Как известно, Оренбург снабжается водой Урала причем водокачка находится ниже крупной станицы — предместья города — Форштадта.
У оцепа… Так раньше назывались колодезные журавли
В настоящем докладе сторона о геологическом прошлом Сакмарской долины принадлежит Д.Н. Соколову, остальная часть сообщения составлена А.Н. Винокуровым.
Во все времена года, при всяких условиях, речная вода, всасываемая непосредственно из реки, подается насосами прямо в водопроводную сеть без каких бы то ни было очистительных манипуляций.
Примечание «Бердской слободы»: Авторский текст оставлен без изменений, старая (дореволюционная) орфография приведена к современному виду.
В результате город, с населением свыше 100 000, ежегодно весной в течение одного-двух месяцев, а также спорадически, после сильных дождей и оттепелей, получает для всех своих потребностей невозможную жижу шоколадного цвета, от взвешенных минеральных и органических частиц.
Так, например, в апреле 1910 года, по наблюдениям Д.Н. Соколова, Урал нес взвешенных частиц около 1 грамма на 1 литр.
Это вопиющее зло доставило Оренбургу, наряду с немногими уже российскими городами, печальную известность классического примера города, пользующегося речной водой совершенно не фильтрованной, что, безусловно, недопустимо с санитарной точки зрения.
Примечание «Бердской слободы»: Авторский текст оставлен без изменений, старая (дореволюционная) орфография приведена к современному виду.
Нельзя сказать, чтобы такое грустное положение вещей оставляло совершенно равнодушными администрацию и муниципалитет Оренбурга, особенно в вицу ряда эпидемических заболеваний.
Водопой верблюжьего каравана у фонтана. Ф.И. Лобысевич «Путеводитель по Оренбургу» 1878 год
Вспомним попытку Оренбургских военных губернаторов, сначала графа Сухтелена, а затем графа Перовского «учреждении здесь пресноводных фонтанов, долженствующих оплодотворить и населить большую часть хлебородных равнин, остающихся теперь, по недостатку вод, необитаемыми». Я говорю о глубокой буровой скважине, заложенной весной 1836 г. на Гостином дворе и, после перерыва, законченной в 1847 году. Эта скважина прошла на глубину 106,44 сажени и ликвидирована, не дав удовлетворительных результатов.
С устройством на Урале водопровода (к слову сказать одного из первых в России), поиски другой воды прекращаются. Лишь в 1904 году Городское Управление произвело разведочное бурение на глубину около 37 саженей в водоприемном колодце городской водокачки на Урале. Бурением обнаружена обильная вода, но, к сожалению, соленая.
В 1908 г старший врач местного лазарета П. А. Соломин, в поисках питьевой воды для Оренбурга, по-видимому, первый стал на ту точку зрения, на которой базируется и наше сообщение. Исходя из мнения д‑ра И.И. Булгакова, что «в аллювиальном наносе обширной долины Урала имеется неисчерпаемый источник живой воды для жителей Оренбурга», (прим. цитировано по письму д‑ра Булгакова) д‑р Соломин сделал анализы проб воды из колодцев в пределах левобережной террасы Урала:
на Меновом дворе и
у железнодорожного депо станции Меновой двор.
Вода у депо оказалась удовлетворяющей всем условиям хорошей питьевой воды; на Меновом дворе вода оказалась очень жесткой, так что не может служить в качестве питьевой воды для людей.
Неудача буровой разведки на берегу Урала побудила город снова направить свое внимание на воду Урала, но при условии ее фильтрования. В этих целях состоялась в конце 1911 года командировка заведующего городским водопроводом инженера Б.К. Яновского для ознакомления с постановкой водопроводного дела в некоторых пунктах у нас в России и заграницей.
Несколько ранее, в мае и июне того же 1911 года, были произведены работы по исследованию грунта и воды на предмет получения естественно фильтрованной воды для Оренбургского городского водопровода.
Эти буровые изыскания, очень скромного масштаба, были выполнены за счет города на песчаном левобережье Урала против здания Духовной Семинарии и на песчаном низменном острове против бульвара «Беловки». Работы производились по инициативе и под непосредственным руководством гласного Оренбургской Городской Думы Варфоломея Сергеевича Мошкова.
17 мая 1912 г. я и мой сотрудник И.Г. Зунтуриди были приглашены в заседание городской водопроводной Комиссии в качестве экспертов по этому делу.
Прим. Здесь и ниже «я» — А.Н. Винокуров, которым читался доклад.
Ознакомившись с результатами изысканий г‑на. Мошкова и с данными анализов полученной при бурении воды, мы признали, что неудовлетворительность, согласно анализа вод обусловлена минерализацией илистых речных наносов, в которых производилось бурение. Путем продолжительной откачки, по нашему мнению, минерализация будет постепенно уменьшаться, и качество воды улучшатся, приближаясь к составу воды Урала.
Поэтому мы высказались, что теоретически является полная возможность получения доброкачественной воды путем устройства колодцев на отмели против «Беловки».
Для изучения степени уменьшения минерализации и степени засорения колодцев при большой откачке воды, мы признали необходимым производство дальнейших опытов на специально для этого подлежащих устройству двух колодцах.
Однако, неуверенность в долговечном существовании описываемого песчаного острова, особенно в виду предположенных берегоукрепительных работ на левобережья Урала, и относительно небольшая ширина острова делали проблематичной желательность продолжения изысканий в указанном направлении, если бы найден был другой пункт на площади городских владений, заслуживающий внимания в трактуемом отношении.
Поэтому, когда в средине июля настоящего года городской санитарный врач И.Д. Дегтярев обратился ко мне с вопросом, нет ли в специальной литературе данных о грунтовых водах в окрестностях г. Оренбурга, я ответил, что некоторые данные можно найти в докладе 1909 года Физико-Медицинскому Обществу в Оренбурге горного инженера А.А. Штукенберга под заглавием: «Питьевые колодцы Оренбурга и возможность загрязнения воды в них колодцами, поглощающими жидкие отбросы города». Впрочем, эти данные совершенно недостаточны для ориентировки в поставленном вопросе. Что касается моего личного мнения, то я заявил доктору Дегтяреву, что у меня возникают некоторые, пока больше гипотетические, предположения о возможности получения удовлетворительной и в достаточном количестве грунтовой воды в западной части городских владений, в полосе между Ташкентской железной дороге и местностью Маяк. Во всяком случае, для некоторой ориентировки в этом вопросе, я предложил доктору Дегтяреву обсудить дело коллегиально при Участии его, инженера Б. К. Яновского, В. С. Мошкова и прибывших в Оренбург, гидрогеологов Д.Н. Соколова и Н.Н. Тихоновича.
Состоявшееся 19 июля, при участии поименованных лиц и Н.М. Константинова, совещание остановилось сначала на результатах изыскания В.С. Мошкова. Не отрицая с теоретической точки зрения возможности получении чистой воды путем, предлагаемым г‑ном Мошковым, Совещание высказало опасение. что колодцы эти, вследствие невозможности устройства их на достаточно далеком расстоянии от реки, будут скоро затягиваться речным илом.
Поэтому Совещание перешло к выяснению возможности получения настоящих грунтовых вод в других местах городских владений.
При обсуждении этого вопроса выяснилось, что на площади к югу от города (на левобережье Урала — в Зауральной роще и далее до Менового двора) наблюдаются, как это видно по имеющимся здесь колодцам, пестрые воды, т.е. рядом с пресными водами обнаружены и минерализованные соленые; поэтому не исключена возможность влияния вод соленых на пресные, особенно при усиленной откачке пресных вод, как например, это имело место на заводе г‑на. Дюкова. Вследствие изложенных соображений, площадь левобережья Урала в пределах городских владений является непригодной для эксплуатации грунтовых вод в крупном масштабе.
Что касается других районов городских владений, то, но некоторым гидрогеологическим соображениям, доложенным мной совещанию, последнее признало, что, для получения удовлетворительных грунтовых вод в достаточном количестве, наиболее благоприятной представляется полоса между железной дорогой с востока и горой Маяк с запада.
Руководствуясь этим, члены совещания, при участии городского архитектора Арвида Николаевича Геппенера, произвели 20 июля осмотр в натуре отмеченной площади в наиболее благо приятной северной ее части с беглым обследованием существующих здесь колодцев.
Были осмотрены следующия колодцы в черте городских владений:
Городской колодец на выгоне против Колодезной улицы (прим. «Бердской слободы»: ул. Абдрашитова).
Два колодца на переселенческом остановочном пункте, в связи с имеющимися о них данными в делах Гидротехнического Отдела Тургайско-Уральского переселенческого района.
Колодец на усадьбе г‑на. Пименова, против моста — переезда через Ташкентскую железную дорогу в конце Телеграфной улицы (прим. «Бердской слободы»: ул. Цвиллинга).
Далее были обследованы колодцы на так называемой Соболевой горе (земля берденских казаков), прилегающий к той полосе городских владений, которая нас интересует. Она граничит с востока и северо-востока линией Ташкентской железной дороги, а с севера и запада Сакмарой. Здесь были осмотрены:
Колодец при лесопильном заводе г. Попова.
Колодец при шпалопропиточном заводе Акционерного Общества.
Колодец при лесопильном заводе Оренбургского лесного промышленного и торгового общества (г‑на. Пименова). Результаты этого беглого обследования превзошли наши ожидания.
Чтобы ориентироваться в гидрологической сути дела остановимся на нескольких моментах прошлого, и притом недавнего геологического прошлого, интересующей нас площади.
Как известно, Оренбург расположен на Урале, выше слияния с Сакмарой. Долины этих рек образовались в третичную (на геологическом языке) эпоху. В местности около Оренбурга расположение долин Урала и Сакмары почти совпадало с современным. В конце третичной эпохи в так называемое плиоценовое время, страна была затоплена водами неглубокого моря, которое заполнило речные долины довольно рыхлыми осадками — песками, галечниками и отчасти глинами. Когда плиоценовое море отступило, и реки возобновились, Сакмаре пришлось течь по заполненной упомянутыми осадками долине. Так как правый берег долины Сакмары нагорный, а левый низменный, образованный пойменной, луговой террасой разлива, то морские осадки только по левой стороне долины заполнили ее по уровень террасы разлива. Поэтому река, особенно в полую воду, необходимо должна была перекатываться через свой левый берег. При подобном перекате между Бердинским и Маячным холмами воды Сакмары получили возможность, при большем здесь уклоне, чем по заполненному коренному руслу, стекать в Урал с устьем около Банного озера. Образовалось устье двумя рукавами с Маяком посредине дельты.
Но одновременно с новым притоком, Сакмара углубляла и коренное русло. Когда последнее и прежняя речная долина далее Маяка были очищены от морских осадков, новый рукав, как отходящий под углом к оси речной долины, стал терять свое значение и постепенно перешел на роль старицы. Последняя сначала была самою рекою отгорожена баром-плотиною (нынешняя Соболева гора), а потом начала заполняться наносами (так называемыми делювиальными отложениями) с соседних возвышенностей.
И так, из сопоставления известных данных, выясняется с несомненностью, что рассматриваемая полоса городских владений (и севернее их) между Ташкентской железной дорогой и рекой Сакмарой — горой Маяк сложена древними наносами реки Сакмары, по краям перекрытыми плащом наносов, происшедших из соседних отложений пермской системы.
В этой толще, на глубине около 10 саженей, колеблющейся в зависимости от топографии местности, находится определенный горизонт грунтовых вод, очевидно имеющий связь с уровнем воды в Сакмаре и питаемый ею. В пользу такого предположения, т.е. движения грунтовых вод приблизительно в направлении с севера на юг и юго-восток, говорят некоторые отдельные данные (ключи в Банном озере, колодцы на переселенческом остановочном пункте), а также выводы А.А. Штукенберга (см. выше цитированный доклад) о направлении движения к Уралу вод грунтового горизонта, залегающего под Оренбургом и, несомненно, связанного с нашим горизонтом.
Водоносным пластом в описываемом горизонте является, как показал осмотр колодцев, крупная галька с гравием и песком. Такой состав водосодержащего пласта, как и общее богатство водой этого горизонта, очевидно питаемого, как мы сказали, Сакмарой, обусловливает то, что, при весьма значительной откачке на заводах шпалопропиточном до 1300 в. в 1 час и Пименова (у моста) до 5000 в. в час, предел подачи воды еще не достигнуть и откачка идет при неизменном уровне воды. Как мне сообщил инженер Н.Н. Семенов, откачкой из колодца (сечения 22 сажени глубиной до воды около 2, 3 сажени, толщиной слоя воды в 0,8 сажени), устроенного в 1912 году на болгарском огороде (гг. Стойчева и Урумова), за Сакмарой, верстах в двух западнее Маяка, в пределах нижней речной террасы, максимальный дебит установлен в 5000 в. в час, при толщине слоя воды в 0,15 сажени и откачке в течение 2— 3 суток.
На огороде Крестнева, близ мельницы Борисова, в апреле 1911 года устроен колодец, сечения 22 с. глубиной до воды 2,7 сажени, толщиной слоя воды в 1 сажень. По сообщению инженера Семенова центробежным 5” насосом, при глубине всасывания 1,7 сажени, высоте подачи в 4 сажени и двигателе Ursus в 7 сил, производилась на этом колодце откачка 7000 в I час. При этом, в засуху 1911 года, откачка такой производительности шла непрерывно в течение 6 круглых суток, при толщине слоя воды в колодце в 0,25 сажени.
На последних примерах видно, что дебит обусловлен не абсолютными количеством воды из данного горизонта, регулируемым неистощимым источником — в последнем случае Уралом, ранее Сакмарой, — а лишь водопропускной способностью водоносного пласта; чем крупнее материал, в слагающий водоносный пласт в данном месте, чем больше пустоты в нем, тем водопропускная способность пласта выше, тем значительнее дебит.
В нашем случае, вероятно, объем пустот не ниже 25% (смесь песка и гравия).
И так, предварительные данные позволяют думать, что в интересующей нас местности имеется богатый грунтовый горизонт на глубине около 10 сажен.
Такая глубина вполне гарантирует воду от загрязнения сверху патогенными микроорганизмами, а расстояние этой площади от питающего поверхностного источника — Сакмары (2—3 версты), по-видимому, обеспечивает стерильность, т.е. устраняет возможность проникания микробов в горизонтальном направлении от Сакмары.
Что касается степени минерализации грунтовой воды, то, уже по первым, собранным нашим Совещанием, сведениям, в обследованных колодцах воды мягкие, растворимые соли и на вкус неощутимы. В общем, воды на вкус приятны и владельцы колодцев вполне ими довольны. Накипь в котлах от этой воды (на заводах шпалопропиточном Попова и Пименова) образуется медленно, притом мягкая, легко устранимая.
Анализ этой накипи по сообщению г‑на Управляющего шпалопропиточным заводом И.И. Кулиса дал:
Таковы собранные нами при посещении химические данные.
Серьезно заинтересовавшись этой водой, д‑р И.Д. Дегтярев, за истекшее со времени осмотра время, выполнил ряд химических анализов проб воды, из 4‑х колодцев нашего района и речной воды Урала и Сакмары.
Данные этих анализов и свои соображения д‑р Дегтярев приводит в сосем докладе.
Мы только позволим себе отметить здесь окончательный вывод д‑ра Дегтярева, сводящийся к тому, что интересующий нас грунтовый горизонт вполне удовлетворителен с санитарной точки зрения и заслуживает полного внимания и постановки серьезных исследований в целях его эксплуатации.
И так, исходя из предложенных Вашему вниманию данных и соображений, прелиминарного, правда, характера, но суммарно достаточно убедительных и подтверждаемых данными позднейшего химического анализа, наше совещание не могло не прийти к заключению, что на площади городских владений, в районе мастерских Ташкентской железной дороги, может быть поставлена в размерах потребности для водоснабжения Оренбурга эксплуатация пресных грунтовых вод вышеописанного горизонта.
Конечно, вопрос этот так серьезен, затраты на оборудование столь значительны (о чем говорит в своем докладе инженер Б.К Яновский), что необходимо осторожное и, главное фактическое обоснование проекта, серьезное, детальное исследование.
Задачей настоящего сообщения мы ставим прежде всего апеллировать к общественному мнению Оренбурга, т.е. к городскому самоуправлению, от которого зависит дальнейшее движение дела, к городским общественным и административным деятелям, к инженерным силам и врачам.
Вопрос стоит достаточно ясно.
Водоснабжение Оренбурга более чем неудовлетворительно, как все это прекрасно знают.
У города, по-видимому, имеется богатейший запас грунтовых, т.е. естественно—фильтрованных, пресных вод. Необходимо обратить на это серьезное внимание, исследовать вопрос.
Даже отрицательное его решение, что предоставляете почти невозможным, даст положительный результат, т.е. устранить нынешние колебания в вопросе и направить его по руслу искусственной очистки уральской воды Конечно, последнее решение дела, если бы оно было и дешевле, несравненно менее желательно, ибо, как известно, дорогая искусственная фильтрация, даже при правильном ее функционировании (а все знают, как она капризна), во многом уступает естественной фильтрации.
Притом, бесспорно, чем менее требуют лабораторной тщательности приемы для очистки воды, тем легче можно рассчитывать на действительный успех их.
Поэтому 3/4 городов Германии, как-то отмечает инженер Б.К. Яновский в своем отчете о заграничной командировке в 1910 году, добывают грунтовую (и ключевую конечно) воду. Там ясно сознаны преимущества грунтовой воды перед поверхностной во всех отношения — физическом, химическом, и, главное, бактериологическом.
Настало время и для Оренбурга подумать о переходе на водоснабжение грунтовой водой — этот единственно рациональный способ водоснабжения с санитарной точки зрения.
Имея столь благоприятные перспективы, нужно исследовать вопрос и собрать материалы для осуществления этого поистине великого дела, этой основы городского благоустройства. Хотя сейчас, может быть, несколько преждевременно говорить о программе такого исследования, но я позволю себе еще на несколько минут злоупотребить Вашим вниманием и наметить рамки и последовательность гидрологического изучения поставленного вопроса, как он мне рисуется. Необходимо:
Организовать в первую очередь систематические наблюдения колебаний уровня Сакмары у моста Ташкентской железной дороги. В этом деле, казалось бы, не должна остаться безучастной и железная дорога.
Также в первую очередь провести на намеченных к исследованию площадях поперек нашей полосы несколько буровых скважин до грунтового горизонта и установить не позже марта ежедневные измерения уровня воды в них и температуры их воды. Таким путем будет начато собирание данных для определения колебания уровня вод Сакмары, грунтовых вод нашего района и температурных изменений.
С половины мая можно приступить к буровым изысканиям для разведки интересующего нас водоносного горизонта по длине, ширине и, главное, в глубину до подстилающих водоупорных слоев.
Для исследования намечаются две площади:
а) площадь, размерами около 100 десятин, между мастерскими и Ташкентской железной дороги и линией той же дороги;
б) площадь между мастерскими Ташкентской железной дороги с прилегающим поселком «Нахаловкой» и северной границей городских владений, шириной около 200 саженей (на глаз) и длиной (от линии Ташкентской железной дороги до подножья горы Маяк) около 650 саженей, всего, следовательно, около 50 десятин.
На обеих площадях первоначальную сеть скважин можно задать через каждые 200 саженей, всего около 30 скважин.
Этими скважинами определится ширина водоносного горизонта, его мощность и состав, верхний его уровень. Параллельно с бурением пробы воды из скважин должны анализироваться химически.
На основании этой, общей разведки, должен быть избран район детальных изысканий по наиболее благоприятным скважинам; здесь нужно провести дополнительные скважины (10–15), между прочим, для выяснения направления потока вод; 2–3 скважины при этом важно провести поглубже, для выяснения разреза ниже нашего грунтового горизонта.
Намеченная сеть скважин должна быть связана, конечно, инструментальной нивелировкой между собой и с колодцами в нашей полосе на юг до Урала и на север до репера у водомерного поста на Сакмаре.
Далее, в наиболее благоприятном месте разведок, надлежит заложить колодец, сечения 2х2 арш. с деревянным или лучше бетонным креплением, достаточно углубленный в водоносный пласт. На этом колодце установить центробежный насос производительностью до 7000 ведер в 1 час с механическим двигателем (электродвигатель или двигатель Ursus в 10 сил, смотря по тому, что будет выгоднее). Такое оборудование послужит для пробных систематических откачек с переменной непрерывностью их, химическим и бактериологическим анализом проб, взятых в разное время.
Кроме того, нужно радиально от колодца провести, примерно через каждые 5 саженей, закрепленные скважины и наблюдать колебания уровня в них, в зависимости от откачки.
Вне намеченных к исследованию площадей, можно рекомендовать обследовать колодцы в полосе между железной дорогой и Маяком, произвести определения их дебитов и анализы вод.
Очень интересно выяснить вопрос о питании интересующего нас грунтового горизонта рекой Сакмарой, о направлении движения этих вод и скорости его. Для этого нужно поставить опыты с окраской сакмарской воды флуоресцентом (зеленый цвет) и улавливать эту окраску в закрепленных скважинах нашей площади и, если возможно, в промежуточных пунктах.
Действителен на расстоянии до 13 километров при разбавлении 1 грамма на 2000 кв. метров воды.
Предполагаемыми изысканиями будет добыть материал на основании которого определится вид депрессионной водной поверхности, линии одинакового давления воды, наконец, граница между пассивной и застойной зонами нашего водоносного горизонта, если застойная зона будет в нем обнаружена.
Стоимость проектируемого исследования, исчисленная очень скромно, определена в 7000 рублей.
Она слагается:
буровые работы: 1 бур диаметром 6« (имеется в распоряжении города); 1 бур диаметром. 3 ½ » и 2 бура диаметром 2 ¼ ". Считай в среднем стоимость 1 сажень бурения в 5 рублей и всего для бурения 500 саженей (50 скважин по 10 саженей глубиной) получим, что рабочая сила обойдется в 2500 рулей.
Надзор: 1 техник на 4 месяца по 100 рублей в месяц — 400 рублей.
Откачка вода и связанные с ней расходы — 1800 рублей.
Трубы для крепления скважин на 200 саженей по 5 рублей сажень — 1000 рублей.
Буровой инструмент (1 бур в З ½ « и 2 бура в 2 ½ ») — 1000 рублей.
Лесной материал и мелкие расходы — 300 рублей.
Итого: 7000 рублей.
В этой смете не показан расход на анализы вод, так как эти анализы будут выполнены в предположенной к открытию городской лаборатории или за счет особого кредита.
Итак, всего 7000 рублей нужно для серьезного решения вопроса о возможности снабжения Оренбурга естественно-фильтрованной водой. Право же, это очень скромная, сравнительно, сумма.
Вспомним, что Кельн, по населению лишь в 2 раза превышающий Оренбург, затратить свыше 26000 рублей на предварительные изыскания по снабжению грунтовой водой.
Вспомним, наконец, слова одного из лучших специалистов по водоснабжению, германского инженера В. Линдлея, что в настоящее время нужно считать грунтовую воду нормальным источником для центрального водоснабжения и что к поверхностной воде для этой цели следует обращаться только тогда, когда исследования покажу невозможность получения грунтовой воды хороших качеств.
А. Винокуров, Д. Соколов.
Казалось бы очень странным, имея у себя под боком во 1‑х, проточный источник — Урал, вода которого, по многократным и многолетним исследованиями, по химическому содержанию вполне удовлетворительна, во 2‑х, готовый водопровод, искать другую воду, затрачивать на это деньги, и эту работу делать основываясь только на некоторых вероятных предположениях. Но, меж тем, мы полагаем, что действия наши вполне разумны и предложения наши общественно целесообразны.
Речная вода, как таковая, без очистки, считается в санитарном отношении совершенно непригодной для питья, т.к. загрязняется всякого рода отбросами и другими нечистотами человеческого и животного происхождения. Там, где пьют речную неочищенную тем или другим путем воду, там никогда не переводится брюшной тиф, дизентерия, желудочно- кишечные заболевания; там вспыхивает временами азиатская холера; в такой воде при исследованиях находят яйца опасных кишечных паразитов бактерии сибирской язвы, бактерии фекальных извержений и пр.
Народные болезни, вызываемые недоброкачественной водой, понудили культурные нации отказаться от доступного и дешевого источника воды и искать воду, ради сохранения общественного здоровья, в земле и часто за большие расстояния и за большие деньги. И только отсутствие таковых источников заставляло обращаться к речной воде, предварительно очистив ее от всяких примесей. Так, в Германии, по данным 1909 года из городов с числом жителей свыше 15000, речной водой пользовались выше 8,3%, т.е. меньше 1/10 всех городов:
Город Оренбург в течение весеннего, летнего и отчасти осеннего времени пьет отвратительную воду, не удовлетворительную как в качественном, так и в эстетическом отношении. Весной мы пьем настой навоза, человеческих извержений и других отбросов. Летом выше городского водопровода в течение целого дня, вечера и части ночи в реке непрерывно стирается белье, купаются люди, купают и поят животных. Грязь, смытая с человеческих и животных тел, с белья, все извержения живых существ, идет в городской водопровод — только привычка с детских лет дает нам возможность без тошноты и отвращения пить воду, загрязненную и зараженную, благодаря чему ни брюшной тиф, ни дизентерия, ни желудочно-кишечные заболевания не переводятся у нас.
Но почему же надо искать воду подземную, почему не очищать уральную воду? А потому, что очистка воды (фильтрацией, озоном, ультрафиолетовыми лучами и др. способами) не всегда освобождает воду от загрязнения болезнетворными бактериями, а затем все эти меры как постановка сооружений, так эксплуатация их, стоят больших денег. Грунтовая же вода безукоризненна в бактериологической отношении и обладает приятным, освежающим вкусом благодаря низкой температуре (летом речную воду пить противно — она тепла, колодезную же пьешь с удовольствием) и не требует очистки.
Полагая, что этих слов достаточно для доказательства необходимости, как с санитарной стороны, так и с финансовой, изыскания грунтовой воды, я перейду к анализу данных исследования вод, взятых из различных точек местности, которую комиссия специалистов указала, как подходящую для изысканий. Исследованы были воды колодцев старого Пименовского склада, Брагинской мельницы, лесопильного завода г‑на Попова, шпалопропиточного завода и Сакмары. Для сравнения взяты данные анализа воды Урала и колодца на Маяке близ 2 кадетского корпуса. Анализы производились в лаборатории казенного винного склада с людного согласия и участия химика лаборатории В.П. Авилова и дали следующие результаты:
Анализ показал, что воды исследуемых колодцев имеют следующие физические и химические свойства; воды прозрачны, без опалесценции, без запаха, приятного освежающего вкуса, по-видимому, без особого привкуса; в них нет ни аммиака, ни азотной кислоты; незаметные следы азотистой кислоты, окисляемость вод ничтожная. Эти данные указывают, что в физическом отношении воды вполне удовлетворительны и что они не загрязнены никакими органическими веществами — стоками из помойных и выгребных ям.
Все воды, как грунтовые, так и речные, содержат хлора больше, чем установлено нормой требовании к хорошей воде, в некоторых случаях в 2—2,5 раза, но это обстоятельство не должно вызывать опасении, п.ч. хлор в изучаемых водах минерального происхождения, а не органического.
Значительная разница наблюдается в водах по содержанию в них окиси кальция и окиси магния, вследствие чего в некоторых водах довольно высокая жестокость, причем в водах колодцев, находящихся ближе к Соболевой горе, следовательно к Сакмаре и жестокость меньше — так в Сакмаре — общая жесткость — 16,4°, в колодце шпалопропиточного завода — 13,1°, на заводе г‑на. Попова — 9,2°, в колодцах Пименова в одном случае — 26,6°, в другом — 21,4°, в колодцах Брагина в одном случае — 23,4°, в другом — 12,5°.
В санитарном отношении отмеченные высоты жесткости не имеют значения: пьют воду и более высокой жесткости (в Самаре выше 300), но употребление жесткой воды крайне убыточно в хозяйстве; так, в жесткой воде слабо настаивается чай, поэтому его кладут больше, чем надо и, говорят, самарцы только на одном чае теряют лишних денег до 200000 рублей в жесткой воде трудно развариваются овощи, а у нас овощи с каждыми годом все больше и больше входит в употребление, благодаря болгарам н высокой цене на мясо и продукты животного происхождения. В жесткой воде плохо стирается белье и тратится много лишнего мыла (приблизительно каждый градус жесткости на ведро воды ведет к напрасной трате 1,6 гр. мыла, предполагая в нашем городе населения в 100000, причем, если считать что на стирку белья для каждого человека потребуется до 10 ведер воды в год, то оренбуржцы при относительно малой жесткости уральной воды тратят лишних денег 8—9 тысяч), жесткие воды, наконец, не удобны и в технических целях для питания паровых котлов.
Но, к нашему счастью, грунтовые воды у Соболевой горы мягкие; это показывает как анализ, так и заявление Управляющего шпалопропиточного завода Куртис и владельца лесопилки г‑на. Попова. Несколько велико содержание серной кислоты, хотя не все исследованные воды дают большие цифры: вода колодца шпалопропиточного завода, Брагинской мельницы дает цифры допустимые, приближающиеся к нормам.
Общий характер местности не дает основании предполагать, что грунтовые воды могут загрязняться здесь какими-либо нечистотами, п.ч. местность открытая, незаселенная, по краям ее, хотя есть небольшие поселки (Нахаловка, железнодорожные мастерские), но там жителей немного и опасности в смысле загрязнения они не представляют.
В заключение скажу, что хотя произведенных химических исследований недостаточно для окончательного вывода о пригодности грунтовых вод в намеченной местности, тем не менее, эти данные, подкрепляемые материалами положительного характера г.г. геологов и гидрогеологов, дают основание высказаться, чтобы избранная местность была изучена подробно.
Изучение будет стоить денег, но ведь предварительно Установки фильтров для уральной воды, нужно производить опыты, что будет также стоить порядочных денег.
Ив. Дегтярев
Источник: Известия Оренбургского Отдела Императорского Русского Географического Общества. , 1914 год, с. 36–51
