Пушкин приезжал в село Берды

Неда­ле­ко от горо­да Чка­ло­ва, почти  самом при­го­ро­де, рас­по­ло­жи­лось село Бер­ды. Внешне ничем осо­бым не при­ме­ча­тель­ное, оно, тем не менее, при­вле­ка­ет к себе сво­ей исто­ри­ей. Имен­но здесь Еме­льян Пуга­чев несколь­ко меся­цев сто­ял со сво­им вой­ском. Сюда при­ез­жал Алек­сандр Пуш­кин перед тем, как при­сту­пить к созда­нию «Исто­рии Пуга­че­ва».

Отпра­вив­шись из Петер­бур­га 17 авгу­ста 1833 года, он при­был в Орен­бург 18 сен­тяб­ря и на дру­гой день вме­сте с Далем, слу­жив­шим в это вре­мя в Орен­бур­ге чинов­ни­ком осо­бых пору­че­ний при губер­на­то­ре, отпра­вил­ся в село Бер­ды в надеж­де встре­тить­ся с живы­ми сви­де­те­ля­ми пуга­чев­ско­го вос­ста­ния. Надеж­ды Пуш­ки­на увен­ча­лись успе­хом. Он разыс­кал совре­мен­ни­цу Пуга­че­ва — 75 лет­нюю казач­ку Бун­то­ву. Даль это собы­тие изла­га­ет сле­ду­ю­щим обра­зом: "В Бер­дах мы отыс­ка­ли ста­ру­ху, кото­рая зна­ла, виде­ла и пом­ни­ла Пуга­че­ва. Пуш­кин раз­го­ва­ри­вал с нею целое утро; ему ука­за­ли, где сто­я­ла изба, обра­щен­ная  золо­той дво­рец, где раз­бой­ник каз­нил несколь­ко вер­ных дол­гу сво­е­му сынов оте­че­ства; ука­за­ли на греб­ни, где, по пре­да­нию, ежит огром­ный клад Пуга­ча, заши­тый в руба­ху, засы­пан­ный зем­лей и покры­тый тру­пом чело­ве­че­ским, что­бы отвесть вся­кое подо­зре­ние  обма­нуть кла­до­ис­ка­те­лей, кото­рые дорыв­шись до тру­па, долж­ны поду­мать, что это — про­стая моги­ла. Ста­ру­ха спе­ла так­же несколь­ко песен, отно­сив­ших­ся к тому же пред­ме­ту, и Пуш­кин дал ей на про­ща­нье чер­во­нец".

Уже поз­же, после воз­вра­ще­ния, в Бол­дине, Пуш­кин писал жене: «В деревне Бер­де, где Пуга­чев про­сто­ял шесть меся­цев, имел я une bonne fortune (уда­чу) — нашел 75-лет­нюю казач­ку, кото­рая пом­нит это вре­мя, как мы с тобой пом­ним 1830 год. Я от нее не отста­вая, вино­ват: и про тебя не поду­мал. теперь наде­юсь мно­гое при­ве­сти в поря­док, мно­гое напи­сать и потом к тебе с добы­чею». Извест­но, что Пуш­кин потом мно­гое из услы­шан­но­го исполь­зо­вал и в «Капи­тан­ской доч­ке» и в «Исто­рии Пуга­че­ва». Про­шло более ста лет с тех пор; забы­ва­ют­ся леген­ды о пуга­чев­ском кла­де, заши­том в руба­ху; образ муже­ствен­но­го вождя кре­стьян­ско­го вос­ста­ния Еме­лья­на Пуга­че­ва занял поло­жен­ное ему место в исто­рии борь­бы рус­ско­го наро­да за сво­бо­ду. В селе Бер­ды, непо­да­ле­ку от шко­лы, окру­жен­ный желез­ной огра­дой, сто­ит бюст Алек­сандра Пуш­ки­на, как память о его при­ез­де в село.

Мы были в Бер­дах в дни, когда уче­ни­ки шко­лы име­ни Пуш­ки­на сда­ва­ли экза­ме­ны. был жар­кий июнь­ский день. Девоч­ки в белых фар­ту­ках ходи­ли воз­ле дере­вян­но­го крыль­ца. Лица у них были встре­во­жен­ные и серьез­ные. Воз­мож­но кого-либо из них ожи­дал вопрос о «Капи­тан­ской доч­ке». К нам подо­шел кур­но­сый маль­чик с задор­ны­ми гла­за­ми. Он явно заин­те­ре­со­вал­ся нашим вез­де­хо­дом — авто­ма­ши­ной «М‑72», на кото­рой мы путе­ше­ство­ва­ли по Чка­лов­ской обла­сти. Мы спро­си­ли, сдал ли он экза­ме­ны.

- Конеч­но, — без тени сму­ще­ния отве­тил маль­чу­ган.

- Какие же оцен­ки?

- Все пятер­ки.

Мы усо­мни­лись в прав­ди­во­сти его отве­тов. Уж слиш­ком озор­ным было лицо наше­го собе­сед­ни­ка. Но окру­жав­шие нас школь­ни­ки закри­ча­ли:

- Он прав­ду гово­рит!

- Как зовут тебя?

- Воло­дя Тюрин, — отве­тил школь­ник и неожи­дан­но под­миг­нул нам.

И как-то сра­зу сле­те­ла таин­ствен­ность, кото­рой были ове­я­ны ста­рая цер­ковь и почер­нев­шая дере­вян­ная баш­ня, воз­вы­шав­ша­я­ся над сель­ской пло­ща­дью. Был июнь 1956 года. Экза­ме­ны в шко­ле. Пяте­роч­ник Воло­дя Тюрин. За желез­ной огра­дой памят­ник Пуш­ки­ну. И толь­ко не было памят­ни­ка Еме­лья­ну Пуга­че­ву. Вот его, пожа­луй,  и не хва­та­ло в Бер­дах в июне 1956 года…

Источ­ник:

А. Софро­нов, «В Орен­бург­ских сте­пях», жур­нал «ОГОНЁК» №30 (1519), 22 июля 1956, стр 15