Фотография как искусство и ремесло пришла в Россию в середине XIX века и быстро завоевала популярность среди образованных слоев общества. Оренбург, будучи важным административным и культурным центром на юго-востоке Российской империи, не остался в стороне от этого процесса. История фотографических заведений города, начиная с 1870‑х годов, отражает не только технический прогресс, но и социальные изменения, а также вклад отдельных личностей, чьи имена навсегда вписаны в летопись светописи. Этот рассказ погружает нас в мир первых фотоателье Оренбурга, раскрывая их связь с мировой историей фотографии.
Фотографических заведений в Оренбурге начала 1870‑х годов, называвшихся на французский манер «аtelier», насчитывалось немного, и владельцами их по происхождению были иностранные подданные. А как иначе? Вся фотографическая техника и материалы производились за границей, в основном в Германии, где химическая промышленность, в отличие от России, интенсивно развивалась.
В Россию приезжали иностранцы, привозили новинки техники, торговали ею. Фотографией занимались небогатые и не ленивые, поскольку процесс получения отпечатков отличался трудоемкостью, требовал аккуратности. Ко всему прочему, фотографическая деятельность подразумевала некую творческую, художественную составляющую.
В 15 веке Леонардо да Винчи впервые описал устройство камеры-обскуры. Через 100 лет этим устройством уже пользовались художники и рисовальщики, создавали пейзажи, портреты. С развитием науки, в первую очередь химии, появилась возможность сохранять изображение, созданное светом. Будущий канцлер А.П. Бестужев-Рюмин, в 1725 году увлекаясь химией, заметил, что растворы солей железа под воздействием солнечного света изменяют цвет. Немецкий ученый Иоганн Шульце в 1727 году обнаружил свойство солей серебра непродолжительное время сохранять изображение, которое постепенно исчезало. В 1826 году француз Нисефор Ньепс смог получить первое изображение на металлической пластинке, покрытой лаком из асфальта и лавандового масла, однако технология была довольно сложна и распространения не получила. Совместно с художником-декоратором Луи Дагером он продолжал опыты по усовершенствованию химического процесса получения изображения. Но в 1833 году Н. Ньепс умер, Луи Дагер продолжал исследования и в 1838 году изобрел процесс фиксирования, названный его именем — «дагеротип». Через год, 7 января 1839 года, Парижская Академия Наук признала «дагеротип» изобретением. Так родилась фотография.
Король Франции Луи Филипп в 1839 году назначил Л. Дагеру за изобретение ежегодную и пожизненную пенсию в 6 000 франков.
Удобства дагеротипов с первых же дней стали очевидны. И если первоначально для получения изображения требовалось яркое солнечное освящение и длительное время обработки пластины с чувствительным слоем, то в последующие десятилетия это время уменьшалось и уменьшалось…
Нужно сказать, что в Англии в 1835 году Фоксом Тальботом так же проводились опыты по получению изображения в камере-обскуре. Но Н. Ньепс все же был первым.
Путь от первых опытов с камерой-обскурой до изобретения дагеротипии занял несколько веков и объединил достижения науки и искусства. В Россию эти новшества проникли с опозданием, но уже в середине XIX века светопись начала распространяться в крупных городах и отдаленных губерниях, включая Оренбургский край. Здесь, на перекрестке торговых путей и культур, фотография нашла своих первых энтузиастов, в основном иностранцев, которые привезли с собой не только технику, но и опыт.
В первые годы «дагеротипия», так назывался процесс получения изображения на металлической пластинке, был дорогим, занимал много времени, растворы были ядовитыми и содержали ртуть. Методика Ф.Тальбота было иной, несколько проще. Свой процесс Тальбот назвал «калотипия», от греческого «калос» — красота. Тальбот предложил пропитывать бумагу раствором чувствительным к свету. По сути, получался негатив. Затем с негатива получали обратное, «позитивное», изображение. Именно методика Тальбота на многие годы стала основой процесса фотографии. В России метод Тальбота стал известен 24 мая 1839 года после доклада Ю.Ф. Фрицше в Петербургской Академии Наук и предложил название «светопись». Время появления дагеротипии в Оренбургской губернии с точностью неизвестно. В те годы Оренбургский край был малолюден, продолжалось заселение земель крестьянами, случались набеги башкир и киргиз на русские селения. Если и происходили разговоры о новинке (дагеротипах), то в среде чиновников, бывавших в столице, последних же было немного. Есть сведения, что оренбургский губернатор граф В.А. Перовский, в бытность своего второго пребывания в 1851–57 г.г, пробовал делать дагерротипы, но подтвердить это документально не удалось.
Методики фотографирования быстро совершенствовались. Улучшались материалы, снижалась стоимость отпечатков. Само занятие дагеротипией подразумевало образованность «фотографа». Первоначально светописью занимались исключительно иностранцы. Но уже в 1840 году в Москве изобретатель А.Греков производит портретную съемку, а на следующий год в своей брошюре говорит о художественной стороне фотографии, применении растворов для придания оттенка изображению. Уместно напомнить, что единственное фотографическое изображение писателя Н.В. Гоголя сохранилось благодаря дагеротипному снимку, выполненному в 1845 г. С.Л. Левицким.
Постепенно светопись из столичного увлечения превратилась в ремесло, доступное и в провинции. В Оренбургской губернии этот процесс шел медленнее из-за удаленности края и ограниченного числа специалистов, но уже к 1870‑м годам здесь начали появляться первые фотоателье, вдохновленные успехами столичных мастеров и оснащенные импортной техникой.
Для открытия «фотографического производства» требовалось получить разрешение у губернского начальства. Разрешение обходилось просителю от 20 рублей серебром, в зависимости от размеров помещения. В разное время в Оренбургской губернии работали приезжие фотографы, в основном, они занимались своей деятельностью продолжительное время.
Первые фотоателье в Оренбурге появились не ранее 1870 года. Указать более точную дату пока нет возможности, архивные документы молчат. С уверенностью можно предполагать, что в 1875 году первым владельцем фотографической мастерской в Оренбурге был А. Браун.
В доме купца Исеева, на Большой (ныне Советской) улице, неподалеку от дома генерал-губернатора Браун арендовал помещение и после получения разрешения в Городской управе открыл фотоателье. Стоимость выполнения фотографий была высокая и складывалась из затрат на растворы и аппараты, выписываемые из-за границы через Москву и Санкт-Петербург. К тому же нанимались помощники фотографа, что увеличивало стоимость фотоотпечатков. Портретный снимок большого размера в фотоателье Брауна стоил пять рублей, групповые фотографии обходились по рублю серебром с каждого человека, дюжина карточек «кабинетного» размера оценивалась в два рубля. В фотоателье итальянец Антонио Буковацци торговал картинами, сувенирами из венецианских раковин и литографическими картинками с видами Италии. Владелец Браун за 25 рублей предлагал обучение основам фотографии.
Работа светописца второй половины XIX века была кропотливой. Поскольку не было электрического освещения, павильон, в котором проводилась фотосъемка, имел стеклянную крышу и такую же боковую стену. Помещение не могло быть маленьким, много места занимали декорации, мебель, ширмы, декоративные колонны для создания колорита снимка. В некоторых фотоателье предлагали различную одежду для переодевания. Сейчас кажется удивительным, но для портретной съемки были особые приспособления – держатели головы. Чувствительность фотоматериалов к свету была низкой, время экспозиции велико, до нескольких секунд, чтобы избежать «смазывания» изображения, голову закрепляли сзади, после чего производили фотографирование.
В отдельных комнатах находились ретушеры, граверы, лаборатории для проявления негативов и приготовления фотопластин, которые изготовлялись вручную. При ателье, со временем, накапливалось изрядное количество негативов, требующих хранения.
Так на паспорту появилась надпись «Негативы сохраняются».
Паспорту заслуживает особого внимания. Небольшой кусок картона, красиво украшенный виньетками с именем владельца, служил визитной карточкой фотоателье, гарантией качества. Поначалу паспорту изготовляли из бристольского картона, в 1860‑х годах производство появилось в России. Красиво оформленное паспорту было не просто украшением. Фотография, наклеенная на плотный картон, дольше сохранялась, не мялась. От размера фотографии зависела стоимость отпечатка. Меньше всего стоил размер «миньон» (36 мм х 70 мм), подороже «визитный», средняя цена у размера «кабинетный» (100 мм х 137 мм), самый дорогой у размера «панель» (160 мм х 300 мм).
На первых порах фотографии стоили довольно дорого, до 5–10 рублей и больше за один экземпляр.
Квитанции фотостудий, где помимо визитных карточек, делали кабинетные портреты и открытые письма.
В том же 1876 году на улице Николаевской (Советская тож) напротив церкви Петра и Павла на средства купца И. Будыгина открылось фотоателье Г. Васильева, крестьянина по происхождению. Оно выполняло в основном бытовую съемку – портреты. Со временем в Оренбурге и других городах губернии появились фотоателье многих других владельцев.
В 1876 году в Оренбурге в собственном доме на углу улиц Николаевской и Петропавловской (Краснознаменной) находилась фотография Зеббина, принадлежавшая ранее некому Букарю. Зеббин предлагал обычный набор услуг: съемка портретов, видов, групп, выполнение фотографий различного размера с использованием фотоаппаратов новой конструкции. Здесь же принимались заказы на «приготовляемые новым способом эмалированные карточки под названием «Cameenbilder» с превосходным глянцем, предохраняющим от выцветания и придающим большую рельефность карточкам», и продавались готовые фотографии с видами города. Фотоателье работали с 9 до 17 часов, используя естественное освящение.
На Неплюевской (Пушкинской) улице, между Коммерческим училищем и Николаевским женским институтом располагалась фотография А. Бухгольца, предлагавшая раскрашенные акварелью фото с видами города. Расценки на работы Бухгольц определил следующие:
«портрет 2 р., в Ѕ величины 10 руб., в натур. вел. 20 руб., карточки за дюжину от 3‑х руб.» и «визитки с литографическими буквами 100 шт. – 10 руб., 50 шт. – 6 руб.».
Посетителям гарантировалось теплое помещение и сообщалось, что тут же, в фотоателье, покупается «старое серебро и золото». В 1877 году фотография Бухгольца переместилась на более людную улицу Николаевскую в дом Е.И. Иванова, напротив «гражданской гимназии» (ныне педагогический университет). Новое фотоателье открылось 25 сентября 1877 года.
На следующий год фотомастерская А. Бухгольца выполнила заказ Федора Ивановича Лобысевича по оформлению одной из первых книг по истории города. Книга называлась , иллюстрациями стали восемь фотографий с видами дома губернатора, казенной палаты и другими. Книга печаталась в типографии Эдуарда Гоппе в Санкт-Петербурге. Стоимость издания за экземпляр без фото – 75 копеек, с фото – три рубля.
Вид из городской рощи на губернаторский дом. Фотоателье А. Бухгольца. Из книги Ф.И. Лобысевича «Город Оренбург», 1878 год
Так что фотографа Бухгольца можно считать первым иллюстратором книг в Оренбургской губернии.
Лобысевич – оренбуржец, полковник Оренбургского казачьего войска. Его исторические очерки печатались в центральных изданиях под псевдонимом «Ло‑ч. Ф.». Отец Федора Ивановича генерал-лейтенант Иван Петрович Лобысевич (1798–1865) служил начальником артиллерии Оренбургского края, похоронен на бывшем военном кладбище Оренбурга.
Карл Фишер
В 1878 году в Оренбурге прусский поданный Карл Андреевич Фишер открыл фотоателье, ставшее одним из лучших в городе. Находилось оно по адресу дома Зеббина, имя которого после 1878 года среди фотографов не упоминалось. Фишер привез в Оренбург новое оборудование, набрал и обучил помощников. Рабочий день фотоателье начинался в 9 часов и продолжался в ясную погоду до 6 часов вечера. С первых дней открытия фотоателье заказчики отметили аккуратность и высокое качество работ.
В том же 1878 году Оренбург посетил действительный член Московского Императорского общества любителей естествознания, этнографии и антропологии Ф.Д. Нефедов, «известный беллетрист-народник», с целью изучения Оренбургского края и народностей, его населявших.
Встреча с этнографом во многом изменила и предопределила будущее Карла Фишера. Фотограф получил от ученого заказ на создание коллекции типов, видов и эскизов Оренбургского края. Фишер увлекся, выезжал в Башкирию на натурные съемки, приглашал киргизов с Менового двора к себе в фотоателье.
Карл Фишер. Вид башкирской кочевки
Но пожар 16 апреля года помешал ему закончить работу — все фотопластинки были уничтожены огнем. Не сразу Фишеру удалось восстановить фотоателье и продолжить работу.
Этот пожар, случившийся 16 апреля 1878 года, стал серьезным испытанием для мастера, вынужденным на время прервать свои изыскания.
Нужно отдать должное Нефедову, морально поддержавшему погорельца и напоминавшего о необходимости продолжить сотрудничество, понимая, «что трудно от разоренного человека требовать много стоящего дела, однако… не отстал от Фишера до последнего времени потому, что знал, что для научного дела лучшего фотографа во всем Оренбургском крае нет».
Фотоателье было заново выстроено, и Фишер вновь выехал в Башкирию на «пленэр». Так продолжалось несколько лет, и в 1882 году в оренбургской прессе появилось объявление
«Оренбургский фотограф К.А. Фишер, возвратясь из экскурсии по Башкирии, честь имеет объявить публике, что он ныне принимает фотографические заказы сам лично от 9 часов утра и до 6 часов дня. В фотографии К.А. Фишера имеются в продаже типы, виды и сцены из жизни башкир и киргиз, а также виды Илецкой Защиты, Илецкого лечебного заведения с соляными грязями и кумызом и виды города Оренбурга».
Выполненные фотографии Фишер выслал в Москву Нефедову. Этнографическая коллекция Фишера была оценена по достоинству и «ученое общество присудило г. Фишеру большую золотую медаль за «художественное исполнение работ» и за весьма важное значение их для этнографии и антропологии вообще».
Объявление фотоателье Карла Фишера. 1882 год
Видимо, по совету того же Ф.Д. Нефедова Карл Фишер предоставил свои фотографии на Всероссийскую художественно-промышленною выставку в Москве.
В Оренбурге комиссию по отбору экспонатов возглавил секретарь губернского статистического комитета П.Н. Распопов. В коллекцию фотографий Фишер включил «снимки инородческих типов (башкир и киригиз) и снимки снежных заносов на Оренбургской железной дороге, сделанные с натуры при условиях, победить которые мог лишь полной страсти замысел художника», а также панорамы Оренбурга.
Газета «Всероссийская выставка» отметила работы Фишера «лестным отзывом». А ведь на выставке коллекция Фишера могла и не быть показана! Бандероль с фотографиями якобы пришла слишком поздно, и лишь благодаря вмешательству Нефедова коллекция Фишера была включена в экспозицию.
Этот случай Ф.Д. Нефедов, впоследствии побывший в Оренбурге, комментировал следующим образом:
«К сожалению, весь труд г. Фишера, все его искусство, все его художественные замыслы остались на выставке не поощренными, благодаря будто бы тому, как огласила газета «Выставка», что экспозиты г. Фишера появились поздно, уж тогда, когда эксперты художники кончили по 2 группе свою экспертизу (то же засвидетельствовал на первой своей лекции 5 декабря и оренбургский уполномоченный на выставке П.Н. Распопов). По поводу этого обстоятельства наведены были документальные справки. Из них оказывается, что экспозиты Фишера получены в Москве под расписку самого оренбургского уполномоченного П.Н. Распопова 21 июня».
Побывав на выставке, Карл Фишер открыл в Москве на Рождественке совместно с Н.К. Клячко магазин фотографических принадлежностей, а в Самаре открывает фотоателье. В Оренбурге Фишер работает до 1888 года и уезжает в Москву. В 1889 году приобретает у наследников известную в Москве фотографию И.Дьяговченко, на паспорту так и было написано «К.А. Фишер, бывшая Дьяговченко».
Позже, в 1890‑х годах на паспорту, напечатанном в Варшаве, была надпись «Фотограф Императорских университета и театров К.А. Фишер, преемник Придворной фотографии И. Дьяговченко. Москва, Кузнецкий мост, №11. Лит. Г. Кон. Варшава».
С этого момента Фишер участвует во всех фотовыставках в Москве и Петербурге. На выставке 1889 года в Москве фотографии Фишера получили бронзовую медаль. На Петербургской выставке в 1889 году К.А. Фишер удостоился похвалы, о чем поведал журнал «Фотографический вестник» №6:
«Из московских профессиональных фотографов… портреты выставил только К. А. Фишер и выказал работы Москвы с лучшей стороны… Он дал нам случай видеть … произведения, которые в Петербурге были известны только понаслышке».
К.А. Фишер участвует во Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде в 1896 году, где представляет свои фотографические работы. В Парижской выставке 1900 года за экспозицию фототипий удостоился Большой золотой медали!
С 1880 года Фишер, наряду с основной работой, занимается восстановлением дагеротипов, т.е. фотографий на пластинах. Было замечено, что со временем дагеротипы «выцветают», изображение становиться мутным, нерезким.
Фотографы России озаботились восстановлением старинных фотографий. Журнал «Фотограф» в №9 за 1880 год с этой целью опубликовал рецепт восстановления дагеротипа:
«Осторожно удалив бумаги с краев и с задней стороны серебряной пластины, [дагеротип] тщательно отмывают под краном, пока вода станет ровно стекать. Если этого не удастся достигнуть, то промывают смесью алкоголя с водой и потом снова под краном. Затем обсушивают и обрабатывают раствором синеродистого калия, которого крепость должна быть вдвое большая, чем необходимо для сфиксирования коллодированного негатива в две минуты. В несколько минут дагерротип восстанавливается. Тогда снова тщательно обмывают под краном, под конец дистиллированной водой; после короткого отекания высушивают над спиртовой лампой, держа под тем же уклоном и заботясь о равномерном высыхании, иначе образуются полосы. Дагерротип восстанавливается в первоначальном виде и готов для снятия копий».
Подобное занятие было кропотливым, требовало терпения и аккуратности, поскольку дагеротип был в единственном экземпляре. Копирование производилось на стеклянную фотопластинку соответствующего размера, после чего можно было делать копии «контактным», т.е. с пластинки на фотобумагу, способом. Восстановление дагеротипов увлекло К. Фишера, подсказало новые коммерческие предложения и потребности.
Им был восстановлен дагеротип работы Карла Мазера с изображением молодого Л.Н. Толстого (1851 г.). На дагеротипном снимке сфотографирован Л.Н. Толстой с братом Николаем перед отъездом на Кавказ. Фрагмент снимка, а именно портрет Л.Н. Толстого, пользовался успехом у публики. Известный московский коллекционер А.П. Бахрушин подарил копию этого портрета, выполненного К.А. Фишером, критику В.В. Стасову в 1892 г.
В 1890‑х годах московское фотоателье Фишера располагалось на Кузнецком мосту №11, в доме Тверского архиерейского подворья. Фотоателье пользовалось популярностью и выполняло много фотографических работ по фототипии, цинкографии, фотолитографии для различных печатных изданий. Именно Карл Фишер стал издавать фототипные каталоги и альбомы различных художественных выставок, открытки с видами городов России. Для открыток он использовал как собственные фотографии, так и копии работ известных фотографов М.П. Дмитриева, А.О. Карелина. Фотограф посещает театры, делает снимки актеров, посещает выставки, знакомится с художниками.
Известны фотографии, выполненные К. Фишером, писателя А.П. Чехова (1893 г.), А.А. Лугового (1894 г.), И.А. Бунина, Вас. И. Немировича-Данченко, художника И.И. Левитана (1894–95 г.г.), К. Савицкого (1894 г.), В.Е. Маковского (1895 г.), М.В. Нестерова, врача Рассолимо Г.И., актрисы Малого Театра Таировой Н.Р., М.Н. Ермоловой, И.М. Москвина, В.Э. Мейерхольда.
Карл Фишер. Екатерина Гельцер (1876— 1962) — русская балерина, крупнейшая звезда советского балета 1920‑х годов.
Карл Фишер. Вера Каралли (1889 – 1972) — русская балерина, актриса немого кино, балетный педагог.
При Мариинском театре Петербурга К. Фишер открывает филиал фотографии и занимается театральной, хроникальной, архитектурной фотографией.
К. Фишер успешно фотографирует спектакли Большого и Малого театров, Московской частной русской оперы С. И. Мамонтова, Московского художественного театра и «Оперы С. И. Зимина».
В 1898–1913, по контракту с Третьяковской галереей, пользуется правом на изготовление фотографий экспонатов. В здании галереи Фишер имел комнату-магазин для продажи открыток и фотографий. В 1900 году фотоателье К. Фишера завершило съемку экспозиции всех залов музея.
В 1899 году выпустил иллюстрированный альбом «Евгений Онегин» по поэме А.С. Пушкина. Альбом, с полным текстом поэмы, содержит иллюстрации-фотографии сцен оперы «Евгений Онегин» в постановке Императорского московского Большого Театра, а также портреты актеров главных ролей.
Ателье Фишера в 1901 году подготовило к изданию «Иллюстрированный каталог картинной галереи Московского Публичного и Румянцевского музеев. Собрание К.Т. Солдатенкова». В 1902 был издан «Альбом выставки 1852–1902 г.г. памяти Н.В. Гоголя и В.А. Жуковского».
После смерти Л.Н. Толстого Карл Фишер подготовил, с помощью вдовы С.А. Толстой, и издал альбом фотографий писателя, его знакомых и близких, куда вошли практически все прижизненные изображения.
Он активно занимался распространением фотографии в газетах, журналах, был одним из основателей, почетным членом и председателем Русского фотографического общества (РФО) с 1898 по 1907 г.г.
К тому времени коммерческие дела К.Фишера идут совсем неплохо, есть несколько филиалов в Самаре и Оренбурге, магазин в Москве. Масштабы деятельности К.А. Фишера в этот период охватывали новые области визуального искусства, а годовой оборот его предприятий к 1895 году достиг внушительной суммы в 30 000 рублей. Фототипии, выполненные Фишером, хранятся в Московском историческом музее. Коллекция «типов Оренбургского края» в 1912 году была передана в Московский политехнический музей и на тот момент находилась у профессора Д.Н. Анучина. Карл Фишер принимал участие в раскопках курганов и за 5 лет собрал довольно много предметов археологического и антропологического характера. Его археологическая коллекция находится в Московском Историческом музее.
Карл Фишер – один из основателей Русского Фотографического общества и до 1907 года был его председателем.
Фишера не забывали в Оренбурге! Купцы из Орска братья Смирновы, побывав в Москве по торговым делам, сделали фото именно в заведении Фишера, что подтверждает надпись на оборотной стороне снимка:
Но и в Оренбурге фотоателье Фишера продолжает работать. Им управляет его отец Андрей Фишер. Достоверно известно, что в последний раз Карл Фишер побывал в Оренбурге в 1898 году. Повод был печальный – 7 мая 1898 года скончался его отец. Работа ателье не остановилась, через газету К.А. Фишер сообщил оренбуржцам:
«дело будет идти, как и прежде, причем в настоящее время, до прибытия из Москвы компетентного лица для заведывания делом, я произвожу все работы сам лично».
В том же году фотоателье приобретает Балашов и благополучно работает до 20 августа 1900 года, когда в 10 часов случается пожар в лаборатории. Он начался от горевшей лампы, огонь быстро распространился – в помещении находились эфир и бензин.
«Обгорели стены, потолки и полы галереи и уничтожены все принадлежности фотографии. Негативы, накопленные еще К.А. Фишером и пополненные г. Балашевым (до 15 000 стекол), также попорчены. Убытка заявлено на 10 000 рублей. Фотография застрахована».
Пожарная команда прибыла быстро, огонь был потушен, но стеклянные пластинки сохранить не удалось.
Так оборвалась последняя связь К.А. Фишера с Оренбургом.
К 1908 году К.А. Фишер приобретает собственный дом, его имя входит в алфавитный список домовладельцев г. Москвы:
25-летие пребывания и деятельности в Москве К.А. Фишер отпраздновал торжественно.
1‑го января 1912 года юбиляра поздравил московский губернатор В.Ф. Джунковский, градоначальник А.А. Андрианов, «депутация» от Большого и Малого театров, представитель Политехнического музея А.Х. Репман, городской голова Н.И. Гучков и другие. РФО наградило К.А. Фишера золотой медалью, высшей наградой общества.
В разное время помощниками в ателье Фишера на Кузнецком мосту работали и учились фотографии будущие московские мастера светописи: П.Д. Балашев, М.А, Барташевич, В.Р. Бауэр, К.Х. Заузе, М.П, Песков, М.А. Сахаров, А.Т. Трофимов, В.И. Иванов, Г.Э. Нетер, А.И. Шевелев. В 1915 году несколько сотрудников К. Фишера отделились и организовали «собственную фотографию под фирмою М. Сахаров и П. Орлов».
Революционные события 1917–18 г.г. Карл Фишер встретил в Москве. Он по-прежнему занимался фотографированием, издавал портреты писателей, художников, артистов.
В 1923 году скульптор А.С. Голубкина при создании проекта памятника А.Н. Островскому пользовалась фотографиями Карла Фишера с изображениями писателя. Мастер лично принимал участие в работах по подготовке этого проекта, предоставляя необходимые архивные материалы. В этот период, охватывающий начало 1920‑х годов, он продолжал трудиться в Москве, оставаясь верным своему призванию и в новых социально-политических условиях.
После 1924 года К.А. Фишер живет в Москве, но не работает.
К сожалению, дальнейшая судьба К.А.Фишера неизвестна, как неизвестно и то, сохранился или нет огромный архив (несколько тысяч!) негативов, фотопластин, пленок фотографа, начавшего свой фотографический путь в Оренбурге.
Другие светописцы Оренбуржья
В Оренбурге продолжали работать другие фотографы и фотоателье. Они выполняли свою работу добросовестно, может быть, лишь с меньшим размахом.
Кроме привычной съемки, в 1887 году оренбургский фотограф-художник Оже в городском театре устраивал вечера с «туманными картинами» — на стене высвечивалось изображение, к нему читался текст. Это было развлечение для публики и дополнительный заработок фотографу, поскольку после «туманных картин» зрители ожидали выступления сомнабулистки Сарры Боско и гневались, что не приехали престидижитаторы.
В 1892 году в Оренбурге открылась фотоателье И.Р. Мехед в доме Назарова, на Эссенской улице.
В 1880–90‑е годы на Николаевской улице Оренбурга появилось ателье Антона Александровича Норвилло, ателье Балашовой Анны Антоновны, Бутаева Дениса Николаевича, оренбургского купца Михаила Волкова, Михаила Яковлевича Герман, крестьянина Кузнецова Константина (на деньги купца Бусыгина), на Неплюевской улице — ателье Константина Даниловича Кузовкина, на Эссенской улице, на первом этаже дома Лактаева — ателье художника, дворянина Григория Оже, с 1894 года на Николаевской улице, ближе к собору, ателье Боруха Зелиновича Фишмана, в 1898 году это ателье помещалось в доме Ладыгиной. Непродолжительное время работали фотоателье М. Хешелес и Шиманского.
С 1894 года на Николаевской улице, ближе к собору, ателье Боруха Зелиновича Фишмана. «Оренбургский край» №246, 1894 год
Кроме того в 1894 году в Оренбурге было фотографическое ателье коллежского советника Александра Мея (прим. «Бердской слободы»: позже здесь будет находиться студия А.А. Норвилло).
В Орске находилось фотоателье Константина Алексеева, Василия Красникова, И.П. Завьялова, на Белорецком и Верхнеуральском заводах работал фотограф Кузьма Завьялов. В Троицком уезде (г.Троицк) действовало фотоателье Евгении Мамаевой, в Челябинске производили фотографические работы Катаев Ф.А., Огибенин Т.К., Половников В.Г., в Бузулуке — Петр Павлович Жилинский, в Бугуруслане — Иван Григорьевич Мишарин, Степан Демьянович Яковлев.
С увеличением числа фотографов в Оренбурге появились склады фотографического оборудования, реактивов, принадлежностей.
В 1893 году в собственном доме А.О. Ковальский организовал продажу фотографических объективов, давал уроки рисования. В магазинах А. Либиха, М.А. Шанина на Гостинодворской улице продавали фотокамеры и принадлежности привезенные, в основном, из Москвы, Петербурга.
Реклама фотографического магазина Шанина, «Оренбургский край» №232, 1906 год
Объявление А.О. Ковальского о продаже фотографических объективов. Оренбургский край №35, 1893 год.
Реклама А. Либиха, «Оренбургская газета» №1117, 1901 год
В 1898 году «Оренбургская газета» в №432 в заметке «Фотографические работы» сообщила:
«Губернским начальством дано разрешение крестьянину села Пичаева Моршанского уезда Тамбовской губернии Н.М. Гридину по производство фотографических работ в Оренбургской губернии».
К следующем выпуске газеты, в №433, также было помещено сообщение о разрешении
«Ак-Тюбинскому 1‑ой гильдии купцу П.П. Шибаеву на производство фотографических работ в Оренбургской губернии».
В 1898 году разрешения получили еще двое: личный почетный гражданин Отто-Гуто-Густав Людвиг Адикс (выпуск №441)и дворянка М.А. Боретта (выпуск №448).
При всем внешнем сходстве деятельности фотоателье различались по широте предлагаемых услуг. Так, фотоателье Р.В. Васильева выполняло, в основном, «бытовую» съемку, портреты.
Открывшаяся в Оренбурге в конце 1880‑х годов фотография А.А. Норвилло успешно сотрудничала с местными газетами, предлагала выезд фотографа на дом, или на заказ, для съемок важных событий.
Успешные фотоателье расширялись, в них устанавливалось новое оборудование, работало больше сотрудников.
На первой странице «Оренбургской газеты» в 1908 году публиковалось объявление:
«Открыта первоклассная художественная фотография «Рембрандт» по Эссенской улице (ныне. ул. Правды) против городской библиотеки с богатой обстановкой и аксессуарами, усовершенствованными аппаратами и объективами, что дает возможность исполнять заказы очень аккуратно и по последнему фотографическому усовершенствованному способу. Павильон построен теплый и изящный. Снимки все производятся моментально. Принимаются заказы всякого рода, начиная от самых миниатюрных размеров карточек, разной величины групп, до портрета в натуральную величину, а также акварельные работы. Учащимся и нижним чинам значительная скидка».
Рекламное объявление М.Б. Фишмана, «Оренбургская жизнь» №4. 1913 год.
21 декабря 1913 года открылся первый в Оренбурге «Электрический павильон» фотографа М.Б. Фишмана. Газета «Оренбургская Жизнь» на своих страницах поместила рекламу нового заведения:
«Фотография М.Б. Фишман, фирма существует с 1894 г., извещаю уважаемую публику, что мною уже открыт с 21-го декабря с.г. (1913 г.) Электрический павильон. Снимки в котором производятся всех размеров ежедневно с 9 часов утра до 6 часов вечера. К открытию электрического павильона были получены из заграницы новые фоны и аксессуары. С почтением фотограф М.Б. Фишман.
P.S. прошу уважаемых заказчиков по исполнении мои работы не смешивать с фотографиями миниатюр и тому подобными, с которыми ничего общего не имею».
Заметьте, как дорожит репутацией своего заведения владелец!
Квитанции фотостудии М.Б. Фишмана, Оренбург, 1915 год.
В 1915 году в Оренбурге было шесть больших, стабильно работающих фотоателье. Ателье фотографа А.А. Норвилло располагалось на Петропавловской (ныне ул.Краснознаменная), фотография М.Б. Фишман и Васильева была на Николаевской (ныне Советская ул.), ателье М.А. Лапина (1879–1965 г.?) на Неплюевской (ныне Ленинская ул.), фотозаведение Насырова на Преображенской (ныне начало ул. 8‑ое Марта), фотоателье А.А. Норвилло находилось на Николаевской, в доме Фокеродт, справа от булочной, напротив церкви Петра и Павла.
Магазин фотографических принадлежностей «А.С. и М.К. Артемьевы и К‑о, приемники Шанина» располагался на центральной, Николаевской, улице города.
Паспарту фотоателье Антона Норвилло, отпечатанные в литографиях Оттона Флека в Варшаве (верхний ряд) и И.Покорного в Москве (нижний ряд справа).
История фотографии в Оренбурге — это не только рассказ о техническом прогрессе, но и о людях, чьи усилия сделали светопись частью местной культуры. От первых иностранных мастеров до местных энтузиастов, от дагеротипов до электрических павильонов — этот путь отражает стремление человека запечатлеть мгновение. Имена Фишера, Норвилл, Фишмана и многих других остались в памяти благодаря их вкладу в искусство, которое сегодня кажется нам привычным, но в XIX веке было настоящим чудом. Их наследие продолжает вдохновлять, напоминая о том, как важно сохранять прошлое для будущих поколений.
Глоссарий
Адикс Отто-Гуто-Густав Людвиг — личный почетный гражданин, один из фотографов, получивших разрешение на работу в Оренбургской губернии в 1898 году.
Бестужев-Рюмин А. П. — будущий канцлер Российской империи, который в 1725 году экспериментально обнаружил свойство солей железа изменять цвет под солнцем.
Бристольский картон — высококачественный многослойный картон с гладкой поверхностью, использовавшийся в XIX веке для изготовления основы (паспарту) дорогих фотоснимков.
Браун А. — первый задокументированный владелец фотоателье в Оренбурге (1875 г.), располагавшегося в доме купца Исеева.
Буковацци Антонио — итальянец, торговавший в ателье Брауна предметами искусства и сувенирами, что было типично для ранних фотозаведений.
Бухгольц А. — оренбургский фотограф, первый иллюстратор книг об Оренбурге (1878 г.), известный также раскрашиванием снимков акварелью.
Визитный формат (Carte de visite) — стандартный размер фотографии (ок. 6 × 10 см), наклеенной на картон. Был популярен из-за дешевизны и удобства коллекционирования.
Голубкина А. С. — выдающийся скульптор, использовавшая в 1923 году портреты работы К. Фишера для создания памятника драматургу А. Островскому.
Гравер — специалист, вырезающий изображения на твердых материалах; в фотоателье граверы готовили клише для печати.
Дагер Луи — французский художник и изобретатель, создавший в 1838 году первый практически пригодный способ фиксации изображения — дагеротипию.
Дагеротип — ранний фотографический снимок на металлической пластине. Отличался зеркальным блеском и существовал в единственном экземпляре.
Держатель головы (копфгальтер) — штатив-зажим, использовавшийся в ателье XIX века для фиксации головы натурщика в неподвижном состоянии при долгой выдержке.
Кабинетный размер — формат фотографии (ок. 10 × 15 см), ставший мировым стандартом для портретной съемки во второй половине XIX века.
Калотипия — метод получения негатива на бумаге, изобретенный Ф. Тальботом. В отличие от дагеротипа, позволял тиражировать позитивные отпечатки.
Леонардо да Винчи — первый ученый, давший в XV веке подробное описание принципа работы камеры-обскуры.
Лобысевич Ф. И. — полковник Оренбургского казачьего войска, автор книги «Город Оренбург» (1878), ставшей первым изданием с фотоиллюстрациями в крае.
Меновой двор — исторический торговый комплекс под Оренбургом, где К. Фишер проводил съемки этнических типов (киргизов) для своих коллекций.
Миньон — самый малый формат фотографии (36 × 70 мм), использовавшийся в оренбургских ателье для бюджетных заказов.
Негатив — промежуточное изображение в фотографии, где светлые тона объекта выглядят темными, а темные — светлыми.
Нефедов Ф. Д. — этнограф и писатель, член Императорского общества, по заказу которого К. Фишер создал знаменитую серию снимков башкир и киргиз.
Норвилло А. А. — один из самых успешных оренбургских фотографов начала XX века, владевший ателье на нескольких улицах города одновременно.
Ньепс Нисефор — французский изобретатель, создавший в 1826 году первый в истории закрепленный фотоснимок (гелиографию).
Паспарту — картонная подложка под фотографию. Выполняла защитную функцию и служила «визитной карточкой» ателье благодаря фирменному оформлению.
Перовский В. А. — оренбургский военный губернатор, по легенде пробовавший заниматься дагеротипией в 1850‑х годах.
Позитив — конечное изображение на бумаге или стекле, на котором распределение светлых и темных тонов соответствует действительности.
Ретушер — мастер, исправляющий дефекты на снимках или негативах с целью улучшения художественного качества портрета.
Русское фотографическое общество (РФО) — крупнейшая организация фотографов в России, председателем которой долгие годы был К. Фишер.
Светопись — термин, предложенный в 1839 году химиком Ю. Фрицше как русский эквивалент слова «фотография».
Туманные картины — проекция изображений на экран с помощью специального фонаря, сопровождавшаяся чтением текста; предшественник кинематографа.
Фишер Карл Андреевич — выдающийся фотограф, начавший путь в Оренбурге в 1878 году и ставший «фотографом Императорских театров» в Москве.
Фототипия — способ печати, позволявший воспроизводить снимки в книгах и журналах с высоким качеством и сохранением всех полутонов.
Шульце Иоганн — немецкий ученый, открывший в 1727 году светочувствительность солей серебра.
Экспозиция — время, в течение которого затвор фотоаппарата открыт и свет воздействует на светочувствительную пластину.
Электрический павильон — авангардная для начала XX века фотостудия (первая в Оренбурге — у М. Фишмана), позволявшая снимать при искусственном свете.
Источники:
Исковский А. «Браун, Зеббин и другие фотомастера», «Оренбургская неделя» № 11, 13 марта 2013 г.
В 1878 году в Оренбурге прусский поданный Карл Андреевич Фишер открыл фотоателье, ставшее одним из лучших в городе. Находилось оно по адресу дома Зеббина, имя которого после 1878 года среди фотографов не упоминалось. Фишер привез в Оренбург новое оборудование, набрал и обучил помощников. Рабочий день фотоателье начинался в 9 часов и продолжался в ясную погоду до 6 часов вечера. С первых дней открытия фотоателье заказчики отметили аккуратность и высокое качество работ.
Им был восстановлен дагеротип работы Карла Мазера с изображением молодого Л.Н. Толстого (1851 г.). На дагеротипном снимке сфотографирован Л.Н. Толстой с братом Николаем перед отъездом на Кавказ. Фрагмент снимка, а именно портрет Л.Н. Толстого, пользовался успехом у публики. Известный московский коллекционер А.П. Бахрушин подарил копию этого портрета, выполненного К.А. Фишером, критику В.В. Стасову в 1892 г.
