Продолжаем рассказ о жизни Саракташа, который после окончания войны стал активно заниматься вопросами восстановления экономики и улучшения условий жизни населения. Были созданы комиссии по благоустройству и улучшению материальных условий жизни граждан…
Чрезвычайное напряжение, использование всех сил и ресурсов позволило Саракташу приступить к восстановлению экономики и обеспечить повышение уровня жизни еще до окончательного разгрома фашистских полчищ. Душевному и дальнейшему трудовому порывам саракташцев способствовала победа над врагом. А фундаментом для послевоенного восстановления райцентра стала вполне завершившаяся индустриализация поселка.
Серия: «Новые и малоизвестные факты из истории Саракташа». Выпуск 9. Публикуется с разрешения автора
С окончанием войны и переходом на мирное строительство поселковому Совету следует обратить особое внимание на вопросы развития местной промышленности. Улучшение материальных, бытовых и культурных условий трудящихся является одной из важнейших задач местных советов депутатов трудящихся. Быстрейшее разрешение этих задач немыслимо без вовлечения широчайшей массы трудящихся в работу поссовета.
Как и все важные дела в Саракташе, мирную жизнь в поселке обустраивали всем миром. Приоритеты были понятны всем:
«больница и медамбулатория отапливались с перебоями, школы долгое время не отапливались, кинотеатр работал с большими перебоями, совершенно не удовлетворительно работал радиоузел, детские ясли и сады находились в плохих условиях».
К тому же отмечалось плохое качество выпечки местного хлеба, да и того в свободной торговле не хватало.
Решением райкома партии была создана комиссия по благоустройству Саракташа. В свою очередь поссовет принял решение, «чтобы каждый трудоспособный гражданин отработал 48 часов (6 рабочих дней)». Столько же – 48 часов – предстояло отработать на благоустроительном фронте каждому трактору, автомашине и рабочей лошади. По мнению поссовета, этих «трудодней» было достаточно для того, чтобы вызволить Саракташ из поглотившей его грязи.
За короткое время были убраны ветхие здания с улиц поселка, часть домов отремонтировали, часть побелили. Соломенные крыши перекрыли тесом, в коммунальных квартирах переложили 26 печей. Территории усадеб очистили от мусора, в поселке появились «садушки» и «палисадники». Домовладельцев и жителей коммуналок обязали высадить декоративные, фруктовые деревья и кустарники «вдоль кюветов шоссейных дорог и улиц перед своими домами и поместьями».
Домашний скот разбили на два табуна, определив каждому маршрут, пастуха и пастбища. В относительный порядок пришли дороги поселка. Их отгрейдеровали и посыпали песком.
Для решения насущных проблем поселковые власти были готовы на многое. Даже на финансовые нарушения. Желание сделать жизнь своих земляков хоть чуточку комфортней пересиливало страх перед вполне реальным наказанием. Председатель поселкового Совета Владимир Иванович Захарченко рассказывал о том, как в Саракташе «во что бы то ни стало» строилась крайне необходимая для жителей райцентра баня в 1946 году:
Денежных средств не было отпущено, никаких материалов не было. Надо было во что бы то ни стало строить баню. Приходилось брать на себя такую ответственность, как расходование средств не по назначению, для приобретения материалов по рыночным ценам. Каждый винтик нужно было отслеживать у частных лиц и покупать. Рабочие часто бросали работу из-за отсутствия денег.
Помощь в строительстве бани оказали завод «Коммунар», ремесленное училище, «Башсоюз», «Техснаб», и даже пожарная команда, засучив рукава, проводила свободное время на стройке. В итоге «баня построена и замечательная баня».
С удвоенной силой застучали молотки и швейные машинки местных артелей. Помимо своей основной задачи: одеть, обуть, накормить и обогреть саракташцев, артели стали важным социальным институтом. Сюда устраивались на работу вернувшиеся с войны инвалидами мужчины, которым предстояло сменить шинель защитника Родины на извечную роль кормильца своей семьи. Отчетное за 1950 год собрание артели «20 лет Октября» докладывало о «выполнении программы по валу на 105 %»:
Улучшилось качество выпускаемой продукции, выявились лучшие люди нашего производства. Закреплены кадры в цехах, а также во всех отраслях артельного хозяйства. Ликвидирована текучесть кадров. Как цеха, так и общественное питание имеют свои достижения в области гигиены и санитарного порядка. В цехах и закусочной установлены радиоточки.
В конце 40‑х годов Саракташ уверенно преодолел большинство трудностей военной разрухи. Спортсмены, приехавшие на первые после десятилетнего перерыва Всесоюзные планерные состязания, прошедшие в нашем райцентре, увидели красивый и открытый всем ветрам позитивных перемен поселок. «Встреча друзей, давно мечтавших снова помериться силами под облаками, обменяться опытом, испытать новые конструкции» состоялась в августе 1950 года. К услугам гостей работала новенькая гостиница и Дом колхозника. Торговля и общепит были налажены, баня исправно выдавала пар – в общем, условия мало чем отличались от уровня жизни в городах проживания приехавших планеристов, а в некоторых случаях даже давали им фору.
К этому времени в поселке выросла новая двухэтажная средняя школа, открылся кинотеатр на 300 мест, полным ходом шло строительство Дома культуры. «В поселке имеются библиотека, два клуба, больница, 4 детских сада, детские ясли, школа ФЗО», — писал корреспондент саракташской газеты «Знамя колхоза» в 1950 году.
Через три года та же газета отмечала:
«С 1949 года в Саракташе выстроено 864 новых индивидуальных домов с жилой площадью 18348 квадратных метров. Кроме того, построено новое здание мастерской МТС, чайная. Заканчивается строительство овощесушильного завода, мастерских промкомбината РПС, нового больничного корпуса. Большое строительство осуществляет завод «Коммунар».
В 1953 году для рабочих и служащих «Коммунара» был отстроен двухэтажный многоквартирный дом на 12 семей.
Сам «Коммунар», переживший пожар в послевоенное время, также крепко встал на ноги. Предприятие переключилось с выпуска изделий оборонного значения на производство обдирочно-шлифовальных и заточных станков разной конструкции. Позже «Коммунар» станет заниматься капитальным ремонтом металлорежущих станков, кузнечно-прессового и другого оборудования.
На территории завода появился фруктовый сад, заложенный тружениками, построено здание заводоуправления, заработал стадион и хоровой кружок. Рабочие завода, как истинные пролетарии, чутко откликались на все значимые события, происходящие в стране. Они первыми шли голосовать во время всенародных выборов, они возглавляли колонны праздничных демонстраций, они устраивали митинги, на которых брали повышенные обязательства и призывали остальных следовать этому примеру.
Кроме того, заводчане шефствовали над колхозом Фрунзе. Во время посевной и уборочной представители завода оформляли плакатами, портретами и лозунгами тракторные вагончики, доставляли туда библиотечки, доски показателей и молний.
«Инженер завода Исаков во всех трех бригадах прочитал лекцию о Дне Победы, а драмкружок и художественная самодеятельность поставили три концерта», — писала саракташская пресса.
Завод заботился и о повышении образовательного уровня своих работников. Множество специалистов завода, не успевших из-за войны получить образование, теперь учились в школе рабочей молодежи без отрыва от производства. За парты садились как совсем начинающая молодежь, так и опытные ответственные работники предприятия. «Знамя колхоза», как о самом собой разумеющемся, сообщало про «хорошие оценки» на экзамене по русскому языку ученика выпускного седьмого класса, а в фабричной жизни — начальника бюро инструментального хозяйства завода «Коммунар» — Шарандина.
Вместе с начальником инструментального хозяйства успешно сдал экзамен представитель еще одного производственного предприятия, эвакуированного в Саракташ, живописец фаянсового завода Абдулгазин.
Этот завод тоже вполне прижился в нашем поселке. Помимо мелких и глубоких тарелок, кружек и пиал, фаянсовый завод изготавливал «ролики и розетки» для реализации программы электрификации Чкаловской области.
В 1950 году на заводе побывала комиссия, оценивающая возможность расширения производства. После нескольких недель глубокого анализа фабричных процессов, комиссия пришла к выводу о возможности рационального расширении номенклатуры выработки изделий за счет выпуска «погребцового стакана, кружек меньших размеров, кувшинов, масленок, полоскательниц, селедочниц, сухарниц и мелочи, получаемой из отходов».
В качестве сырья для производства своей продукции фаянсовый завод использовал кварцевый песок из села Спасское, дружковскую глину из Украины и кыштымский каолин из Челябинской области. Из-за особенностей местного песка и отсутствия на предприятии «минимально необходимой технической документации, регламентирующей принципы соблюдений требующейся технологической дисциплины», подавляющее большинство выпускаемой продукции соответствовало третьему сорту и имело желтоватый оттенок. Комиссия рекомендовала заменить спасский кварцевый песок тактубайским маршалитом из месторождения в Челябинской области, который достаточно просто было доставить в Саракташ по железной дороге.
«Сейчас на завод завозится лучшее, чем прежде, сырье», — объяснял перевыполнение плана по выпуску продукции первого сорта в 1953 году директор фаянсового завода А. Чебриков.
Выводы комиссии были взяты на вооружение, а сам завод, благодаря этим выводам, и сам почти полностью перевооружился. Здесь появились второй локомобиль и генератор, в разы увеличившие силовую мощность предприятия. В отремонтированные цеха были поставлены формовочный и шлифовальный станки, шаровая мельница, электромагнитный сепаратор, компрессор и аэрограф.
«В новой пятилетке Саракташский фаянсовый завод усилит свою мощность по выпуску посуды. Будут построены новые корпуса. Для обжига фаянсовых изделий будут введены в действие новейшие технические агрегаты. Завод, таким образом, будет оснащен большим количеством новых машин, станков и другого оборудования, что в свою очередь потребует значительного увеличения числа рабочих и ИТР», — политэкономически грамотно объяснял прямую зависимость новых рабочих мест от развития производства А. Чебриков.
Вслед за «Коммунаром» фаянсовый завод взял шефство над колхозом имени Кирова. Во время уборочной страды в подшефное хозяйство выезжали на помощь рабочие предприятия.
В первое военное десятилетие экономика и хозяйство Саракташа укреплялись и новыми предприятиями. В 1948 году в поселке появилась авторота, занимавшаяся перевозкой грузов хозяйственного назначения. В противовес кустарным артелям следом за авторотой был зарегистрирован райпромкомбинат, производивший в собственных столярных цехах «фургоны, тарантасы, сани и санки, школьные парты и прочую мебель». Промкомбинат же в 1954 году приступил к строительству кирпичного завода, в связи с чем получил в личное пользование «две грузовые машины с прицепом».
Для окончательного благополучия Саракташу не хватало трех инфраструктурных составляющих. В растущем поселке ощущалась острая нехватка жилья, проблема с водоснабжением по-прежнему оставалась одной из самых острых, и все никак не получалось на сто процентов электрифицировать райцентр. Существующие мощности этого не позволяли, а новые пока неоткуда было взять.
Вопрос с электрическим светом стоял на повестке дня и в поссовете, и в школах, больницах и учреждениях, и сами саракташцы ломали голову над тем, как проще и быстрее осветить свой поселок. Легкие на идеи жители райцентра доходили до самых фантастических проектов. Например, один из них предлагал построить на Сакмаре гидроэлектростанцию. Другой требовал «раскулачить» железную дорогу. Ни то, ни другое предложение поддержки не получило: проблемы со светом в Саракташе закончились только после подключения поселка к «государственной электросети».
Чрезвычайное напряжение, использование всех сил и ресурсов позволило Саракташу приступить к восстановлению экономики и обеспечить повышение уровня жизни еще до окончательного разгрома фашистских полчищ. Душевному и дальнейшему трудовому порывам саракташцев способствовала победа над врагом. А фундаментом для послевоенного восстановления райцентра стала вполне завершившаяся индустриализация поселка.
С окончанием войны и переходом на мирное строительство поселковому Совету следует обратить особое внимание на вопросы развития местной промышленности. Улучшение материальных, бытовых и культурных условий трудящихся является одной из важнейших задач местных советов депутатов трудящихся. Быстрейшее разрешение этих задач немыслимо без вовлечения широчайшей массы трудящихся в работу поссовета.
Как и все важные дела в Саракташе, мирную жизнь в поселке обустраивали всем миром. Приоритеты были понятны всем:
«больница и медамбулатория отапливались с перебоями, школы долгое время не отапливались, кинотеатр работал с большими перебоями, совершенно не удовлетворительно работал радиоузел, детские ясли и сады находились в плохих условиях».
К тому же отмечалось плохое качество выпечки местного хлеба, да и того в свободной торговле не хватало.
Решением райкома партии была создана комиссия по благоустройству Саракташа. В свою очередь поссовет принял решение, «чтобы каждый трудоспособный гражданин отработал 48 часов (6 рабочих дней)». Столько же – 48 часов – предстояло отработать на благоустроительном фронте каждому трактору, автомашине и рабочей лошади. По мнению поссовета, этих «трудодней» было достаточно для того, чтобы вызволить Саракташ из поглотившей его грязи.
За короткое время были убраны ветхие здания с улиц поселка, часть домов отремонтировали, часть побелили. Соломенные крыши перекрыли тесом, в коммунальных квартирах переложили 26 печей. Территории усадеб очистили от мусора, в поселке появились «садушки» и «палисадники». Домовладельцев и жителей коммуналок обязали высадить декоративные, фруктовые деревья и кустарники «вдоль кюветов шоссейных дорог и улиц перед своими домами и поместьями».
Домашний скот разбили на два табуна, определив каждому маршрут, пастуха и пастбища. В относительный порядок пришли дороги поселка. Их отгрейдеровали и посыпали песком.
Для решения насущных проблем поселковые власти были готовы на многое. Даже на финансовые нарушения. Желание сделать жизнь своих земляков хоть чуточку комфортней пересиливало страх перед вполне реальным наказанием. Председатель поселкового Совета Владимир Иванович Захарченко рассказывал о том, как в Саракташе «во что бы то ни стало» строилась крайне необходимая для жителей райцентра баня в 1946 году:
Денежных средств не было отпущено, никаких материалов не было. Надо было во что бы то ни стало строить баню. Приходилось брать на себя такую ответственность, как расходование средств не по назначению, для приобретения материалов по рыночным ценам. Каждый винтик нужно было отслеживать у частных лиц и покупать. Рабочие часто бросали работу из-за отсутствия денег.
Помощь в строительстве бани оказали завод «Коммунар», ремесленное училище, «Башсоюз», «Техснаб», и даже пожарная команда, засучив рукава, проводила свободное время на стройке. В итоге «баня построена и замечательная баня».
С удвоенной силой застучали молотки и швейные машинки местных артелей. Помимо своей основной задачи: одеть, обуть, накормить и обогреть саракташцев, артели стали важным социальным институтом. Сюда устраивались на работу вернувшиеся с войны инвалидами мужчины, которым предстояло сменить шинель защитника Родины на извечную роль кормильца своей семьи. Отчетное за 1950 год собрание артели «20 лет Октября» докладывало о «выполнении программы по валу на 105 %»:
Улучшилось качество выпускаемой продукции, выявились лучшие люди нашего производства. Закреплены кадры в цехах, а также во всех отраслях артельного хозяйства. Ликвидирована текучесть кадров. Как цеха, так и общественное питание имеют свои достижения в области гигиены и санитарного порядка. В цехах и закусочной установлены радиоточки.
В конце 40‑х годов Саракташ уверенно преодолел большинство трудностей военной разрухи. Спортсмены, приехавшие на первые после десятилетнего перерыва Всесоюзные планерные состязания, прошедшие в нашем райцентре, увидели красивый и открытый всем ветрам позитивных перемен поселок.
«Встреча друзей, давно мечтавших снова помериться силами под облаками, обменяться опытом, испытать новые конструкции» состоялась в августе 1950 года.
К услугам гостей работала новенькая гостиница и Дом колхозника. Торговля и общепит были налажены, баня исправно выдавала пар – в общем, условия мало чем отличались от уровня жизни в городах проживания приехавших планеристов, а в некоторых случаях даже давали им фору.
К этому времени в поселке выросла новая двухэтажная средняя школа, открылся кинотеатр на 300 мест, полным ходом шло строительство Дома культуры.
«В поселке имеются библиотека, два клуба, больница, 4 детских сада, детские ясли, школа ФЗО», — писал корреспондент саракташской газеты «Знамя колхоза» в 1950 году.
Через три года та же газета отмечала:
«С 1949 года в Саракташе выстроено 864 новых индивидуальных домов с жилой площадью 18348 квадратных метров. Кроме того, построено новое здание мастерской МТС, чайная. Заканчивается строительство овощесушильного завода, мастерских промкомбината РПС, нового больничного корпуса. Большое строительство осуществляет завод «Коммунар».
В 1953 году для рабочих и служащих «Коммунара» был отстроен двухэтажный многоквартирный дом на 12 семей.
Сам «Коммунар», переживший пожар в послевоенное время, также крепко встал на ноги. Предприятие переключилось с выпуска изделий оборонного значения на производство обдирочно-шлифовальных и заточных станков разной конструкции. Позже «Коммунар» станет заниматься капитальным ремонтом металлорежущих станков, кузнечно-прессового и другого оборудования.
На территории завода появился фруктовый сад, заложенный тружениками, построено здание заводоуправления, заработал стадион и хоровой кружок. Рабочие завода, как истинные пролетарии, чутко откликались на все значимые события, происходящие в стране. Они первыми шли голосовать во время всенародных выборов, они возглавляли колонны праздничных демонстраций, они устраивали митинги, на которых брали повышенные обязательства и призывали остальных следовать этому примеру.
Кроме того, заводчане шефствовали над колхозом Фрунзе. Во время посевной и уборочной представители завода оформляли плакатами, портретами и лозунгами тракторные вагончики, доставляли туда библиотечки, доски показателей и молний.
«Инженер завода Исаков во всех трех бригадах прочитал лекцию о Дне Победы, а драмкружок и художественная самодеятельность поставили три концерта», — писала саракташская пресса.
Завод заботился и о повышении образовательного уровня своих работников. Множество специалистов завода, не успевших из-за войны получить образование, теперь учились в школе рабочей молодежи без отрыва от производства. За парты садились как совсем начинающая молодежь, так и опытные ответственные работники предприятия. «Знамя колхоза», как о самом собой разумеющемся, сообщало про «хорошие оценки» на экзамене по русскому языку ученика выпускного седьмого класса, а в фабричной жизни — начальника бюро инструментального хозяйства завода «Коммунар» — Шарандина.
Вместе с начальником инструментального хозяйства успешно сдал экзамен представитель еще одного производственного предприятия, эвакуированного в Саракташ, живописец фаянсового завода Абдулгазин.
Этот завод тоже вполне прижился в нашем поселке. Помимо мелких и глубоких тарелок, кружек и пиал, фаянсовый завод изготавливал «ролики и розетки» для реализации программы электрификации Чкаловской области.
В 1950 году на заводе побывала комиссия, оценивающая возможность расширения производства. После нескольких недель глубокого анализа фабричных процессов, комиссия пришла к выводу о возможности рационального расширении номенклатуры выработки изделий за счет выпуска «погребцового стакана, кружек меньших размеров, кувшинов, масленок, полоскательниц, селедочниц, сухарниц и мелочи, получаемой из отходов».
В качестве сырья для производства своей продукции фаянсовый завод использовал кварцевый песок из села Спасское, дружковскую глину из Украины и кыштымский каолин из Челябинской области. Из-за особенностей местного песка и отсутствия на предприятии «минимально необходимой технической документации, регламентирующей принципы соблюдений требующейся технологической дисциплины», подавляющее большинство выпускаемой продукции соответствовало третьему сорту и имело желтоватый оттенок. Комиссия рекомендовала заменить спасский кварцевый песок тактубайским маршалитом из месторождения в Челябинской области, который достаточно просто было доставить в Саракташ по железной дороге.
«Сейчас на завод завозится лучшее, чем прежде, сырье», — объяснял перевыполнение плана по выпуску продукции первого сорта в 1953 году директор фаянсового завода А. Чебриков.
Выводы комиссии были взяты на вооружение, а сам завод, благодаря этим выводам, и сам почти полностью перевооружился. Здесь появились второй локомобиль и генератор, в разы увеличившие силовую мощность предприятия. В отремонтированные цеха были поставлены формовочный и шлифовальный станки, шаровая мельница, электромагнитный сепаратор, компрессор и аэрограф.
«В новой пятилетке Саракташский фаянсовый завод усилит свою мощность по выпуску посуды. Будут построены новые корпуса. Для обжига фаянсовых изделий будут введены в действие новейшие технические агрегаты. Завод, таким образом, будет оснащен большим количеством новых машин, станков и другого оборудования, что в свою очередь потребует значительного увеличения числа рабочих и ИТР», — политэкономически грамотно объяснял прямую зависимость новых рабочих мест от развития производства А. Чебриков.
Вслед за «Коммунаром» фаянсовый завод взял шефство над колхозом имени Кирова. Во время уборочной страды в подшефное хозяйство выезжали на помощь рабочие предприятия.
В первое военное десятилетие экономика и хозяйство Саракташа укреплялись и новыми предприятиями. В 1948 году в поселке появилась авторота, занимавшаяся перевозкой грузов хозяйственного назначения. В противовес кустарным артелям следом за авторотой был зарегистрирован райпромкомбинат, производивший в собственных столярных цехах «фургоны, тарантасы, сани и санки, школьные парты и прочую мебель». Промкомбинат же в 1954 году приступил к строительству кирпичного завода, в связи с чем получил в личное пользование «две грузовые машины с прицепом».
Для окончательного благополучия Саракташу не хватало трех инфраструктурных составляющих. В растущем поселке ощущалась острая нехватка жилья, проблема с водоснабжением по-прежнему оставалась одной из самых острых, и все никак не получалось на сто процентов электрифицировать райцентр. Существующие мощности этого не позволяли, а новые пока неоткуда было взять.
Вопрос с электрическим светом стоял на повестке дня и в поссовете, и в школах, больницах и учреждениях, и сами саракташцы ломали голову над тем, как проще и быстрее осветить свой поселок. Легкие на идеи жители райцентра доходили до самых фантастических проектов. Например, один из них предлагал построить на Сакмаре гидроэлектростанцию. Другой требовал «раскулачить» железную дорогу. Ни то, ни другое предложение поддержки не получило: проблемы со светом в Саракташе закончились только после подключения поселка к «государственной электросети».
