Со всей России — рассказ об оренбургском купечестве

«Про­ис­хож­де­ние орен­бург­ских куп­цов на про­тя­же­нии вре­ме­ни суще­ство­ва­ния горо­да раз­но­об­раз­но. Под «про­ис­хож­де­ни­ем» здесь нуж­но пони­мать не этни­че­ское, но гео­гра­фи­че­ское и сослов­ное».

О куп­цах, т.е. тор­гу­ю­щих людях Орен­бур­га, све­де­ний до 1820 года нет. Не пото­му, что куп­цов не было, а по при­чине более про­за­ич­ной. Пожа­ры, неак­ку­рат­ное хра­не­ние доку­мен­тов, неор­га­ни­зо­ван­ность губер­на­тор­ско­го архи­ва из-за нехват­ки гра­мот­ных и обу­чен­ных слу­жа­щих — таков крат­кий спи­сок при­чин, по кото­рым све­де­ния не дошли до наших дней. Отсут­ствие ран­ней архив­ной инфор­ма­ций под­твер­жда­ет обна­ру­жен­ная в делах город­ской Думы за 1873 год справ­ка по делу о стро­и­тель­стве лавок куп­цом Пет­ром Оглод­ко­вым:

«В г. Орен­бур­ге на Глав­ной рыноч­ной пло­ща­ди в 1820‑х годах постро­е­ны были два дере­вян­ных стро­е­ния: пор­тер­ная лав­ка, кото­рая впо­след­ствии носи­ла назва­ние гости­ни­ца «Рос­сия», и тисо­вый бала­ган для про­да­жи ква­су и сбит­ня, како­вые стро­е­ния, пере­хо­дя от одно­го вла­дель­ца к дру­го­му, сне­се­ны были в 1870 году, а в 1872 году зем­ля, на кото­рой были постро­е­ны лав­ка и бала­ган, доста­лись орен­бург­ско­му 2‑й гиль­дии куп­цу Пет­ру Оглод­ко­ву, поста­вив­ше­му на этом месте камен­ное 2‑х этаж­ное жилое зда­ние" (ранее зем­ля при­над­ле­жа­ла вдо­ве Ирине Путо­ло­вой, куп­ле­на была у несо­сто­я­тель­но­го куп­ца и город­ско­го голо­вы Ива­на Люби­мо­ва — прим, авто­ра).

Из пере­пис­ки вид­но, что пер­во­на­чаль­ное посе­ле­ние на куп­лен­ном Оглод­ко­вым месте обра­зо­ва­лось так: в 1820‑х годах быв­ший город­ским голо­вою Иван Люби­мов на заня­том теперь Оглод­ко­вым месте на пло­ща­ди имел два дере­вян­ных стро­е­ния: пор­тер­ную лав­ку для про­да­жи пива и меда и дере­вян­ную лав­ку для про­да­жи сбит­ня и дру­гих напит­ков. На построй­ку пер­вой лав­ки ника­ких све­де­ний и доку­мен­тов преж­няя Дума не мог­ла достать, о построй­ке же вто­рой, т.е. сби­тен­ной лав­ки, сохра­ни­лась пере­пис­ка в кан­це­ля­рии быв­ше­го Орен­бург­ско­го Воен­но­го губер­на­то­ра. Из этой пере­пис­ки вид­но, что Люби­мо­ву в 1823 году доз­во­ле­но было губер­на­то­ром Эссе­ном выстро­ить по пред­став­лен­но­му им пла­ну дере­вян­ную лав­ку меж­ду пор­тер­ной его лав­кой и поли­цей­ской буд­кой.

Сохра­нив­ши­е­ся ран­ние све­де­ния о куп­цах Орен­бур­га отно­сят­ся к 1825 году. Еже­год­но тор­го­вые люди под­твер­жда­ли свое жела­ние нахо­дить­ся в купе­че­ском сосло­вии и соот­вет­ствен­но выпла­чи­ва­ли опре­де­лен­ную сум­му в бюд­жет горо­да. Купе­че­ство Орен­бур­га скла­ды­ва­лось дина­мич­но, уве­ли­чи­ва­ясь по мере роста чис­ла жите­лей горо­да, с уче­том потреб­но­стей в том или ином това­ре или услу­ге.

С сере­ди­ны XIX века в Орен­бур­ге сло­жи­лась устой­чи­вая груп­па куп­цов 1–2 гиль­дии, пред­ста­ви­те­ли кото­рой (Ака­ла­ев, Бал­ден­ков, Белов, Вес­нин, Деев, Дех­тярев, Дюков, Ива­нов, Лебе­дев, Оглод­ков, Осор­гин, Путо­лов, Хуса­и­нов и др.) оста­ви­ли след в исто­рии горо­да и губер­нии.

Тол­ку­чий рынок в Орен­бур­ге

В нача­ле XIX века основ­ная часть куп­цов запи­сы­ва­лась в 3‑ю гиль­дию с капи­та­лом в 8 тысяч руб­лей. Един­ствен­ным в Орен­бур­ге куп­цом 1‑й гиль­дии в 1838 году был Павел Федо­ро­вич Горя­чев. На Тор­го­вой (Рыноч­ной) пло­ща­ди (в наро­де «Тол­чок», тер­ри­то­рия на запад от Гости­но­го дво­ра по ул. 9‑го Янва­ря, меж­ду ул. Киро­ва и Пуш­кин­ская — прим, авто­ра) в дере­вян­ной лав­ке тор­го­вал купец 3‑й гиль­дии Хиса­мут­дин Абдул­фе­и­зов, при­е­хав­ший в Орен­бург из Елатом­ско­го уез­да дерев­ни Исиль­не­вой Там­бов­ской губер­нии. В при­каз­чи­ках у Абдул­фе­и­зо­ва состо­я­ли одно­де­ре­ве­нец Фет­ку­ла Искан­де­ров и Сей­фул­ла Мур­са­ли­мов из Татар­ской сло­бо­ды Каси­мов­ско­го уез­да Рязан­ской губер­нии.

При­ме­ча­ние «Берд­ской сло­бо­ды»: Рас­пре­де­ле­ние орен­бург­ских куп­цов по гиль­ди­ям в 1850‑е годы

Рас­пре­де­ле­ние орен­бург­ских куп­цов по гиль­ди­ям в 1850‑е годы

В камен­ной лав­ке тор­го­вал чаем, саха­ром, хол­стом и раз­ным «мелоч­ным това­ром» купец 3‑й гиль­дии Юсуп Ака­ла­ев с сыно­вья­ми Арасла­ном и Рах­мет­тул­лой, при­быв­ший из Каси­мов­ско­го уез­да Рязан­ской губер­нии, из того же уез­да были и при­каз­чи­ки Ака­ла­е­ва Ехей, Халит и Бах­ти­яр Мур­та­зи­ны.

Из Сыз­ра­ни в Орен­бург при­е­хал купец 3‑й гиль­дии Иван Белов, из Ниже­го­род­ской губер­нии Гор­ба­тов­ско­го уез­да — Васи­лий Акур­лин, из села Уго­дичъ Ростов­ско­го уез­да Яро­слав­ско­го губер­нии Петр Вес­нин, чис­лив­ший­ся в 1825 году как «сво­бод­ный хле­бо­па­шец», а через 13 лет — «мос­ков­ский 3‑й гиль­дии купец».

Афа­на­сий Гогин и Илья Греб­нев при­е­ха­ли из Росто­ва. Гогин тор­го­вал в Гости­ном дво­ре бума­гой, чаем, саха­ром через при­каз­чи­ков, так­же ростов­ских куп­цов, бра­тьев Ива­на и Васи­лия Тимо­но­вых. Греб­нев содер­жал в доме меща­ни­на Кеки­на (адрес не уста­нов­лен — прим. авто­ра) рейн­с­ко­вый погреб (вин­ная лав­ка), где тор­гов­лю про­из­во­дил его внук Нико­лай Греб­нев.

Рекла­ма това­ров куп­ца Шани­на

Как выгля­де­ли пер­вые куп­цы Орен­бур­га, неиз­вест­но, фото­гра­фия еще не была изоб­ре­те­на, одна­ко есть воз­мож­ность вполне досто­вер­но пред­ста­вить внеш­ний вид бла­го­да­ря «сло­вес­но­му порт­ре­ту» при полу­че­ний пас­пор­та на пра­во пере­дви­же­ния по тер­ри­то­рии Рос­сий­ской Импе­рии. Сохра­ни­лось опи­са­ние внеш­но­сти вну­ка куп­ца Ильи Греб­не­ва, дати­ру­е­мое 8‑м фев­ра­ля 1826 года:

«Бла­го­во­лит… Город­ская Дума выдать Орен­бург­ско­му 3‑й гиль­дии купе­че­ско­му сыну Васи­лию Оси­по­ву Греб­не­ву пас­порт сро­ком до 31 декаб­ря сего года, кото­рый при­ме­та­ми 23 лет, ростом 2 аршин 8 верш­ков (178 см), воло­сы на голо­ве и бро­вях тем­но- русые, гла­за карие, нос, рот и под­бо­ро­док посред­ствен­ные (т.е. обыч­ные), лицо белое, для полу­че­ния кое­го и запла­ты пошлин­ных денег посы­ла­ет­ся отец его, купец Осип Греб­нев».

Скла­ды и мага­зи­ны куп­ца Шани­на в Сама­ре и Орен­бур­ге

Извест­ная в Орен­бур­ге купе­че­ская фами­лия Оглод­ко­вых, сохра­нив­ша­я­ся вплоть до XX века, про­ис­хо­дит из дерев­ни Полец Гор­ба­тов­ско­го уез­да Ниже­го­род­ской губер­нии (ныне Пав­лов­ский рай­он, основ­ное насе­ле­ние морд­ва-эрзя – прим. авто­ра). Осно­вал купе­че­ское дело в Орен­бур­ге с капи­та­лом 8000 руб­лей Ники­та Гри­го­рье­вич Оглод­ков, в про­шлом кре­стья­нин, на Рыноч­ной пло­ща­ди сов­мест­но с род­ным бра­том Васи­ли­ем. В лав­ке тор­го­ва­ли сыно­вья Ники­ты Яков и Андрей.

Это инте­рес­но

С тор­го­вой целью в Орен­бург при­бы­ва­ли куп­цы из раз­ных мест Рос­сии и даже из-за гра­ни­цы. Так в 1826 году в Орен­бур­ге тор­гу­ет кожа­ми и вла­де­ет коже­вен­ным заво­дом (заво­дом назы­ва­лось про­из­вод­ство с 3–4 рабо­чи­ми, рас­по­ла­гав­ше­е­ся обыч­но во дво­ре по месту житель­ства — прим, авто­ра) «ган­но­вер­ский под­дан­ный горо­да Гат­тен­ге­на» Федор Бра­ун (имя по тек­сту доку­мен­та — прим, авто­ра), к тор­гу­ю­щим «без гиль­дей­ства» при-писан прус­сак Виль­гельм Гам­бу­рье.

Не менее замет­ная купе­че­ская фами­лия, став­шая орен­бург­ской, при­шла так­же из Ниже­го­род­ской губер­нии — это Путо­ло­вы. В нача­ле 1820‑х годов из дерев­ни Шва­ри­хи того же Гор­ба­тов­ско­го уез­да, где про­жи­ва­ли Оглод­ко­вы, в Орен­бург при­бы­ли тор­го­вать бра­тья Федор Кар­по­вич и Сте­пан Кар­по­вич Путо­ло­вы. Они тор­го­ва­ли в дере­вян­ной лав­ке «по-семей­но­му», при­каз­чи­ком был одно­де­ре­ве­нец Абро­сим Тру­сов, това­ры про­да­ва­ли сын Федо­ра Иван и Алек­сей, сын Яко­ва Путо­ло­ва.

Из той же губер­нии про­ис­хо­дит род орен­бург­ских куп­цов Тру­е­вых.

Сре­ди став­ших куп­ца­ми, поми­мо кре­стьян (Рязан­ской, Орен­бург­ской губер­ний), в пер­вой чет­вер­ти XIX века по про­ис­хож­де­нию отме­че­ны сыз­ран­ские, туль­ские, вяз­ни­ков­ские, каси­мов­ские, сим­бир­ские, ниже­го­род­ские, ростов­ские, елатом­ские, казан­ские, яро­слав­ские, орен­бург­ские (из отстав­ных сол­дат) куп­цы, суз­даль­ские, челя­бин­ские, вла­ди­мир­ские, муром­ские мещане, отстав­ные каза­ки Ураль­ско­го вой­ска, сол­дат­ская жена Мат­ре­на Усоль­ки­на, кол­леж­ский асес­сор Шапош­ни­ков Ф.К.

Гости­ный двор в Орен­бур­ге

Через почти 100 лет, в 1917 году, на фоне рево­лю­ци­он­ных собы­тий в Рос­сии чис­ло куп­цов в Орен­бур­ге замет­но умень­ши­лось. Поэто­му не менее инте­рес­но будет узнать, кто же про­дол­жал тор­го­вать в Гости­ном дво­ре и на Кон­но-Сен­ной пло­ща­ди (ныне Цен­траль­ный рынок — прим. авто­ра). По 1‑й купе­че­ской гиль­дии в 1917 году в Орен­бур­ге чис­ли­лись Мар­кус Бра­уде, Федор Зарыв­нов, Хуса­ин Хуса­и­нов, во 2‑й гиль­дии состо­я­ли Анна Поно­ма­ре­ва, Ната­лья Мош­ко­ва, Ники­та Смо­чи­лин, Шара­фут­дин Хуса­и­нов, Яков-Ноте и Мор­д­хе-Ноте Леек, Тимо­фей Шев­чен­ко, Павел и Нико­лай Ишко­вы, Кузь­ма Рука­виш­ни­ков, Двой­ра Бутом, Павел Короб­ков, Сте­пан Сач­ков и др. (око­ло чет­вер­ти куп­цов от преж­не­го чис­ла — прим, авто­ра).

Из купе­че­ско­го сосло­вия в фев­ра­ле-мар­те 1918 года вышли Давид Страз, Васи­лий Мош­ков, Ари­старх Турец­ков, Васи­лий Шерин, Иван Балан­дин, Янкель Уриц­кий, Алек­сандр Гер­шен-Гори­ни проч.

Сто­ит отме­тить актив­ность купе­че­ско­го сосло­вия по покуп­ке земель­ных участ­ков горо­да. Ранее, когда Орен­бург был воен­ной кре­по­стью, купец мог лишь постро­ить на участ­ке лав­ку, зем­ля же при­над­ле­жа­ла горо­ду. При­ве­дем выдерж­ку из доку­мен­та город­ской Думы за 1878 год:

«В преж­нее вре­мя город Орен­бург под назва­ни­ем сво­им был воен­ной кре­по­стью и губер­на­то­ры воен­ные по пред­став­лен­ной им вла­сти раз­ре­ша­ли жите­лям построй­ку дере­вян­ных и камен­ных домов для раз­ви­тия тор­гов­ли на Глав­ной пло­ща­ди лавок, гости­ни­цы и ква­сен; но зем­ля под все­ми теми стро­е­ни­я­ми не отда­ва­лась в соб­ствен­ность… Впо­след­ствии же она упразд­не­на (как воен­ная кре­пость — прим, авто­ра) и Орен­бург посту­пил в граж­дан­ский город и Госу­дарь Импе­ра­тор соиз­во­лил отда­вать зем­ли заня­тые недви­жи­мым иму­ще­ством вла­дель­цев в соб­ствен­ность их, с тем, что­бы они име­ли на них кре­пост­ные акты».

Исто­рии с покуп­кой зем­ли куп­ца­ми порой напо­ми­на­ли при­клю­чен­че­ские рома­ны: столь­ко в них было при­чуд­ли­вых собы­тий и несо­от­вет­ствий заяв­лен­но­му пла­ну. Ста­но­вит­ся понят­но, что здесь важ­но не столь­ко про­ис­хож­де­ние, сколь­ко при­над­леж­ность к опре­де­лен­но­му сосло­вию.

Источ­ник: «Леген­ды губер­нии. Все дело в людях» 2017 год, стр. 6–8