Главное здание бывшего оренбургского Николаевского женского института расположено в историческом центре Оренбурга на улице Ленинской (бывшей Неплюевской) 50. Представляет собой протяженное 2‑этажное кирпичное здание, возведенное в эпоху господства пышной эклектики 2‑й половины ХIХ века.
Женский институт в Оренбурге
В ряду низших и средних учебных заведений Оренбурга, число которых в конце XIX века достигло 70, особое место занимал Николаевский женский институт благородных девиц, охватывавший «почти целый квартал, по трем улицам: Орской, Преображенской и Неплюевской» (ныне ул. Ленинская, 50 – Оренбургский территориальный отдел Росрезерва; ул. Пушкинская, 53, 55).
Женские институты в Российской империи были учебными заведениями закрытого типа, исключавшими возможность свободного выхода учащихся за пределы территории, в которых за казенный счет воспитывались дочери штаб – и обер-офицеров или гражданских чинов, находящихся на государственной службе, а за собственный счет – дочери купцов и почетных граждан.
История возникновения Николаевского женского института благородных девиц неразрывно связана с Неплюевским военным училищем, при котором 18 декабря (6 декабря по старому стилю) 1832 года согласно распоряжению оренбургского военного губернатора П.П. Сухтелена в городе Оренбурге при Оренбургском Неплюевском военном училище открылось женское Отделение, предназначавшееся «для воспитания девиц». На содержание женского «Отделения» корпуса, на обучение и воспитание девиц, ежегодно выделялось по 3 с половиной тысячи рублей. Его устав и штаты были выработаны в соответствии с положением Петербургского училища солдатских дочерей полков лейб-гвардии.
Супруга Николая I Александра Федоровна взяла учебное заведение под свое покровительство. Управлялось женское «Отделение» особым комитетом, в который входили супруги служивших в Оренбурге генералов и «почтенные дамы», под председательством директора Неплюевского военного училища, занимавшегося всей хозяйственной и финансовой деятельностью заведения, получившего название «Оренбургское девичье училище».
Непосредственное управление учебным процессом, а также надзор за воспитанницами училища поручался смотрительнице и двум ее помощницам. Ежегодно «Девичье училище» принимало бесплатно 50 учениц, из которых 20 – «всякого звания», а 30 являлись дочерями военных. В число преподаваемых предметов входили: Закон Божий, чтение,письмо, а также основные правила арифметики. Здание для училища было приобретено П.П. Сухтеленом за счет казны за 5 тысяч рублей. Интернат (круглосуточное пребывание учениц) не был предусмотрен. В «Девичье училище» могли быть приняты представители всех сословий.
После 1845 года в институт зачислялись лишь девушки из «приличных» семей. Фото: ОГАОО
В 1845 году при активном участии Оренбургского военного губернатора В.А. Обручева женское учебное заведение приобрело сословный характер. По его мнению, окончившие курс обучения «девицы низшего класса обыкновенно не пользовались приобретенными познаниями и обращались к черным работам или занимались торговлей, а для девиц среднего класса это училище было по своей программе слишком элементарно».
На основании этого «Девичье училище» было преобразовано в институт благородных девиц, на содержание которого В.А. Обручевым было назначено 6700 рублей. Плата (по 90 рублей в год) стала взиматься со всех своекоштных (находившихся на собственном содержании) учениц.
Примечание «Бердской слободы»: Для сравнения: в середине XIX века стоимость леса для постройки деревянной избы составляла около 100 рублей.
В марте 1848 года был определен Устав преобразованного «Девичьего училища», на основании которого к числу его доходов были отнесены сборы с киргизов, нанимавшихся к семейным жителям города в работники, в размере 1000 рублей серебром в год (билетный сбор).
Главными источниками финансирования «Девичьего училища» являлись: билетный сбор Неплюевского кадетского корпуса, тептярский сбор, проценты от сбора с кортомщиков (арендаторов) в пользу Оренбургского края, десятая часть остатков от доходов Неплюевского кадетского корпуса, а также плата со своекоштных пансионерок (в 1849 году она составила 160 рублей в год).
В 1850 году в «Девичьем училище» начали преподавать немецкий язык, и был учрежден временно-приготовительный класс, в который записывались малолетние девицы Уральского войска. В подготовительном классе училища преподавались чтение, чистописание, начальные правила грамматики, первые четыре правила арифметики и рисование. Занятия длились 10 часов в неделю.
В сентябре того же года, с согласия военного губернатора В.А. Обручева, к числу работников «Девичьего училища» были причислены два музыканта из Оренбургского линейного батальоны, один из которых должен был ежедневно настраивать фортепьяно, а другой – два раза в неделю играть на скрипке во время танцев. Для обучения девиц танцам в училище приглашался хореограф.
Институт благородных девиц был высочайше переименован 13 октября 1855 года в «Николаевский женский институт», заведение закрытого типа, воспитанницы которого жили в пансионате под строгим контролем. Комплекс зданий института был построен по проекту архитектора, академика Императорской Академии художеств А.Г. Белова. Основной корпус с домовой церковью располагался в двухэтажном здании по улице Неплюевской (ныне ул. Ленинская, 50).
В 1861 году Оренбургский женский институт посетил главный начальник женских училищ Российской империи принц Петр Ольденбургский, после чего институт был изъят из ведения Неплюевского корпуса.
В 1862 и 1863 годах институтом были приобретены два соседних здания.
В Оренбургском женском институте обучались уроженки Оренбургской, Самарской и Уфимской губерний, Тургайской и Уральской областей, а также Туркестана. Большинство воспитанниц принадлежали к дворянскому и купеческому сословиям. За казенный счет пансионерками в институт принимались девицы в возрасте от 10 до 12 с половиной лет, на платной основе – в возрасте от 9 до 13 с половиной лет.
Для поступления в Оренбургский институт имени императора Николая I на бесплатное содержание родители учениц должны были предоставить в Совет института: копию послужного списка отца, состоявшего на военной службе, метрическое свидетельство и медицинское свидетельство о наличии прививок от оспы. Кроме того, они давали обязательство,
«забрать дочерей обратно, в случае их отчисления или по окончании курса наук»,
а также
«не требовать денег обратно, в случае если девица будет взята из заведения по каким-либо обстоятельствам прежде срока».
Для поступления в Николаевский институт «на собственное иждивение» родители должны были предоставить такие же документы. Плату за обучение они должны были вносить за каждые полгода вперед, без всяких недоимок, не требуя денег обратно, в случае если девица будет взята из заведения по каким-либо обстоятельствам прежде срока.
Ниже приводятся правила приема девиц в Оренбургский Николаевский институт, опубликованные в 1868 году.
Примечание «Бердской слободы»: Авторский текст оставлен без изменений, старая (дореволюционная) орфография приведена к современному виду.
Оренбургский Николаевский Институт отнесен ко 2‑му разряду (§ 5 Устав женских учебных заведений) и заведение это по § 6 того же устава назначено преимущественно для дочерей личных дворян, военных и гражданских Обер-офицеров, почетных граждан и купцов.
Примечание: Оренбургский Институт Заведение закрытое и девицы находятся в нем постоянно во все время воспитание п состоят на полном содержании.
Воспитанницы состоят в заведении или на казенном содержании, или пенсионерками за установленную плату. Весь комплект воспитанниц Института определен в 75 штатных девиц, из коих 20 казеннокошных; остальные пенсионерки, за коих плата установлена в следующем размере: за девиц, воспитывающихся на суммы разных мест и пенсионерок Высочайшего Имени по 130 руб. в год, а за девиц, содержимых частными лицами по 90 руб. в год. И кроме того с вновь поступающих пенсионерок взимается по 30 руб. с каждой на первоначальное обзаведение экипировочными вещами.
Казенные вакансии Оренбургского Института разделены на 3 части, из коих одна предоставлена круглым сиротам, другая—полусиротам и третья детям, имеющих обоих родителей, и за воспитание последних при живых родителях взносится половина положенной платы.
Пенсионерская плата вносится за полгода вперед, всегда в полном количестве и не возвращается, если бы девица выбыла и до срока следующему платежу, кроме разве случая смерти воспитанницы или исключение ее из заведения по распоряжению Начальства.
Общий прием для воспитания девиц производится в августе месяце, после каждого выпуска; о наступлении коего и о числе подлежащих замещению вакансий объявляется для общего сведение за шесть месяцев.
Казенные воспитанницы определяются в положенном по штату числе; пенсионерки же принимаются и сверх комплекта, если не встретится к тому затруднения относительно помещения и распределения воспитанниц по классам.
Казенные воспитанницы определяются в возрасте от 10 ½ до 12 ½ лет, считая именно сколько им лет будет в день приема. Для приема же своекоштных пенсионерок определяется тот же возраст, что и для казенных, но дозволяется определять их одним годом старее сего возраста и двумя годами моложе, но не ранее 8 лет.
Все девицы поступающие в заведение начиная с 10-ти лет, должны уметь читать и писать на Русском и одном из иностранных языков.
Девицы, имеющие физические или умственные недостатки, препятствующие успешному учению, равно: одержимые хроническими болезнями не должны быть принимаемы, те же кои подверглись прилипчивой болезни, не иначе могут поступить, как по совершенном выздоровлении, если только не выйдут тогда из установленного возраста.
Более двух родных сестер не могут находиться в одно время, в числе казенных воспитанниц.
Прошения о помещении девиц на казенное содержание или своекоштными пенсионерками подаются в местный Совет или к местному Начальству. Прошения дворян об определении дочерей на казенное содержание поступают не иначе, как через Предводителей дворянства, с заключением их о каждой просьбе.
Срок поступления прошений и уведомлений о назначении кандидаток, начинаясь со дня публикации о предстоящем, общем приеме, кончается за два месяца до дня назначенного для приема девиц.
При прошениях об определении девиц представляются следующие документы:
формулярный список или аттестат о службе отца, равно другие законные акты, свидетельствующие о принадлежности девиц по состояниям, соответственно коим они имеют право на поступление в заведение;
свидетельство Духовной Консистории о законном рождении и крещении девиц;
медицинское свидетельство о состоянии здоровья девицы и была ли на ней натуральная или прививная оспа, — и кроме того, о сиротах прилагается свидетельство священника или местной полиции о смерти их родителей.
Примечание. Формы прошений при сем прилагаются.
К прошениям об определении девиц на казенное содержание должны быть прилагаемы удостоверение о недостаточном состоянии родителей от предводителя дворянства, или главных местных Начальников, или полиции, либо присутственных мест. При помещении же девиц своекоштными пенсионерками представляются письменные обязательства в исправном платеже следующих за них денег, с надлежащим в том ручательством, по особо установленной форме, у сего прилагаемой.
О девицах, кои при поступлении в заведение, должны на основании пунктов 7 и 15 иметь предварительные познания, представляются еще свидетельства о приготовительном их образовании от директоров училищ, или за подписью двух состоящих при казенном заведении учителей, надлежащим образом засвидетельствованные.
Открывшаяся среди курса вакансия может быть замещена немедленно, но с тем, чтобы определяемая девица имела возраст и познания соответствующие летам и образованию воспитанниц того класса, где открылась вакансия.
Если число кандидаток превышает число вакансий, как казенных воспитанниц, так и пенсионерок, то девицам, коих документы согласны с правилами, производится баллотировка, по крайней мере, за месяц до дня, назначенного для общего приема.
Девицы по Высочайшему соизволению или по определению местного Совета окончательно назначенные для поступление должны быть представлены ко времени общего приема, в случае же не доставление их в заведение в течение полугода, со дня, для общего приема, установленного, а для назначенных к поступлению среди курса, со дня состоявшегося о том определения, они исключаются из списков.
Родители, родственники и опекуны или вообще лица, представляющие девиц в заведение, дают начальству оного подписки в том, что обязуются в случае увольнения девиц при общем выпуске или по другим причинам, взять их обратно на свое попечение.
Девицы, у которых по приеме в Институт, окажутся неизлечимые болезни, препятствующие учению, возвращаются родителям или представившим их лицам.
Посещение девиц родителями и родственниками допускается в свободное от учебных занятий время, в определенные часы, один или два раза в неделю.
Воспитанницы заведение в продолжение курса не увольняются из оного; исключение допускается только в случае тяжкой болезни, или смерти родителей, для свидания с коими, если они находятся в том же городе, девицы могут отпущены быть на несколько часов в сопровождении классной дамы.
Прошение о принятие на обучение, 1914 год. Фото: ОГАОО
Форма прошение о принятии девицы в учебное заведение, на казенное содержание
В Совет такого-то заведения.
От такого-то, чип или звание, имя отечество и фамилии.
ПРОШЕНИЕ
Желая определять в такое-то (вышеозначенное) заведение, на казенное содержание, дочь мою, или родственницу, или находящуюся под моею опекою, дочь такого-то, имя и отечество, родившуюся такого-то числа, месяца и года, на коей оспа была (или не была), прошу Совет о принятии ее учинить зависящее распоряжение, на основании представляемых мною стольких-то документов, с поименованием каких именно.
При сем обязуюсь:
По увольнении сей девицы, при выпуске или в другое время, по распоряжению Начальства, принять ее обратно на мое попечение; для чего самому явиться за ней, или прислать надежное лицо с письменного доверенностью;
Уведомлять, каждый раз, Канцелярию заведения о всякой перемене моего места жительства или звание. Жительство имею (точное означение губернии, города, или уезда, села, деревни, местечка; в столицах же части города, квартала, улицы, дома и № квартиры.
Число месяц и год. Подпись просителя.
Форма прошения о принятие своекоштной воспитанницы
В Совет такого-то заведения.
От такого-то, чин или звание, имя, отечество и фамилия
ПРОШЕНИЕ
Желая дочь мою, или родственницу, или состоящую под моею опекой, дочь такого-то, имя и отечество, родившуюся такого-то числа, месяца и года, на коей оспа была, или не была, определить в такое-то (вышеозначенное) заведение на собственное мое или ее или такого-то иждивение, прошу Совет учинить о том зависящее распоряжение, на основании прилагаемых документов, таких-то именно.
При сем представляю:
плату, следующую за содержание в течение полугода или такой-то продолжительнейший срок вперед, равно (если требуется) единовременно, на первое обзаведение такую-то сумму;
мое или такого-то лица обязательство за поручительством таких-то лиц, что пенсионерные деньги, столько- то именно будет вносимы непременно за каждые полгода, или такой-то продолжительнейший срок, вперед.
Сверх того, обязуюсь:
По увольнении сей девицы, при выпуске или в другое время, по распоряжению Начальства, принять обратно ее на мое попечение, для чего самому явиться за ней или прислать надежное лицо с письменною доверенностью;
Уведомлять Канцелярию заведения о всякой перемене моего жительства или звание. Место жительства, число, месяц и год, Подпись просителя, звание, чин, имя, отечество и фамилия.
Форма обязательства в верном платеже пенсионерных денег.
Год, месяц и число. Я нижеподписавшийся, такой-то (чин или звание, имя, отечество и фамилия), на основании установленных правил, дал сие обязательство в удостоверении того, что если принята будет дочь моя или дочь такого-то (прописать имя, отечество, фамилию, чин или звание отца) в такое-то женское учебное заведение, пенсионеркою на собственное мое, или ее иждивение, то следующие за нее во все время воспитание, пенсионерные деньги обязуюсь платить по столько- то рублей серебром за каждые полгода вперед, без всяких недоимков, не требуя денег обратно и тогда, когда бы помянутая девица, по каким-либо обстоятельствам, взята была из заведения и прежде срока, по который внесены за нее деньги.
Подпись лица, определяющего пенсионерку, с прописанием чина или звания, имени, отечества и фамилии и места жительства.
Кроме того, на каждом обязательстве должно быть поручительство, по крайней мере, двух лиц, имеющих недвижимую собственность, по следующей форме.
Год, месяц и число. Мы нижеподписавшиеся ручаемся в исправном платеже вышеозначенных пенсионерных денег, за все время воспитания помянутой девицы, с тем, что если оные по прошествии трех месяцев после срока, в который их внести следовало, не будут заплачены, то мы обязуемся, при первом востребовании, немедленно внести оные, не доводя Начальства заведения ни до какой дальнейшей переписки, хотя бы и было известно, что за родителями или родственниками девицы или за нею самою состоит имение. Подписи поручителей с прописанием чинов или званий, их имен, отчеств и фамилий, а также с точным обозначением места жительства каждого поручителя (такой-то губернии, города или уезда, села, деревни, местечка; в столицах же части города, квартала улицы, дома и № квартиры) и с присовокуплением, что в случае перемены жительства, поручители непременно обязываются уведомлять о новом месте нахождение своего канцелярию заведения.
Неизвестные подписи рук просителя и поручителей должны быть засвидетельствованы установленным порядком, по месту жительства или служение их, полицейским или другим Начальством, с приложением казенной печати.
Примечание. Вместо поручительства, могут представляемы быть или билеты кредитных установлений, или денежные капиталы на сумму, достаточною для взноса пенсионерной платы.
«В 1877 году расходы на содержание института возросли до 86200 рублей (тем самым увеличившись в 12 раз), число воспитанниц с 40 до 254 человек, плата за обучение – до 214 рублей». К началу Первой мировой войны плата за обучение в институте выросла до 360 рублей в год.
Преподавателями института являлись высококлассные специалисты. Так французскому языку воспитанниц обучала Е.А. Гартиер, окончившая полный курс наук в Петроградском Сиротском институте имени императора Николая I, имевшая дипломы Парижского и Гренобльского университетов. Это указывает на высокое качество преподавания предметов в учреждениях, относящихся к Ведомству императрицы Марии.
В институте был установлен строгий распорядок дня: подъем в семь утра, отход ко сну – в восемь вечера. Воспитанницам подавали завтрак, обед из трех блюд и ужин из двух блюд. Обязательны были ежедневные молитвы.
Наряду с научными дисциплинами (русский и французский языки, история, география, арифметика), воспитанницам преподавали Закон Божий, чистописание, рисование, бальные танцы и музыку, обучали их кулинарному искусству и игре на рояле. Ученицы старших классов пели русские народные песни и романсы, декламировали стихи, ставили театральные пьески, выступали с гимнастическими упражнениями.
До 1917 года Николаевский женский институт находился в хорошем материальном и хозяйственном состоянии и принадлежал к Ведомству учреждений императрицы Марии (высшему органу управления женскими и благотворительными специальными учебными заведениями, находившемуся под покровительством императрицы и других представителей императорской фамилии), а затем был передан Министерству государственного призрения.
Согласно описи имущества, составленной в 1917 году, Оренбургский женский институт владел 628 десятинами земли в Троицком уезде, имел дачу на Маяке и при ней молочную ферму. Институт имел запасы одежды и белья по 180 комплектов, обуви на 200 человек; располагал запасами муки и сахара.
В 1918 году учреждение поступило под управление комиссариата народного образования. К середине 1918 года в Оренбургском женском институте воспитывались преимущественно дочери казаков, «главным образом сироты и полу сироты». В мае – июне того же года у института изъяли 100 кроватей с матрасами, 150 подушек и 126 одеял для пулеметной команды.
Выпускницы Николаевского женского института Оренбурга, 1920‑е годы
Для истории Казахстана рассматриваемый памятник архитектуры интересен тем, что в 1920–1923 годах в главном корпусе бывшего оренбургского Николаевского женского института жил и работал Александр Викторович Затаевич (1869–1936) – собиратель казахских народных песен. Его называют «отцом казахской музыки». Историк Т.И. Тугай отмечает, что в Оренбурге Александр Затаевич записал и систематизировал более 2300 народных музыкальных произведений. Композитор А.В. Затаевич опубликовал сборники «Тысяча песен казахского народа» и «Пятьсот казахских кюев и песен».
После окончания Гражданской войны в Советской России наступили трудные времена. Голод поразил молодую советскую страну. Чтобы материально поддержать голодающего композитора народный комиссар просвещения КирАССР Ахмет Байтурсунов принял на работу Затаевича в научный отдел Наркомпроса на выдуманную специально для него должность аккомпаниатора. За каждую песню композитору выдавали паек – два фунта хлеба (800 г).
Видный коммунист, активный участник Гражданской войны, делегат VIII съезда Советов, будущий многолетний ректор Чкаловского (потом Оренбургского) педагогического института Архип Кузьмич Бочагов (1898–1975) вспоминал, как А.В. Затаевич вдохновенно исполнял казахские песни, аккомпанируя себе на рояле. Но в то время сам А.К. Бочагов не понял тонких нюансов казахской музыки, песни показались ему слишком заунывными для «русского уха».
Были и другие суждения. Историк Т.И. Тугай пишет, что великие деятели культуры, такие как Сергей Рахманинов, Максим Горький, Ромен Роллан и другие подлинные ценители искусства восхищались казахскими песнями, собранными композитором А.В. Затаевичем. Он стал одним из основателей казахской фортепьянной музыки. 9 августа 1923 года композитору А.В. Затаевичу было присвоено высокое звание народного артиста Казахской ССР. На уличном фасаде огромного здания по улице Ленинской, 50 помещена мемориальная доска, посвященная композитору А.В. Затаевичу.
Оренбургский Николаевский женский институт прекратил свою деятельность в 1929 году, вследствие отсутствия должного финансирования.
Памятник регионального значения «Николаевский женский институт. 1885–1889 годы», расположенный по адресу: Оренбург, улица Ленинская, 50, имеет большое историко-архитектурное и мемориальное значение, в том числе и для истории Казахстана.
Источники:
Справочная книжка Оренбургской губернии на 1868 год, стр. 18–23
