Читаем старые газеты: Взятие снежных городков

Взя­тие снеж­ных город­ков — воин­ская состя­за­тель­но-игро­вая тра­ди­ция и народ­ная поте­ха. Начи­ная с само­го ран­не­го воз­рас­та дети с помо­щью подоб­ных игр при­уча­лись к тому, что нуж­но уметь посто­ять за Роди­ну, семью и самих себя.

Город­ки эти уста­нав­ли­ва­ют­ся в ста­ни­цах обык­но­вен­но сре­ди пло­ща­дей из сне­га, в виде боль­ших кону­сов, саже­ни 4–5 высо­тою и 2,5 — 3 в диа­мет­ре (прим. 1 сажень = 2,134 мет­ра), напо­ми­на­ю­щих высо­кие сто­га сена, с почти отвес­ны­ми бока­ми. Город­ки воз­во­дят­ся забла­го­вре­мен­но, неде­ли за две до мас­ле­ни­цы, что­бы мас­са сне­га мог­ла уле­жать­ся и окреп­нуть. Вокруг они обно­сят­ся невы­со­ки­ми, 1,5 — 2 арши­на (прим. 1 аршин = 0,711 мет­ра) снеж­ны­ми вала­ми.

В день назна­чен­ный для взя­тия город­ка, еще задол­го до нача­ла его штур­ма, вся пло­щадь покры­ва­ет­ся ста­нич­ни­ка­ми, их жена­ми и детьми. Сло­вом, тут соби­ра­ет­ся почти вся ста­ни­ца, что назы­ва­ет­ся, и ста­рый, и малый, — одни, что­бы при­нять уча­стие в штур­ме город­ка или защи­тить его, а дру­гие — посмот­реть на сра­жа­ю­щих­ся. Тут сплошь и рядом вы услы­ши­те раз­го­во­ры вро­де сле­ду­ю­ще­го:

- А что, папа­ка, будет такой Карс-то, кото­рый ты в турет­чине-то брал? — спра­ши­ва­ет маль­чу­ган сво­е­го заслу­жен­но­го отца, вспом­нив рас­сказ его про взя­тие турец­кой кре­по­сти Кар­са и ука­зы­вая на горо­док.

- Будет! Почи­тай што такой! — отве­ча­ет, улы­ба­ясь, отец.

- А Хива?

- Ну, Хива будет помень­ше Кар­са…

- А коли так, то и я и возь­му!

- Зна­мо возь­мешь! Вот как под­рас­тешь малость, то и возь­мешь! — отве­ча­ет отец, с любо­вью треп­ля по пле­чу сво­е­го буду­ще­го героя.

Перед штур­мом на вер­шине город­ка укреп­ля­ет­ся флаг и воз­ле него кла­дут­ся при­зы. Защит­ни­ки, воору­жен­ные боль­ши­ми дере­вян­ны­ми лопа­та­ми, а ино­гда и ружья­ми, заря­жен­ны­ми холо­сты­ми патро­на­ми, зани­ма­ют места за валом, а пред­на­зна­чен­ные для штур­ма (жела­ю­щие льгот­ные и  моло­дые каза­ки под­го­то­ви­тель­но­го раз­ря­да) отво­дят­ся от него сажень на 20 — 30 и вырав­ни­ва­ют­ся.

Когда все гото­во, рас­по­ря­ди­тель (обык­но­вен­но ста­нич­ный ата­ман) пода­ет сиг­нал «шагом», а затем «карьер». По пер­во­му сиг­на­лу каза­ки начи­на­ют  дви­же­ние, а по вто­ро­му с гиком бро­са­ют­ся в карьер на горо­док. Но в тот момент, когда они под­ска­ки­ва­ют к валу, их встре­ча­ют выстре­ла­ми и мас­сой сне­га, кото­рый залеп­ля­ет гла­за и людям и лоша­дям и про­во­дит в рядах ата­ку­ю­щих заме­ша­тель­ство: пуг­ли­вые лоша­ди бро­са­ют­ся в сто­ро­ны, сби­вая и дру­гих, а пло­хие ездо­ки летят куба­рем в снег. Меж­ду ата­ку­ю­щи­ми и защит­ни­ка­ми завя­зы­ва­ет­ся борь­ба. Пер­вые стре­мят­ся про­ник­нуть за вал к город­ку, а послед­ние ста­ра­ют­ся не пустить их, пугая лоша­дей и забра­сы­вая их сне­гом. Ино­гда перед валом в момент ата­ки зажи­га­ет­ся еще соло­ма.

Но вот ата­ку­ю­щие за валом. Здесь они бро­са­ют лоша­дей и одни из них с полу, а дру­гие пря­мо с лоша­дей, при помо­щи облом­ков пик или заост­ре­ны колыш­ков, лезут на почти отвес­ные сте­ны город­ка, ста­ра­ясь пере­гнать один дру­го­го.

Что­бы забрать­ся на горо­док по почти обле­де­не­лой отвес­ной стен­ке, необ­хо­ди­мо иметь в руках два дере­вян­ных или желез­ных колыш­ка, кото­ры­ми про­би­ва­ет­ся кора сне­га. С помо­щью этих колыш­ков, под­тя­ги­ва­ясь почти на одних руках, что явля­ет­ся хоро­шей гим­на­сти­кой, казак дол­жен забрать­ся на вер­ши­ну город­ка.

Снег часто не выдер­жи­ва­ет их тяже­сти. Они пада­ют вниз и сно­ва лезут. Защит­ни­ки хотя и не задер­жи­ва­ют их, но зато бук­валь­но засы­па­ют сне­гом, кото­рый страш­но меша­ет ата­ку­ю­щим. Он наби­ва­ет­ся им в боро­ды, и за ворот­ник, и залеп­ля­ет гла­за, нос и уши. Кто удач­нее и ско­рее под­ни­ма­ет­ся, на того и боль­ше сыпет­ся сне­га. Вот один боро­да­тый казак кажет­ся пре­одо­лел уже все труд­но­сти. Он обо­гнал всех сво­их това­ри­щей и под­нял­ся уже на наклон­ную поверх­ность город­ка. Папа­ха съе­ха­ла у его на заты­лок, боро­да пред­став­ля­ет сплош­ной ком сне­га, гла­за горят, он устал, уто­мил­ся и тяже­ло дышит, но теперь уже неда­ле­ко и лег­че под­ни­мать­ся. Снег, бро­са­е­мый защит­ни­ка­ми, уже не так силь­но меша­ет ему, пото­му что не весь доле­та­ет до него. Еще несколь­ко уси­лий — и он «ерой!» (прим. герой)… Вся ста­ни­ца будет смот­реть на него с зави­стью. Но в этот момент снег не выдер­жи­ва­ет его тяже­сти — колы­шек выры­ва­ет­ся, и казак с про­кля­ти­ем летит вниз, неволь­но сби­вая по пути и свои това­ри­щей…

Нако­нец, кто-нибудь из удаль­цов взби­ра­ет­ся на вер­ши­ну город­ка к фла­гу и в награ­ду полу­ча­ет приз.

На верх­нем рисун­ке изоб­ра­же­но взя­тие город­ка в Орен­бург­ской ста­ни­це на мас­ле­ни­цу 3 фев­ра­ля 1896 года, имен­но в тот момент, когда один из каза­ков влез на вер­ши­ну город­ка, а дру­гие, не видя его, про­дол­жа­ют лезть.

Дру­гой горо­док, помень­ше, изоб­ра­жен­ный на рисун­ке ( прим. сле­ва), брал­ся тогда же школь­ни­ка­ми-каза­ча­та­ми, сре­ди кото­рых были и малы­ши не стар­ше девя­ти лет. школь­ни­ки бра­ли свой горо­док тем же поряд­ком, как и взрос­лые, с той лишь раз­ни­цей, что их не забра­сы­ва­ли сне­гом.

Меж­ду про­чи­ми малы­ша­ми, обра­тил на себя вни­ма­ние гене­ра­ла маль­чик Казан­цев, 9 лет, кото­рый казал­ся осо­бен­но мини­а­тюр­ным, но тем не менее, как и дру­гие, сидел на сво­ем «Сив­ке». Гене­рал, обра­ща­ясь к нему, спро­сил:

- Ты чей?

- Казан­цев, ваше пре­вос­хо­ди­тель­ство, — бой­ко отве­тил маль­чу­ган.

- А что, не взял приз?

- Никак нет, ваше пре­вос­хо­ди­тель­ство!

- Поче­му же?

- У меня лошадь пло­ха, отста­ет! — нашел­ся маль­чик.

- На вот тебе. Поста­рай­ся заве­сти себе хоро­шую лошадь, — ска­зал серьез­но гене­рал, пода­вая маль­чи­ку сереб­ря­ный рубль.

- Слу­ша­юсь. Покор­ней­ше бла­го­да­рю, ваше пре­вос­хо­ди­тель­ство! — не менее серьез­но крик­нул осчаст­лив­лен­ный вни­ма­ни­ем гене­ра­ла воин.

Но тут про­изо­шло некое непред­ви­ден­ное обсто­я­тель­ство. Ока­за­лось, что у вои­на не было кар­ма­на, куда мож­но было бы поло­жить даре­ный рубль, а в руках дер­жать его было холод­но и неудоб­но на лоша­ди. Гене­рал, заме­тив это, взял у него моне­ту и хотел опу­стить ее за голе­ни­ще, но маль­чик пре­ду­пре­дил его:

- Не кла­ди­те туда, ваше пре­вос­хо­ди­тель­ство! Там у меня на подош­ве-то дыра, ска­зал он.  — Я луч­ше в руках уве­зу его мате­ри, и поехал на сво­ем «сив­ке» к сво­ей мате­ри.

При­зов 3‑го фев­ра­ля было выда­но каза­кам пять и школь­ни­кам три, из кото­рых каж­дый брал­ся отдель­но опи­сан­ным выше спо­со­бом. В при­зы выда­ва­лись пред­ме­ты обмун­ди­ро­ва­ния, как-то: мун­ди­ры, шине­ли, сапо­ги, папа­хи, фураж­ки и т.п.

После взя­тия город­ков была устро­е­на джи­ги­тов­ка, в кото­рой при­ня­ли уча­стие льгот­ные и каза­ки под­го­то­ви­тель­но­го раз­ря­да. По обык­но­ве­нию, джи­ги­то­ва­ли лихо, отча­ян­но, и в награ­ду за это полу­чи­ли от наказ­но­го ата­ма­на несколь­ко сереб­ря­ных руб­лей. Руб­ли завер­ты­ва­лись в плат­ки и бро­са­лись на снег. Едва успе­ли раз­бро­сать их, как они очу­ти­лись в кар­ма­нах молод­цов-джи­ги­тов, кото­рые живо подо­бра­ли их с зем­ли на карье­ре.

За уда­лое взя­тие город­ков и лихую джи­ги­тов­ку каза­ки и каза­ча­та удо­сто­и­лись полу­чить бла­го­дар­ность наказ­но­го ата­ма­на, после чего в строй­ном поряд­ке с пес­ня­ми и взя­ты­ми с город­ков фла­га­ми отпра­ви­лись по ули­цам ста­ни­цы.

При­ла­га­е­мые ниже рисун­ки изоб­ра­жа­ют взя­тие снеж­ных город­ков, на Фор­штад­ской пло­ща­ди, каза­ка­ми и каза­ча­та­ми Орен­бург­ской ста­ни­цы, в суб­бо­ту 27 фев­ра­ля 1899 года. При­ве­дем несколь­ко ука­за­ний, объ­яс­ня­ю­щих суще­ство­ва­ние это­го обы­чая у орен­бург­ских каза­ков.

Когда уста­но­вил­ся сре­ди упо­мя­ну­тых каза­ков обы­чай брать на мас­ле­нич­ной неде­ле снеж­ные город­ки, ска­зать труд­но, но что он суще­ству­ет с дав­них вре­мен, о том сви­де­тель­ству­ют рас­ска­зы каза­ков ста­ро­жи­лов.

В ста­ри­ну город­ки устра­и­ва­лись чуть ли не на каж­дой ули­це. Бра­лись они охот­ни­ка­ми каза­ка­ми и каза­ча­та­ми. При­зы ста­ви­лись обык­но­вен­но на вер­ху город­ка. Для взрос­лых каза­ков обыч­ным при­зом был штоф вод­ки. Для наблю­де­ния за поряд­ком при взя­тии город­ков в неко­то­рых ста­ни­цах выби­ра­лись каза­ка­ми, так назы­ва­е­мый, мас­ле­нич­ный ата­ман. Он наде­вал мох­на­тую шля­пу с перья­ми, сереб­ря­ную ста­рую пере­вязь с под­сум­ком, добы­вал у кого-либо из слу­жив­ших в армии каза­ков фран­цуз­ские эпо­ле­ты, орлы, звез­ды, взя­тые на память о похо­де во Фран­цию, и наде­вал все это поверх рыбо­лов­ной секи (? сети), дол­жен­ству­ю­щей изоб­ра­жать коль­чу­гу, кото­рую ино­гда носи­ли в ста­ри­ну каза­ки, при засе­ле­нии Орен­бург­ской линии. Вооб­ще костюм мас­ле­нич­но­го ата­ма­на дол­жен был чем-нибудь выде­лять­ся из общей мас­сы его под­чи­нен­ных, а пото­му состав­лял­ся свое­об­раз­но вку­су и фан­та­зии каж­до­го.

Мас­ле­нич­ный ата­ман отве­чал за поря­док и нака­зы­вал ослуш­ни­ков нагай­кой. Под его коман­дой и брал­ся «горо­док». Таков был обы­чай в неко­то­рых ста­ни­цах, рас­по­ло­жен­ных по орен­бург­ской линии.

Обы­чай брать город­ки суще­ству­ет не в одном орен­бург­ском вой­ске. Наши сосе­ди — ураль­цы, судя по опи­са­нию быто­пи­са­те­ля ураль­ских каза­ков Г.И. Желез­но­ва, так­же раз­вле­ка­ют себя на мас­ле­нич­ной неде­ле и бра­ли «горо­да», а не «город­ки» — как при­ня­то назы­вать у орен­бурж­цев, езди­ли по ули­цам или, по мест­но­му выра­же­нию, «гуля­ли верш­ни­ка­ми». Толь­ко горо­да стро­и­лись у ураль­цев не в виде снеж­но­го кону­са, а соору­жа­лись яру­са­ми снеж­ных глыб и обли­ва­лись водой. Горо­да защи­ща­ли пешие каза­ки, а кон­ные напа­да­ли на горо­да, соска­ки­ва­ли с лоша­дей и вле­за­ли на горо­да. Уста­нов­ле­ние озна­чен­но­го обы­чая сре­ди орен­бурж­цев мы объ­яс­ня­ем поло­же­ни­ем, какое зани­ма­ли эти каза­ки в преж­нее вре­мя на погра­нич­ной орен­бург­ской линии. Слу­жа по кре­по­стям и реду­там орен­бург­ской линии и защи­щая их от напа­да­ю­щих на кре­по­сти кочев­ни­ков (при­чем, наравне с каза­ка­ми, участ­во­ва­ли ино­гда и казач­ки, пере­оде­тые в муж­ской каза­чий костюм), орен­бург­ские каза­ки при­ду­ма­ли заба­ву, взя­тия город­ков, напо­ми­на­ю­щую им про дей­стви­тель­ную обо­ро­ну при­ли­ней­ной кре­по­сти от напа­да­ю­щих на нее кир­гиз.

Пере­хо­дя из поко­ле­ния в поко­ле­ние, обы­чай этот дошел и до насто­я­ще­го вре­ме­ни.

Источ­ни­ки:

• Жур­нал «Раз­вед­чик» №292–293, 18 мая 1896 года.
• «Орен­бург­ская газе­та» № 626, 4 апре­ля 1899 года