть тех, кому зем­ля эта при­над­ле­жа­ла и в свое вре­мя была домом. Вот за этим-то все и после­до­ва­ло. Не знал тогда Иван Ива­но­вич Неплю­ев, что все­выш­ний нака­жет его за это. Помог ему зало­жить »мину замед­лен­но­го дей­ствия" для буду­щих поко­ле­ний, раз­ме­стив три клад­би­ща — пра­во­слав­ное, маго­ме­тан­ское и еврей­ское — неда­ле­ко от глав­ных ворот кре­по­сти, на релье­фе выше, чем у ворот. Отту­да после дождей и тая­ния сне­гов поне­сут­ся пото­ки в сто­ро­ну горо­да, мимо ворот на Арен­ду и далее в Мош­ков овраг. 

Сле­ду­ю­щие адми­ни­стра­то­ры, с полу­чен­ной в гены добав­кой от пер­во­го, при выплес­ки­ва­нии горо­да через зем­ля­ные валы кре­по­сти, вынес­ли отту­да съест­ной базар «чре­во» — и поса­ди­ли его… пря­мо в центр пото­ка вод (рай­он нынеш­не­го Дома Сове­тов). Спа­си­бо пожа­ру в 1879 году — изба­вил от это­го «смра­да». Но опять все дело упер­лось в разум — теперь базар пере­нес­ли впри­тык к клад­би­щам, на место, через кото­рое про­хо­ди­ла Клад­би­щен­ская ули­ца (ныне Фаде­е­ва). Исто­рик П.Н. Стол­пян­ский писал: «Тут же на пло­ща­ди несколь­ко повы­ше — клад­би­ще, и под­поч­вен­ная вода лег­ко про­ни­ка­ет в погре­ба с мясом, рыбою, пти­цей». Воис­ти­ну, здесь место кры­ла­тым сло­вам — «где стол был яств, там гроб сто­ит». Эту оплош­ность вско­ре вро­де бы поня­ли в Думе, но дру­го­го реше­ния не после­до­ва­ло. 

Позд­нее, в совет­ское вре­мя, в 1924–1926 годах, моло­дой талант­ли­вый губерн­ский архи­тек­тор-худож­ник И.В. Рян­гин (божий дар Орен­бур­гу с бере­гов Невы) пред­ло­жил «заблуд­ший» глав­ный рынок горо­да вер­нуть назад, в рай­он пер­во­го его места — на Чер­но­ре­чен­скую пло­щадь (ныне сад Фрун­зе) — с новым назва­ни­ем «Хлеб­ный базар», с построй­кой здесь 7 пави­льо­нов камен­ных, схо­жих внешне с пави­льо­на­ми рын­ка в Риге, воз­ве­ден­ных в 1923 году (что сего­дняш­ние наши пави­льо­ны «Моло­ко» и «Мясо» на Цен­траль­ном рын­ке). А клад­би­ща, по опы­ту Запа­да, и место, осво­бо­див­ше­е­ся от рын­ка, пре­вра­тить в пар­ки. Кажет­ся, все­выш­ний под­дер­жал пред­ло­же­ние, пообе­щал после его осу­ществ­ле­ния снять нака­за­ние с горо­да. 

Но доб­ро все­гда рядом со злом. Зло сра­бо­та­ло. В 1928 году Орен­бург пере­стал был губерн­ским горо­дом. Исче­за­ет И.В. Рян­гин, зани­мав­ший к это­му вре­ме­ни долж­ность губерн­ско­го инже­не­ра, закон­чив­ший в тот год состав­ле­ние про­ек­та элек­тро­стан­ции «Крас­ный маяк». Злу хва­ти­ло 35 лет. По-зло­му были лик­ви­ди­ро­ва­ны клад­би­ща. В 1930 году швей­ной фаб­ри­кой застро­е­но ста­рое еврей­ское клад­би­ще, в 1951 году лик­ви­ди­ро­ва­ны ста­рое и новое хри­сти­ан­ские клад­би­ща, в 1950 году застра­и­ва­ет­ся маго­ме­тан­ское клад­би­ще. На быв­шей Клад­би­щен­ской ули­це появ­ля­ет­ся пави­льон «Цве­ты» и зда­ние «Гла­во­рен­бург­строя». Не ста­ло при­чин для ухо­да отсю­да рын­ка. Тер­ри­то­рия огром­ной Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди сокра­ща­ет­ся, как «шаг­ре­не­вая кожа», в несколь­ко раз. 

Остав­ша­я­ся под рын­ком пло­щадь застра­и­ва­ет­ся дере­вян­ны­ми ларь­ка­ми, кор­пу­са­ми, а позд­нее раз­но­стиль­ны­ми камен­ны­ми пави­льо­на­ми. Сюда, в эту меша­ни­ну, из пави­льо­нов риж­ско­го типа попа­ли толь­ко два. Зло радо­ва­лось: «Смот­ри­те, люди, каким бы мог быть, по Рян­ги­ну, весь рынок, не поме­шай я!» Но и этим кор­пу­сам не дало ни инже­нер­ных ком­му­ни­ка­ций, ни обо­ру­до­ва­ния. Столк­ну­ло меж­ду собой кол­хоз­ную и коопе­ра­тив­ную тор­гов­лю, искус­ствен­но сокра­щая коли­че­ство тор­го­вых мест на рын­ке во вновь постро­ен­ных кор­пу­сах… Фак­ти­че­ски на рын­ке про­цве­тал част­ник. Обез­об­ра­зи­ло зло при­стро­я­ми три ста­рых камен­ных одно­этаж­ных зда­ния архи­тек­ту­ры нача­ла ХХ века, в одном из кото­рых — дверь Хуса­и­но­ва. 

Сде­ла­ло так, что город рос, а рын­ков ста­но­ви­лось мень­ше. Нако­нец остал­ся один — Цен­траль­ный. Ого­ро­ди­ло накреп­ко рынок желез­ной решет­кой, как в цир­ке, где пока­зы­ва­ют дрес­си­ро­ван­ных зве­рей. При слу­чае не убе­жать. При­вя­за­ло к рын­ку всю трол­лей­бус­ную сеть Орен­бур­га. Доби­лось зло сво­е­го — от мала до вели­ка всем горо­дом в эту клет­ку… К 1965 году успо­ко­и­лось зло и ста­ло про­сто наблю­дать: на что все-таки спо­соб­ны тор­гов­цы, кото­рые зимой под откры­тым небом моро­зят себя и про­дук­ты, как руга­ют­ся поку­па­те­ли-горо­жане на оста­нов­ках трол­лей­бу­са и авто­бу­са у база­ра… «Вави­лон­ское стол­по­тво­ре­ние» полу­чи­лось. Зло было спо­кой­но: туго завя­зан сей узел, ника­кой адми­ни­стра­ции не раз­вя­зать. 

И дей­стви­тель­но, чет­верть века раз­ные город­ские адми­ни­стра­ции про­во­ди­ли кон­кур­сы на луч­ший про­ект рекон­струк­ции это­го рын­ка. Веду­щие архи­тек­то­ры «Орен­бург­граж­дан­про­ек­та» мно­го чего нара­бо­та­ли, но все «ухо­ди­ло на пол­ку». Узел не под­да­вал­ся раз­вяз­ке. Един­ствен­но постро­ен­ный неболь­шой кры­тый рынок «Степ­ной» быст­ро и надол­го выве­ло из строя. Про­ви­де­ние вновь обра­ти­ло свое вни­ма­ние на Орен­бург уже со вве­де­ни­ем сво­бод­ной тор­гов­ли, вдвое силь­нее пора­зив­шей Орен­бург, чем дру­гие горо­да Рос­сии. 

Зло, ухо­дя с рын­ка, сде­ла­ло свое послед­нее дело, заме­тая сле­ды: сожгло архив рын­ка!" 

Вот такое откро­ве­ние услы­ша­ли кра­е­ве­ды вни­зу… за две­рью Хуса­и­но­ва. Прось­ба к АО «Цен­траль­ный рынок» — сохра­ни­те под­вал с две­рью Хуса­и­но­ва. Архив сго­рел. Оста­лись сре­ды исто­рии рын­ка толь­ко здесь, да и то в виде леген­ды, кото­рую и пере­ска­зы­ва­ем вам, жите­ли. Нуж­но ли было И.И. Неплю­е­ву тро­гать ногай­ское клад­би­ще? Доро­го это обо­шлось орен­бург­ским поко­ле­ни­ям послед­них 117 лет. Столь­ко лет в этом году Цен­траль­но­му рын­ку. 

10. Почему Центральный рынок… «Зеленый»? 

Из всех назва­ний Цен­траль­но­го рын­ка в про­шлом в диа­ло­гах горо­жан проч­но и надол­го закре­пи­лось одно — «Зеле­ный». Поче­му так? От вете­ра­нов слы­шал раз­ное: одно вре­мя доща­тый забор база­ра был окра­шен в ярко-зеле­ный цвет; моло­дой, неокреп­ший, то есть зеле­ный, базар после граж­дан­ской вой­ны; мно­го было в 20–30‑е годы спирт­но­го на база­ре — зелье, зелень, зеле­ный, нечем тор­го­вать в голод­ные годы — одна зелень; раз­ные про­дук­ты при про­да­же зимой и летом зани­ма­ли при­мер­но одну пло­щадь рын­ка, а ово­щи, осо­бен­но арбу­зы, дыни, летом и осе­нью рас­по­ла­га­лись на пло­ща­ди боль­шей, чем все осталь­ное. Поне­во­ле ска­жешь — базар «зеле­ный». Офи­ци­аль­ных доку­мен­тов по это­му вопро­су мне не встре­ча­лось. Если изу­чить все суще­ству­ю­щие спра­воч­ни­ки по Орен­бур­гу, отно­ся­щи­е­ся к раз­но­му вре­ме­ни, то назва­ние «зеле­ный» мож­но обна­ру­жить толь­ко в двух. 

Пер­вый — «Спра­воч­ник-путе­во­ди­тель по Орен­бур­гу. Совет­ский Орен­бург. А. Боль­ша­ков. Кир­ги­з­из­дат. Кара­ван-Сарай, 1924», где на стра­ни­це 143 чита­ем:

«Мел­кие тор­гов­цы (от 1 до 3 раз­ря­да) тор­гу­ют по все­му горо­ду, но боль­шей частью в местах боль­шо­го скоп­ле­ния пуб­ли­ки, как то: Тол­чок, Зеле­ный базар, Михай­лов­ский базар».

Вто­рой спра­воч­ник — «Весь Орен­бург на 1926 год. С.Л. Мар­шак. Изд. Орен­бур­г­дет­ко­мис­сия». Здесь на несколь­ких стра­ни­цах даны объ­яв­ле­ния с при­гла­ше­ни­ем посе­тить лав­ки, мага­зи­ны, ряды, адрес кото­рых — Зеле­ный базар. Напри­мер, «Рыб­ная тор­гов­ля П. Сопры­ки­на и фру­кто-бака­лей­ная Шаги­ле­ва. Адрес: Зеле­ный базар, »Желез­но-ско­бя­ная тор­гов­ля« Т‑во ско­бян­щик». Адр.: «Зеле­ный базар», «Лав­ка N 3 — Зеле­ный базар. Бетон. ряд», «Лав­ка N 6 — Зеле­ный базар, Мяс­ной ряд», «Зеле­ный базар. Тор­гов­ля гон­чар­но-кустар­ных изде­лий», «Зеле­ный базар. Хлеб­ные ряды», «Рыб­ная тор­гов­ля Маше­ро­ва… Адрес — Зеле­ный базар», «Тор­гов­ля суше­ны­ми фрук­та­ми и бака­лей­ны­ми това­ра­ми А.М. Коста­ньян­ца: на Кон­но-Сен­ной пло­ща­ди в Рыб­ном ряду».

Для срав­не­ния: в спра­воч­ни­ке 1937 года — «Мага­зин N 1 »Рыба« — Кол­хоз­ный базар, 2‑й кор­пус, бетон­ные ряды». 

В газе­те «Орен­бург­ская ком­му­на» от 29 авгу­ста 1932 года в ста­тье «О двух база­рах, кото­рые есть толь­ко в про­ек­те» чита­ем:

«В Орен­бур­ге долж­но быть орга­ни­зо­ва­но три совет­ских база­ра, но пока толь­ко функ­ци­о­ни­ру­ет один — на глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди (Зеле­ный базар)». 

С 12 мая 1932 года офи­ци­аль­ное назва­ние «Зеле­ный базар» пре­кра­ща­ет свое суще­ство­ва­ние. На фото­гра­фии, запе­чат­лев­шей тор­гов­лю ово­ща­ми с возов на Кон­но-Сен­ной пло­ща­ди, нет над­пи­си «Зеле­ный базар». Над­пись дру­гая — «Овощ­ной базар». Фото­гра­фия пред­ше­ству­ет 1924 году. Все это дает осно­ва­ние счи­тать «Зеле­ный базар» офи­ци­аль­ным назва­ни­ем сего­дняш­не­го Цен­траль­но­го рын­ка в пери­од 1924–1932 годов. 

Но есть и дру­гие глу­бо­кие кор­ни «зеле­но­го» при­ме­ни­тель­но к рын­ку в гло­баль­ном плане. 

Серд­це­ви­на «чре­ва» ХХ века — это зеле­ный базар. Чело­век в нача­ле века начал пони­мать, а во вто­рой поло­вине, осо­бен­но в кон­це, окон­ча­тель­но понял: треть его днев­но­го раци­о­на — ово­щи, яго­ды, фрук­ты, осо­бен­но све­жие — пря­мо с садо­во-ягод­ных участ­ков. Без это­го нет науч­но­го пита­ния, не воз­мож­на борь­ба за дол­го­ле­тие. 

При про­ек­ти­ро­ва­нии кры­тых рын­ков в послед­ние 30 лет обя­за­тель­но учи­ты­ва­ли сего­дняш­нюю тен­ден­цию в мире и в стране и рас­пре­де­ля­ли тор­го­вые места при­мер­но сле­ду­ю­щим обра­зом: ово­щи — фрук­ты — до 50 про­цен­тов мест, мясо — 15–20 про­цен­тов, молоч­ные про­дук­ты — 10–15 про­цен­тов. Обя­за­тель­но преду­смат­ри­ва­лась на рын­ках зна­чи­тель­ная пло­щадь, как пра­ви­ло, под наве­сом, для летне-осен­ней тор­гов­ли ово­ща­ми — фрук­та­ми. Ста­ли вно­сить в про­ект отдель­но пло­щадь для лет­ней и осен­ней тор­гов­ли кар­то­фе­лем. Про­ек­ти­ро­ва­ние кры­тых рын­ков сде­ла­лось более науч­но обос­но­ван­ным. Теперь рынок ста­но­вит­ся зеле­нее не с лета, а уже с вес­ны — все зеле­но от про­да­ва­е­мой рас­са­ды. Летне-осен­ний зеле­ный базар потре­бу­ет в буду­щем еще боль­шую пло­щадь для тор­гов­ли, чем преж­де. Учи­ты­вая миро­вую тен­ден­цию, мож­но думать, что свой рынок орен­бурж­цы назы­ва­ют «зеле­ным» с более ран­не­го вре­ме­ни, чем 1924 год. 

11. Рецепт Столпянского от «рыночной болезни» в Оренбурге 

Сло­ва исто­ри­ка П.Н. Стол­пян­ско­го, ска­зан­ные им в 1908 году:

«Дефект город­ско­го хозяй­ства, кото­рый есть, будет и дол­жен быть, пока не пере­ме­нит­ся корен­ным обра­зом само веде­ние хозяй­ства, пока в веде­нии его не будут заин­те­ре­со­ва­ны, дей­стви­тель­но, все граж­дане горо­да» — глу­бо­ки по сво­ей сути.

В них диа­гноз болез­ни и рецепт изле­че­ния Орен­бур­га. Эта общая фор­му­ла — ключ к пони­ма­нию и «рыноч­ной» болез­ни. Дефект город­ско­го хозяй­ства — отсут­ствие совре­мен­ных кры­тых рын­ков и город­ской рыноч­ной систе­мы роз­нич­ной тор­гов­ли — при­сущ сего­дня горо­ду, где низ­ка куль­ту­ра насе­ле­ния, кото­рое сжи­лось с дефек­том, да и с уров­нем веде­ния хозяй­ства город­ской адми­ни­стра­ции. 

Стол­пян­ский пишет:

«Чело­век, хоть слег­ка при­вык­ший к куль­ту­ре, побы­вав на орен­бург­ском съест­ном база­ре и посмот­рев, кто и как тор­гу­ет про­дук­та­ми, на дол­гое вре­мя лишит­ся аппе­ти­та, ну а корен­ные орен­бурж­цы так при­вык­ли к дефек­там сво­е­го съест­но­го рын­ка, что не обра­ща­ют на них ника­ко­го вни­ма­ния» (Стол­пян­ский П.Н. Город Орен­бург. Мате­ри­а­лы к исто­рии и топо­гра­фии горо­да. Орен­бург, 1908. с. 203). 

А сего­дня? Если один житель про­да­ет мясо на зем­ле в пыли или на капо­те сво­е­го лег­ко­во­го авто­мо­би­ля, к тому же еще без клей­ме­ния и про­вер­ки на кон­троль­ной стан­ции, а дру­гой житель, не заду­мы­ва­ясь над этим, поку­па­ет для себя про­дукт — это есть сви­де­тель­ство того, что куль­ту­ра наша дале­ко не ушла от вре­мен нача­ла ХХ века на этой зем­ле. Буду­щие руко­во­ди­тель, биз­нес­мен, вырос­шие в такой «куль­тур­ной» сре­де, так­же не заме­ча­ют дефек­та област­но­го цен­тра. А если руко­во­ди­те­ли в основ­ном из мест­но­го насе­ле­ния — круг замы­ка­ет­ся. Про­бле­ма ста­но­вит­ся нераз­ре­ши­мой. Диа­гноз болез­ни был верен и во вре­ме­на, когда писал исто­рик, верен и сего­дня. 

И какой же рецепт изле­че­ния? Сно­ва Стол­пян­ский: «Куль­тур­ность насе­ле­ния в гро­мад­ной сте­пе­ни харак­те­ри­зу­ет­ся состо­я­ни­ем рын­ка съест­ных при­па­сов». Нуж­но стро­ить рын­ки и изме­нять сре­ду оби­та­ния жите­ля — это одна часть рецеп­та. Вто­рая часть — опо­ра адми­ни­стра­ции Орен­бур­га на заин­те­ре­со­ван­ность сво­их горо­жан. Вре­ме­на изме­ни­лись, в нача­ле 90‑х при­шло новое вея­ние. 

Стро­ить нача­ли. Но вду­ма­ем­ся в сло­ва заме­сти­те­ля гене­раль­но­го дирек­то­ра АО «Цен­траль­ный рынок» по стро­и­тель­ству В.Ф. Реуто­ва, про­из­не­сен­ные им нака­нуне вво­да в экс­плу­а­та­цию летом это­го года ново­го двух­этаж­но­го кор­пу­са: «Мы здесь все учим­ся. Совре­мен­ное рыноч­ное зда­ние — дело для нас новое. Не хоте­лось бы допу­стить оши­бок в рекон­струк­ции рын­ка в целом». Пра­виль­ные сло­ва. Но, по мое­му мне­нию, глав­ная ошиб­ка уже допу­ще­на — в кон­кур­се на луч­ший про­ект рекон­струк­ции рын­ка не участ­во­вал житель горо­да, основ­ной цени­тель того, что для него дела­ет­ся. Еще не полу­че­но от него реша­ю­ще­го сло­ва о новом сдан­ном кор­пу­се. В то же вре­мя про­дол­жа­ет­ся даль­ней­шее стро­и­тель­ство по утвер­жден­но­му без мне­ния жите­лей про­ек­ту. 

Два­дцать пять лет вла­сти горо­да до это­го про­во­ди­ли кон­кур­сы на луч­ший про­ект рекон­струк­ции это­го же рын­ка. В них участ­во­ва­ли веду­щие архи­тек­то­ры горо­да — Н.В. Гор­ба­чев, А. Лепе­хин, В.Л. Абра­мов, В.П. Ремен­ный, С.И. Ржан­ни­ков, А.К. Кижап­кин, В.Л. Про­сте­тов, В.Н. Мухин, Е.Н. Соро­кин, Р.Н. Гай­ну­лин, А.И. Саб­лин, А.И. Ага­фо­нов. А участ­во­вал ли в кон­кур­сах житель горо­да? Вла­сти не люби­ли глас­но­сти. Да и неко­то­рые архи­тек­то­ры при­дер­жи­ва­лись такой точ­ки зре­ния. Этим, на мой взгляд, и мож­но объ­яс­нить неуспех кон­кур­сов, рабо­ту архи­тек­то­ров «на пол­ку». 

В Софии, сто­ли­це Бол­га­рии, еще в нача­ле 80‑х годов был орга­ни­зо­ван клуб дру­зей «софий­ской архи­тек­ту­ры». Архи­тек­то­ры встре­ти­ли такой клуб в шты­ки: как это «ниче­го не смыс­ля­щие в гра­до­стро­и­тель­стве» жите­ли и обще­ствен­ни­ки будут вно­сить свои пред­ло­же­ния и заме­че­ния в их про­ек­ты. Но про­шло вре­мя, и теперь архи­тек­то­ры сами несут на показ жите­лям свои раз­ра­бот­ки и убе­ди­тель­но про­сят побыст­рее и пот­ща­тель­нее дать им оцен­ку. Мною в свое вре­мя был пере­дан тогдаш­не­му глав­но­му архи­тек­то­ру горо­да жур­нал «Бол­га­рия», N 3 за 1982 год, в кото­ром и опи­сы­ва­лась рабо­та это­го клу­ба. Я наде­ял­ся на внед­ре­ние подоб­но­го опы­та и у нас. Види­мо, одно­го жур­на­ла было недо­ста­точ­но. Но «клуб» все-таки состо­ял­ся. Вспом­ним исто­рию в Орен­бур­ге с про­ек­том рекон­струк­ции пло­ща­ди Лени­на в 1986–1987 годах, по кото­ро­му был преду­смот­рен слом фон­та­на в скве­ре у Дома Сове­тов. Сна­ча­ла про­ект вози­ли на утвер­жде­ние в Моск­ву, а потом макет выста­ви­ли на обо­зре­ние жите­лей. Спа­си­бо жите­лям: они спас­ли фон­тан от раз­ру­ше­ния. 

Рецепт изле­че­ния вклю­ча­ет в себя уме­ние в вопро­се рын­ка раз­ре­шать четы­ре суще­ству­ю­щих про­ти­во­ре­чия — про­ти­во­ре­чия меж­ду вла­стью горо­да, биз­не­сом, архи­тек­то­ром и жите­лем горо­да. Слож­ны про­ти­во­ре­чия меж­ду нынеш­ним биз­не­сом, город­ски­ми вла­стя­ми, архи­тек­то­ром. Вла­сти пыта­ют­ся все пере­ло­жить на биз­нес, забы­вая о том, что в доре­во­лю­ци­он­ное вре­мя вклад в рын­ки роз­нич­ной тор­гов­ли был, как пра­ви­ло, таким — 50 про­цен­тов из бюд­же­та горо­да и 50 про­цен­тов из средств куп­цов. 

Хозя­и­ном рын­ка дол­жен при любой ситу­а­ции быть преж­де все­го город, его вла­сти — они слу­жат жите­лю, исполь­зуя биз­нес. И архи­тек­тор дол­жен сто­ять преж­де все­го на пози­ции жите­ля, не усту­пая в архи­тек­тур­ных зако­нах биз­не­су. Суще­ству­ют про­ти­во­ре­чия в сре­де самих архи­тек­то­ров в вопро­сах кон­цеп­ции рын­ка, и это нор­маль­но. Ряд архи­тек­то­ров све­ря­ют свои кон­цеп­ции, увя­зы­вая не сле­по исто­ри­че­ское про­шлое Орен­бур­га с сего­дняш­ним про­ек­том, а сле­дуя преж­де все­го совре­мен­ной точ­ке зре­ния на рыноч­ную про­бле­му. Дру­гие — боль­ше при­вя­за­ны к идее гости­но­го дво­ра. Эта про­бле­ма слож­на, спе­ци­фич­на. 

Одна­жды я слы­шал такое: а поче­му не перей­ти на супер­мар­кет? Думаю, что аме­ри­кан­ский супер­мар­кет (мага­зин-рынок с соб­ствен­ной фасо­воч­ной фаб­ри­кой-кух­ней), появив­ший­ся там с нача­ла 1930‑х годов, не для нас. При­выч­ка — вто­рая нату­ра. Нам луч­ше «пар­ное» с база­ра… Каж­до­му наро­ду исто­рия отве­ла и закре­пи­ла свое. Ценим ли мы свое? Извест­ный жур­на­лист-меж­ду­на­род­ник С. Кон­дра­шов, напи­сав­ший инте­рес­ную кни­гу «Дол­гий взгляд на Аме­ри­ку», издан­ную в 1988 году, на стра­ни­це 158 неволь­но застав­ля­ет вчи­ты­вать­ся в сле­ду­ю­щую фра­зу: «…про­дук­ты не рас­фа­со­ва­ны — рос­кошь, кото­рая в Шта­тах доступ­на лишь мага­зи­нам дели­ка­те­сов, рас­счи­тан­ным на гур­ма­нов-бога­чей». 

В этом отно­ше­нии нам срод­ни фран­цу­зы. Из жиз­ни сего­дняш­ней Фран­ции:

«Город­ские пло­ща­ди, как и сель­ские, слу­жи­ли преж­де все­го для рын­ков, кото­рые и сей­час рас­ки­ды­ва­ют по суб­бо­там и вос­кре­се­ньям свои шум­ные, кры­тые пест­ры­ми тен­та­ми ряды не толь­ко в про­вин­ци­аль­ных город­ках, но и в каж­дом из 20 окру­гов Пари­жа» (Рубин­ский Ю.И. «Фран­цу­зы у себя дома». М., «Моло­дая гвар­дия», 1989). 

12. ПОСЛЕСЛОВИЕ 

Стол­пян­ский был прав… 

В кон­це ХIХ — нача­ле ХХ века «Чре­ву Моск­вы» помо­гал извест­ный жур­на­лист и писа­тель Г.А. Гиля­ров­ский. Об этом пом­нят моск­ви­чи и до сих пор. В Орен­бур­ге в свое вре­мя ответ­ствен­ные за рын­ки не тер­пе­ли П.Н. Стол­пян­ско­го и быст­ро изба­ви­лись от него. Сего­дняш­ние орен­бурж­цы мало зна­ют о нем. А ведь Стол­пян­ский был прав — и сего­дня област­ной центр не име­ет ни при­лич­но­го Цен­траль­но­го рын­ка, ни рыноч­ной систе­мы в нем. 

Автор: Олег Балы­ков 

Источ­ник: «Избуш­ка лес­ни­ка», 1998 год