Голод в начале двадцатых

В 1921 году раз­ра­зил­ся голод. Он был вызван засу­хой, охва­тив­шей мно­гие реги­о­ны стра­ны, вклю­чая Орен­бург­скую губер­нию. Сбор зер­на тогда соста­вил око­ло мил­ли­о­на пудов, или седь­мую часть от запа­сов , необ­хо­ди­мых, что­бы про­кор­мить мест­ное насе­ле­ние.

Про­до­воль­ствен­ная кар­та Рос­сии, 1921. Чер­ный цвет — рай­о­ны, где уро­жай на душу насе­ле­ния мень­ше мини­маль­ных чело­ве­че­ских потреб­но­стей. Источ­ник: Famine in Soviet Russia, 1919–1923; the operations of the American Relief Administration, by Harold H. Fisher.

Уже в сен­тяб­ре 1921 года голо­да­ло 26 тысяч жите­лей Орен­бур­га. Слож­ность ситу­а­ции в горо­де усу­губ­ля­лась непре­стан­ным при­бы­ти­ем сюда десят­ков тысяч голод­ных бежен­цев. Поло­же­ние в бара­ках для них, нахо­див­ших­ся близ Крас­но­го город­ка, в нояб­ре 1921 года было поис­ти­не ужа­са­ю­щим: «боль­ные дети сиде­ли или лежа­ли сре­ди мерт­вых роди­те­лей или род­ствен­ни­ков». Тру­пы не уби­ра­лись не толь­ко сут­ка­ми, но и неде­ля­ми. Толь­ко в одном сарае их было 20, столь­ко же при­мер­но валя­лось око­ло него. Не слу­чай­но, что в Орен­бур­ге и губер­нии вслед за холе­рой раз­вер­ну­лась эпи­де­мия тифа, охва­тив­шая око­ло 5 тысяч чело­век.

Голод и болез­ни коси­ли людей. Часть насе­ле­ния бро­са­ла наси­жен­ные места и отправ­ля­лась куда попа­ло, лишь бы убе­жать от голо­да. Толь­ко кре­стьян­ское насе­ле­ние в губер­нии сокра­ти­лось за год на 80 тыс. чело­век.

Орга­ни­за­цию борь­бы с голо­дом воз­глав­ля­ли Сове­ты и ком­му­ни­сты. Была созда­на комис­сия помо­щи голо­да­ю­щим (Губ­ком­гол). По насто­я­нию Губ­ко­ма РКП(б) губер­ния была пере­ве­де­на из раз­ря­да про­из­во­дя­щих про­до­воль­ствие в кате­го­рию потреб­ля­ю­щих. В Орен­бур­ге комис­сия взя­ла на учет всех голод­ных. Было реше­но отпра­вить по пред­ва­ри­тель­ной дого­во­рен­но­сти в Тур­ке­стан часть голо­да­ю­щих детей и трид­цать тысяч взрос­лых. Мно­гих голо­да­ю­щих бежен­цев, при­быв­ших в Орен­бург, поме­сти­ли на Мено­вом дво­ре. Для бес­при­зор­ных детей, роди­те­ли кото­рых погиб­ли от голо­да, заня­ли поме­ще­ние муж­ской гим­на­зии (ныне зда­ние Орен­бург­ско­го гос­пе­ду­ни­вер­си­те­та), где раз­ме­сти­лось око­ло 2 тысяч голо­да­ю­щих.

Орга­ни­зо­вы­ва­лись кру­жеч­ные сбо­ры пожерт­во­ван­ных средств. От жите­лей горо­да посту­пи­ло 16 млн. руб­лей, собран­ных квар­тир­ны­ми коми­те­та­ми, 3 млн. руб­лей собра­ли ком­со­моль­цы горо­да.

По рас­по­ря­же­нию Совет­ско­го пра­ви­тель­ства в Орен­бург шли тыся­чи пудов пше­ни­цы. Уже к кон­цу сен­тяб­ря 1921 года в город посту­пи­ло 264 тыс. пудов ржи, тыся­ча пудов риса, при­бы­ли 105 ваго­нов зер­на для ози­мо­го посе­ва. Широ­кую сеть пита­тель­ных пунк­тов орга­ни­зо­ва­ла Аме­ри­кан­ская адми­ни­стра­ция помо­щи (American Relief Organization или АРА), при кото­рых пита­лось око­ло 100 тысяч детей, из них в Орен­бур­ге 12610. Дея­тель­ность этой орга­ни­за­ции на тер­ри­то­рии СССР и Орен­бург­ской губер­нии про­дол­жа­лась до июня 1923 года.

Совет­ской Рос­сии ока­зы­ва­лась помощь и со сто­ро­ны дру­гих ино­стран­ных орга­ни­за­ций, но АРА была ответ­ствен­но при­мер­но за 90% ино­стран­ной помо­щи. К 10 декаб­ря 1921 года про­до­воль­ствие АРА полу­ча­ли в Самар­ской губер­нии 185625 детей, в Казан­ской — 157196, в Сара­тов­ской — 82100, в Сим­бир­ской — 6075, в Орен­бург­ской — 7514, в Цари­цын­ской — 11000, в Мос­ков­ской — 22000, все­го же 565112 детей. В мае 1922 г. АРА кор­ми­ла 6 млн. 99 тыс. 574 чело­век, аме­ри­кан­ское обще­ство ква­ке­ров — 265 тыс., Меж­ду­на­род­ный Аль­янс «Спа­сем Детей» (Save the Children Alliance) — 259 тыс. 751 чел., Нан­се­нов­ский коми­тет — 138 тыс., швед­ский Крас­ный крест — 87 тыс., гер­ман­ский Крас­ный крест — 7 тыс., англий­ские проф­со­ю­зы — 92 тыс., Меж­ду­на­род­ная рабо­чая помощь — 78 тыс. 11 чел.

Стан­дарт­ный аме­ри­кан­ский про­до­воль­ствен­ный набор. Это­го коли­че­ства еды хва­ти­ло бы семье из четы­рех чело­век на месяц. В Рос­сию было посла­но более мил­ли­о­на таких набо­ров.

19 октяб­ря 1921 года с АРА под­пи­сы­ва­ет­ся дого­вор о про­дук­то­вых и веще­вых (туда вхо­ди­ли шер­стя­ная и хлоп­ча­то­бу­маж­ная ткань, все необ­хо­ди­мые мате­ри­а­лы для поши­ва одно­го костю­ма и белья) посыл­ках. Замы­сел состо­ял в том, что каж­дый живу­щий за пре­де­ла­ми пора­жён­ной голо­дом стра­ны, кто желал ока­зать помощь, поку­пал про­дук­то­вый купон за 10 дол­ла­ров в аме­ри­кан­ском бан­ке либо в офи­сах АРА в Евро­пе. Затем купон посы­лал­ся по почте через АРА в стра­ну голо­да, где АРА нахо­ди­ла чело­ве­ка-полу­ча­те­ля, кото­ро­му пред­на­зна­ча­лась посыл­ка. Полу­ча­тель отно­сил купон в бли­жай­ший склад АРА и обме­ни­вал его на про­дук­то­вую посыл­ку. Веще­вая посыл­ка сто­и­ла не 10, а 20 дол­ла­ров. Про­до­воль­ствен­ная посыл­ка состо­я­ла из 49 фун­тов муки, 25 фун­тов риса, 3 фун­тов чая, 10 фун­тов жира, 10 фун­тов саха­ра, 20 банок сгу­щен­но­го моло­ка. В пере­сче­те на кило­грам­мы вес посыл­ки состав­лял при­мер­но 53 кг. Затем состав посы­лок был несколь­ко изме­нен, остав­шись в пре­де­лах той же сто­и­мо­сти — 10 дол­ла­ров. С осе­ни 1921-го по осень 1922-го было отправ­ле­но 700 000 подоб­ных посы­лок.

В докла­де Орен­бург­ско­го губ­ко­ма РКП(б) от 17 янва­ря 1922 года отме­ча­лось: "

Про­до­воль­ствен­ное поло­же­ние в Орен­бург­ской губер­нии все более и более ухуд­ша­ет­ся, и голод дохо­дит до людо­ед­ства, начи­ная с осе­ни… смерт­ность колос­саль­ная".

«Мы виде­ли мерт­вых, лежав­ших на ули­цах и доро­гах, веду­щих в город, их тела пожи­ра­ли бро­дя­чие соба­ки и пти­цы. Боль­ные и голо­да­ю­щие соби­ра­лись в домах, но средств для помо­щи им ни у кого не было», — напи­сал один из чле­нов комис­сии Гер­бер­та Гуве­ра (АРА) об Орен­бур­ге.

К фев­ра­лю 1922 года жерт­ва­ми голо­да ста­ли 570 тысяч чело­век, из них 268 тысяч — дети. Толь­ко за один год кре­стьян­ское насе­ле­ние губер­нии сокра­ти­лось на 80 тысяч чело­век. Дерев­ни бук­валь­но выми­ра­ли.

Коли­че­ство голо­да­ю­щих в КССР по дан­ным мест

В Берд­ском посел­ке про­жи­ва­ло тогда 2345 чело­век. Из них, по офи­ци­аль­ным дан­ным, голо­да­ло 1527 жите­лей (или 384 семьи). Голод­ных детей до 14-ти лет­не­го воз­рас­та, по све­де­ни­ям Под­го­родне-Покров­ской волост­ной комис­сии помо­щи голо­да­ю­щим, насчи­ты­ва­лось 377 (дан­ные на 1 янва­ря 1922 года).

Све­де­ния о дви­же­нии рож­де­ния и смер­ти по отде­лу ЗАГСа с 1 янва­ря по 1 июня 1922 года

Как вид­но из актов, состав­лен­ных и под­пи­сан­ных пред­се­да­те­лем Берд­ско­го сель­со­ве­та Руси­но­вым, чле­ном мест­ной комис­сии помо­щи голо­да­ю­щим Бело­вым и посел­ко­вым фельд­ше­ром Мед­ве­де­вым, жерт­ва­ми голо­да были люди всех воз­рас­тов.

Голод в Рос­сии: неиз­вест­ная ката­стро­фа 1921 год. Сни­мок сде­лан в Бугу­рус­лане Фран­сис Хал­лер, для газе­ты Le Temps (из архи­вов Меж­ду­на­род­но­го Крас­но­го Кре­ста).

Толь­ко за два пер­вые меся­ца 1922 года в быв­шей каза­чьей ста­ни­це умер­ли голод­ной смер­тью 12 чело­век. Сре­ди них:

• Коз­лов Нико­лай, 15 лет;
• Фомин Дмит­рий, 59 лет;
• Тюри­ны Анна, 2 лет от роду и ее брат Петр, 10 лет;
• Путя­тов Яков, 45 лет;
• Тюри­на Анфи­са,  65 лет;
• Гав­ри­лов Нико­лай, 7 лет;
• Голов­ко­ва Мария, 51 год;
• Зво­но­ре­ва Анна, 41 год;
• Беля­ков Кон­стан­тин, 48 лет…

АРА в янва­ре 1922 года в Бер­дах откры­ла в бер­дин­ской шко­ле дет­ский пункт пита­ния. На доволь­ствие было постав­ле­но 574 мест­ных жите­ля. «Люди пита­лись ово­ща­ми, кон­ским мясом… и про­чи­ми про­дук­та­ми».

Дет­ская сто­ло­вая ARA в Ураль­ске

Из вос­по­ми­на­ний Ники­фо­ро­вой (Мель­ни­ко­вой) Оль­ги Дмит­ри­ев­ны: «Как начал­ся голод, папа­ша ушел в Орен­бург на зара­бот­ки, а мама­ка, когда одна, а когда со стар­ши­ми дочерь­ми, ходи­ла в Фор­штадт про­сить мило­сты­ню. Там жили бога­то. Когда черст­вую кра­ю­ху пода­ва­ли, у нас был празд­ник. Мы же, самые малень­кие, бега­ли к Сак­ма­ре соби­рать кра­пи­ву и лебе­ду. Поз­же в бер­дин­ской шко­ле для детей аме­ри­кан­цы откры­ли пункт пита­ния. Каж­дый раз, когда мы шли туда, мама­ка дава­ла нам чистые тря­поч­ки, в кото­рые мы тай­ком пря­та­ли «гущу» из супа. А про­ве­ря­ю­щие ходи­ли меж­ду рядов и сле­ди­ли за тем, что­бы мы все ели сами и ниче­го не выно­си­ли с собой».

Из вос­по­ми­на­ний Цвет­ко­ва Юрия: «Моя мама, Кра­со­ва (в заму­же­стве — Цвет­ко­ва) Вален­ти­на Ники­фо­ров­на, 1918 года рож­де­ния, про­жи­ва­ла в то вре­мя с роди­те­ля­ми в "Наха­лов­ке" (ныне — ул. Ком­му­ни­сти­че­ская, рядом с ПВРЗ). В сво­их вос­по­ми­на­ни­ях она опи­сы­ва­ет, что одно из под­раз­де­ле­ний АРА нахо­ди­лось неда­ле­ко от их дома.

Её стар­шая сест­ра Анна, бра­ла маму на руки и шла в сто­ло­вую АРА, где детей кор­ми­ли, но заби­рать с собой еду было нель­зя. Одну чаш­ку с полу­чен­ной кашей они съе­да­ли вме­сте, а вто­рую чаш­ку Аня пря­та­ла в одеж­ду на мами­ной гру­ди. Каша была горя­чая и обжи­га­ла маму, она пла­ка­ла. Стар­шая сест­ра про­си­ла маму тер­петь и не пла­кать, а то кашу забрать могут. Так­же мама вспо­ми­на­ла, что её мама, моя бабуш­ка, пек­ла лепеш­ки из теста с лебе­дой. Поешь и обя­за­тель­но насту­па­ет силь­ная изжо­га, но есть силь­но хочет­ся и при­хо­дить­ся такие лепёш­ки есть.

В один из дней к ним во двор вошел беже­нец и сра­зу напра­вил­ся к мусор­но­му вед­ру, где были очист­ки от тык­вы и кар­тош­ки. Беже­нец стал выхва­ты­вать эти очист­ки и с жад­но­стью быст­ро есть, боясь что его про­го­нят со дво­ра. Во-исти­ну, голод — не тет­ка. Жут­кие вре­ме­на пере­жи­ли наши пред­ки».

Что­бы смяг­чить послед­ствия голо­да, госу­дар­ство в 1922 году выде­ли­ло посев­ной мате­ри­ал. Орен­бург­ская волость, в состав кото­рой вхо­дил Берд­ский посе­лок, полу­чи­ла тогда семян пше­ни­цы 110 тысяч пудов, овса — 36 тысяч, про­са — 15 тысяч, ячме­ня — 11,8 тыся­чи пудов. Ими было засе­я­но 50 тысяч деся­тин зем­ли.

Летом 1922 г., когда дея­тель­ность АРА была в пол­ном раз­га­ре, в ней рабо­та­ло 300 аме­ри­кан­цев, более 120 тысяч рос­си­ян (по дру­гим дан­ным 200 и 80 тысяч); орга­ни­за­ция еже­днев­но кор­ми­ла 11 мил­ли­о­нов чело­век (по дру­гим дан­ным — 10.3 мил­ли­о­на). В резуль­та­те этой дея­тель­но­сти уже к нача­лу лета 1922 года «сооб­ще­ния о голод­ных смер­тях прак­ти­че­ски пере­ста­ли посту­пать». Кро­ме того, АРА поста­ви­ла меди­ка­мен­тов на 8 млн дол­ла­ров, обес­пе­чив 15 тысяч боль­ниц и учре­жде­ний, и снаб­див 7 мил­ли­о­нов чело­век лекар­ства­ми и при­вив­ка­ми. Так­же в 1922 и 1923 гг. АРА снаб­ди­ла Рос­сию посев­ным зер­ном кото­ро­го хва­ти­ло на засе­и­ва­ние при­бли­зи­тель­но 3.23 мил­ли­о­нов гек­та­ров полей, тем самым обес­пе­чив воз­мож­ность полу­че­ния хоро­ших уро­жа­ев в после­ду­ю­щие годы.

Из докла­да упол­но­мо­чен­но­го по посе­вам Орен­бург­ской воло­сти Мат­вея Липа­то­ва (буду­ще­го пред­се­да­те­ля Берд­ско­го кол­хо­за): «Несмот­ря на те ужа­сы голо­да, посев­ная кам­па­ния шла друж­но, настро­е­ние кре­стьян к вла­сти хоро­шее… Вооб­ще настро­е­ние кре­стьян в насто­я­щее вре­мя бод­рое».

Про­па­ган­дист­ски ска­за­но вер­но, но по-чело­ве­че­ски — кощун­ствен­но. И это — после того, как семьи еще не опра­ви­лись от смер­ти близ­ких людей, в первую оче­редь детей. Голод нанес непо­пра­ви­мый удар деревне. Лишь в нояб­ре 1923 года на оче­ред­ном засе­да­нии Орен­бург­ско­го уезд­но­го коми­те­та пар­тии было при­зна­но, что «хозяй­ство кре­стьян вслед­ствие пере­жи­то­го голо­да окон­ча­тель­но раз­ру­ше­но».

Источ­ни­ки

• Famine in Soviet Russia, 1919–1923; the operations of the American Relief Administration, by Harold H. Fisher.
• Футо­рян­ский Л. И., Лабу­зов В. А. Из исто­рии Орен­бург­ско­го края в пери­од вос­ста­нов­ле­ния (1921–1927 гг.). – Орен­бург, 1998. С. 16.
• Футо­рян­ский Л. И. Орен­бург в годы вос­ста­нов­ле­ния народ­но­го хозяй­ства. Под ред. Л. И. Футо­рян­ско­го. – Челя­бинск, 1993. С. 172.
• Ере­мен­ко В. Стра­ни­цы Бёрд­ской лето­пи­си. Орен­бург, ИПФ «Вест­ник», 2008.
• Соб­ствен­ная инфор­ма­ция про­ек­та «Берд­ская Сло­бо­да»